Бэнг, бэнг! Минутка популярной психологии на Гардиане. Покупая лакшери штуки, вы делаете своей нервной системе большой кусь. В общем, если вы не считаете себя самым лучшим человеком на планете, кому все подносится на блюде по праву рождения, и все хорошее должно происходить именно с вами, и на Титанике пусть все утонут, а я первый в шлюпку, — то от новой сумки за 2,5К долларов вас скрутит печалью и ненавистью к себе. Потому что внутренне 70% потребителей люкса уверены: они этого не достойны.
🤔🤔🤔
https://bit.ly/2ONBiDt
🤔🤔🤔
https://bit.ly/2ONBiDt
the Guardian
Too nice for the likes of us: why buying fancy stuff makes us miserable
Luxury purchases are meant to make us feel like a million dollars but impostor syndrome is at work even while we’re shopping
Вообще интересно, как люди обретают свои суперлакшери штуки и какими путями. Вчера выгуливала Герду в парке и со мной решил поговорить о моде один собачник (ох, зря). И долго возмущался, что вот одна его знакомая работает врачом, имеет хорошую зарплату, средний класс, все дела: дом, машина, дети. Но нет — хочет покупать сумки за $3000, для чего идёт подрабатывать: лечит людей, которые не могут доехать до больницы, в частном порядке. И вот он рассказывает: «А там — грязные дома, антисанитария, ужасные больные с непонятно какими диагнозами. И вот она идёт туда, и это все тяжело и неприятно, и времени на себя у неё тоже почти нет, но хочет сумку за миллион — и хрен её переубедишь». И вот, с одной стороны, стою я и думаю: мужик, какое тебе дело? А с другой прямо вижу этот кинематограф: опрятная леди, живет в бруклинском викторианском особняке, любящий муж, дети причёсаны.
Но каждый вечер она гипнотизирует мерцающие страницы онлайн-магазинов (понятно, что восторженно мимо витрины Барниз последней ходила разве что Керри Бредшоу, да и закрылся Барниз). Видит сумочку — и все. В ней снова вскипает внутренний Халк. Она обязана ее заполучить.
И тут краски сгущаются: в ее жизни начинается чистый Джокер — она едет в проджекты (ну или куда-то она там едет), идёт по грязному подъезду или там, не знаю, заходит в дом со скрипучими половицами... ну дальше понятно, триллеры, Финчер, Стивен Кинг. В общем за два часа кино леди превращается в одержимую люксом мадам, которая от помощи больным переходит к продаже наркоты — среда затягивает.
Хотя это все может быть и чистый Вуди Аллен (мы таки в еврейском эмигрантском Бруклине разворачиваем события) — и героиня наша просто немного живет двойной жизнью, а все её близкие просто немного растеряны. 🤷🏼♂️
Но каждый вечер она гипнотизирует мерцающие страницы онлайн-магазинов (понятно, что восторженно мимо витрины Барниз последней ходила разве что Керри Бредшоу, да и закрылся Барниз). Видит сумочку — и все. В ней снова вскипает внутренний Халк. Она обязана ее заполучить.
И тут краски сгущаются: в ее жизни начинается чистый Джокер — она едет в проджекты (ну или куда-то она там едет), идёт по грязному подъезду или там, не знаю, заходит в дом со скрипучими половицами... ну дальше понятно, триллеры, Финчер, Стивен Кинг. В общем за два часа кино леди превращается в одержимую люксом мадам, которая от помощи больным переходит к продаже наркоты — среда затягивает.
Хотя это все может быть и чистый Вуди Аллен (мы таки в еврейском эмигрантском Бруклине разворачиваем события) — и героиня наша просто немного живет двойной жизнью, а все её близкие просто немного растеряны. 🤷🏼♂️
Рубрика #маржела. Злая.
Ты можешь сколько угодно считать себя экспертом в моде, у тебя может быть хоть сто подписчиков, хоть сто тысяч, ты можешь работать в конде насте, а можешь искренне верить, что ты — редактор дейзд, но ты неизбежно срежешься на Маржеле. И обязательно ляпнешь глупость. Мартин — это такая лакмусовая бумажка модной экспертизы.
Хватит говорить, что Мартин не появлялся на публике и не давал интервью. Черт возьми, появлялся! В начале карьеры все это было, и бренд уже вовсю существовал. И фотографии были в прессе, и разговоры по душам. Более того, он собирался с редакторами в студии и брифовал их, рассказывал про коллекции. Потом все это прекратилось. Частично, потому что это было естественным для Мартина развитием событий (невротики они такие), частично, потому что это хороший маркетинговый ход (тут мнения всех сопричастных расходятся). И вот тогда уже не стало никаких съёмок, а интервью за Мартина по факсу давал его тогдашний пиарщик Патрик Скаллон.
Нет никакого Мэйсона. Это даже комментировать смешно, но, энивей, каждый год одно и то же. Maison — это дом по-французски. Дом моды, ёпт. И Maison Martin Margiela появился тоже не сразу. Бренд всегда назывался Martin Margiela, и Maison образовался, когда бизнес вырос, и над некоторыми проектами сотрудники начали работать независимо, не привлекая Мартина.
Коллективный разум в ММ — спорное утверждение. В миф о «Маржела — это мы» легко поверить после прекрасного фильма We Margiela, тем более сами бывшие сотрудники в это охотно верят, но все это, понятное дело, sentimental value. В самом фильме отчетливо сказано (для внимательных): структура дома была очень четкой — с креативным директором сверху, с Дженни Мейренс на финансах и стратегиях, с распределением ролей.
Отдельная боль — таби.
Таби у Мартина появились в первой же коллекции — в 1989 году, когда эксперты, пишущие про «новую модель агли бутс» ещё не родились. И в гугле их, видимо, забанили.
Также не совсем верно, что Мартин «сразу оценил коммерческий потенциал таби». Для второго своего шоу Мартин перекрасил таби из первой коллекции — прямо так взял и покрыл краской для стен. Потому что не было денег. Потенциал таби оценили уже байеры — и начали заказывать.
И нет, никакие андеграундные японские фабрики тайно не шили Мартину таби. Это делал господин Загато, с которым Мартина познакомил владелец антверпенского обувного магазина Coccodrillo (нынче закрыт).
И нет, никто не продаёт за бешеные деньги половинки таби, недотаби, таби без верха или как вы там их назвали. Это продают архивную модель «невидимых» таби — чёрную подошву с каблуком, которую надо примотать к ступне прозрачным скотчем (скотч прилагается). Эту обувь Мартин считал своей «самой экстремальной версией» таби. И цена за неё не более безумная, чем за бомберы Рафа Сисонса на Grailed.
У меня всё. #бабкинмандёж
Ты можешь сколько угодно считать себя экспертом в моде, у тебя может быть хоть сто подписчиков, хоть сто тысяч, ты можешь работать в конде насте, а можешь искренне верить, что ты — редактор дейзд, но ты неизбежно срежешься на Маржеле. И обязательно ляпнешь глупость. Мартин — это такая лакмусовая бумажка модной экспертизы.
Хватит говорить, что Мартин не появлялся на публике и не давал интервью. Черт возьми, появлялся! В начале карьеры все это было, и бренд уже вовсю существовал. И фотографии были в прессе, и разговоры по душам. Более того, он собирался с редакторами в студии и брифовал их, рассказывал про коллекции. Потом все это прекратилось. Частично, потому что это было естественным для Мартина развитием событий (невротики они такие), частично, потому что это хороший маркетинговый ход (тут мнения всех сопричастных расходятся). И вот тогда уже не стало никаких съёмок, а интервью за Мартина по факсу давал его тогдашний пиарщик Патрик Скаллон.
Нет никакого Мэйсона. Это даже комментировать смешно, но, энивей, каждый год одно и то же. Maison — это дом по-французски. Дом моды, ёпт. И Maison Martin Margiela появился тоже не сразу. Бренд всегда назывался Martin Margiela, и Maison образовался, когда бизнес вырос, и над некоторыми проектами сотрудники начали работать независимо, не привлекая Мартина.
Коллективный разум в ММ — спорное утверждение. В миф о «Маржела — это мы» легко поверить после прекрасного фильма We Margiela, тем более сами бывшие сотрудники в это охотно верят, но все это, понятное дело, sentimental value. В самом фильме отчетливо сказано (для внимательных): структура дома была очень четкой — с креативным директором сверху, с Дженни Мейренс на финансах и стратегиях, с распределением ролей.
Отдельная боль — таби.
Таби у Мартина появились в первой же коллекции — в 1989 году, когда эксперты, пишущие про «новую модель агли бутс» ещё не родились. И в гугле их, видимо, забанили.
Также не совсем верно, что Мартин «сразу оценил коммерческий потенциал таби». Для второго своего шоу Мартин перекрасил таби из первой коллекции — прямо так взял и покрыл краской для стен. Потому что не было денег. Потенциал таби оценили уже байеры — и начали заказывать.
И нет, никакие андеграундные японские фабрики тайно не шили Мартину таби. Это делал господин Загато, с которым Мартина познакомил владелец антверпенского обувного магазина Coccodrillo (нынче закрыт).
И нет, никто не продаёт за бешеные деньги половинки таби, недотаби, таби без верха или как вы там их назвали. Это продают архивную модель «невидимых» таби — чёрную подошву с каблуком, которую надо примотать к ступне прозрачным скотчем (скотч прилагается). Эту обувь Мартин считал своей «самой экстремальной версией» таби. И цена за неё не более безумная, чем за бомберы Рафа Сисонса на Grailed.
У меня всё. #бабкинмандёж
Рубрика #приоритеты. А также, Юль, это может быть, конечно, дамье, но если прищуриться — чисто монограмма гуччи.
Forwarded from да и нет
Пока коллеги готовятся смотреть красную дорожку «Оскара», читаю про большую выставку ван Эйка, которая открылась в Генте, – и только сейчас обратила внимание, что у Маргариты ван Эйк, кажется, рожки Louis Vuitton.
Forwarded from Неинтересные истории
Давайте уже запомним раз и навсегда: заявление, что «сегодня модная индустрия занимает второе место после нефтепромышленной отрасли по уровню загрязнения планеты» — пиздеж. И не будем так больше писать, а то каждый раз глаза закатываются, когда такое вижу.
Поскольку вчера был День Влюблённых (а значит от 7% до 12% пар благополучно расстались, бикоз что-то пошло не так), поговорим о бывших.
О бывших редакторах.
Бывший редактор, а особенно бывший редактор глянца — это теперь такая профессия. (Правда есть ещё несбывшиеся редакторы какого-нибудь дэйзда, но речь не о них)
Люди у себя в инстаграмах на полном серьезе пишут ex-карьерное ex-достижение, и оно там единственное. Или подписываются бывшими, когда пишут колонку добрых советов в диджитал. «От создателей рубрики С-Чем-Носить-Красные-Туфли — новый блокбастер, С-Чем-Носить-Чёрные-Ботинки». Бывший младшенький в воге, бывший старшенький во флаконе, бывший помощник ассистента в приложении космошопинг. Всегда принтовые. Тысячи их.
Возможно, они и не сами так пишут, а их подписывают другие редакторы (и тоже рискуют стать бывшими с таким подходом). Не от зависти, конечно, подписывают, а потому что не могут внятно объяснить одной строкой, почему их новый автор ценный и «имеет экспертизу» (кроме того, что они дружат, а статя нужна вчера). Может у него телеграм-канал получает миллион просмотров, может у неё опыт работы в галерее, может вообще не надо ничего писать — статья и так хорошая и экспертизу видно. Но нет, вечеринка бывших какая-то: бывший эль, бывший офисьель, бывший интервью. Интересно, диджитальщики так уже начали делать, или это только принтовые у нас anxiously attached?
Отдельная история — бывшие главные редакторы и прочие важные люди из верхушки мастхеда. Особенно в Америке. Они потратят деньги компании на полеты к любовницам, перепробуют все известные наркотики, получат пару нервных срывов и напишут об этом разоблачительную книжку «Не жизнь, а Ксанакс». Разоблачать они, конечно, собираются индустрию, но как-то все время так получается, что себя. Вот эта увеселительная статья The New York Times — как раз о том абсурде, что сопровождает бывших. И да, там все, буквально все пишут мемуары.
https://bit.ly/39D4LI1
О бывших редакторах.
Бывший редактор, а особенно бывший редактор глянца — это теперь такая профессия. (Правда есть ещё несбывшиеся редакторы какого-нибудь дэйзда, но речь не о них)
Люди у себя в инстаграмах на полном серьезе пишут ex-карьерное ex-достижение, и оно там единственное. Или подписываются бывшими, когда пишут колонку добрых советов в диджитал. «От создателей рубрики С-Чем-Носить-Красные-Туфли — новый блокбастер, С-Чем-Носить-Чёрные-Ботинки». Бывший младшенький в воге, бывший старшенький во флаконе, бывший помощник ассистента в приложении космошопинг. Всегда принтовые. Тысячи их.
Возможно, они и не сами так пишут, а их подписывают другие редакторы (и тоже рискуют стать бывшими с таким подходом). Не от зависти, конечно, подписывают, а потому что не могут внятно объяснить одной строкой, почему их новый автор ценный и «имеет экспертизу» (кроме того, что они дружат, а статя нужна вчера). Может у него телеграм-канал получает миллион просмотров, может у неё опыт работы в галерее, может вообще не надо ничего писать — статья и так хорошая и экспертизу видно. Но нет, вечеринка бывших какая-то: бывший эль, бывший офисьель, бывший интервью. Интересно, диджитальщики так уже начали делать, или это только принтовые у нас anxiously attached?
Отдельная история — бывшие главные редакторы и прочие важные люди из верхушки мастхеда. Особенно в Америке. Они потратят деньги компании на полеты к любовницам, перепробуют все известные наркотики, получат пару нервных срывов и напишут об этом разоблачительную книжку «Не жизнь, а Ксанакс». Разоблачать они, конечно, собираются индустрию, но как-то все время так получается, что себя. Вот эта увеселительная статья The New York Times — как раз о том абсурде, что сопровождает бывших. И да, там все, буквально все пишут мемуары.
https://bit.ly/39D4LI1
NY Times
The Chaos at Condé Nast
The memoirs of Dan Peres and other ex-employees of the magazine company reveal mess behind the gloss of the aughts.
Короче, Рик Оуэнс и Moncler будут делать коллаб, и это не для Genius — отдельная история. Коллаб уже начался по-оуэнсовски, конечно: Рикуся и Мишелечка кастомизировали автобус и погнали в Неваду на ранчо Майкла Хейцера смотреть, что там за 48 лет арт-проектирования произошло. Рикуся на вест косте не был уже 18 лет; говорит, что представляет как там в своё время Бойс путешествовал из Берлина в JFK, завёрнутый в фетр, жил три дня с диким койотом в галерее, потом вернулся в Европу.
В общем, живут же люди, творят что хотят. Реально, единственная возможность счастливого существования — делать все по своим правилам.
https://bit.ly/39HbEYT
Автобус, кстати, покажут завтра в Милане.
В общем, живут же люди, творят что хотят. Реально, единственная возможность счастливого существования — делать все по своим правилам.
https://bit.ly/39HbEYT
Автобус, кстати, покажут завтра в Милане.
Так, а все уже прочухали, что дутые шорты с рюшечкой Moncler Genius x JW Anderson — это андерсоновские шортики из мужской коллекции 2013 года?
Хотя я на самом деле за любой движ. Пусть будет коллаборация высокого порядка уже.
Дорогие друзья, запомните: к Миучче Праде, с Миуччей Прадой, для Миуччи Прады, о Миучче Праде, Миуччу Праду, ну вы поняли.
Прада, к счастью, не Мирослава Дума: писать свою фамилию по-русски вопреки всем правилам не просила.
Прада, к счастью, не Мирослава Дума: писать свою фамилию по-русски вопреки всем правилам не просила.