Депутат Европарламента Петрас Гражулис (Petras Gražulis) сделал запрос в Еврокомиссию для дачи разъяснений и проведения расследования и аудита по выделенной ЕС помощи для беларуской оппозиции, развития гражданского общества и демократических инициатив.

"Здравствуйте, согласно правилам Европарламента, письменные запросы от депутатов Европарламента не отправляются по электронной почте, а такие письма, прикрепленные к ним, загружаются через интранет Европарламента, что и было сделано.

В Европейскую комиссию
10.04.2026
Вильнюс
ВОПРОС ДЛЯ ПИСЬМЕННОГО ОТВЕТА

О КОНТРОЛЕ И АУДИТЕ БЕЛАРУССКИХ ИНИЦИАТИВ ГРАЖДАНСКОГО ОБЩЕСТВА, ФИНАНСИРУЕМЫХ ЕС

В опубликованных несколько недель назад материалах в СМИ журналисты задаются вопросом, может ли быть правдой, что видный белорусский оппозиционный политик, участвовавший в финансируемых ЕС инициативах гражданского общества и получавший финансовую поддержку от ЕС, впоследствии приобрел в Минске дорогостоящую недвижимость – две квартиры.
Если такие случаи подтвердятся, это вызовет серьезные вопросы о прозрачности, надзоре и конечном использовании средств ЕС, а также об эффективности гарантий предотвращения нецелевого использования или перенаправления финансовой поддержки.

Как известно, с 2020 года Европейский союз выделил более 200 миллионов евро на поддержку гражданского общества и демократических сил в Беларуси.
Это финансирование явно не принесло никаких политических или гуманитарных результатов. Оно не привело ни к демократическим переменам, ни к освобождению политических заключенных. Вместо этого была создана система стимулов, поощряющая класс субъектов, которые, не подвергаясь реальному личному риску, стали прямыми финансовыми бенефициарами репрессий, происходящих в Беларуси.

По сути, такое финансирование ЕС создало зависимость от авторитарных условий, где продолжение репрессий обеспечивает финансовые потоки. Это не только подрывает цели политики ЕС, но и вызывает серьезные опасения по поводу нецелевого использования и нерационального распределения государственных ресурсов.
В то же время лица, непосредственно противостоявшие режиму на местах, включая кандидатов в президенты и активистов, которые пошли на большой личный риск на территории Беларуси, потеряли имущество или свободу, систематически лишаются какой-либо значимой поддержки. Те, кто понес наибольшие потери в борьбе за демократические перемены, практически игнорируются, в то время как те, кто не подвергался риску, получают структурное вознаграждение.

В связи с этим я хотел бы получить письменный ответ на следующие вопросы:

1. Какие объективные, прозрачные и поддающиеся публичной проверке критерии применяла Комиссия при распределении этих средств, в частности, в отношении:

• лиц, которые пошли на наибольший личный и политический риск, бросив вызов режиму в Беларуси;

• лиц, которые были заключены в тюрьму, подвергались преследованиям или лишились имущества;

• местных общественных инициатив, действующих на местах во время избирательных кампаний?

2. Учитывала ли Комиссия такие факторы, как личный риск, репрессии или прямое участие в событиях в Беларуси, при распределении средств? Если да, то как эти факторы оценивались и взвешивались?

3. Если нет, как Комиссия обосновывает исключение таких факторов, учитывая заявленную цель поддержки демократических сил?

4. Как Комиссия обеспечивает справедливое распределение финансирования и предотвращает его непропорциональное сосредоточение среди ограниченного числа бенефициаров?

5. Оценила ли Комиссия, был ли доступ к финансированию ЕС фактически ограничен для ограниченного числа организаций, в том числе в случаях, когда выделение средств прямо или косвенно зависело от политической поддержки конкретных групп или структур? Если да, то какие гарантии предусмотрены для обеспечения открытого и недискриминационного доступа?

6. Где публично задокументированы применяемые критерии, методологии оценки и решения о выделении средств, включая информацию о бенефициарах и распределении средств?

7. Каких измеримых политических, гуманитарных и социальных результатов достигла Комиссия благодаря этому финансированию, в частности, в отношении:

• защиты активистов в Беларуси, в том числе, снизили ли или, наоборот, увеличили ли финансируемые ЕС инициативы риск слежки, арестов или репрессий (в частности, посредством сбора данных, использования цифровых платформ или инструментов мобилизации);

• содействия освобождению политических заключенных;

• укрепления независимых демократических структур в стране?

Если такие результаты ограничены, как Комиссия обосновывает продолжение текущей модели финансирования?

Какие гарантии и механизмы подотчетности существуют для предотвращения вреда участникам и для устранения любых негативных последствий в случае реализации таких рисков?

8. Изучала ли Комиссия вопрос о том, занимались ли финансируемые ЕС организации:

• дискредитацией альтернативных демократических образований;

• ограничением плюрализма в пользу одной группы посредством договорных практик (включая соглашения о конфиденциальности)?

9. Не считает ли Комиссия целесообразным:

• провести всесторонний независимый аудит финансирования ЕС Беларуси начиная с 2020 года;

• установить четкие, основанные на заслугах и рисках критерии распределения;

• принять механизмы, обеспечивающие прямую поддержку лицам, понесшим наибольшие личные издержки при защите демократических ценностей?

Ввиду вышеизложенного, мы просим Комиссию предоставить всеобъемлющий, основанный на фактах и последовательный ответ, включая критерии, оценки и применяемые гарантии.

С уважением,

Петрас Гражулис, член Европарламента."