Ну когда уже!?

Вообщем сходил я на Мастера и Маргариту. Что сказать? Фильм говно. Режиссер говно.

Воланд - звать на роль немецкого актера, который не знает русского, и с тошнотой смотреть на рассинхрон при произношении слов, ну такое себе.

Понтий Пилат - после Кирилла Лаврова, который гениально сыграл Пилата в великолепном сериале Владимира Бортко, ну такое себе, не мимики, ни желания играть судя по лицу актера - не было. Да кто то скажет что Пилату было всего 43 на момент суда над Иешуа, и что Кирилл Лавров глубокий старик, но актер гениальный, и роль Пилата ему удалась намного лучше другим актерам кто воплощал Пилата на сценах и экранах.

Коровьев - в романе благородный рыцарь-балагур, однажды неудачно пошутивший. В фильме не просто откровенный клоун, его даже загримировали как клоуна.

Азазелло - одевать подручного сатаны практически в китель и в пилотку времён Великой Отечественной... Считаю глумлением.

Кота Бегемота вообще практически нет в фильме, а ведь он один из главных персонажей в книге.

Мертвые чекисты, приглашенные на бал сатаны это вообще пиздец. В романе такого не было, это задумка пидора режиссёра.

Москва родившаяся в больной голове сценаристов и самого режиссера вообще запредельно отвратная. Не буду даже описывать.

За 1.2 миллиарда, при нынешних возможностях графики, можно было снять такой фильм, с такими эффектами, а какой бал сатаны можно было бы снять... Но мы, сука, имеем испражнение кучки пидоров, поддерживающих хохлов, и желающих поражения России.

Вообщем. Всем кто скажет что фильм приличный, отвечу: а в чём его "приличие"? В том, что это - "Мастер и Маргарита"? На мой взгляд, очень спорный критерий. Единственная известная мне удачная экранизация - сериал Бортко. Но там и режиссёр, и актёрский состав соответствовали уровню гениальности автора. Для меня "Мастер и Маргарита" - роман-бездна, роман-Вселенная, и каждый раз погружаюсь в эту бездну с упоением и восторгом. И когда захочу сделать это снова, обращусь прямо к Михаилу Афанасьевичу, минуя посредников, которые, к тому же, лично у меня не вызывают ни доверия, ни уважения.

P/S Даже сиськи Юлии Снегирь не спасли фильм.

Как то, мы с Редктором пошли вечерний променад делать по Москве, ибо тут такая красота зимняя первозданная, что ёбнуться можно. Вот мы и ёбнулись. В плохом смысле слова. Одновременно.
Как же это удобно, когда есть упругая попка, на которую можно упасть и мило расхохотаться. На ладонях и локтях такой вот упругости нет и приходится мило материться. И делать вид, что я такой весь из себя ловкий специально на руки упал, чтоб тут же оттолкнуться от слоя замерзшей воды, с бодрым кряхтением подскочить и галантно подать руку. Романтичное валяние в снегу, глядь.
И сразу настроение праздничное. Хочется пожелать нашим жкхашникам чего-нибудь эдакого, фаллического на лоб. В носке. Потому как холодно в Москве. Без носка на лбу они себе все гениталии отморозят.

B cвoe вpeмя, кoгдa я cлужил в apмии, у нac был мудpый cтapшинa. И кoгдa мы, oднaжды, cпpocили eгo, пoчeму, coбcтвeннo, в этoй жизни в oбщeм, и в нaшeй кoнкpeтнoй cлужбe в чacтнocти, вce тaк cуpoвo, и чуть чтo, cpaзу мapш бpocoк в OЗK, «бигуc» этoт дpaный и нapяды внe oчepeди. Toгдa oн xитpo уcы пoдкpутил, и пpивeл нaм пpocтoй и дoxoдчивый пpимep:

«Boт cмoтpитe, cкaзaл oн, вaм в cтoлoвoй нaливaют щи. Xopoшиe, тaки, нaвapиcтыe. И вpoдe вce дoлжны быть cыты и дoвoльны, и вpoдe вceм oднoй пoвapeшкoй paздaвaли... Ho! Oднoму чуть бoльшe дocтaлocь, дpугoму нaoбopoт чуть нe дoлили. Koму тo шмaт мяca жиpнee, a кoму-тo кapтoшкa c „глaзкoм“. Kтo-тo вooбщe щи нe любит, a ктo-тo — любит, нo co cмeтaнoй. Bpoдe xoтeли xopoшo cдeлaть, a в итoгe зaвиcть, oбидa, нeдoвoльcтвo, и чepeз этo cтpaдaeт дуx тoвapищecтвa, aтмocфepa в кoллeктивe и эффeктивнocть пoдpaздeлeния в цeлoм.

Heвoзмoжнo cдeлaть вceм xopoшo oдинaкoвo и cpaзу. A вoт ecли вмecтo щeй „бигуc“, тo вce cpaзу дpугими кpacкaми игpaeт, ибo дpянь эту нeнaвидят вce, пpичeм aбcoлютнo oдинaкoвo тaк кaк нeту в coлдaтcкoй душe пpeдeлa нeнaвиcти к этoму пpoдукту, a бecкoнeчнocть, кaк извecтнo, paвнa бecкoнeчнocти.

И зaвидoвaть тoму, чтo ктo-тo вo вpeмя зaбeгa в OЗK мeньшe упpeл в этoм „xимгaндoнe“ тoжe нe пoлучaeтcя, a уж oбижaтьcя, чтo кoму-тo дocтaлocь бoльшe нapядoв, чeм тeбe — тeм бoлee. Boт и выxoдит, чтo paвeнcтвo, cпpaвeдливocть, и вoинcкoe тoвapищecтвo вoзмoжны тoлькo в тaкиx уcoвияx. И нe тoлькo вoинcкoe. Любoe. Пoтoму чтo кoгдa вoкpуг плoxo, тo вpoдe кaк вce в oднoй лoдкe, вмecтe и плeчoм к плeчу. A чуть тoлькo пoxopoшeлo, тo cpaзу нaчинaeтcя coциaльнoe нepaвeнcтвo, клaccoвaя нeнaвиcть и pacoвaя нeтepпимocть...»

A пoтoм мы вышли нa плaц, и oтжимaлиcь, пoкa в глaзax нe пoтeмнeлo, a paзум нe дocтиг пpocвeтлeния, ибo нeфиг cтapшинe тупыe вoпpocы зaдaвaть пocлe ужинa.

(С)

Сейчас в моде шутки про старость, даже 25-30 летние кряхтят: мол, а помните, как в двадцать-то лет мы были ещё огого - вписки, клубы, 10 банок энергетика - и до утра на танцполе двигаешься, а потом сразу на учёбу, а оттуда ещё и на работу. А сейчас какие нам клубы с банками? Поливитамины, йога, и купоны на сковородки по акции. Это всё старость, ребята.

И вся эта мелюзга 94-2000 года рождения давай аплодировать и поддакивать: дадада, братан, всё так и есть! Мы уже не те, молодость прошла, здоровье уже не то: раньше-то я мог бутылку водки залпом выпить на спор, и хоть бы что, а сейчас уже максимум стакан могу хлопнуть, да и то, если деньги поспорю, потому что потом мне плохо сразу и тошнит. Старые мы стали, плохие уже совсем.
Одному моему другу 35 лет, и сидим мы с ним года три назад, и я ему рассказываю всякие преданья старины глубокой - про молодость свою, про пять вариантов завязывания пионерского галстука, про песню "Ёмахо ёмасо", про видеосалоны по рублю за вход, и про вафли Куку руку. Не хватает только гуслей на коленях, чтоб делать так по струнам прррынь-пррррынь, как слепой гусляр-сказочник.
И друг такой: Это даааааа, вот мы с другом Серёгой тоже, бывало, встретимся, и до утра с ним вспоминаем нашу молодость: как раньше мы почему-то были намного счастливее, когда и денег у нас не было, и не женились ещё оба. А щас, вроде, и деньги есть, а счастья нет. Потому что тусить в клубах, как раньше, здоровье уже не позволяет, и жёны.
И я такой: Чо-чо-чо вы там с ним вспоминаете?? Молодость свою??? Утренники в детском саду, и кто из вас там был зайчиком, а кто снежинкой?? Вы хоть гудрон-то жевали летом? Нет??? А что вы тогда в детстве жевали-то???
А, вам мамы давали железные пять рублей, вы их в автомат кидали, и он вам три шарика жвачки выплёвывал? Понятно. Про надувание лягушек соломинкой через жопу я даже спрашивать тебя не буду. И ты меня не спрашивай - я уже по глазам твоим вижу, что зря я щас про лягушек-то вообще сказал.

Молодость они свою вспоминают. Куличики и Телепузиков. А щас-то вы уже старые, вот-вот уж 35 лет вам, а потом сразу пенсия и бесплатная вставная челюсть от собеса, прям в комплекте со стаканом сразу. Не беси меня! Ты даже диафильмы на простыне с соседскими детьми ни разу не смотрел, салага! И не слушал пластинку с Бременскими музыкантами!

Молодость они вспоминают блин...

Привет, отец. Я понимаю, что ты – последний, кому я могу такую хуйню писать, но вот взял и написал
Заебало все. Я не знаю, как там ребята могут держаться год за годом в грязи, без еды нормальной и тд. Посмотрел сегодня, как колону опять сожгли – наши ебанаты отправили под дроны прямо. И вот совсем хуево стало. Че-то делаешь, деньги тратишь, суетишься – потом пидор какой-то берет и отправляет взвод на погибель. Зачем все это? Какие-то машины/ коробки передач/ дроны просят. Ради чего, Платон?

***

Вот такой вопрос прислал близкий мне человек, сделавший для фронта очень-очень-очень много. Отмечу, что персонаж это предельно спокойный, терпеливый, по хорошему холодный и рациональный. И если уж такие вещи пишет, значит его заебло совсем напрочь в край. А если заебло даже его, то значит сотни/тысячи менее терпеливых людей взорвались еще раньше.

Поэтому ответить решил публично. Чтобы почитал не только дорогой друг, но и прочие достойные человеки.

***

Я видел ролик из Новомихайловки, про который ты говоришь. И не только его. И не только на видео. Сценарий всегда один и тот же. Банзай-атака без должной разведки, обеспечения РЭБ и ПВО, пехотного прикрытия, артиллерийской поддержки, инжерного обеспечения и т.д. В результате техника горит пачками, люди гибнут. Мне случалось вытаскивать трупы и раненых из битой таким бестолковым образом брони.

Как человек с развитой фантазией я легко могу представить себя любым из участников этой бесконечно повторяющейся драмы.

Например, танкистом во главе этой колонны. Вот, я танкист. Еду на верную и бессмысленную смерть. На мины, на ПТУРы, под арту и дроны-камикадзе. Я чувствую страх и отчаяние. Страх, понятно, умирать не хочется. Это привычное на войне чувство. Отчаяние - потому что гибель моя будет бессмысленной. Я никак не помогу товарищам, никак не приближу победу, не убью врага. Просто сдохну. Удобрю собой и без того жирные черноземы.

Например, матерью этого танкиста. Я его девять месяцев под сердцем носила, в муках рожала, растила, ночей не спала, не доедала, половину жизни в сыночка вложила. И все ради того, чтобы его за пять минут потратили просто так. Я чувствую страх и отчаяние. Потому что сделать ничего не могу.

Например, рабочим Уралвагонзавода. В три смены, блядь, собираем танки. Вот этими самыми руками, с раннего утра и до поздней ночи. Месяцы напряженной работы, а жгут их за пять минут копеечными дронами.

Например, волонтером. Последнюю копейку на фронт отдаю, шлю гуманитарку, одеваю, обуваю, снаряжаю, кормлю бойцов. Трачу на это время своей жизни и силы своей души. А их за пять минут - в чернозем. Вместе со всеми моими бронежилетами, касками, шоколадками и сигаретами.

Например, добровольцем. Бросаю работу, семью, друзей. Все бросаю, иду на фронт. И ради чего? Чтобы меня вот так вот, в тупом зерг-раше сожгли заживо? А малым расти без папки, жене без мужа, родителям без сына, и книга не дописана еще на две трети.

Например, губернатором Белгородской области. Каждый день прилеты, обстрелы, раненые, убитые, перепуганные. Надо разгребать, восстанавливать, отстраивать, спасать, успокаивать. А возраст уже не юный, и в сутках всего 24 часа, а беды все идут и идут одна за другой, и конца им не видно.

Например, хирургом в фронтовом госпитале. Режу, шью, промываю, режу, шью, промываю. Операции, операции, операции, операции. Сотни часов вытаскиваю с того света искромсанных, обожженных, контуженных, наполовину сошедших с ума. А их везут и везут потоком, и один умирает у меня на столе, двое - после, а еще пятеро до стола не дотягивают живыми. А за плечами стоят люди в погонах - все ли ты правильно сделал, гражданин доктор, не нарушил ли где инструкцию, не пора ли тебе посидеть на нарах?

Например, санитаром в эвакуационной группе. Сперва до разбитой брони в серой зоне дойди живой, в тесноте горелого танка найди обгорелый труп, а он примерз, ножом отковырял, кое-как через люк выдернул, и на носилках под прилетами прешь на себе до ноля. Там два глотка воды и обратно, следующего тянуть.

Например...

Один единственный мудак в погонах своим идиотским приказом может враз обнулить жизни и усилия очень многих достойных людей. И, что гораздо хуже, ввергнуть их в отчаяние. В бессильную злобу, которая жрет и разрушает изнутри, сносит голову, ведет к самому простому решению. НА ХУЙ. ИДИТЕ НА ХУЙ, ПСЫ. Сами себя снабжайте, сами себя рожайте, одевайте, кормите, учите, лечите, спасайте и хороните. Сами стройте свои ебучие танки. Может тогда научитесь расходовать их хотя бы бережно, раз уж на живых людей вам насрать.

А с меня хватит. Нет у меня больше никаких сил. Я еще хожу и дышу, но внутри уже все, сдох.

И ты спрашиваешь меня, дорогой друг, что делать. Как справиться с отчаяньем, надо ли с ним справляться, и КОМУ надо, чтобы ты с отчаяньем справился.

Отвечаю.

1. Разрешаю себе отчаяться. Признать, что я живой человек, у меня есть силы, и эти силы конечны. Вот, сейчас они кончились.

2. Признаю свои заслуги. Я уже много сделал.

3. Разрешаю себе восстановиться. Не делать, не участвовать, не помогать. День, два, неделю, месяц. Столько, сколько нужно для того, чтобы у меня появились желание и возможность делать.

4. Стараюсь, хоть и не всегда выходит, не совершать сверхусилий. Есть сто рублей? Отдам двадцать. Не пятьдесят, не восемьдесят, не сто. Двадцать отдам. Восемьдесят себе оставлю. Чтобы хватило на детей и себе сделать кофе с молоком после хренового дня.

5. Расставляю приоритеты. Сначала помогаю близким, потом остальным.

6. Позволяю ненавидеть, не прощать и не забывать. Врагов внешних и внутренних. Тех, кто своими идиотскими приказами помогает хохлам разрушать все, что я так долго и старательно строил. Если нельзя воздать этим людям сейчас - что же, оставлю на потом. В блокнотике запишу, чтобы не забыть.

7. Помню своих мертвых. Им это не нужно, они свое уже сделали. Мне нужно.

8. Определяю сам, что я должен делать. Что я САМ СЕБЕ должен, чтобы не чувствовать себя говном. Как хирург, санитар, рядовой стрелок, волонтер, неравнодушный предприниматель или губернатор Белгородской области.

9. А потом иду делать то, что должен.

10. И будь, что будет.

Вот так, дорогой мой друг и брат. У меня это работает вот так.

И напоследок скажу: у хохлов те же проблемы. Вопрос в том, у кого на дольше хватит терпения. Вот у кого хватит, того и победа.

И еще одно. В присланном мне исходном тексте было несколько упоминаний несправедливости существующей системы с практическими примерами из жизни. Знаю, дорогой друг, знаю. Сам как то раз проиграл суд на огромную сумму денег. Одна барышня удачно дала Высокопоставленному Лицу, а потом с его помощью утащила в рабочем напомаженном клювике тридцать миллионов бюджетных рублей. Попытки ее наказать и вернуть украденное кончились одним звонком Откуда Надо Куда Надо.

Я на это два года жизни убил, и без толку. Барышня сейчас ведет красивую жизнь. Стрижет лохов. Студентиков в УРФУ учит личному брендингу на своем чудесном примере. И таких сладких у нас изрядно, ты знаешь.

Много говна налипло на нашу любимую Родину, это правда. Но Родина - это не они. А достойные, чистые, светлые люди. Которых, и я в этом уверен, очень много вокруг тебя. Оглянись. Увидь их. И пойми, кого ты защишаешь. Не перхоть подзалупную, а настоящих человеков. Твоих детей, например. Которых, так уж вышло, кроме нас прикрыть собой некому.

©