Привет! Добро пожаловать в "Записки злого терапевта".

Меня зовут Елизавета Мусатова, я - психолог, нарративный практик, а через несколько месяцев получу диплом по специальности "Психоанализ".

Идея этого канала выросла из наблюдений за постами коллег, которые выносит волной репостов на экран.

Здорово, что в последнее время много говорят о поддержке, позиции "на стороне клиента", принятии, безопасности и комфорте человека, который пришел на терапию.

Не здорово, что при этом в разы меньше честных рассказов о том, что случается в терапии кроме поддержки и принятия. А случается разное. Сопротивление. Злость на терапевта. Ужасное осознание, что больше по-старому нельзя, нужно что-то делать (тебе! самому!) - и это пугает до самой селезенки. Сомнения, будет ли вообще конец-край всему этому: прорабатываешь, прорабатываешь, а новые проблемы все прут и прут на поверхность, доколе?!

И вот про это говорят гораздо меньше. Что логично. Один мой друг, помню, убеждал меня, что нужно воздерживаться от постов в фейсбуке на эту тему: ты, говорит, пишешь про страшненькое, кто к тебе после этого захочет приходить?

Я, однако, верю в то, что если про это "страшненькое" не разговаривать, если не давать честную информацию о самых разных аспектах процесса терапии, если выставлять только солнечную сторону, это вредит. Это обесценивает клиента и нашу веру в его способность справляться, выдерживать контакт со "страшеньким" и двигаться туда, где ему лучше.

А еще я верю в то, что человек, обращающийся к помогающему практику, должен знать о базовых вещах, которые могут произойти. Например, о том, что такое перенос, как он выглядит и чем может помочь. Какое поведение терапевта этично, а какое - неэтично. Почему важны отношения между клиентом и помогающим практиком и то, что в них происходит.

И это все, конечно, не про добренького психолога, который заменит маму своим всепринятием и безусловной поддержкой. Честность в отношениях вообще не бывает стопроцентно добренькой.

"Записки злого терапевта" (в противовес добренькому) задуманы как пространство для открытого разговора о психологической помощи. О фигуре помогающего практика. И о том, что происходит за фасадами продающих постов.

Во вторник побывала на лекции нейропсихиатра Срджана Симича. И тема была интересная (о том, как мы выбираем партнера для романтических отношений), и приставка "нейро-" меня заинтриговала, и организатор любопытный, ведущий близкую мне деятельность. В общем, купила я билет, настроилась на хороший вечер и поехала на лекцию.

А потом началась грусть.

Сначала стало просто грустно, когда доктор Симич сразу заявил: есть одна единственная модель любви. Остальное - не любовь. И не зрелые отношения. Да и вообще не отношения.

И очень грустно, когда под конец лекции доктор припечатал весь зал (человек сто) диагнозом. Одна из слушательниц спросила, есть ли в зале человек, состоящий в таких вот "правильных" отношениях. "А вы все не являетесь репрезентативной выборкой, - сказал доктор. - Знаете, почему? Вы все пришли сюда без своих партнеров. Это значит, что вы пришли не расти личностно и строить зрелые отношения, а кормить свою нарциссическую часть".

К чему рассказ про доктора Симича и его лекцию? Мне кажется, это хорошая стартовая точка для разговора о директивности и недирективности в терапии. А также о психологе-господе-боге с рентгеновским зрением, и о советах и диагнозах от помогающего практика.

Есть такой популярный мем: "тыжпсихолог". Человек-тыжпсихолог - личность незаурядная. Среди прочего он способен читать мысли, рентгеновским зрением прозревать любую проблему и всегда знает правильное решение. Надо сказать, что в мем этот сами психологи тоже вкладываются, и иногда заступают на эту роль и искренне пытаются ее тянуть. Спойлер: мало что хорошего из этого получается.

В каждой шутке, как известно, есть только доля шутки. Не знаю, может ли кто точно сказать, из чего сложился образ человека-рентгена, но думаю, что одним из факторов стал вот этот: первой на рынок психологических услуг вышла директивная психология.

Давайте разбираться с терминологией, это важно.

Директивный подход - более жесткий. Он предполагает диагноз (в широком, не только медицинском смысле слова) и целенаправленную работу по решению конкретной проблемы. Психолог в директивном подходе - это эксперт, учитель, врач или даже менеджер процесса. Тот, кто обладает бОльшим знанием и дает указания. Короче говоря, если специалист говорит вам, что и как надо делать, вы столкнулись с директивным подходом.

Недирективный подход более мягкий и менее авторитарный. В центре оказывается не проблема, а человек во всей своей цельности. Психолог - это партнер, помощник. А вот эксперт - сам клиент. Ведь кто лучше него может знать самого себя и разбираться в своей жизни? Вопрос в том, чтобы помочь ему дойти до этого знания в себе. Краткое резюме: если психолог не говорит, что делать, а задает вопросы и приглашает вас к размышлению, это недирективный подход.

(Кстати, директивным и недирективным может быть конкретное направление в помогающих практиках, а может и сам специалист в силу своего характера, убеждений, жизненной позиции. Я однажды видела, как в совершенно недирективном подходе (нарративная терапия) работает очень авторитарный человек. Любопытный был опыт).

Разделение на директивный и недирективный стиль нормально. Ни один из них не является правильным или стопроцентно предпочтительным. Выбор зависит от клиента, его особенностей, текущей ситуации и связанными с ней потребностями. Вам нужны жесткие рамки и направляющая рука? Это нормально. Вам хочется гибкости, понимания и чуткости? Это нормально. Год назад хотелось одного, а сейчас вы бы выбрали другое? Это нормально.

Ненормально, когда специалист перепутал директивный подход и всемогущество. Нормально (в том смысле, что части встречается), но совсем не здОрово, когда клиент перепутал психологическую помощь и всемогущество.

Вот несколько пунктов, которые стоит держать в уме, если вы обращаетесь к психологу или терапевту:

1. Если вы пришли к этому специалисту впервые, вы встречаетесь как два незнакомца. Реалистично ли ожидать, что этот незнакомый человек за 50 минут узнает вас настолько, что сможет точно сказать, как вам нужно жить и что для этого делать? Или еще один вопрос: вы правда готовы сразу же жить так, как вам указал человек, о котором вы почти ничего не знаете?

2. Проблема - это то, что клиент считает проблемой, а не то, что посчитал проблемой специалист. Исключение - случаи явного деструктивного поведения по отношению к себе или другим. В большинстве случаев речь о крайностях не идет. Если вы проблемы не видите, а специалист видит, это можно обсуждать. Но психолог/терапевт не может приговорить вас к своему мнению и принудительно "лечить" то, что считает "диагнозом" только он. (На кавычки обратите внимание - речь сейчас не о клинической психологии/психиатрии, где такое как раз возможно).

3. Даже если вы пришли к директивному специалисту, он все равно не знает, как вам лучше. Вот лично вам. Он может знать, как справиться с проблемой, отрегулировать поведение и привычки, нормализовать жизнь. Но он не знает, как лучше вам. Хорошему специалисту вообще свойственно сомневаться. И чем выше профессионализм, тем выше бывают сомнения.
Уже когда устанавливаются доверительные отношения и проходит какое-то время (скорее длительное, чем нет), специалист может видеть скрытое, на которое клиент не смотрит. В чем-то это похоже на "знать, как лучше". Но это не оно. Знаете только вы. Если не знаете, задача специалиста вам помочь узнать.

4. Норма - понятие широкое. Норма вариативна. Если специалист настаивает только на одном варианте нормы как единственном (и вот тут вспомним доктора Симича, который считает, что любовь - это только так и никак иначе), это повод крепко задуматься. Точно ли вы хотите, чтобы вас приводили в эту норму? Не чужая ли она? (Спойлер: скорее всего, чужая, если только не произошло удивительное совпадение).

5. Специалист может корректировать поведение (если на это есть запрос от клиента, см. пункт 2), но не корректирует личность. Да-да, я действительно это пишу. Когда один человек меняет личность другого - это насильственное вмешательство. Личность может меняться в ходе работы. Но это процесс естественный, а не "сейчас мы сделаем из тебя..." - вставьте вместо многоточия что-то на свой вкус. Настоящую женщину, например, или человека с позитивным взглядом на жизнь.

6. Любой диагноз или совет от специалиста, если вы не находитесь в отношениях "клиент-терапевт", - это нарушение границ. За исключением случаев, когда ваш друг или родственник - представитель психологической профессии, но совет дает вам именно как друг или родственник. Доктор Симич, в общем-то, совершил неэтичный поступок, навесив на сотню человек клеймо нарциссов, желающих почесать свое эго. Не говоря уже о том, что ни у доктора Симича, ни у кого-либо из моих коллег нет встроенного рентгеновского аппарата, который позволяет насквозь видеть мотивы десятков человек сразу.

Когда клиент приходит ко мне на первую консультацию и рассказывает о проблеме, я иногда спрашиваю: «Окей, а чего бы вам хотелось?». Вот зачем: часто человек замыкается в проблеме, его пространство как будто сжимается до клочка под названием «я в этом». Вопрос «Чего ты хочешь?» пространство расширяет. Человек может увидеть, что есть и другая территория, не занятая проблемой. Ну а мне ответ помогает нащупать важную информацию об отношении человека к проблеме.

И знаете, что? Самый частый ответ: «Хочу узнать, почему у меня это».

Тогда я задаю следующий вопрос: «А чем вам поможет это знание?»

В нашей культуре (говорю я, имея в виду, что мы с вами, друзья, являемся выходцами с пост-советского пространства, даже если сейчас живем за пределами бывшего СССР) знание наделено особым статусом. Оно и сила, и мощь, и мерило пользы: чему ты там научился? Нужно знать!

Только вот в психологической помощи знание само по себе еще не является решением. Особенно когда речь о «знать, что» или «знать, почему». Раньше я просто страдал, а теперь страдаю, но знаю, что это потому, что *причина*. Мое страдание стало осознаннее. Возможно, мне от этого легче: я увидел новый кусочек мозаики. Однако, страдания все еще не прекратились.

Более того, иногда знание работает против нас. Знаете грустную шутку о том, что если в детстве у вас не было велосипеда, а потом вы выросли и купили бентли, то в детстве у вас все равно не было велосипеда? Вот смотришь на это знание: окей, говоришь, это у меня сегодня из-за безвелосипедья в детстве. И что? Назад не вернешься. Фактологию не перепишешь. Что случилось, то случилось. И от этого может быть очень, очень горько.

Изменения не случаются с одним знанием, без работы. Эта работа бывает внешней, видимой. Съехать от мамы, по-другому ответить начальнику, последовать новой привычке — это примеры внешней работы. И бывает внутренней, невидимой глазу и трудноизмеримой в конкретных показателях. Внешняя работа всегда сопровождается внутренней. А внутренняя так или иначе найдет выражение во внешнем действии.

И да, работа эта может идти рука об руку со знанием. А может от него не зависеть и происходить даже когда причины неизвестны.

И да, пока писала пост, подумала, что знание тоже можно разделять на категории. «Знать, что» или «Знать, почему» - это знание ради знания, которое само по себе меняет немногое. «Знать, как» - это что-то более прикладное, тут рукой подать до действия. Правда, само по себе «знаю, как» тоже ничего не меняет. Можно прочитать толстую книжку про плавание и знать, как грести, работать ногами и дышать, но что это даст, пока стоишь на берегу?

Леночка Трускова делится своими выводами после двух лет личной терапии. Мне этот текст очень по сердцу, с его честностью и открытым разговором о том, что порой тактично замалчивается или глазируется поверх ура-позитивом.

Леночка пишет, что терапия - это сложно, неприятно и энергозатратно. И это таки правда. Если речь о краткосрочной работе с конкретной ситуацией, в которой возможен быстрый ответ, это одно. А вот когда речь о глубоком процессе, глубоком контакте с собой и с другим, то процесс такой не бывает сплошь радугой, по которой восхищенному клиенту скатывается инсайт за инсайтом, и каждый - исключительно радостный.

Терапия для меня, в первую очередь, не о том, чтобы менять себя. А о том, чтобы быть с собой.

Недавно мне прилетел комментарий к анонсу мероприятия: "Не понимаю, зачем платить деньги просто за то, чтобы почувствовать себя собой? Ведь ты не получаешь новых знаний и навыков на этом "занятии". И дальше о том, что рефлексировать, по мнению автора, - это неотъемлемая часть жизни, а не хобби или навык, за которые нужно платить.

Оставим на минутку за скобками тот факт, что у некоторых настройки навыка рефлексировать сбиты настолько, что их сначала нужно найти, реабилитировать и бережно, по чуть-чуть, отстроить - что человек, в том числе, делает и на терапии с поддержкой помогающего специалиста. Поговорим только про "почувствовать себя собой".

Это, черт возьми, куда сложнее, чем учиться рефлексировать, чем осваивать какой-то навык или область знаний с очевидной прикладной ценностью. Потому что самое невыносимое в этой жизни - это именно чувствовать себя собой и быть с этим. С собой в разных своих проявлениях. Не только с собой сильным, на коне, благополучным красавчиком и молодцом. Но и с собой в слабости, унынии и горе, в растерянности и в страхе, с собой, когда кажется, что жизнь летит на саночках в ад, залихватски похохатывая по дороге.

С таким собой быть порой невыносимо.

Знаете, как чаще всего звучит запрос человека, который приходит ко мне в кабинет? "Исправьте меня!".

Леночка пишет о том, что мы видим терапию, показанную в масс-медиа. И думаем, что у нас будет так же. Мы видим рекламные посты, которые так легко интерпретировать как "меня там поправят". И ждем, что поправят. Я сама ждала, когда впервые пришла к терапевту восемь лет назад. Хорошо помню, как шла с первой сессии домой и думала: "Не надувалово ли вся эта хрень, которая совсем не как в кино?".

Знаете, что? Никого из тех, кто приходит в мой кабинет, не нужно исправлять. Никто не сломан. Никто не дефективен. Мы все в порядке. Просто трудно, чертовски трудно смотреть на себя и видеть: "Ого, вот это я. И это я". И учиться быть с этим, не выходя в окно.

Парадокс, но туда, где есть место честности, радужные единороги с инсайтами приходят попастись. Потому что помимо честности есть еще забота. Есть другой взгляд на себя. Вот этого разного, всякого, иногда невыносимого себя.

Человек разрешает себе существовать. Человек видит, как другой с этим соглашается. И однажды человек говорит: "Сегодня я посмотрю на себя с любовью и нежностью".

Написала мега-материал о том, почему я пошла к психотерапевту и зачем уже два года туда хожу раз в неделю: http://authenticityfirst.ru/tri-vyvoda-posle-dvuh-let-lichnoj-terapii-i-pyat-otvetov-na-dopolnitelnye-voprosy/

Деньги — тема щекотливая. Деньги в сфере психологической помощи — тем более. Устроим ликбез на тему «Финансы и терапия»?

Начать хочу с самого важного: не стесняйтесь говорить с терапевтом о финансовой стороне процесса! Можно и нужно оговаривать порядок оплаты сессий, условия оплаты в случае пропусков и отмен, возможность изменения стоимости в случае жизненных перемен.

Также можно и нужно разговаривать о вашем состоянии и переживаниях, связанных с финансами. Деньги — это лакмусовая бумажка, по которой можно отслеживать самые разные процессы. Почти у каждого человека они с чем-нибудь да перепутаны. С материнской любовью, с правом на существование, с социальным принятием, с заботой. Разбирая то, что происходит в человеке по поводу оплаты терапии, можно по этой ниточке выйти на глубинные процессы.

Основные пункты в списке «про деньги», с которыми сталкивается клиент, выглядят так:

1. В терапевтических отношениях есть финансовые границы. В первую очередь, стоимость сессии и порядок оплаты. О стоимости и порядке терапевт и клиент договариваются на берегу: сколько, когда и как платить. Договоренность должна устраивать обоих. Если договоренность «жмет» - это не повод сжать зубы и смириться, а повод обсудить это с терапевтом.

2. Договоренность может включать (и чаще всего включает) оплату отмен и пропусков. Каждый специалист может называть свои условия для таких случаев: за какой срок приемлемо предупреждать об отмене или переносе сессии, какие последствия действуют при несоблюдении срока и для клиента, и для терапевта, какие договоренности существуют для случаев обстоятельств непреодолимой силы.

3. В ходе работы, особенно долгосрочной, стоимость может меняться: повышаться или понижаться, на время или на постоянной основе. Для изменения стоимости должны быть веские причины и взаимное согласие. Мой первый терапевт завел со мной разговор о возможном повышении оплаты сессий, когда стало понятно, что текущую стоимость я почти не воспринимаю, она для меня низкая — да, это весомая причина. Другой терапевт, лет шесть спустя, пошел навстречу, когда у меня случились серьезные финансовые трудности, и предложил временно снизить стоимость сессии.

4. Терапевт может инициировать разговор об оплате, если клиент начинает часто нарушать договоренности. То и дело забываемый дома кошелек, постоянные нерабочие банкоматы по пути на сессию и частые препятствия, мешающие вовремя перевести оплату, - все это может быть признаком скрытого процесса. Сопротивления, которое не разворачивается во всей своей красе, но предпочитает действовать исподтишка, словно ненароком. Специалист обратит на это внимание и попробует прояснить, что происходит.

О чем хотите поговорить в следующий раз?
anonymous poll

Сколько должна стоить сессия/консультация – 57
👍👍👍👍👍👍👍 36%

Что значит "перепутать деньги с чем-то другим" – 56
👍👍👍👍👍👍👍 35%

Что такое сопротивление и как оно проявляется через оплату терапии – 30
👍👍👍👍 19%

Когда оплата за работу терапевта может меняться – 17
👍👍 11%

👥 160 people voted so far.

Спасибо всем, кто голосовал! (И позвольте воспользоваться поводом и сказать «Ух ты!» от того, что вас уже две с половиной сотни, а голосов — почти сто. Мне очень приятно, что вы со мной.)

Итак, почти половина голосовавших интересуется, что значит «перепутать деньги с чем-то другим».

Для начала — немного занудства. Давайте о том, что такое деньги. Пожалуйста, имейте в виду, что я не финансист и оперирую самыми простыми понятиями. И самым простым мне кажется такое определение: деньги — это промежуточное звено в обмене благами.

У нас в кошельке есть бумажки и кусочки металла. У многих бОльшая часть денег существует не в виде бумажек, которые можно достать, пересчитать и передать из рук в руки, а в виде цифр в приложении мобильного банка или он-лайн кошельке. То есть, их даже не потрогать. Где-то там, на законодательном уровне, установлено, что каждая бумажка или кусочек металла обладает определенной обменной ценностью. Одну можно обменять на пару носков, а другую — на зимнюю куртку, например.

Без этого глобального договора и огромной системы финансовых институтов, которая обеспечивает его исполнение, деньги ценности не имеют. Можно посмотреть любой фильм-антиутопию и увидеть, как быстро они теряют в цене, а новой валютой становятся еда, бензин, лекарства. Промежуточное звено исчезает.

Однако, пока за окном не зомби-апокалипсис и не пост-ядерный мир, мы пользуемся деньгами как мостиком. У меня есть что-то ценное. Я могу обменять это на деньги. Эти деньги, в свою очередь, я обменяю на другое ценное: вещи, услуги, эмоции.

Коротенький итог: деньги — посредник в решении огромного количества вопросов. Деньги конвертируются в самые разные вещи и не-вещи. И там, где начинаются не-вещи, открывает широкое поле для перепутывания.

Деньги можно конвертировать во власть, статус, безопасность, свободу, удовольствие, отношения, переживания. Деньгами можно выразить протест или согласие — вы когда-нибудь переводили сумму проекту, фонду, организации? Можно выразить деньгами то, что не получается выразить иначе: например, поддержку и заботу.

А еще деньгами можно изменить жизнь другого человека. Если вы дали в долг другу на важную операцию, и другу стало лучше благодаря этой операции, вы изменили его жизнь. Если вы отправили перевод на спасение бездомного котика, вы изменили его жизнь. Если вы поддержали интересный старт-ап, который «выстрелил» и начал расти благодаря собранной сумме, вы изменили жизнь человека, которому принадлежит этот бизнес. А когда один человек меняет жизнь другого, между ними формируются связи.

Даже из этого короткого описания видно, что очень, очень трудно воспринимать деньги исключительно как средство обмена. Если честно, я вообще не уверена, что это возможно на все сто процентов. И когда я говорю, что деньги с чем-то перепутаны, то имею в виду, что для человека деньги — это, в первую очередь, не банкноты и монеты, а что-то значимое, ценное.

Когда в отношениях между людьми возникает конфликт или неприятные переживания на финансовой почве, можно искать эту скрытую ценность. Что за конфликт разворачивается на самом деле? О чем говорят эти переживания? И какие еще варианты решения, помимо денежных, могут быть?

Чем сильнее переживания по поводу денег, тем сильнее «перепутанность». А где сильная «перепутанность», там, скорее всего, большой дефицит этого важного и незнание, где и как его получить иначе. Сразу «Шинель» Гоголя вспоминается: бедный Акакий Акакиевич, для которого единственным доступным способом ощутить собственное достоинство стал пошив шинели. А утрата этой шинели его убивает, потому что не существует для него ни одного другого способа вернуть достоинство.

Тема, конечно, огромная. Я постаралась очень компактно упаковать основную идею. Так-то еще с 70-х годов "перепутанностью" денег, установками и отношениями к деньгами и с деньгами ученые занимаются и проводят исследования.

В следующий раз поговорим о том, сколько должна стоить терапевтическая сессия.

Всем добрый день! У нас в Белграде он правда добрый - после нетипичных для Сербии морозов и, о ужас, снега, сегодня тепло, солнечно и +15. Канал, конечно, не про погоду и не про Сербию, но уж очень хочется поделиться радостью от того, что зимовка, наконец, закончилась!

И писать сразу радостнее.

Ну что, продолжаем краткий ликбез по теме финансов в терапии? Почти треть голосовавших интересовалась, сколько должна стоить сессия у терапевта. Не сказать, как я рада, что эта тема не уехала в хвост списка! Это повод поговорить сразу о многом: о поведенческой экономике, о специфике отношений между клиентом и терапевтом и о так называемом теневом обмене.

Сразу подчеркну, что я не экономист. Сейчас, однако, происходит слияние двух областей, которые раньше считались независимыми. В прошлом году Нобелевскую премию по экономике присудили Ричарду Талеру за исследование экономического поведения и роли, которую психология играет в экономике. Поскольку все коллеги, которые работают частным образом, сами должны решать вопросы, касающиеся денег в их работе (а нередко еще и работают с запросами, касающимися финансов), то было бы неплохо, чтобы каждый обладал хотя бы некоторыми знаниями об экономическом поведении и мог, при необходимости, вести разговор на эту тему с клиентом, в том числе, с целью объяснить или прояснить.

Про работу Талера и его предшественников много пишут в сети, а его книги переведены на русский и продаются в магазинах. Лучше автора я все равно не напишу, поэтому позвольте мне ненавязчиво порекомендовать "Nudge. Архитектура выбора" и "Новую поведенческую экономику" всем, кому интересно больше узнать о собственном механизме принятии решений. Я только коротко скажу, что люди принимают решения, в основном, иррационально, а наше представление о "справедливом ценообразовании" сильно искажено.

В сфере психологических услуг эти тенденции усиливаются. В первую очередь потому, что:

- человеку, который никогда не проходил личную терапию, трудно - невозможно! - представить точно, что он получит благодаря этой работе;
- терапевту, даже с солидным опытом, может быть трудно объяснить клиенту, что он получит благодаря этой работе. Однажды я нашла довольно точное определение: это как с мигренью. Если человек с детства страдает от постоянной мигрени, невозможно ему объяснить, что будет, когда она прекратится.

А еще нужно помнить, что терапевт может говорить о "среднем по больнице" - что, в принципе, может дать терапия, каким может быть результат, чем это может помочь. Но никогда, никогда специалист не может заведомо дать точный прогноз, каким этот опыт будет лично для вас и что он даст именно вам. Слишком много переменных, а помогающий практик - не господь бог и не умная машина с рентгеновским зрением.

Возникает закономерный вопрос: а за что я вообще буду платить? И сколько я готов тратить на "то-не-знаю-что"?

(Позже я обязательно напишу о разных форматах психологической работы и о том, почему нередко люди сторонятся терапии, зато начинают ходить на тренинги, курсы или на коуч-сессии. Это связано, в том числе, с вопросом "цена-результат, который можно пощупать").

Деньги — отличная граница и средство урегулирования в отношениях. Когда один человек дает, а второй берет и оплачивает, правильная цена помогает завершить сделку максимально честно. Под правильной ценой я имею в виду сумму, которая ощущается правильной для всех участников сделки. Да-да, именно ощущается. Если же цена чувствуется как низкая или высокая, в сделке неминуемо будет так называемый теневой обмен. То есть, излишек или недостача будет покрыта чем-то другим. Не деньгами.

Скажем, вы решили обратиться за помощью к психологу. Пусть это будет не специалист в учреждении, где финансы регулируются третьим лицом (самим учреждением), а частник. Вы наверняка сразу обратили внимание на разброс цен на рынке помогающих услуг. Вот у этого консультация стоит 700 рублей, у этого — 2000, а вон у того вообще 5000. И... что теперь?

Надо иметь в виду, что на ценообразование влияют не только, и даже не столько объективные факторы (например, рыночные условия там, где живет специалист), сколько субъективные. Грубо говорят, цену на свои услуги специалист назначает, руководствуясь собственным представлением о ценности своей работы.

И вот ведь в чем штука: тут не магазин, цена — не подсказка. Вообще не факт, что «специалист за 700» лучше, чем «специалист за 5000». Вы не можете заранее знать, что больше отражает эта цена — профессионализм, наглость или среднюю цену на рынке в той стране, где человек живет.

Тут есть один важный момент. Никто не скажет вам, сколько должна стоить консультация. Но существует доминирующее мнение, что терапевтическая работа не должна дешево в понимании клиента (= "Для меня такая трата остается незамеченной"), а также не должна стоить чрезмерно дорого (="Я с трудом могу себе позволить такую трату"). Рекомендуется, чтобы стоимость была ощутимой (="Я заметил эту трату"), но не пробивала дыру в бюджете.

И второй важный момент в связи с этим. Если вы очень, очень-преочень хотите к тому специалисту, который «за 5000», но для вас это очень дорого, не надо копить и идти к этому человеку. Даже если вам кажется, что он-то и есть ответ на ваши вопросы и вообще тот, кто поможет решить все проблемы (особенно если вам так кажется!). Найдите того, к кому почувствуете симпатию, и чьи услуги для вас стоят приемлемо. Идите к нему. Потому что если таки накопите нужную сумму, заплатите и придете, тут-то вас и поджидает теневой обмен.

Выше я не зря упомянула, что деньги - это средство урегулирования. В любых человеческих отношениях есть стремление к балансу между тем, что отдано, и тем, что получено. Если вы платите слишком много, вы будете, сознательно или бессознательно ожидать, что специалист компенсирует потраченное. Если вы платите слишком мало, в работе, скорее всего, просто не поднимется энергия, на которой возможно что-то качественно менять.

Работает это и в обратную сторону. Если терапевт соглашается работать за сумму более низкую, чем ему ощущается правильным, он доберет с вас разницу в цене чем-то другим. Никто не скажет, чем именно, но ожидание урегулирования баланса в ваших отношениях будет присутствовать. Если же терапевт соглашается работать за сумму большую, чем он может переварить, он будет ощущать, что должен клиенту больше. И тоже будет стремиться урегулировать дисбаланс - соответственно, усилия его и внимание будут направлены уже не только исключительно на вас, но на то, как бы "додать".

И процессы эти могут быть осознанными, но чаще все-таки не осознаются. Терапевт может вскрыть их на супервизии или во время собственной личной терапии. А может и не вскрыть. А может, он не посещает супервизора (в России все еще нет закона, по которому личная терапия и супервизия являются обязательными для специалиста). И тогда эти теневые процессы могут длиться и длиться, и влиять на качество вашей совместной работы и ваших отношений.

Резюмирую:

1. Никто не скажет вам, сколько должна стоить сессия. Общая рекомендация: цена не должна быть для клиента слишком низкой или слишком высокой, однако, уплаченная сумма должна быть заметна.
2. Терапевт решает, какая стоимость для него ощущается "правильной". Работа по такой цене позволяет минимизировать возможность теневого обмена и сконцентрироваться только на помощи клиенту.
3. Клиент вправе решать, готов ли он платить заявленную стоимость, и поискать другого специалиста, если не готов.

Добавлю еще, что всегда есть пространство для переговоров. Некоторые коллеги предлагают разную стоимость своих услуг, например, в зависимости от страны, в которой живет клиент. Или от жизненной ситуации - знаю специалиста, у которого есть "социальные" места.

Надеюсь, после этого поста некоторым читателям будет проще ориентироваться в выборе специалиста. Ну и еще раз напишу: не стесняйтесь обсуждать финансовую сторону дела с терапевтом! Чем больше ясности, тем лучше это для вас обоих и для вашей совместной работы.