Психолог НЕ должен принимать все

Это тема моих супервизий последние полгода и, пожалуй, самый оголтелый миф: «Психологу ссы в глаза, ему все Божья роса.»

Давайте пойдем от обратного.

⁉️Должен ли я принять, если клиент решил меня ударить? Слишком очевидно — нет.

⁉️Должен ли я принять и спросить «А что вы сейчас имели в виду?», если клиент в меня плюнул? Понимаю, вопрос не простой, но все еще — нет.

⁉️А если он сказал, что я (маты на турецком)? Ответить становится сложно.

Но из этих трех вопросов становится очевидно, что психолог все-таки не должен принимать все. Его задача — не быть мальчиком для битья, а быть на стороне реальности. Взрослой и адаптивной реальности. А в зрелом мире нет места принятию насилия, в чью бы сторону оно ни было.

Это та граница, о существовании которой почему-то не говорят ни на одном обучении или тренинге по отработке навыков. Нас учат развивать эмпатию и проявлять сострадание, но иногда требуется из самых гуманистических целей обозначить клиенту свою рамку. Например, сказать: «Я понимаю, что вас могут охватывать самые разные эмоции, мы обсуждаем не самые простые вещи, но не могу согласиться, что кто-то из участников этого непростого обсуждения должен терпеть прямые оскорбления.»

Дальше можно 100500 раз обсуждать этот инцидент и ощущение клиента от того, что он столкнулся с реальностью, но граница обязана существовать.

Есть большая разница, когда к терапевту приходит, например, человек с НРЛ и начинает «расшатывать» специалиста: нарушает сеттинг (условия работы), ставит под сомнение компетентность (это база НРЛ), дает косвенно понять, что помочь ему не получится. Но совсем другое, когда клиент может переходить к открытой словесной атаке. Между первым и вторым действительно тонкая грань, которую, к сожалению, можно ощутить одним единственным способом — оказаться за ее чертой.

Из этого всего следует единственный вывод — психолог принимает ваши переживания, но не поведение. Вы можете фантазировать о том, как вы хотите отмудохать вашего терапевта и делиться этими фантазиями с ним, но переходить к действиям — нет.

В терапии есть место любым переживаниям, но не любому поведению.

«Ты что, дурак?»

У нас у всех есть предвзятость в отношении людей, которые, по нашему мнению, оказались в неправильном месте: в токсичных отношениях, в секте или на нелюбимой работе.

Каждой из этих категорий мы задаем один и тот же вопрос: «Ты что, дурак? Не видишь, что происходит? Надо бежать!». Мы искренне верим, что человек просто не осознает, в каком ужасе он оказался, и начинаем «сыпать правду в глаза», чтобы он наконец их распахнул.

Но обычно итог один: нам перестают рассказывать, чтобы мы не давили.

❓Что же происходит с человеком на самом деле❓

Люди не вступают в плохие отношения, секту или адскую работу — они неожиданно обнаруживают себя в них.
Никто не начинает отношения с мыслью: «Намечается адский сенсейшн, дай-ка испытаю себя».
Никто не вступает в секту с желанием: «Люблю моральное опустошение и тотальный страх».
И Никто не устраивается на работу, где единственный бонус — кулер, за который надо драться с главбухом.

Эти вещи происходят постепенно, а осознание приходит слишком поздно.

Попробуйте представить себя в такой ситуации

Допустим, вам говорят, что вас окружают инопланетяне, и вся ваша жизнь — это их исследовательский проект. Что с вами будет и как вы поступите?

1. Вы не поверите. Даже если вам предъявят доказательства, сочтете их конспирологией и будете считать говорящего — сумасшедшим.

2. Вы засомневаетесь в себе. Если таких «просветителей» станет больше, вы начнете думать, что с вами что-то не так, сочтете, что ваше видение мира в корне не верное. Но обернете вы это знание против себя, а не в свою пользу. Фраза «Я сам виноват, что так случилось» уже звучит понятнее?

3. Вы застрянете. В голове появятся десятки вопросов: «Я один такой? Кто меня поймет? Можно ли выбраться? Как это вообще случилось?». Это придавит вас бетонной плитой. Ответов нет, поэтому единственная спасительная мысль — «Пока что я как-то в этом аду живу, может, и дальше проживу».

Если этот эксперимент показался вам глупым, попробуйте получше представить детали и свои действия, если эксперимент инопланетная все меньше становится для вас вымыслом и больше правдой жизни.

Это отличное упражнение на эмпатию и постановку себя на место другого человека. Поможет не кричать людям: «Тебе надо выйти из позиции жертвы».

Некоторые нарушения профессиональных границ, приносящие вред клиенту, можно рассматривать как проявления эмоционального насилия. Так, в исследовании Хука и Девро приводится пример нескольких случаев газлайтинга и обвинений клиентов в происходящем [10]. «Неспособность терапевта признать ошибку часто приводила к эскалации и жалобам: пациентка, которая выразила разочарование из-за того, что терапевт заснул во время сеанса, считалась испытывающей переносный гнев из-за хронической невнимательности её матери; терапевт, который ответил на телефонный звонок во время сеанса, интерпретировал гнев пациентки как зависть, потому что она не хотела, чтобы у терапевта были “другие дети”». В таких случаях пациенту требовалось признание ошибки, прежде чем он мог рассмотреть последствия переноса, но в каждом случае терапевт отказывался, даже когда осуществлялась прямая просьба». Опыт такого пренебрежительного отношения специалистов к своим клиентам, находящимся в уязвимом положении, может быть болезненным.

Источник: "Институциональное предательство психологов", Дарья Смородина

Природа человека

С интервалом в неделю я начал курс по клиент-центрированной психотерапии и побывал на конференции АКБТ. И на одном из докладов у меня случилась несостыковка — та, что давно витала в голове, но тут обрела чёткую форму.

Гуманистическая психология в своей основе считает человека «хорошим». Это не просто фон — это краеугольный камень подхода. Карл Роджерс предполагал, что если создать определённые условия — безусловное принятие, эмпатию, конгруэнтность — человек начнёт как бы «оздоравливаться». Начнёт сам счищать с себя защитные оболочки. А среди этих оболочек — в том числе поведение, которое мы маркируем как деструктивное, агрессивное, неприемлемое.

То есть если перевести на русский: дай человеку достаточно тепла — он оттает, поймёт, что не нужно больше махать мачете во все стороны, и превратится в солнечного зайчика. Да, не будет отрицать свою агрессию, но интегрирует ее социально-приемлемым способом.

Конечно, нигде в гуманистической литературе не пишут прямо: «вы должны сделать из человека лапочку». Но между строк — в терапевтических установках, в описаниях кейсов — это читается. Неявное, но устойчивое предположение: под всем этим — добро.
Но вот с чего мы вообще решили, что ядро человеческого Я — это что-то мягкое, миролюбивое и безопасное?

На конференции был доклад Якова Кочеткова про «тёмные потребности». Там ставился вопрос: являются ли базовыми потребностями человека только "светлые потребности": безопасность, принятие, принадлежности? А если у человека есть врождённая, стабильная потребность в доминировании, в иерархии, в контроле?

Вот и мой вопрос — к коллегам и к тем, кто был в терапии как клиент.
Может ли быть так, что мы, в самой сути своей, устроены по-разному?
Что для одного — потребность в достижении, доминировании, автономии и низкой эмпатии — это не защита, а суть? Его стиль, его «норма»?

Мы ведь действительно часто смотрим на клиента-достигатора через линзу нарциссизма. Мол, у него, наверное, эмоциональные потребности не удовлетворены. И теперь он доказывает, компенсирует, защищается.
А что если — нет?
А что если это просто способ быть собой? Не симптом, не проблема — а природа.

Это у вас НЕ травма

Продолжаю серию постов после конференции. Евгений Сапрыкин выступил с потрясающим докладом.

Думаю, лучше сразу привести цитату Сьюзан Клэнси, которую упоминал Евгений:

«Жертвы реконцептуализировали прежде „нелепый и странный опыт“ и понимали его таким, каким он был — сексуальным по своей природе и явно неправильным. Только в этот момент — когда сексуальный абьюз полностью осознается — он начинает наносить вред жертвам».

В шоке? Я тоже.
Это ставит перед терапевтом достаточно сложную задачу. Одна из целей терапии — это в глобальном смысле составление концепта: себя, своего опыта, своих стремлений и т.д. В процессе неизбежно какие-то впечатления могут быть пересмотрены, например, не очень любимая бабушка вдруг осознается как лучик света в тёмном царстве.

В этом «котле» нашего опыта могут встретиться и очень специфические моменты. Например, какие-то действия отчима, которые клиент не то чтобы помнит, и не то чтобы понимает: «Что это вообще было?». А классическая терапия предлагает назвать травматичный опыт «как оно есть» — маркировать.

Но современные исследователи, которых цитировал Евгений, говорят следующее:

* [терапия] вызывает в них чувство, что им причинили вред, чтобы затем смягчать это же чувство…
* [терапия] удерживает жертв «в» травме посредством дискурса о травме «в» них…

Anne-Marie Grondin (2011 a, b), Ph.D., социолог, клиническая практика с жертвами CSA.

Это фактически в очередной раз напоминает нам о том, что в первую очередь важна действительность клиента, его конкретное состояние сейчас.
И даже если мы обнаружили у него опыт, который классически считается травматичным, это не значит, что нам нужно тут же убеждать клиента: «У вас ужасная травма, просто вы её не осознаёте, давайте будем работать 17 лет». Требуется быть крайне деликатным в обсуждении этой тему, дабы «не убеждать клиента в его травме».

«Лечение показано только тогда, когда в настоящее время есть доказанный вред.
Поступать иначе — это то же самое, как если бы врач лечил детей от велосипедных аварий."

Oellerich, Thomas D. (2001), Ph.D., эксперт в области социальной работы и психотерапии.

P.S. И с удовольствием порекомендую канал Евгения — там дикое количество интересного по сексологии и не только :)

Если кто хотел на заставку, вот файлами :)

Колесо баланса (катится в п…)

Не знаю, откуда взялся этот миф, что человек в норме живёт в балансе. Часто приводят в пример диаграмму с равными секторами по всем сферам жизни, где у каждого всё по пять из десяти. Какая-то ригидная картинка, не имеющая ничего общего ни с реальностью мира, ни с внутренней реальностью человека.

1. Баланс в отношениях
Пресловутое 50 на 50. Вы вообще видели такую пару, где вклад в отношения — ровно пополам? Я нет. В моих отношениях это чаще 90 на 10, потом 30 на 70, иногда 40 на 40. И да, «вместе 100» там не всегда набирается.

Но в этом и есть важный навык — остаться рядом, когда у вас на двоих всего 40% ресурса. Не обвинять, не тянуть одеяло, не требовать, а просто выдержать этот ужин в конце изматывающего дня. Переждать ночь. Выспаться. И утром обняться (по возможности).

На терапию пары нередко приходят не в конфигурации 0 на 100 (хотя каждый уверен, что именно он тянет всё на себе), а в ситуации 10 на 10, когда уже измотаны кризисом и попытками его преодолеть.

2. Баланс в жизни
Хотите результатов на 9 из 10 в какой-то сфере? Тогда забудьте про баланс. Серьёзный рост требует перекоса. Чтобы прорваться в работе, надо «прикрутить громкость» в семье. И наоборот - проблемы в семье потребуют большей включенности и придется отложить амбицию в работе.

Более того, человеку может быть плевать на какую-то сферу. НЕ ПОТОМУ ЧТО КЛИЕНТ ЧЕГО-ТО ИЗБЕГАЕТ И КОМПЕНСИРУЕТ. А потому что это ответственный выбор с осознаваемыми последствиями. И вероятность пожалеть в них входит — нормально взять на себя ответственность, что вы можете пожалеть о решении.

Коротко:

Проблема не в дисбалансе. Проблема — в стагнации. Когда в отношениях уже несколько лет 20 на 20, и никуда не двигается. Когда в жизни всё по нулям, а одна-единственная сфера бьёт в десятку годами.
Баланс — это не равенство. Это движение.
Так что если вы чувствуете, что не в балансе — ничего страшного. Это не повод себя винить.
А если кто-то уверяет, что всегда в балансе и знает его секрет…
Что ж. Убейте Будду, если вы понимаете, о чём я.