Время пробудиться

Но что подразумевает изменение себя? Я уже много объяснял и так, и эдак. Сейчас попробую объяснить еще раз, теперь разбив процесс на этапы. Сначала озарение. Не усилие, не прививание себе новых привычек, не идеалы. Идеалы, кстати, зачастую приносят только вред. Следуя идеалам, вы всё время сосредоточены на том, как должно быть, вместо того чтобы быть сосредоточенным на том, как оно есть на самом деле. И вы навязываете реальности свои представления о том, как должно быть, так и не поняв, какая она, реальность. Позвольте привести вам примеры озарений из моей психотерапевтической практики. Приходит ко мне священник и говорит, что он ленив. Он хочет быть прилежнее, активнее, но он… просто ленив. Я спросил у него, что значит «ленив». Раньше я бы посоветовал ему: «Давайте-ка сделаем вот как: вы составите список дел, которые хотели бы делать ежедневно, и по вечерам будете вычеркивать сделанные дела; вам будет приятно, а со временем разовьется полезная привычка». Или еще я мог спросить у него: «А кем вы восхищаетесь? Кто ваш любимый святой?» И если бы он назвал, например, Франциска Ксаверия, я бы сказал: «Вспомните, как много и самоотверженно трудился Франциск Ксаверий. Вам нужно каждый день медитировать на него, и у вас появится энергия». Да, так тоже можно справиться с проблемой, но, увы, должен признать, что это поверхностный метод. Сила воли, любое приложение усилий работает какое-то время, но недолго. Возможно, поведение человека изменится, но не сам человек. Поэтому теперь я двигаюсь в другом направлении. Я спросил его:
– Ленив в каком смысле? Ведь лень может быть очень разной. Давайте разберемся, какую лень имеете в виду вы. Что вы называете ленью?
– Ну, я вечно не могу заставить себя что то сделать. Мне просто не хочется.
– Прямо с самого утра? – уточнил я.
– Да. Я просыпаюсь по утрам и понимаю, что у меня нет ничего, ради чего стоило бы вставать с постели.
– То есть у вас депрессия? – предположил я.
– Можно сказать и так, – согласился священник. – Я словно полностью погрузился в себя.
– А вы всегда таким были? – спросил я.
– Да нет, не всегда. Когда я был моложе, я точно был поактивнее. Например, в семинарии я был полон жизни.
– И когда же начались эти приступы лени?
– Года три четыре назад.
Я спросил, что случилось три четыре года назад. Он задумался. Я прервал его размышления:
– Если приходится так долго думать, значит, три-четыре года назад точно ничего не произошло. Как насчет года назад?
– Год назад меня как раз посвятили в сан.
– Что-нибудь произошло в тот год?
– Ну, была одна мелочь. Я провалил выпускной экзамен по теологии. На самом деле я сильно разочаровался тогда, но вроде бы с этим справился. Епископ планировал послать меня в Рим, чтобы я там преподавал в семинарии. Я тогда очень воодушевился, но после того, как я провалил экзамен, он передумал и послал меня в этот приход. Несправедливо получилось на самом деле…
Тут он возбудился, и стало совершенно ясно, что ни с чем он не справился и в душе его до сих пор живет гнев. Именно это разочарование надо было проработать. Тут не помогли бы длинные проповеди. Не помогли бы свежие идеи и новый подход к проблеме. Тут нужно было озарение. Ему нужно было лицом к лицу столкнуться со своим гневом и разочарованием – и озарить всё это светом осознанности. Получить инсайт. Лишь проработав всё это, он смог бы вернуть себе прежнюю активную жизнь. Если бы я принялся увещевать его, если бы рассказал, к примеру, как много и тяжело трудятся его братья и сёстры во Христе, он лишь почувствовал бы вину. Это никак не помогло бы ему достичь озарения, которое исцелило бы его. Итак, это первое.
Есть еще одна важная задача – понимание. Я поинтересовался у моего клиента, действительно ли он думал, что преподавание в семинарии в Риме сделает его счастливым? Ведь он просто почему-то пришел к выводу, что поездка в Рим – это счастье. Зачем он хотел преподавать в семинарии? Потому что хотел быть счастливым. Он думал, что статус профессора семинарии и соответствующий престиж сделают его счастливым. А так ли это? Тут не помешает понимание.
🔽

70 viewsedited 17:11