Ноябрь всегда сложный, в это время меня всегда тянет на тот полюс чувств и мысли, где у глубины нет предела. Тянет и к соответствующему искусству.
Искусство по-ноябрьски, глухие осенние тона – вещь во всех смыслах сложная. Цвет нужно углубить, но не убить. Нашему веку тяжело дается настоящая живопись, тонкие симфонии цвета, созданные передать то, на что не способны слова.
Думаю об этом каждый раз, включая что-то из Бергмана – он умел виртуозно, как в Осенней сонате. Это гениальная живопись осени как состояния: за окном, в сердцах, на пути жизни. Ему хорошо давались такие материи, от самих чувств до цвета и света их выражающих.
Напоминает великую северо европейскую живопись и Рембрандта, использовавших такой глухой свето-цвет, когда нужно рассказать сложную историю, полную глубоких и непростых чувств.
Искусство по-ноябрьски, глухие осенние тона – вещь во всех смыслах сложная. Цвет нужно углубить, но не убить. Нашему веку тяжело дается настоящая живопись, тонкие симфонии цвета, созданные передать то, на что не способны слова.
Думаю об этом каждый раз, включая что-то из Бергмана – он умел виртуозно, как в Осенней сонате. Это гениальная живопись осени как состояния: за окном, в сердцах, на пути жизни. Ему хорошо давались такие материи, от самих чувств до цвета и света их выражающих.
Напоминает великую северо европейскую живопись и Рембрандта, использовавших такой глухой свето-цвет, когда нужно рассказать сложную историю, полную глубоких и непростых чувств.
❤10
Поделилась этой находкой за утренним кофе с Лизой, подыскивая примеры лиричного Пикассо. Недавно увидела этот в SMK: дома деревни Gósol и подумала, ну как же непостижим гений – всегда находится грань, которой ты еще не видел. Нежное, закатное, терракотовое марево долин Северной Каталонии, ну каков мираж 🧡
❤13
Там же, в SMK, сейчас идет выставка женщин-художниц прошлого века из северных стран, где я нашла свою финскую звезду Ellen Thesleff. Искусство такое искреннее, чувственное, по-настоящему женское. Певучее, очень финское.
«Echo» – вечер в летнее солнцестояние, девушка с косичкой кому-то звонко кричит, на фоне хвойный лес, особенный воздух пика лета, полная благодать. Мидсоммар звучит и чувствуется именно так (а эти блики закатного солнца на рубашке!). И хороший текст Summer in the North.
А к последнему полотну была красивая экспликация:
The image balances between innocence and sensuality – like a mild Madonna on the threshold between girlhood and womanhood.
💔
«Echo» – вечер в летнее солнцестояние, девушка с косичкой кому-то звонко кричит, на фоне хвойный лес, особенный воздух пика лета, полная благодать. Мидсоммар звучит и чувствуется именно так (а эти блики закатного солнца на рубашке!). И хороший текст Summer in the North.
А к последнему полотну была красивая экспликация:
The image balances between innocence and sensuality – like a mild Madonna on the threshold between girlhood and womanhood.
💔
❤11
Давно и нежно люблю Финляндию и финское, часто чувствуя в нем уральские корни. На мой вкус, среди нордического финское самое плавное, текучее и природное – скорее женщина, нежели мужчина. Это видно и в кристально прозрачных и плавных стеклах iittala, и во многих ювелирных вещах, как в этих из артели Kalevi Salovaara из Турку 50-х годов.
Мне нравится думать, что в этих линиях отголоском звучит мистическое прошлое финских и саамских племен – оседлых детей леса и озер, разливающихся песнями и записывающие свою Калевалу.
Такие драгоценности могла бы носить финская Галадриэль, если бы кто-то снимал экранизацию и спросил моего мнения (пока не спрашивали).
Мне нравится думать, что в этих линиях отголоском звучит мистическое прошлое финских и саамских племен – оседлых детей леса и озер, разливающихся песнями и записывающие свою Калевалу.
Такие драгоценности могла бы носить финская Галадриэль, если бы кто-то снимал экранизацию и спросил моего мнения (пока не спрашивали).
❤15
Одна из моих любимых формул – нетипичные представители типичного жанра. Что-то узнаваемое, но только отчасти, одной стороной, а второй – что-то совсем особенное.
В папку любимого голландского still leben улетели картины Otto Marseus van Schrieck. Место действия его штиль лебен не скатерть, а подножье леса. Гадюки на ночной охоте, парящие белые мотыльки, темная чаща вдали – образы нижнего этажа леса почти сказочные, реальные и нереальные одновременно.
И, как водится и в still leben и сказках, жизнь и смерть идут рука об руку. Очень умные и красивые картины.
В папку любимого голландского still leben улетели картины Otto Marseus van Schrieck. Место действия его штиль лебен не скатерть, а подножье леса. Гадюки на ночной охоте, парящие белые мотыльки, темная чаща вдали – образы нижнего этажа леса почти сказочные, реальные и нереальные одновременно.
И, как водится и в still leben и сказках, жизнь и смерть идут рука об руку. Очень умные и красивые картины.
❤19
Мой внутренний символист тут не может удержаться от распутывания замысла: змеи – это связь с землей, местом рождения и упокоения, как и сами они существа перерождающиеся. Мотыльки – это воздух, дуновение жизни, легкие, парящие, в конце жизнь поглотит смерть (змея вот-вот поймает одну из бабочек), но обязательно будет новая жизнь. Танец стихий и фаз бытия.
И всё это – у подножия земли, на уровне, куда обычно не ступает человеческий глаз, «жизнь в миниатюре», а меж тем там течет ровно тот же цикл, что на наших этажах реальности. Под покровом ночи – это процессы, которые нам сложно объять умом, страх и тайна.
Всё вместе так умно, так метафорично, если умеешь читать. А если не умеешь, то дух все равно почувствуешь.
И всё это – у подножия земли, на уровне, куда обычно не ступает человеческий глаз, «жизнь в миниатюре», а меж тем там течет ровно тот же цикл, что на наших этажах реальности. Под покровом ночи – это процессы, которые нам сложно объять умом, страх и тайна.
Всё вместе так умно, так метафорично, если умеешь читать. А если не умеешь, то дух все равно почувствуешь.
❤12
Зацепил кадр для декабрьского AD Carat Germany – давно мы не видели так складно поданной классической роскоши. Ждала, когда этот жанр начнет протаптывать себе новый взгляд, и появится интерпретация не тихой, а уверенной и благородной роскоши, которая про истинную ненадуманную ценность — материала, исполнения, а стоимость лишь их эквивалент.
Благо- родный очень красивое слово и смысл.
Благо- родный очень красивое слово и смысл.
❤18
Люблю оловянные скульптурности, которые в эпоху ар-деко отливала шведская марка Svenskt Tenn, а авторами дизайнов были десяток талантливых художников.
В этом году Svenskt Tenn ("шведское олово") празднует столетие, и в Стокгольме идут сразу несколько выставок про наследие бренда. Галерея Jacksons, например, показывает именно этот слой в истории оловянного дома – 20е и 30е, ар-деко «Swedish grace», но у нас разные фавориты и видение.
Самые оригинальные и показательные, на мой взгляд, вещи Svenskt Tenn тех лет – мифологичные чудеса, которые синхронно изобретали Anna Petrus, Nils Fougstedt, Uno Åhrén. Их сказочные узоры, мир звезд и мифических существ, по мне – квинтэссенция севера и его длинной памяти о мире до больших религий (здесь есть напитки марки Saturn и улицы имени Юпитера, нация звездочетов).
Избранное сокровище – узорчатый ларец Уно Орена с зеркалом внутри. Переосмыслителям русского стиля на заметку.
В этом году Svenskt Tenn ("шведское олово") празднует столетие, и в Стокгольме идут сразу несколько выставок про наследие бренда. Галерея Jacksons, например, показывает именно этот слой в истории оловянного дома – 20е и 30е, ар-деко «Swedish grace», но у нас разные фавориты и видение.
Самые оригинальные и показательные, на мой взгляд, вещи Svenskt Tenn тех лет – мифологичные чудеса, которые синхронно изобретали Anna Petrus, Nils Fougstedt, Uno Åhrén. Их сказочные узоры, мир звезд и мифических существ, по мне – квинтэссенция севера и его длинной памяти о мире до больших религий (здесь есть напитки марки Saturn и улицы имени Юпитера, нация звездочетов).
Избранное сокровище – узорчатый ларец Уно Орена с зеркалом внутри. Переосмыслителям русского стиля на заметку.
❤12