Такий легкий весняний бриз…ніжні пелюстки, що неспішно розцвітали одна за одною…вони дарували такий спокій, як тоді. Як тоді твої карі очі. Твоя посмішка та спокусливі руки, що так ласкаво торкалися мого плеча кожного разу, коли ти намагалася повідомити мені щось миле. Щось своє…тихе та непомітне чужого ока. Я…досі не можу забути і ці квіти стають лише згадкою для мене, який злочин я вчинив проти тебе. Проти себе. Проти всіх, хто був колись поруч нас, а зараз – далеко.

Всі вони дивляться на нас. Всі вони божеволіють від того, як ми себе поводимо. Як ми робимося щасливішими. Від того, як ми…тонемо одне в одному. Але я не бачу в цьому нічого поганого. Ніколи не бачив, тому, можливо, це й була моя головна помилка. Мабуть, саме так. Але я не можу звинувачувати тебе. Я не можу. Бо ти неймовірна. Ти одна така на світі. Ти…моя.

Вітерець легко несе ніжний запах упереміш зі свіжим кавовим напоєм. Я вдихаю його повільно. В легені наче потрапляє дивний аромат уперемішку зі спогадами. Я видихаю. І вони покидають мене, як і ти. Так само просто і непомітно, що не хочеться навіть думати про те, щоб продовжувати. Чому? Чому ти так легко відпустила нас? Чому не хотіла боротися? Чому лише я зараз не можу відпустити? Я ніяк не можу второпати, а ти…ти змінилася. Твої погляди, твої цілі, твої…очі. Ті самі, в які я колись закохано дивився, тепер споглядали світ настільки важко та тверезо, що неможливо було дотягнутися до тієї романтичної особи, що колись шепотіла мені про кохання.

Я не можу відпустити ті дні. Я не можу пробачити собі, що впустив тебе. Що відволік свій погляд від тебе і не зміг…на пальці зблиснула золота обручка. Тихе зітхання.

Руки тягнуться до найближчої гілки і зривають невеликий кущик вишневих квіточок. Такі білосніжні. Такі чисті, але всередині вже потемнішали. Навіть вони мають здатність псуватися, щоб стати потім чимось важливішим. Чимось більш…матеріальним, наприклад, вишнею. Позаду чується дитячий крик. Хтось кликав маму, а я згадую…в цей час ти могла б бути неймовірною матусею наших спільних дітей. Двох чи трьох. Неважливо, головне, щоб вони були від тебе.

Потрібно зупинитися. Я не повинен про таке думати. Я не повинен згадувати тебе. Тебе колишню. Я не повинен, але я…я просто божевільний, просто неймовірно наскільки! Але ти, мабуть, цьому була б не дуже рада…навіть більше. Ти б закричала: «Що ти собі думаєш?! Це давно вже в минулому! Досить згадувати те, до чого ми ніколи не повернемося, дурню!»
Ах, я й справді чую цей солодкий голос. Він так і манить. Так і…змушує мене справді закохатися…я…

– Ти знову завис? – Хтось обережно торкається мого плеча та проводить тонкими пальцями по краю плаща. Я повертаюся і бачу перед собою великий шар солодкої вати. На губах повільно розквітає посмішка, а поруч щебетало дитинча.

– Ми купили попорн! – Радісний, ще зовсім дитячий, голос поруч дзвінко задзвенів. Достатньо було кинути на нього погляд, що на душі стало легше, а серце спокійно увійшло в звичний ритм.

– Про що ти кажеш? Звісно ні. Який попкорн ви купили, люба? – На маленькому личку заграло ще більше веселощів і малий щасливо затараторив:

– Попорн с сіллю і…камамеллю!

– Солоною карамеллю? – Серце пропустило удар і подивився на той самий шарик вати. Та стояла тихо і лише стримувала своє хихотіння. Мимоволі на вустах почала розцвітати посмішка і я протягнув її той самий кущик вишні: – здається, пані дещо забула, чи не так?

Кулька здригнулась і почала опускатися додолу, відкриваючи те саме неймовірно красиве личко, що з віком стало лише краще. Стало важко дихати й я ненароком затримав дихання. Її карі очі та ніжна посмішка…а ці милі спокусливі тонкі пальці, на одному з яких блищала така ж золота обручка…

– неймовірно...

– Це лише згадка, любий пане. Наша згадка про попкорн із солоною карамеллю.

#замальовка #зарисовка

Такой легкий весенний бриз… нежные лепестки, неспешно расцветающие одна за другой… они дарили такое спокойствие, как тогда. Как тогда твои карие глаза. Твоя улыбка и соблазнительные руки, так ласково касавшиеся моего плеча всякий раз, когда ты пыталась сообщить мне что-то милое. Что-то свое… тихое и незаметное чужого глаза. Я… до сих пор не могу забыть и эти цветы становятся лишь упоминанием для меня, какое преступление я совершил против тебя. Против себя. Против всех, кто был когда-то рядом с нами, а сейчас – далеко.

Все они смотрят на нас. Все они сходят с ума от того, как мы себя ведем. Как мы становимся счастливее. От того, как мы…тонем друг в друге. Но я не вижу в этом ничего дурного. Никогда не видел, поэтому, может быть, это и была моя главная ошибка. Наверное, именно так. Но я не могу винить тебя. Я не могу. Ибо ты невероятная. Ты одна такая в мире. Ты… моя.

Ветерок легко несет нежный запах вперемешку со свежим кофейным напитком. Я вдыхаю его медленно. В легкие будто попадает странный аромат вперемешку с воспоминаниями. Я выдыхаю. И они покидают меня, как ты. Так же просто и незаметно, что не хочется даже думать о том, чтобы продолжать. Почему? Почему ты так легко отпустила нас? Почему не хотела сражаться? Почему только я сейчас не могу отпустить? Я никак не могу понять, а ты… ты изменилась. Твои взгляды, твои цели, твои глаза. Те самые, в которые я когда-то влюбленно смотрел, теперь созерцали мир настолько тяжело и трезво, что невозможно было дотянуться до той романтической личности, которая когда-то шептала мне о любви.

Я не могу отпустить эти дни. Я не могу простить себе, что уронил тебя. Что отвлек свой взгляд от тебя и не смог… на пальце сверкнуло золотое обручальное кольцо. Тихий вздох.

Руки тянутся к ближайшей ветви и срывают небольшой кустик вишневых цветочков. Такие белоснежные. Такие чистые, но внутри уже потемнели. Даже они обладают способностью портиться, чтобы стать потом чем-то более важным. Чем-то более…материальным, например, вишней. Позади слышится детский крик. Кто-то звал маму, а я вспоминаю… в это время ты могла бы быть невероятной мамочкой наших общих детей. Двух или троих. Не важно, главное, чтобы они были от тебя.

Нужно остановиться. Я не должен об этом думать. Я не должен тебя вспоминать. Тебя бывшую. Я не должен, но я…я просто безумный, просто невероятно насколько! Но ты, наверное, этому была бы не очень рада… даже больше. Ты бы закричала: «Что ты думаешь?! Это давно уже в прошлом! Достаточно вспоминать то, к чему мы никогда не вернемся, дурак!»
Ах, я действительно слышу этот сладкий голос. Он так и манит. Так и… заставляет меня действительно влюбиться… я…

– Ты снова завис? – Кто-то осторожно прикасается к моему плечу и проводит тонкими пальцами по краю плаща. Я возвращаюсь и вижу перед собой большой пласт сладкой ваты. На губах медленно расцветает улыбка, а рядом щебетал детеныш.

– Мы купили попорно! – Радостный, еще совсем детский голос рядом звонко зазвенел. Достаточно было бросить на него взгляд, что на душе стало легче, сердце же спокойно вошло в привычный ритм.

– О чем ты говоришь? Конечно нет. Какой попкорн вы купили, дорогая? – На маленьком личике заиграло еще больше веселья и малыш счастливо затараторил:

– Попорно с солью и… камамелью!

– Соленой карамелью? – Сердце пропустило удар и посмотрел на тот же шарик ваты. Она стояла тихо и только сдерживала свое хохот. Невольно на устах начала расцветать улыбка и я протянул ее тот самый кустик вишни: – кажется, госпожа кое-что забыла, не так ли?

Шарик вздрогнул и начал опускаться наземь, открывая то самое невероятно красивое личико, что с возрастом стало только лучше. Стало тяжело дышать и я нечаянно задержал дыхание. Ее карие глаза и нежная улыбка… а эти милые соблазнительные тонкие пальцы, на одном из которых блестело такое же золотое обручальное кольцо…

– невероятно...

– Это только упоминание, дорогой господин. Наше упоминание о попкорне с соленой карамелью.

#зарисовка #перевод

«Таинственная троица, чья судьба переплелась зелёным шелковым шарфом»

Ее имя – Бажена О'Дей, она первый и единственный генерал, использующий женский сосуд, будучи воином.

Их имена – Серафино и Клементе Д'Анима. Близнецы, чье рождение считается ошибкой. Их кошмар разделен на двое. Сплошная оплошность и неполноценность.

Ее кошмар – «долгожданная судьба».
Их – «миролюбивое пламя».

Вместе они главные звёзды диверсионно-разведывательной группы Морр'Вейна. Наедине же...необычные супруги.

Ради нее, они отдали свои жизни. Ради них – она склонила голову.

Переплевшиеся судьбы трёх фей, чьи помыслы и желания заканчиваются на них троих. Никто не знает, никто не видит и главное никто не сомневался: если нет одного – нет никого.

Именно такие они. Холодные, сильные, обладающие немыслимой властью.

«Неужели ты бросишь его на произвол судьбы только из-за приказа Хранителя? На твоём лице давно сошли все краски верности, Скарлетт.»

#феи_снов

«Мы близнецы – мы идентичны»

Мы близнецы – мы идентичны, зай. В нас нет отличий никаких. Ни внешних, внутренних, вербальных. Мы говорим и мыслим, как один. Мы знаем, как и что там у другого. Достаточно лишь мимолётно глянуть нам в глаза – и мы уже все знаем наперед.

Одно лишь отличается – характер. И тот мы подменить способны без проблем. Ты скажешь: вот же отличаетесь совсем! Сумела отличить я вас, особенная я! Однако чушь все это, зай. Мы идентичны, мы – один. Нас нет уж порознь давно, мы вместе здесь и там. Душа одна и вместе мы едины. Любим одну, встречаемся с одной. Живём и радуемся вместе.

Ты молодец, ты различила Серафино, Клементе ж тихо хмыкнет в стороне. Как только ты разделишь нас на разных – так сразу и потеряешься в двоих. А мы одни, нам нет уж смысла разделяться. Ведь любят нас двоих. И любим мы в ответ вдвойне.

Когда вдвоем – сильнее всех. Когда мы порознь – слабее одного. Уж так уж приключилось...мы при рождении душой одной скрепились и более никто не в силах разделить.

Особенной для нас не станешь ты. Ты слишком уж наивная слабачка. Любой дурак способен различить двоих, но лишь одна способна, не деля, любить. И это нам важнее личности одной.

«Ты же личность! Ты один!» – Я Серафино, Он Клементе, а вместе мы Д'Анима близнецы. Нам более не нужно ничего. Лишь бы мы были вместе. Лишь бы не трогали все нас. Лишь бы Бажена нам сказала: «Я согласна.»

А идентичность...личность...все пустяк. Мы просто «я». Мы ты и я.

#феи_снов
#зарисовка

Попросил сгенерировать картинку по описанию, взятому из новой главы, прописав парочку внешних деталей. Кратко про разницу в росте:

(а теперь вспомните, как в первых главах Милена боялась Лилию)