Я жив.
Канал пропадал из эфира не только из-за патологической лени авторки, но и из-за ужаса под названием TOEFL: Импостер готовился поступать в университет. И поступил. В два.
Хотелось отрезать любые раздражители и сосредоточиться на английском языке (под нож попал и этот канал). Потом были сумбурная весна с поиском нового жилья и великое лето праздности. Но завтра — первый день учёбы, а значит я буду писать о том, как все происходит в американских колледжах. Надеюсь, вам будет интересно, а кому-то весьма полезно: в непростые времена многие идут учиться. Моя приятельница @artysmarty выпустилась из Арт-института Сотбис, три другие подруги в самом секретном чате телеграма (хихи) высказывали идеи пойти поучиться тоже. В университете, который я в итоге выбрала, в этом году самый большой и разнообразный набор студентов за всю историю его существования. Сердце стучит, почти выпрыгивает!
Буду ли я писать про моду? Буду, но личное и выборочное, как делают @shoesanddrinks @bonmot и @askvydolob — очень их за это люблю. Ну и часть моего универа — знаменитый Parsons, так что без заметок «об одежде и городах» никуда. Но будет и про бруклинскую тишь, и про манхеттенскую грязь, про великолепие и упадок, про привилегии и бездомных, про писательский факультет и рутину с документами. Как в approval matrix журнала New York magazine: lowbrow / highbrow / despicable / brilliant — все будет. Если же вам захочется больше Нью-Йорка и больше абсурда, подпишитесь на @lightmycire aka Свечи Апокалипсиса и почитайте с самого начала — все так, и никто никому не поможет.
Зачем мне это? Чем больше пишешь, тем легче пишется. Мне очень грустно, что с 2011 года, когда у меня началась настоящая рабочая гонка, я почти не пишу для себя, не рисую, не играю на фортепиано и не изучаю языков. Спустя десять лет надеюсь на второе дыхание — таки студенчество омолаживает.
А ещё я наткнулась на одно исследование, согласно которому я нахожусь в том самом возрасте, когда события, происходящие со мной сейчас, забудутся к 65 годам с большей долей вероятности, чем те, что происходили в 16-20 лет. Просто потому что юность впечатывается в память сильнее, а потом ты просто помнишь сравнительно недавние события. Я же почти ничего не фотографирую (разве что пейзажи и собачку), не записываю — просто запоминаю. Не то, что бы я уверовала в это исследование, но захотелось иметь что-то вроде дневника. Чтоб не забыть. Lest we forget 🖤
Канал пропадал из эфира не только из-за патологической лени авторки, но и из-за ужаса под названием TOEFL: Импостер готовился поступать в университет. И поступил. В два.
Хотелось отрезать любые раздражители и сосредоточиться на английском языке (под нож попал и этот канал). Потом были сумбурная весна с поиском нового жилья и великое лето праздности. Но завтра — первый день учёбы, а значит я буду писать о том, как все происходит в американских колледжах. Надеюсь, вам будет интересно, а кому-то весьма полезно: в непростые времена многие идут учиться. Моя приятельница @artysmarty выпустилась из Арт-института Сотбис, три другие подруги в самом секретном чате телеграма (хихи) высказывали идеи пойти поучиться тоже. В университете, который я в итоге выбрала, в этом году самый большой и разнообразный набор студентов за всю историю его существования. Сердце стучит, почти выпрыгивает!
Буду ли я писать про моду? Буду, но личное и выборочное, как делают @shoesanddrinks @bonmot и @askvydolob — очень их за это люблю. Ну и часть моего универа — знаменитый Parsons, так что без заметок «об одежде и городах» никуда. Но будет и про бруклинскую тишь, и про манхеттенскую грязь, про великолепие и упадок, про привилегии и бездомных, про писательский факультет и рутину с документами. Как в approval matrix журнала New York magazine: lowbrow / highbrow / despicable / brilliant — все будет. Если же вам захочется больше Нью-Йорка и больше абсурда, подпишитесь на @lightmycire aka Свечи Апокалипсиса и почитайте с самого начала — все так, и никто никому не поможет.
Зачем мне это? Чем больше пишешь, тем легче пишется. Мне очень грустно, что с 2011 года, когда у меня началась настоящая рабочая гонка, я почти не пишу для себя, не рисую, не играю на фортепиано и не изучаю языков. Спустя десять лет надеюсь на второе дыхание — таки студенчество омолаживает.
А ещё я наткнулась на одно исследование, согласно которому я нахожусь в том самом возрасте, когда события, происходящие со мной сейчас, забудутся к 65 годам с большей долей вероятности, чем те, что происходили в 16-20 лет. Просто потому что юность впечатывается в память сильнее, а потом ты просто помнишь сравнительно недавние события. Я же почти ничего не фотографирую (разве что пейзажи и собачку), не записываю — просто запоминаю. Не то, что бы я уверовала в это исследование, но захотелось иметь что-то вроде дневника. Чтоб не забыть. Lest we forget 🖤
Вчера закончилась первая учебная неделя, а точнее два дня — 31 августа и 1 сентября. Всего четыре семинара, а объём домашнего чтения уже собрался на месяц вперёд. Закончить надо к следующей неделе. И написать пару эссе 😬
У магистров на Liberal arts и прочих гуманитарных факультетах, где нужно самому выбирать программу, обычно три курса каждый семестр + академическое письмо, если ты #неместный
В следующем семестре — новые три курса на выбор. Каждый законченный курс — три балла. Для диплома нужно набрать 30 баллов. Их набирают не только курсами, но и стажировками, индивидуальными проектами и так далее. Если активно стажируешься летом, можно (теоретически) получить диплом на семестр раньше. Если хочешь закончить магистратуру за год — берёшь пять курсов за семестр (говорят, такие люди были, и пара из них даже выжили). Академический английский — 0 баллов. Это бесплатный вспомогательный курс, подаренный нам щедрым руководством.
Моя программа — Creative Publishing and Critical Journalism; такие тут называют Elective heavy: это значит, что нужно взять несколько обязательных курсов, а остальное — что угодно. Хочешь — учи психологию, хочешь — проводи гендерные исследования, хочешь — читай историю капитализма.
Я записалась на два родных курса (паблишинг и будущее дизайна), плюс взяла электив про становление современности.
Студенты тут О-Б-А-Л-Д-Е-Н-Н-Ы-Е, некоторые уже с многолетними проектами, вовлечены в различные исследования. География разнообразнейшая. Интересы тоже: от того, как и зачем запускать процессы, препятствующие глобализации, до феномена клана Кардашьян.
Далее соберусь с силами и напишу как вообще пришла идея учиться, куда я поступала + процесс подготовки, документы, и почему выбрала то, что выбрала.
А ещё нас всех залило библейским ливнем, и для многих это закончилось катастрофой:
https://nyti.ms/3t9Xdre
У магистров на Liberal arts и прочих гуманитарных факультетах, где нужно самому выбирать программу, обычно три курса каждый семестр + академическое письмо, если ты #неместный
В следующем семестре — новые три курса на выбор. Каждый законченный курс — три балла. Для диплома нужно набрать 30 баллов. Их набирают не только курсами, но и стажировками, индивидуальными проектами и так далее. Если активно стажируешься летом, можно (теоретически) получить диплом на семестр раньше. Если хочешь закончить магистратуру за год — берёшь пять курсов за семестр (говорят, такие люди были, и пара из них даже выжили). Академический английский — 0 баллов. Это бесплатный вспомогательный курс, подаренный нам щедрым руководством.
Моя программа — Creative Publishing and Critical Journalism; такие тут называют Elective heavy: это значит, что нужно взять несколько обязательных курсов, а остальное — что угодно. Хочешь — учи психологию, хочешь — проводи гендерные исследования, хочешь — читай историю капитализма.
Я записалась на два родных курса (паблишинг и будущее дизайна), плюс взяла электив про становление современности.
Студенты тут О-Б-А-Л-Д-Е-Н-Н-Ы-Е, некоторые уже с многолетними проектами, вовлечены в различные исследования. География разнообразнейшая. Интересы тоже: от того, как и зачем запускать процессы, препятствующие глобализации, до феномена клана Кардашьян.
Далее соберусь с силами и напишу как вообще пришла идея учиться, куда я поступала + процесс подготовки, документы, и почему выбрала то, что выбрала.
А ещё нас всех залило библейским ливнем, и для многих это закончилось катастрофой:
https://nyti.ms/3t9Xdre
Nytimes
New York Flooding: Flooding From Ida Kills Dozens of People in Four States (Published 2021)
At least 43 people were killed, many of them in basement apartments, in a storm caused by the remnants of a hurricane that struck New Orleans days earlier.
MASTER OF DISASTER
Завтра начнётся третья учебная неделя, а из пяти больших заданий сделано, кончено, одно (зато все чтение прочитано под вино). Поэтому пост про магистратуру вообще (да, прокрастинация).
Идея пойти в универ родилась в разгар короны, потому что первый год я не могла работать официально из-за документов (разрешение на работу я ждала около года), потом грянула пандемия (через неделю после того, как доки пришли), ну и, собственно, все сложилось. В таком решении ничего удивительного нет: чем сложнее ситуация на рынке труда (и в мире вообще), тем больше людей поступают в магистратуру. Решив не думать, сколько это мазохистское удовольствие стоит, я, чёртов оверачивер, открыла список лучших вузов Америки. Тот где Принстон, Гарвард и пр. Выбрала Коламбию и NYU, а мой супруг порекомендовал универ, куда ходил сам: частную, либеральную, довольно панковскую школу с любопытной репутацией. На всякий случай положила в закладки CUNY — он дешевле. Дальше — про выбор, куда подаваться.
Завтра начнётся третья учебная неделя, а из пяти больших заданий сделано, кончено, одно (зато все чтение прочитано под вино). Поэтому пост про магистратуру вообще (да, прокрастинация).
Идея пойти в универ родилась в разгар короны, потому что первый год я не могла работать официально из-за документов (разрешение на работу я ждала около года), потом грянула пандемия (через неделю после того, как доки пришли), ну и, собственно, все сложилось. В таком решении ничего удивительного нет: чем сложнее ситуация на рынке труда (и в мире вообще), тем больше людей поступают в магистратуру. Решив не думать, сколько это мазохистское удовольствие стоит, я, чёртов оверачивер, открыла список лучших вузов Америки. Тот где Принстон, Гарвард и пр. Выбрала Коламбию и NYU, а мой супруг порекомендовал универ, куда ходил сам: частную, либеральную, довольно панковскую школу с любопытной репутацией. На всякий случай положила в закладки CUNY — он дешевле. Дальше — про выбор, куда подаваться.
Мой шорт-лист школ выглядел так:
Коламбия,
NYU,
The New School for Social Research,
CUNY
Кьюни отлетел сразу: меня насторожило, что они рекламируют магистратуру, как программу переучивания: был архитектором — стал нейробиологом. Таких универов в США много: дают знания, готовят кадры, но мыслить outside the box не учат. Тем не менее, очень рекомендую Кьюни тем, кому все это надо + это одна из самых бюджетных магистратур Нью-Йорка: $10 000 за всё, и это при средней стоимости МА в других местных вузах в шесть-семь раз выше.
Остались три школы, и я начала подробно читать curriculum, то есть учебный план, на их сайтах. У многих американских вузов чудовищные сайты из прошлого века, с жуткой навигаций. Порой найти учебный план — это квест. Я искала программы условно Publishing and Journalism, Liberal Arts, Fine Arts & Design и, неожиданно, Neuroscience, которая есть далеко не везде.
Нейронаука и fine arts отпали первыми: на естественные науки в лигу плюща просят высокий балл по биологии из бакалавриата (а я бакалавр+магистр фэшн дизайна, простите), на файн артс нужно художественное портфолио, которого у меня нет, а профессию дизайнера я видала в горбу. Вот так я обломалась :) Зато остались свободные искусства и паблишинг, куда меня больше всего и тянуло.
Журналистские curricula в NYU и Коламбии вкратце звучали так: или мы делаем из вас серьезных, сука, журналистов, или умрите, твари. Насиловать себя мне не хотелось, поэтому остался The New School for Social Research с двумя интересными программами: Liberal Arts и Creative Publishing and Critical Journalism. Я сформулировала для себя, что моя программа должны быть не столько зубодробительно серьезной, сколько exiting, поэтому победил паблишинг. Свободные искусства отвалились ещё и потому что профессор Роберт Бойерс, у которого я мечтала учиться, ушёл преподавать писательство в Скидмор на границу с Канадой, а второй замечательный профессор, Джим Миллер, стал главной паблишинга. На том и порешили.
Я уже начала собирать документы и готовиться к тестам, как черт дёрнул нас с супругом посмотреть недвижимость в Чикаго. Для справки: просторнейший кондо в знаменитой башне Миса ван дер Роэ продавался по цене квартиры в унылой части Бруклина (недвижимость в Нью-Йорке — особая боль всех местных и приезжих). Примерно за столько же отдавали исторический Coonley Playhouse Френка Ллойда Райта. На случай, если мы все же станем Chicagoans, я решила подавать документы ещё и в Чикагский университет: восьмое место в рейтинге универов мира, шестое в рейтинге США, проходной балл за тест по английскому на 4 балла выше, чем в Гарварде — пффф, умирать, так с песней. В Чикаго для меня нашлась программа liberal arts, где среди предметов были космология (!) и нейронаука (!!), которые нам обещали совместить с философией, литературой, искусствоведением и так далее. Несмотря на то, что программа смахивала на развлечение для скучающих по школе управленцев хедж-фондами, я решила рискнуть. И пошла собирать ещё один пакет документов, о чем напишу потом 🖤
Коламбия,
NYU,
The New School for Social Research,
CUNY
Кьюни отлетел сразу: меня насторожило, что они рекламируют магистратуру, как программу переучивания: был архитектором — стал нейробиологом. Таких универов в США много: дают знания, готовят кадры, но мыслить outside the box не учат. Тем не менее, очень рекомендую Кьюни тем, кому все это надо + это одна из самых бюджетных магистратур Нью-Йорка: $10 000 за всё, и это при средней стоимости МА в других местных вузах в шесть-семь раз выше.
Остались три школы, и я начала подробно читать curriculum, то есть учебный план, на их сайтах. У многих американских вузов чудовищные сайты из прошлого века, с жуткой навигаций. Порой найти учебный план — это квест. Я искала программы условно Publishing and Journalism, Liberal Arts, Fine Arts & Design и, неожиданно, Neuroscience, которая есть далеко не везде.
Нейронаука и fine arts отпали первыми: на естественные науки в лигу плюща просят высокий балл по биологии из бакалавриата (а я бакалавр+магистр фэшн дизайна, простите), на файн артс нужно художественное портфолио, которого у меня нет, а профессию дизайнера я видала в горбу. Вот так я обломалась :) Зато остались свободные искусства и паблишинг, куда меня больше всего и тянуло.
Журналистские curricula в NYU и Коламбии вкратце звучали так: или мы делаем из вас серьезных, сука, журналистов, или умрите, твари. Насиловать себя мне не хотелось, поэтому остался The New School for Social Research с двумя интересными программами: Liberal Arts и Creative Publishing and Critical Journalism. Я сформулировала для себя, что моя программа должны быть не столько зубодробительно серьезной, сколько exiting, поэтому победил паблишинг. Свободные искусства отвалились ещё и потому что профессор Роберт Бойерс, у которого я мечтала учиться, ушёл преподавать писательство в Скидмор на границу с Канадой, а второй замечательный профессор, Джим Миллер, стал главной паблишинга. На том и порешили.
Я уже начала собирать документы и готовиться к тестам, как черт дёрнул нас с супругом посмотреть недвижимость в Чикаго. Для справки: просторнейший кондо в знаменитой башне Миса ван дер Роэ продавался по цене квартиры в унылой части Бруклина (недвижимость в Нью-Йорке — особая боль всех местных и приезжих). Примерно за столько же отдавали исторический Coonley Playhouse Френка Ллойда Райта. На случай, если мы все же станем Chicagoans, я решила подавать документы ещё и в Чикагский университет: восьмое место в рейтинге универов мира, шестое в рейтинге США, проходной балл за тест по английскому на 4 балла выше, чем в Гарварде — пффф, умирать, так с песней. В Чикаго для меня нашлась программа liberal arts, где среди предметов были космология (!) и нейронаука (!!), которые нам обещали совместить с философией, литературой, искусствоведением и так далее. Несмотря на то, что программа смахивала на развлечение для скучающих по школе управленцев хедж-фондами, я решила рискнуть. И пошла собирать ещё один пакет документов, о чем напишу потом 🖤
У Бойерса, которого я упомянула выше, есть отличная книжка про то, куда заносит левых в академической среде — очень тонко подмеченные случаи, когда желание быть хорошим всем только вредит.
Вот тут можно почитать превью:
https://bit.ly/3CbGR4u
Вот тут можно почитать превью:
https://bit.ly/3CbGR4u
Что надо делать: писать академ по живописи Борреманса. Что делаю я: обсуждаю в чатике татуеровки на лбу Пилати (в новом выпуске журнала Боттеги)
Пока собираюсь с мыслями написать немного о процессе поступления, вот история преступника без особого образования, который обманным путём поступил в Принстон и даже на какое-то время стал там звездой :)
https://bit.ly/3FnPA62
https://bit.ly/3FnPA62
Тема волос раскрыта не только у Мартина. Вот и у Кристофа Лемера — парики by hair artist Marisol в парижских витринах.
Идёт девятая неделя учебы, а значит у нас начались midterm reviews. На самом деле, они должны были пройти на седьмой неделе, но журналистов, как тут любят намекнуть некоторые профессора, не сильно-то напрягают. Обычно на midterm студентов просят написать небольшую научную работу — до трёх тысяч слов. Это примерно как лонгрид в журналистике, но не лонгридище. У нас нет писательского или научного ревью в середине семестра (вместо этого — несколько драфтов статьи с перерывами по две недели), зато есть ревью по дизайну: делали книжки, буклеты и кучу всего остального. Оценивать будут то, как мы освоили InDesign и поняли элементы верстки; творческие извороты тут мало кого волнуют — никто не запрещает, но это пока не главное.
У местных магистров есть особенная неделя обучения — пятая. Это такой рубеж, когда чтение, всякие штуки, которые надо написать, рисерчи и практики в типографии ВНЕЗАПНО накапливаются. Месяц ты гонял балду, твою группу отпускали с занятий пораньше, все как будто только знакомились — и вот тебе на: первые бессонные ночи и настоящая студенческая жизнь. От организованности на пятой неделе зависит судьба midterms: к ним придётся подтягивать все хвосты.
Самое обидное в середине семестра — слечь с какой-нибудь болезнью, потому что расписание работ сразу плывёт, и придётся расставлять приоритеты (читай: что-то просто не делать к сроку, так как лучше сдать на день позже и получить А-, то есть сниженный балл, чем доделывать второпях и увидеть B+, что в постсоветской системе было бы тройкой; магистратура славится тем, что любит раздувать оценки, но все-то знают). В общем, моя двухдневная мигрень обернулась 1) переносом критической статьи в Академическом письме (shame, shame on you, Alla), 2) не читанным Бюбуа (тут его называют дю Бойс). В общем, считаю дни до нервного срыва, когда надо будет сдавать финальную работу по философии — очень очень стремно, если не успеваешь читать.
Но, черт возьми, какой же кайф ходить в универ!
(Не без нюансов, конечно, но про это потом)
У местных магистров есть особенная неделя обучения — пятая. Это такой рубеж, когда чтение, всякие штуки, которые надо написать, рисерчи и практики в типографии ВНЕЗАПНО накапливаются. Месяц ты гонял балду, твою группу отпускали с занятий пораньше, все как будто только знакомились — и вот тебе на: первые бессонные ночи и настоящая студенческая жизнь. От организованности на пятой неделе зависит судьба midterms: к ним придётся подтягивать все хвосты.
Самое обидное в середине семестра — слечь с какой-нибудь болезнью, потому что расписание работ сразу плывёт, и придётся расставлять приоритеты (читай: что-то просто не делать к сроку, так как лучше сдать на день позже и получить А-, то есть сниженный балл, чем доделывать второпях и увидеть B+, что в постсоветской системе было бы тройкой; магистратура славится тем, что любит раздувать оценки, но все-то знают). В общем, моя двухдневная мигрень обернулась 1) переносом критической статьи в Академическом письме (shame, shame on you, Alla), 2) не читанным Бюбуа (тут его называют дю Бойс). В общем, считаю дни до нервного срыва, когда надо будет сдавать финальную работу по философии — очень очень стремно, если не успеваешь читать.
Но, черт возьми, какой же кайф ходить в универ!
(Не без нюансов, конечно, но про это потом)
Итак, о процессе поступления.
Все, конечно, начинается с документов. Те, кто приезжает из-за рубежа, должны сделать студенческую визу — россиянам тут сложнее из-за закрытых посольств, но и в Европе получить визу из-за пандемии тоже непросто; могут задержать, могут отказать.
Потенциальные студенты, которые уже проживают в США, должны представить доказательства, что находятся тут легально. Это гражданство или green card. Начать процесс поступления, правда, можно и до того, как получаешь гринкард: это был мой случай, так как интервью задержали на год из-за пандемии. Это риск. Не дадут / не успеют сделать гринкард — никакой учебы. Однако все принятые студенты могут отложить начало обучения на год (но не больше) и решить бюрократические вопросы.
Некоторые университеты требуют от всех поступающих предоставить результаты тестов GRE (или GMAT), или сдать их, если вы #неместный
Эти тесты похожи на ЕГЭ — проверяют владение языком, математику, умение анализировать. Где-то это просто неприятная формальность, где-то на результаты пристально смотрят. Однако для многих факультетов, которые можно назвать хм… творческими, GRE не нужен — приемная комиссия и так верит, что вы умеете мыслить, раз идёте на условные «свободные искусства» (правда, порой комиссии ошибаются — студенты попадаются с поразительно ригидным мышлением, ну и бог с ними). В моем случае ни The New School, ни The University of Chicago этих тестов не просили.
Зато от #неместных требуют сдать TOEFL или IELTS — тесты на знание английского. Без этих результатов никто рассматривать вашу заявку не будет, даже если все готово. Но согласятся подождать, когда результаты придут. Это хорошие новости: можно сдать весь пакет документов (это важно: если успеть до первого дедлайна, то можно подать заявку на стипендию — сколаршип, а она может быть до 75% от стоимости обучения), а потом дослать результаты тестов; ну или сама система досылает их за вас.
Тем, кто как и я, выбрали TOEFL, и при этом разговаривали на уровне upper-intermediate, рекомендую найти тьютора для подготовки. Желательно местного, того, кто занимается как раз тестами и регулярно их сдаёт на высший балл. Тьютор нужен не столько для практики языка (но и это тоже), сколько для объяснения, как «работает» тест, и какие подводные камни туда зашиты. Собственные книги TOEFL, которые продаются на сайте за ощутимо дорого, или многие другие ревью (например, принстонские) дают очень поверхностную информацию; это машина по выкачиванию денег. Хороший тьютор же объяснит, какие выражения лучше не использовать в эссе, сколько сказать прилагательных в речевом тесте и так далее. Проблема TOEFL — в его тупости. С одной стороны, люди с хорошим английским (и даже местные) заваливают его, потому что не знают, как отвечать «правильно», с другой, схемы ответов можно зазубрить — это хорошо усвоили китайские студенты, и теперь создатели теста борются с плагиатом. Вообще про TOEFL хочется сказать много нехорошего — он устроен так, чтобы его заваливали и снова платили по $220 за пересдачу. Больше всех страдают аспиранты-фармацевты из небогатых азиатских стран, потому что им из-за фонетики их собственных языков очень тяжело говорить на английском, а балл для приема на работу (TOEFL нужен не только для учебы) очень высокий.
Максимальный балл в тесте — 120. Его получают как раз преподаватели-фрики, которые готовят студентов. Проходной балл для почти всех вузов — от скромных до Гарварда — 100, но часто это формальность. При сильном портфолио, как мне тут шепнули, некоторые школы могут принять и с 92 баллами, но об этом особо не распространяются. Выше балл я видела только в Чикагском университете (куда поступила, но потом решила остаться в Нью-Йорке) — 104, и в Оксфорде — 110.
Про проблемы TOEFL напишу как-нибудь потом.
Зато рекомендация для тех, кто поступает в вузы, принимающие DET — Duolingo English Test — сдавайте его. Он 1) быстрее 2) дешевле 3) легче — но скорее в психологическом плане.
Все, конечно, начинается с документов. Те, кто приезжает из-за рубежа, должны сделать студенческую визу — россиянам тут сложнее из-за закрытых посольств, но и в Европе получить визу из-за пандемии тоже непросто; могут задержать, могут отказать.
Потенциальные студенты, которые уже проживают в США, должны представить доказательства, что находятся тут легально. Это гражданство или green card. Начать процесс поступления, правда, можно и до того, как получаешь гринкард: это был мой случай, так как интервью задержали на год из-за пандемии. Это риск. Не дадут / не успеют сделать гринкард — никакой учебы. Однако все принятые студенты могут отложить начало обучения на год (но не больше) и решить бюрократические вопросы.
Некоторые университеты требуют от всех поступающих предоставить результаты тестов GRE (или GMAT), или сдать их, если вы #неместный
Эти тесты похожи на ЕГЭ — проверяют владение языком, математику, умение анализировать. Где-то это просто неприятная формальность, где-то на результаты пристально смотрят. Однако для многих факультетов, которые можно назвать хм… творческими, GRE не нужен — приемная комиссия и так верит, что вы умеете мыслить, раз идёте на условные «свободные искусства» (правда, порой комиссии ошибаются — студенты попадаются с поразительно ригидным мышлением, ну и бог с ними). В моем случае ни The New School, ни The University of Chicago этих тестов не просили.
Зато от #неместных требуют сдать TOEFL или IELTS — тесты на знание английского. Без этих результатов никто рассматривать вашу заявку не будет, даже если все готово. Но согласятся подождать, когда результаты придут. Это хорошие новости: можно сдать весь пакет документов (это важно: если успеть до первого дедлайна, то можно подать заявку на стипендию — сколаршип, а она может быть до 75% от стоимости обучения), а потом дослать результаты тестов; ну или сама система досылает их за вас.
Тем, кто как и я, выбрали TOEFL, и при этом разговаривали на уровне upper-intermediate, рекомендую найти тьютора для подготовки. Желательно местного, того, кто занимается как раз тестами и регулярно их сдаёт на высший балл. Тьютор нужен не столько для практики языка (но и это тоже), сколько для объяснения, как «работает» тест, и какие подводные камни туда зашиты. Собственные книги TOEFL, которые продаются на сайте за ощутимо дорого, или многие другие ревью (например, принстонские) дают очень поверхностную информацию; это машина по выкачиванию денег. Хороший тьютор же объяснит, какие выражения лучше не использовать в эссе, сколько сказать прилагательных в речевом тесте и так далее. Проблема TOEFL — в его тупости. С одной стороны, люди с хорошим английским (и даже местные) заваливают его, потому что не знают, как отвечать «правильно», с другой, схемы ответов можно зазубрить — это хорошо усвоили китайские студенты, и теперь создатели теста борются с плагиатом. Вообще про TOEFL хочется сказать много нехорошего — он устроен так, чтобы его заваливали и снова платили по $220 за пересдачу. Больше всех страдают аспиранты-фармацевты из небогатых азиатских стран, потому что им из-за фонетики их собственных языков очень тяжело говорить на английском, а балл для приема на работу (TOEFL нужен не только для учебы) очень высокий.
Максимальный балл в тесте — 120. Его получают как раз преподаватели-фрики, которые готовят студентов. Проходной балл для почти всех вузов — от скромных до Гарварда — 100, но часто это формальность. При сильном портфолио, как мне тут шепнули, некоторые школы могут принять и с 92 баллами, но об этом особо не распространяются. Выше балл я видела только в Чикагском университете (куда поступила, но потом решила остаться в Нью-Йорке) — 104, и в Оксфорде — 110.
Про проблемы TOEFL напишу как-нибудь потом.
Зато рекомендация для тех, кто поступает в вузы, принимающие DET — Duolingo English Test — сдавайте его. Он 1) быстрее 2) дешевле 3) легче — но скорее в психологическом плане.
Длится час, а не три с половиной, стремительный, веселый даже, оценивает ваш язык таким, какой он есть вот прямо сейчас, так что тут почти не считерить, как на TOEFL. Самое смешное, что на него любят катить бочку создатели TOEFL, GRE и прочих тестов, мол, чушь это всё, царь ваш не настоящий, но в прошлом году они же начали адаптировать формат Duolingo под себя. Смех и слёзы, в общем.
Какие ещё нужны документы? Паспорт ваш никому не интересен — он только для теста (и это загран). Университет хочет видеть: онлайн-заявку (за неё надо заплатить $50-75, но если пройти инфо-сессию с директором приёмной комиссии, платить не надо), неофициальный транскрипт оценок из вашего первого универа (мы же тут магистры, так?), резюме про опыт работы и всякие умения (skills) или CV с академическими достижениями, две или три рекомендации на английском языке от профессоров (или работодателей), которые очень хорошо вас знают, образец письма (научная работа на 10-20 страниц или лонгриды / посты в блоге / стихи и пр. для журналистов), letter of purpose — эссе на тему «почему я такой хороший хочу именно к вам», а также заявку на финансовую помощь (FAFSA). Позже подробнее напишу, что все это значит.
Какие ещё нужны документы? Паспорт ваш никому не интересен — он только для теста (и это загран). Университет хочет видеть: онлайн-заявку (за неё надо заплатить $50-75, но если пройти инфо-сессию с директором приёмной комиссии, платить не надо), неофициальный транскрипт оценок из вашего первого универа (мы же тут магистры, так?), резюме про опыт работы и всякие умения (skills) или CV с академическими достижениями, две или три рекомендации на английском языке от профессоров (или работодателей), которые очень хорошо вас знают, образец письма (научная работа на 10-20 страниц или лонгриды / посты в блоге / стихи и пр. для журналистов), letter of purpose — эссе на тему «почему я такой хороший хочу именно к вам», а также заявку на финансовую помощь (FAFSA). Позже подробнее напишу, что все это значит.
До конца семестра остаётся две недели — все навалилось. Но, как и обещала, пишу финальный пост про документы для и ДО поступления (см. выше)
Итак, что нужно будущему магистру (кроме визы или гринкард) — в подробностях:
1. Заявка. Обычно это специальная страница на сайте школы, куда можно постепенно складывать все необходимые документы (кроме теста по английскому — его можно дослать потом, либо сама организация присылает его в школу). Заявка считается закрытой, когда вы все загружаете и нажимаете submit, но читать ее никто не будет, пока не придут результаты теста — с этим лучше не тянуть. Если с документами что-то не так, вы увидите оповещение на странице заявки.
2. Application fee. Про это я писала выше; это плата за обработку вашей заявки. Всегда назначайте зум или встречу с директором приёмкой комисси — за это они убирают оплату.
3. Unofficial transcript. Делать официальный транскрипт диплома — дело небыстрое и порой затратное. Школы не будут его просить, пока вы не получите письмо о поступлении. Что же такое неофициальный транскрипт? Вообще это удивительное дело — любая бумага с вашими оценками из первого института, которую можно недорого сделать самим. Как? Легко.
- Идёте на сайт Scholario;
- Выбираете систему оценок (то, что в Росси «5», тут будет «А», что даёт 4.000 grade points — вузам интересны только эти данные)
- Выписываете из диплома все дисциплины (перевод можете сделать приблизительный — всем пофиг что такое УНИРС или Descriptive Geometry and Technical Drawing);
- Заполняете таблицу: количество часов, оценка или credit там, где просто был зачёт.
- Клик! Система считает ваш средний балл — cumulative GPA.
Проходным баллом считается B average, то есть все, что выше 3.0. Престижные университеты хотят видеть 3.4 и выше.
За $10 система присылает вам готовую PDF — ее-то и надо приложить к заявке.
Совет: студенты, на успеваемость которых повлияли внешние факторы (болезнь, тяжелая семейная ситуация, насилие, харрасмент со стороны профессора), могут написать об этом в сопроводительном письме.
4. Резюме или CV. Формат резюме подойдёт тем, кто после бакалавриата / специалитета / первой магистратуры пошёл работать или не особо занимался академической деятельностью. Это мой случай. Я никогда не писала резюме, тем более на английском, — работа как-то сама меня находила. Мне очень помогла Настя Ландер @artysmarty (у неё кстати отличный курс по деловой коммуникации на двух языках).
Резюме пишется как на работу:
- короткое вступление по делу на 3-4 строки;
- опыт работы с описанием деятельности и достижений (3-5 строк на самые важные моменты);
- кратко — образование (включая дополнительное, но релевантное магистратуре)
- можете добавить языки
Skills вроде усидчивости и умения работать в Ворде указывать не нужно.
Пишите резюме на одну-две страницы.
CV — другой формат; подойдёт для тех, кто строит академическую карьеру.
Некоторые в своих CV и резюме упоминают общественную деятельность и прочий leadership. Америка такое любит, но если вы не активист, в кружке юных мыслителей не состояли, и так сойдёт.
5. Рекомендации. Это письма от профессоров, работодателей или других людей, которые хорошо вас знают. Лучше, конечно, от профессоров. Идеально, если они ещё и следят за вашей карьерой. Письма от родственников — ну такое. Мне повезло: мои любимые профессора / менторы следили за моей карьерой и моментально откликнулись.
Совет: Если вашим бывшим профессорам на вас в общем-то было плевать после выпуска, напишите им очень вежливое письмо (обязательно представьтесь и напомните о себе) и попросите созвониться. Расскажите о том, чем занимаетесь, и набросайте им в последующем письме пару тезисов — чтоб не забыли.
Тут надо предупредить: вообще как-то влиять на содержание рекомендации — плохо, фу и аутло. Так считают местные университеты. Но обсудить будущее содержание рекомендации никто не может запретить. Галочка, которую надо поставить, мол, никак не влиял, о содержании не знаю, многих пугает. На самом деле влияние — это если вы написали рекомендацию за профессора или вставили в неё какие-то куски.
Итак, что нужно будущему магистру (кроме визы или гринкард) — в подробностях:
1. Заявка. Обычно это специальная страница на сайте школы, куда можно постепенно складывать все необходимые документы (кроме теста по английскому — его можно дослать потом, либо сама организация присылает его в школу). Заявка считается закрытой, когда вы все загружаете и нажимаете submit, но читать ее никто не будет, пока не придут результаты теста — с этим лучше не тянуть. Если с документами что-то не так, вы увидите оповещение на странице заявки.
2. Application fee. Про это я писала выше; это плата за обработку вашей заявки. Всегда назначайте зум или встречу с директором приёмкой комисси — за это они убирают оплату.
3. Unofficial transcript. Делать официальный транскрипт диплома — дело небыстрое и порой затратное. Школы не будут его просить, пока вы не получите письмо о поступлении. Что же такое неофициальный транскрипт? Вообще это удивительное дело — любая бумага с вашими оценками из первого института, которую можно недорого сделать самим. Как? Легко.
- Идёте на сайт Scholario;
- Выбираете систему оценок (то, что в Росси «5», тут будет «А», что даёт 4.000 grade points — вузам интересны только эти данные)
- Выписываете из диплома все дисциплины (перевод можете сделать приблизительный — всем пофиг что такое УНИРС или Descriptive Geometry and Technical Drawing);
- Заполняете таблицу: количество часов, оценка или credit там, где просто был зачёт.
- Клик! Система считает ваш средний балл — cumulative GPA.
Проходным баллом считается B average, то есть все, что выше 3.0. Престижные университеты хотят видеть 3.4 и выше.
За $10 система присылает вам готовую PDF — ее-то и надо приложить к заявке.
Совет: студенты, на успеваемость которых повлияли внешние факторы (болезнь, тяжелая семейная ситуация, насилие, харрасмент со стороны профессора), могут написать об этом в сопроводительном письме.
4. Резюме или CV. Формат резюме подойдёт тем, кто после бакалавриата / специалитета / первой магистратуры пошёл работать или не особо занимался академической деятельностью. Это мой случай. Я никогда не писала резюме, тем более на английском, — работа как-то сама меня находила. Мне очень помогла Настя Ландер @artysmarty (у неё кстати отличный курс по деловой коммуникации на двух языках).
Резюме пишется как на работу:
- короткое вступление по делу на 3-4 строки;
- опыт работы с описанием деятельности и достижений (3-5 строк на самые важные моменты);
- кратко — образование (включая дополнительное, но релевантное магистратуре)
- можете добавить языки
Skills вроде усидчивости и умения работать в Ворде указывать не нужно.
Пишите резюме на одну-две страницы.
CV — другой формат; подойдёт для тех, кто строит академическую карьеру.
Некоторые в своих CV и резюме упоминают общественную деятельность и прочий leadership. Америка такое любит, но если вы не активист, в кружке юных мыслителей не состояли, и так сойдёт.
5. Рекомендации. Это письма от профессоров, работодателей или других людей, которые хорошо вас знают. Лучше, конечно, от профессоров. Идеально, если они ещё и следят за вашей карьерой. Письма от родственников — ну такое. Мне повезло: мои любимые профессора / менторы следили за моей карьерой и моментально откликнулись.
Совет: Если вашим бывшим профессорам на вас в общем-то было плевать после выпуска, напишите им очень вежливое письмо (обязательно представьтесь и напомните о себе) и попросите созвониться. Расскажите о том, чем занимаетесь, и набросайте им в последующем письме пару тезисов — чтоб не забыли.
Тут надо предупредить: вообще как-то влиять на содержание рекомендации — плохо, фу и аутло. Так считают местные университеты. Но обсудить будущее содержание рекомендации никто не может запретить. Галочка, которую надо поставить, мол, никак не влиял, о содержании не знаю, многих пугает. На самом деле влияние — это если вы написали рекомендацию за профессора или вставили в неё какие-то куски.
Чтобы такое предотвращать, школы присылают вашим рекомендателям форму на имейл, и те должны будут отправить файл сами.
Если вы переписываетесь с рекомендателем через неформальный имейл вроде 4ernaya.metka@ yahoo dot whatever, попросите предоставить рабочий адрес — американские вузы с настороженностью относятся к общим доменам.
Хороший адрес имеет название организации после @ или edu в окончании.
Может случиться и такое, что рабочий адрес отключён, ит-отдел бездельничает, и весь ваш бывший вуз пользуется личными почтами. В этом случае стоит объяснить насколько важен правильный имейл и попросить его подключить. В крайнем случае, найдите другого рекомендателя.
Вам нужны 2 или 3 рекомендации — зависит от программы.
Что делать, если ваш рекомендатель не пишет на английском? Пусть напишет рекомендацию на русском и отдаст на перевод. Я думаю, что хороший тон — предложить оплатить расходы на переводчика; для надежности также можно поделиться контактами проверенного агентства. Переводить самим значит вторгаться в текст рекомендации (да, студенты так делают, но см. выше; если нервничаете, не усложняйте себе жизнь).
6. Writing sample. Образец того, как вы пишете. Это может быть научная работа, может быть статья, стихи и пр. Зависит от специальности. На журналистику просили статьи или посты в блоге, стихи и всякое творческое. Документ должен быть минимум 10 страниц (двойной интервал!) в The New School; Чикаго были рады одной большой статье на 5 страниц. Больше 30 страниц всякого разного присылать не надо — пожалейте комиссию.
В качестве образца университеты готовы принять перевод ваших текстов, при условии, что вы перевели все сами. В любом случае, то, как вы пишете на английском, комиссия увидит и в сопроводительном письме.
7. Letter of purpose. Также известно как Candidate statement. Вкратце — обстоятельно описанная причина поступления. Не слишком педантичное, но и не слишком эмоциональное письмо с парой остроумных поворотов — гуд. Пишите искренне, душой не кривите: если хотите career pivot, так и обозначите, если идёте исследовать новые горизонты — кто ж вам запретит? Хорошие варианты писем есть в сети — профессора из лиг плюща охотно делятся советами и объясняют, что сработает.
Совет: не стесняйтесь себя слегка экзотизировать. Приемные комиссии любят всяческое культурное разнообразие. Условно, если вы из Сибири, так и пишите. Престижный московский бакалавриат интересен им куда меньше вашего родного бэкграунда.
8. FAFSA. Это заявка на финансовую помощь от государства — кредит на учебу, который надо платить с процентами. Даже если помощь вам не нужна, заявку придётся заполнить. Вы предоставляете личные или семейные налоги — система считает, сколько денег ваша семья технически может отдать на образование. В результате предлагает объём помощи. От кредита, конечно, можно отказаться.
Среди студентов распространено мнение, что от цифр фафсы зависит сумма стипендии. То есть у студентов из семей с низким доходом и у иностранцев из развивающихся стран сколаршип будет выше. Также поступившим студентам, которым, согласно налоговым отчетам, сложно платить кредит, предлагают work study — программу, где ты отрабатываешь расход на обучение.
Ну и для #неместных — тест на знание английского.
Если вы переписываетесь с рекомендателем через неформальный имейл вроде 4ernaya.metka@ yahoo dot whatever, попросите предоставить рабочий адрес — американские вузы с настороженностью относятся к общим доменам.
Хороший адрес имеет название организации после @ или edu в окончании.
Может случиться и такое, что рабочий адрес отключён, ит-отдел бездельничает, и весь ваш бывший вуз пользуется личными почтами. В этом случае стоит объяснить насколько важен правильный имейл и попросить его подключить. В крайнем случае, найдите другого рекомендателя.
Вам нужны 2 или 3 рекомендации — зависит от программы.
Что делать, если ваш рекомендатель не пишет на английском? Пусть напишет рекомендацию на русском и отдаст на перевод. Я думаю, что хороший тон — предложить оплатить расходы на переводчика; для надежности также можно поделиться контактами проверенного агентства. Переводить самим значит вторгаться в текст рекомендации (да, студенты так делают, но см. выше; если нервничаете, не усложняйте себе жизнь).
6. Writing sample. Образец того, как вы пишете. Это может быть научная работа, может быть статья, стихи и пр. Зависит от специальности. На журналистику просили статьи или посты в блоге, стихи и всякое творческое. Документ должен быть минимум 10 страниц (двойной интервал!) в The New School; Чикаго были рады одной большой статье на 5 страниц. Больше 30 страниц всякого разного присылать не надо — пожалейте комиссию.
В качестве образца университеты готовы принять перевод ваших текстов, при условии, что вы перевели все сами. В любом случае, то, как вы пишете на английском, комиссия увидит и в сопроводительном письме.
7. Letter of purpose. Также известно как Candidate statement. Вкратце — обстоятельно описанная причина поступления. Не слишком педантичное, но и не слишком эмоциональное письмо с парой остроумных поворотов — гуд. Пишите искренне, душой не кривите: если хотите career pivot, так и обозначите, если идёте исследовать новые горизонты — кто ж вам запретит? Хорошие варианты писем есть в сети — профессора из лиг плюща охотно делятся советами и объясняют, что сработает.
Совет: не стесняйтесь себя слегка экзотизировать. Приемные комиссии любят всяческое культурное разнообразие. Условно, если вы из Сибири, так и пишите. Престижный московский бакалавриат интересен им куда меньше вашего родного бэкграунда.
8. FAFSA. Это заявка на финансовую помощь от государства — кредит на учебу, который надо платить с процентами. Даже если помощь вам не нужна, заявку придётся заполнить. Вы предоставляете личные или семейные налоги — система считает, сколько денег ваша семья технически может отдать на образование. В результате предлагает объём помощи. От кредита, конечно, можно отказаться.
Среди студентов распространено мнение, что от цифр фафсы зависит сумма стипендии. То есть у студентов из семей с низким доходом и у иностранцев из развивающихся стран сколаршип будет выше. Также поступившим студентам, которым, согласно налоговым отчетам, сложно платить кредит, предлагают work study — программу, где ты отрабатываешь расход на обучение.
Ну и для #неместных — тест на знание английского.
В пятницу заканчивается первый семестр. Настроение хреновое.
Расправившись с двумя основными курсами (оба сданы на А) и тестом по академическому письму (жду оценку), пребываю в агонии из-за final paper по философии. На самом деле 20 страниц — это не так уж и много. С другой стороны, сдавать надо завтра, а конь не валялся.
Вообще это частая история — кто-то хронически не успевает писать финальные работы. Особенно, если их три. Или когда другие курсы требуют огромных временных вложений (например, дизайн).
В таких случаях с профессором можно договориться получить grade of Incomplete, и как только бумага прилетает ему в почту, “l” в транскрипте меняется на то, чего стоят ваши великие писания.
Бумагу можно нести до профессора ещё год. Я хочу все закончить до НГ. Пребываю в ужасе, потому что никто, АБСОЛЮТНО НИКТО, не может мне сказать, лишат меня сколаршипа на весну с такими успехами, или нет.
Вот так вот студентка, которой любимый профессор говорит «Я хочу, чтобы вы стали очень известной», превращается в бог весть что.
Бедная, бедная Мэри Уолстонкрафт; то ей идиотский памятник поставят, то такие как я берутся изучать ее труды. Shame, shame.
Расправившись с двумя основными курсами (оба сданы на А) и тестом по академическому письму (жду оценку), пребываю в агонии из-за final paper по философии. На самом деле 20 страниц — это не так уж и много. С другой стороны, сдавать надо завтра, а конь не валялся.
Вообще это частая история — кто-то хронически не успевает писать финальные работы. Особенно, если их три. Или когда другие курсы требуют огромных временных вложений (например, дизайн).
В таких случаях с профессором можно договориться получить grade of Incomplete, и как только бумага прилетает ему в почту, “l” в транскрипте меняется на то, чего стоят ваши великие писания.
Бумагу можно нести до профессора ещё год. Я хочу все закончить до НГ. Пребываю в ужасе, потому что никто, АБСОЛЮТНО НИКТО, не может мне сказать, лишат меня сколаршипа на весну с такими успехами, или нет.
Вот так вот студентка, которой любимый профессор говорит «Я хочу, чтобы вы стали очень известной», превращается в бог весть что.
Бедная, бедная Мэри Уолстонкрафт; то ей идиотский памятник поставят, то такие как я берутся изучать ее труды. Shame, shame.
Я не умею читать
(и вы тоже не умеете).
Дело, конечно, не в грамотности, и даже не в языковом барьере. Дело в том, что мы не вчитываемся в слова, зато готовы формировать мнение на лету — тут нет никакого открытия. Правда, есть нюансы.
Я не говорю про тех, кто пишет злобные комментарии к статьям, читая только заголовки. И даже не о тех, кто читает всю статью, а потом комментирует то, чего в тексте даже приблизительно нет. Я про то, как мы читаем вообще, и что из этого получается. Ну и про то, почему мы в итоге общаемся не с текстом, а с голосами в своей голове.
Нейрофизиологи сходятся во мнении, что по движению глаз во время чтения можно узнать о том, понял ли человек прочитанное. В целом, тексты наш мозг, если мы не вчитываемся глубоко, воспринимает где-то на плюс-минус 85%; то есть часть информации — порой критическая — просто ускользает.
Сейчас — та-дааа! — человечество читает больше и дольше, чем когда-либо в истории. И нет, не потому что Салли Руни (хаха). Потому что Эппл.
Объёмы текстов (разного качества), прочитываемые нами с телефонов, проще обозначить конечной единицей исчисления — дохрена.
С другой стороны, «Амазон» производит такое количество печатной литературы (опять же очень разного качества), сформированной алгоритмами (пишут пока ещё живые люди, но темы подобраны в соотвествии с вашими кликами), что, скорее всего, вы никогда не услышите имена этих писателей — слишком много. Но их книги расходятся миллионными тиражами. В основном, по предзаказу.
В общем, при всем том количестве чтения, в основном несложного, все труднее удерживать внимание. Ну, это понятно.
А теперь про школу (и как нас заново учили читать).
На академическом английском у нас была, конечно, не только грамматика. Мы много читали академической (естественно) литературы и разной критики.
Одна из статей рассматривала научную работу, согласно которой количество преступлений в Америке упало, когда аборты стали легальны и доступны. Авторка текста очень обстоятельно привела аргументы за и против — все честно, тон нейтральный, не придраться. Тем не менее, если читать вдумчиво, можно почти всегда увидеть в тексте собственную позицию автора.
Сначала мне показалось, что авторка немного опасалась выступать за то, что корреляция правдива. Материал, который она анализировала, на момент публикации многими воспринимался противоречиво (конечно, такая тема!). Я подумала, что ее насторожённость и нейтральность — как раз признак недоверия к результатам исследования.
Начали вчитываться. И, конечно же, то там то здесь обнаружились признаки того, что она, скорее, поддерживает корреляцию — вот буквально словами на бумаге. А нейтральный тон она взяла, потому что вообще-то так правильно. Она должна указать на все нюансы — это работа критика.
Вывод банальный — если читать поверхностно, быстро, как мы в основном все и делаем, высок шанс, что мы поймём текст с уже сформированных позиций, в частности политических. А порой реакция на тексты достает из нас вообще какую-то инородную хтонь. Например, моя позиция про аборты однозначная — они должны быть доступным всем. При этом мне стало некомфортно от того, как сошлась математика в исследовании. И, видимо, я спроецировала на авторку свои неотрефлексированные переживания.
Неумение видеть смысловые акценты в тексте вообще-то не беда — это навык, который приобретается. Беда, когда неумение заменяется нежеланием, продиктованным политикой.
Про это — прошлогодний текст Мэтта Таиби, журналиста, который где только не учился, включая Петербург. Он фигура, скажем так, любопытная, задиристая, но в этой статье аргументы все на своих местах — и оставляют место для споров и дискуссий. Ура.
https://taibbi.substack.com/p/the-news-media-is-destroying-itself
(и вы тоже не умеете).
Дело, конечно, не в грамотности, и даже не в языковом барьере. Дело в том, что мы не вчитываемся в слова, зато готовы формировать мнение на лету — тут нет никакого открытия. Правда, есть нюансы.
Я не говорю про тех, кто пишет злобные комментарии к статьям, читая только заголовки. И даже не о тех, кто читает всю статью, а потом комментирует то, чего в тексте даже приблизительно нет. Я про то, как мы читаем вообще, и что из этого получается. Ну и про то, почему мы в итоге общаемся не с текстом, а с голосами в своей голове.
Нейрофизиологи сходятся во мнении, что по движению глаз во время чтения можно узнать о том, понял ли человек прочитанное. В целом, тексты наш мозг, если мы не вчитываемся глубоко, воспринимает где-то на плюс-минус 85%; то есть часть информации — порой критическая — просто ускользает.
Сейчас — та-дааа! — человечество читает больше и дольше, чем когда-либо в истории. И нет, не потому что Салли Руни (хаха). Потому что Эппл.
Объёмы текстов (разного качества), прочитываемые нами с телефонов, проще обозначить конечной единицей исчисления — дохрена.
С другой стороны, «Амазон» производит такое количество печатной литературы (опять же очень разного качества), сформированной алгоритмами (пишут пока ещё живые люди, но темы подобраны в соотвествии с вашими кликами), что, скорее всего, вы никогда не услышите имена этих писателей — слишком много. Но их книги расходятся миллионными тиражами. В основном, по предзаказу.
В общем, при всем том количестве чтения, в основном несложного, все труднее удерживать внимание. Ну, это понятно.
А теперь про школу (и как нас заново учили читать).
На академическом английском у нас была, конечно, не только грамматика. Мы много читали академической (естественно) литературы и разной критики.
Одна из статей рассматривала научную работу, согласно которой количество преступлений в Америке упало, когда аборты стали легальны и доступны. Авторка текста очень обстоятельно привела аргументы за и против — все честно, тон нейтральный, не придраться. Тем не менее, если читать вдумчиво, можно почти всегда увидеть в тексте собственную позицию автора.
Сначала мне показалось, что авторка немного опасалась выступать за то, что корреляция правдива. Материал, который она анализировала, на момент публикации многими воспринимался противоречиво (конечно, такая тема!). Я подумала, что ее насторожённость и нейтральность — как раз признак недоверия к результатам исследования.
Начали вчитываться. И, конечно же, то там то здесь обнаружились признаки того, что она, скорее, поддерживает корреляцию — вот буквально словами на бумаге. А нейтральный тон она взяла, потому что вообще-то так правильно. Она должна указать на все нюансы — это работа критика.
Вывод банальный — если читать поверхностно, быстро, как мы в основном все и делаем, высок шанс, что мы поймём текст с уже сформированных позиций, в частности политических. А порой реакция на тексты достает из нас вообще какую-то инородную хтонь. Например, моя позиция про аборты однозначная — они должны быть доступным всем. При этом мне стало некомфортно от того, как сошлась математика в исследовании. И, видимо, я спроецировала на авторку свои неотрефлексированные переживания.
Неумение видеть смысловые акценты в тексте вообще-то не беда — это навык, который приобретается. Беда, когда неумение заменяется нежеланием, продиктованным политикой.
Про это — прошлогодний текст Мэтта Таиби, журналиста, который где только не учился, включая Петербург. Он фигура, скажем так, любопытная, задиристая, но в этой статье аргументы все на своих местах — и оставляют место для споров и дискуссий. Ура.
https://taibbi.substack.com/p/the-news-media-is-destroying-itself
TK News by Matt Taibbi
The American Press Is Destroying Itself
A flurry of newsroom revolts has transformed the American press
This is a story about love and death in the golden land, and begins with the country.
This is the California where it is easy to Dial-A-Devotion, but hard to buy a book.
[This is] the country of the teased hair and the Capris and the girls for whom all life's promise comes down to a waltz-length white wedding dress and the birth of a Kimberly or a Sherry or a Debbi and a Tijuana divorce and return to hairdressers' school.
Here is where they are trying to find a new life style, trying to find it in the only places they know to look: the movies and the newspapers.
— Joan Didion (1934—2021), "Some Dreamers of The Golden Dream"
http://www.carljay.com/whatsnew/nothing_left.htm
This is the California where it is easy to Dial-A-Devotion, but hard to buy a book.
[This is] the country of the teased hair and the Capris and the girls for whom all life's promise comes down to a waltz-length white wedding dress and the birth of a Kimberly or a Sherry or a Debbi and a Tijuana divorce and return to hairdressers' school.
Here is where they are trying to find a new life style, trying to find it in the only places they know to look: the movies and the newspapers.
— Joan Didion (1934—2021), "Some Dreamers of The Golden Dream"
http://www.carljay.com/whatsnew/nothing_left.htm
Тем, кто не спит или только проснулся, очередной плейлист от Джуна Такахаси (Undercover)
https://spoti.fi/3sI96Xc
https://spoti.fi/3sI96Xc