❤24👍1🙏1
"Страшно впасть в руки Бога живого, а еще страшнее в них НЕ впасть."
Дарья Сивашенкова
Дарья Сивашенкова
❤45👏20❤🔥12🙏7🔥4💯1
Психотерапевтический этюд “Неулучшающее осознавание”
(по мотивам буддийской практики Дзогчен).
Человеку в плохом настроении воспринимает окружающее как бы сквозь темные очки. Воспринимаемое по пути к сознанию проходит как бы через черный фильтр, в результате чего все окружающее выглядит неудовлетворительным (негативным, мрачным и т.д.). И это плохо, и то плохо, и то… Окружающая природа “безрадостная”, дома “безликие”, люди “отстраненные”, интерьер “ скучный” и т.д. Что здесь первично, настроение или умозаключения - вопрос темный, но факт тот, что это замкнутый круг: сниженное настроение поддерживает мрачные мысли, мрачные мысли поддерживают сниженное настроение.
Многие люди в этой ситуации стремятся помочь себе, пытаясь прямым волевым путем контролировать свои эмоциональные реакции, то есть улучшать их. Пытаются воспринимать окружающее более радостным. Это, конечно, пустое усилие, и оно ясно не осознаётся. Но, как всякое пустое усилие, значительно увеличивает (а не уменьшает) градус дискомфорта. Его можно ослабить или устранить, если поставить себе цель воздерживаться от улучшения.
Итак, наблюдайте за тем, что есть в поле вашего восприятия, не пытаясь улучшать свои эмоциональные реакции на то, что видите (слышите, ощущаете). Специально воспринимать окружающее ровно таким, каким оно спонтанно воспринимается. Несколько минут. Потом отметьте, произошли ли изменения в вашем самочувствии.
(по мотивам буддийской практики Дзогчен).
Человеку в плохом настроении воспринимает окружающее как бы сквозь темные очки. Воспринимаемое по пути к сознанию проходит как бы через черный фильтр, в результате чего все окружающее выглядит неудовлетворительным (негативным, мрачным и т.д.). И это плохо, и то плохо, и то… Окружающая природа “безрадостная”, дома “безликие”, люди “отстраненные”, интерьер “ скучный” и т.д. Что здесь первично, настроение или умозаключения - вопрос темный, но факт тот, что это замкнутый круг: сниженное настроение поддерживает мрачные мысли, мрачные мысли поддерживают сниженное настроение.
Многие люди в этой ситуации стремятся помочь себе, пытаясь прямым волевым путем контролировать свои эмоциональные реакции, то есть улучшать их. Пытаются воспринимать окружающее более радостным. Это, конечно, пустое усилие, и оно ясно не осознаётся. Но, как всякое пустое усилие, значительно увеличивает (а не уменьшает) градус дискомфорта. Его можно ослабить или устранить, если поставить себе цель воздерживаться от улучшения.
Итак, наблюдайте за тем, что есть в поле вашего восприятия, не пытаясь улучшать свои эмоциональные реакции на то, что видите (слышите, ощущаете). Специально воспринимать окружающее ровно таким, каким оно спонтанно воспринимается. Несколько минут. Потом отметьте, произошли ли изменения в вашем самочувствии.
❤60👍32🔥4👏3🦄2
Для любителей Марины Филоник: Лекция в Покровских воротах. Бесплатно, но требуется регистрация.
❤19🙏8🔥3👍2
В продолжение темы предыдущего (от 18 июля) поста.
Психотерапевтический этюд “Фигуры на фоне”.
Люди, как правило, пытаются улучшать свои реакции только на отдельные вещи, на изолированные аспекты воспринимаемого мира, а не на всю реальность целиком. Обычно мы не пытаемся противостоять “всему что есть”.
Если бы все элементы бытия были бы жестко взаимосвязаны, то есть вещи и события не были бы изолированы друг от друга, было бы невозможно изменить что-то одно, не изменяя при этом «все на свете». Тогда, деваться некуда, приходилось бы оставлять все как есть, невзирая на то, что отдельные элементы общей картины нам не нравятся. Приходилось бы примиряться с отдельными неприятными эмоциональными реакциями, понимая, что они есть неизбежная часть целого.
Переживание взаимосвязанности или цельности окружающего мира можно испытать, если попробовать воспринимать не отдельные предметы, а пространство, в котором они находятся (пространство обычно представляется вездесущим и постоянно существующим «задним планом» нашего восприятия).
Итак: «Попробуйте смотреть не на вещи вокруг вас, а на пространство, в котором они существуют. Смотреть не на вещи, а на резервуар, в котором они находятся.»
Если человек поставит перед собой такую задачу, он может заметить, что начинает воспринимать мир как неразрывное целое. Пространство – это абстракция. Во всяком случае, мы не имеем возможности воспринимать пространство отдельно от вещей, которые оно окружает. Пытаясь смотреть на пространство как таковое, мы неизбежно видим вещи, предметы. Только тогда мы видим вещи не изолированно, а как бы все вместе, как бы все сразу, то есть внимание как бы рассеивается, растягивается, расширяется. Вещи оказываются во взаимосвязи и взаимозависимости. А пространство играет роль «соединительной ткани», скрепляющей отдельные моменты бытия между собой. Пустые усилия по улучшению реакций на отдельные вещи тогда обесточиваются, становятся ненужными и невозможными в свете переживаемой целостности мира.
Можно сформулировать инструкции более мягко: как «восприятие предметов одновременно с пространством».
Можно вместо окружающего мира “смотреть внутренним взором на пространство собственного сознания”. Или “на содержимое сознания (мысли и чувства) и одновременно на само сознание, в котором они возникают”.
Психотерапевтический этюд “Фигуры на фоне”.
Люди, как правило, пытаются улучшать свои реакции только на отдельные вещи, на изолированные аспекты воспринимаемого мира, а не на всю реальность целиком. Обычно мы не пытаемся противостоять “всему что есть”.
Если бы все элементы бытия были бы жестко взаимосвязаны, то есть вещи и события не были бы изолированы друг от друга, было бы невозможно изменить что-то одно, не изменяя при этом «все на свете». Тогда, деваться некуда, приходилось бы оставлять все как есть, невзирая на то, что отдельные элементы общей картины нам не нравятся. Приходилось бы примиряться с отдельными неприятными эмоциональными реакциями, понимая, что они есть неизбежная часть целого.
Переживание взаимосвязанности или цельности окружающего мира можно испытать, если попробовать воспринимать не отдельные предметы, а пространство, в котором они находятся (пространство обычно представляется вездесущим и постоянно существующим «задним планом» нашего восприятия).
Итак: «Попробуйте смотреть не на вещи вокруг вас, а на пространство, в котором они существуют. Смотреть не на вещи, а на резервуар, в котором они находятся.»
Если человек поставит перед собой такую задачу, он может заметить, что начинает воспринимать мир как неразрывное целое. Пространство – это абстракция. Во всяком случае, мы не имеем возможности воспринимать пространство отдельно от вещей, которые оно окружает. Пытаясь смотреть на пространство как таковое, мы неизбежно видим вещи, предметы. Только тогда мы видим вещи не изолированно, а как бы все вместе, как бы все сразу, то есть внимание как бы рассеивается, растягивается, расширяется. Вещи оказываются во взаимосвязи и взаимозависимости. А пространство играет роль «соединительной ткани», скрепляющей отдельные моменты бытия между собой. Пустые усилия по улучшению реакций на отдельные вещи тогда обесточиваются, становятся ненужными и невозможными в свете переживаемой целостности мира.
Можно сформулировать инструкции более мягко: как «восприятие предметов одновременно с пространством».
Можно вместо окружающего мира “смотреть внутренним взором на пространство собственного сознания”. Или “на содержимое сознания (мысли и чувства) и одновременно на само сознание, в котором они возникают”.
❤39👍19🔥9❤🔥5🙏1
По-видимому, любому человеку в той или иной степени свойственно переносить свою психологию на других. Судить других по себе. Толковать поведение другого исходя из собственного устроения. Видимо это - врожденная установка, инстинктивная программа. Она хороша, и ведёт к единению людей, когда речь идёт о взаимодействии похожих по складу личностей. Но, когда общаются люди разных характерологических типов, стремление смотреть со своей колокольни может приводить к непониманию. Как следствие, к претензиям и незаконным требованиям к другим. И ( или) к себе.
Типичный “авторитарный воин” трактует из себя типичного “сомневающегося интеллигента” как мягкотелого, безвольного, вялого душой. И (из хороших намерений) предлагает ему поработать над собой, чтобы “стать мужиком, наконец”.
Наоборот, “сомневающийся интеллигент” оценивает “авторитарного” как тупого и однобокого и предлагает ему потрудиться “включить критическое мышление”.
При этом оба не замечают, что превозносят те качества, которые безо всяких заслуг есть у них от природы. И ждут от другого специальной работы над тем, что у них самих возникает не-специально, легко, само собой.
Так и всякого рода учителя жизни, профессиональные советчики и морализаторы. Они часто настойчиво предлагают своим “клиентам” прикладывать намеренные усилия к тому, что им самим даётся спонтанно и без всяких усилий.
Типичный “авторитарный воин” трактует из себя типичного “сомневающегося интеллигента” как мягкотелого, безвольного, вялого душой. И (из хороших намерений) предлагает ему поработать над собой, чтобы “стать мужиком, наконец”.
Наоборот, “сомневающийся интеллигент” оценивает “авторитарного” как тупого и однобокого и предлагает ему потрудиться “включить критическое мышление”.
При этом оба не замечают, что превозносят те качества, которые безо всяких заслуг есть у них от природы. И ждут от другого специальной работы над тем, что у них самих возникает не-специально, легко, само собой.
Так и всякого рода учителя жизни, профессиональные советчики и морализаторы. Они часто настойчиво предлагают своим “клиентам” прикладывать намеренные усилия к тому, что им самим даётся спонтанно и без всяких усилий.
❤90🔥38👍27🙏3👏1👀1
❤22❤🔥4🤷♀1👎1
Что есть человеческое “Я”? Либо иллюзия и эфемерность, либо Чудо и Тайна. “Я” полностью определяемо чувствами, мыслями и психофизиологическими состояниями, и в то же время несводимо к ним.
❤53🔥14👍10
👆Его (“Я”) не уловишь, ибо “Я это не мои чувства, Я это не мои мысли, Я это не мои состояния”. Потому, что это все есть у “меня”. Я это что-то “за” всем этим или “посреди” или “вокруг” всего этого. Как говорят древние китайцы, нож не может разрезать сам себя”, “глаз не может увидеть сам себя”.
Но несмотря на неуловимость, иллюзией его считать достаточно сложно - иллюзию должен кто-то воспринимать. Опять кто-то! Опять все упирается в неистребимое, хоть и непостижимое “Я”... “Я” всегда наличное, такое очевидное, такое близкое и всегда остающееся “за кадром”.
Есть известное психотерапевтическое упражнение, взятое из древней индуистской практики, так и называющееся “Кто Я?” или “Разотождествление”. Суть его в том, что ведущий психотерапевтической группы последовательно спрашивает участника “Кто ты?”, не давая ему отождествляться со своими характеристиками. Участник отвечает, например, “Я - юрист”. Тогда ведущий спрашивает: “Кто ты, называющий себя юристом?”. Участник отвечает, предположим: “Я - гражданин России“. Ведущий опять спрашивает: “Кто ты, называющий себя гражданином России?” “Я - молодой мужчина”. Тогда ведущий спрашивает: “Кто ты, называющий себя молодым мужчиной?” И так далее, пока участник не перестанет отождествлять себя со своим конкретными свойствами, функциями, содержаниями, “ролями”. Пока он вместо конкретного, предметного, ограничивающего и отграничивающего определения “себя” не выдаст красноречивого молчания. Или молвит (именно “молвит”) слово, выражающее внутреннюю тишину, замыкающееся само на себя, как, например, “бытие”, “ существование”, “энергия”, “сознание”, “жизнь”, “что-то”, “просто я”, “субъектность”, “переживание”, “свет” и т.д.
В индуистском (адвайто-ведантистском) контексте практика эта служит для того, чтобы “я” перестало отождествляться с конкретным организмом тела-ума и отождествилось бы с “Я”, Абсолютом, Сознанием, безличностной Божественностью. И тем самым добиться “реализации”, “просветления”, обрести в безличном существовании безмятежный покой и счастье.
Для нашей темы важно, что переживания покоя, освобождения и радости часто возникают (не сказать, чтобы надолго, но возникают и запоминаются) после процедуры “разотождествления” и у людей, не склонных к восточному мироощущению. Эти переживания “инсайта” один в один похожи на переживания, возникающие в момент схлопывания пустого усилия при проведении методики инверсии возможностей или практик созерцания, упражнений приведенных выше. То есть предельный ответ на вопрос “Кто я?” каким-то образом на время освобождает от фоновых ПУ.
Даже игра в “Я как океан Сознания” приводит к освобождению от пустого напряжения. “Океан Сознания” свободен от усилий, тем более пустых.
Дело по-видимому в том, что игра в “Я как Абсолютного Субъекта” хотя бы на время такого воображения разрушает обыденное представление о влиянии “я” на свои мысли, чувства и состояния, представление, лежащее в основе ПУ.
Эта обыденная примитивная установка предполагает, что “я” однородно со своими содержаниями, в том смысле, что я это такой же объект, такой же элемент бытия как и то, на что оно якобы влияет. Такой же, только сильнее, главнее, авторитетнее и авторитарнее, вышепоставленнее. Разотождествленное я не вписывается в эту концепцию и разотождествление даёт ощутить, что все неизмеримо сложнее. А, может быть, и проще, но, главное, не так: “я” не может биться с психическими тенденциями как боксер с другим боксером на ринге, побеждая или проигрывая.
Кажется, на христианском языке к такому же слому этой уплощенной установки подвигают размышления православного богослова В.Н.Лосского о человеческой личности (личность = “я”).
“... мы не найдем ни одного определяющего свойства, ничего ей присущего, что было бы чуждо природе (φύσις) и принадлежало бы исключительно личности как таковой. Из чего следует, что сформулировать понятие личности человека мы не можем и должны удовлетвориться следующим: личность есть несводимость человека к природе.
Но несмотря на неуловимость, иллюзией его считать достаточно сложно - иллюзию должен кто-то воспринимать. Опять кто-то! Опять все упирается в неистребимое, хоть и непостижимое “Я”... “Я” всегда наличное, такое очевидное, такое близкое и всегда остающееся “за кадром”.
Есть известное психотерапевтическое упражнение, взятое из древней индуистской практики, так и называющееся “Кто Я?” или “Разотождествление”. Суть его в том, что ведущий психотерапевтической группы последовательно спрашивает участника “Кто ты?”, не давая ему отождествляться со своими характеристиками. Участник отвечает, например, “Я - юрист”. Тогда ведущий спрашивает: “Кто ты, называющий себя юристом?”. Участник отвечает, предположим: “Я - гражданин России“. Ведущий опять спрашивает: “Кто ты, называющий себя гражданином России?” “Я - молодой мужчина”. Тогда ведущий спрашивает: “Кто ты, называющий себя молодым мужчиной?” И так далее, пока участник не перестанет отождествлять себя со своим конкретными свойствами, функциями, содержаниями, “ролями”. Пока он вместо конкретного, предметного, ограничивающего и отграничивающего определения “себя” не выдаст красноречивого молчания. Или молвит (именно “молвит”) слово, выражающее внутреннюю тишину, замыкающееся само на себя, как, например, “бытие”, “ существование”, “энергия”, “сознание”, “жизнь”, “что-то”, “просто я”, “субъектность”, “переживание”, “свет” и т.д.
В индуистском (адвайто-ведантистском) контексте практика эта служит для того, чтобы “я” перестало отождествляться с конкретным организмом тела-ума и отождествилось бы с “Я”, Абсолютом, Сознанием, безличностной Божественностью. И тем самым добиться “реализации”, “просветления”, обрести в безличном существовании безмятежный покой и счастье.
Для нашей темы важно, что переживания покоя, освобождения и радости часто возникают (не сказать, чтобы надолго, но возникают и запоминаются) после процедуры “разотождествления” и у людей, не склонных к восточному мироощущению. Эти переживания “инсайта” один в один похожи на переживания, возникающие в момент схлопывания пустого усилия при проведении методики инверсии возможностей или практик созерцания, упражнений приведенных выше. То есть предельный ответ на вопрос “Кто я?” каким-то образом на время освобождает от фоновых ПУ.
Даже игра в “Я как океан Сознания” приводит к освобождению от пустого напряжения. “Океан Сознания” свободен от усилий, тем более пустых.
Дело по-видимому в том, что игра в “Я как Абсолютного Субъекта” хотя бы на время такого воображения разрушает обыденное представление о влиянии “я” на свои мысли, чувства и состояния, представление, лежащее в основе ПУ.
Эта обыденная примитивная установка предполагает, что “я” однородно со своими содержаниями, в том смысле, что я это такой же объект, такой же элемент бытия как и то, на что оно якобы влияет. Такой же, только сильнее, главнее, авторитетнее и авторитарнее, вышепоставленнее. Разотождествленное я не вписывается в эту концепцию и разотождествление даёт ощутить, что все неизмеримо сложнее. А, может быть, и проще, но, главное, не так: “я” не может биться с психическими тенденциями как боксер с другим боксером на ринге, побеждая или проигрывая.
Кажется, на христианском языке к такому же слому этой уплощенной установки подвигают размышления православного богослова В.Н.Лосского о человеческой личности (личность = “я”).
“... мы не найдем ни одного определяющего свойства, ничего ей присущего, что было бы чуждо природе (φύσις) и принадлежало бы исключительно личности как таковой. Из чего следует, что сформулировать понятие личности человека мы не можем и должны удовлетвориться следующим: личность есть несводимость человека к природе.
🔥45❤26👍14
👆Именно несводимость, а не «нечто несводимое» или «нечто такое, что заставляет человека быть к своей природе несводимым», потому что не может быть здесь речи о чем-то отличном, об «иной природе», но только о ком-то, кто отличен от собственной своей природы, о ком-то, кто, содержа в себе свою природу, природу превосходит, кто этим превосходством дает существование ей как природе человеческой и тем не менее не существует сам по себе, вне своей природы, которую он «воипостасирует» и над которой непрестанно восходит…”
Во так, “кто-то” в отличии от “что-то” не есть “нечто”...
Вспоминается конечный ответ одной участницы психотерапевтической группы на процедуру “разотождествления”. Поначалу растерявшись и разозлившись от бесконечного “Кто ты?”, она вдруг успокоилась и с необыкновенно мирным выражением лица ответила: “Я - тварь Божья. И все.”
Во так, “кто-то” в отличии от “что-то” не есть “нечто”...
Вспоминается конечный ответ одной участницы психотерапевтической группы на процедуру “разотождествления”. Поначалу растерявшись и разозлившись от бесконечного “Кто ты?”, она вдруг успокоилась и с необыкновенно мирным выражением лица ответила: “Я - тварь Божья. И все.”
❤42❤🔥20👍17😁3🤔1
Forwarded from Дарья Сивашенкова (Дарья Сивашенкова)
Богословие любви часто путают с богословием позитива, и осуждающе и пренебрежительно говоря о первом, чаще всего приписывают ему черты второго. Но на самом деле, нет ничего различнее и противнее друг другу.
Богословие любви говорит о близких отношениях с Богом; там возможны напряжение и накал. Богословие позитива препятствует этой близости, сводя все отношения к теплохладному «я в порядке, Ты в порядке», - вежливая улыбка с обеих сторон и все.
Богословие любви видит человеческое несовершенство и поврежденность человеческой природы и ищет, как бы его исцелить, а богословие позитива напрочь его не замечает.
Богословие любви говорит о милости и прощении, а богословие позитива отметает нужду в них. Любовь исцеляет боль, позитив ее игнорирует.
Богословие любви протягивает тебе воду, чтоб ты умылся. Богословие позитива говорит: ходи грязный, ты и так прекрасный. И даже больше: не замечай грязь! Ее нет! А шепотом: на самом деле эта грязь и есть ты!
В «богословие позитива», к слову сказать, очень хорошо укладывается теория об "автоматическом спасении", которое считают полным синонимом апокатастасиса: дескать, нераскаянные грешники все равно попадут в Рай и беспокоиться тут не о чем, каяться не надо (это полная ерунда, апокатастасис совсем не об этом).
К богословию любви это не имеет ни малейшего отношения: оно непредставимо без покаяния.
Не менее жестокое, чем "богословие вины", "богословие позитива" точно так же не подпускает человека к Богу, только с другой стороны.
Человек, сознающий свои ошибки, вины и несовершенства, оказывается в одиночестве. "Не думай о грехе, - провозглашает радостно богословие позитива, - думай о чем-нибудь хорошем!" "Гляди на мир проще", "Бог тебя и так примет", "греха нет- прощение не нужно", - и так далее.
Это все равно, что сунуть голодному резиновую пустышку вместо куска хлеба. О хорошем-то думать не получается, если ты уже осознал, почувствовал свой грех. Он мучает, грызет тебя, ты ощущаешь себя плохим - но... ты одинок в этом переживании. Некому тебе помочь, некому тебя поддержать и исцелить, потому что в твою боль и твое несовершенство вживаться и сходить не хотят.
"Греха нет, Бог не осудит" , - но Тот, Кто не осуждает по справедливости грех, то есть, не видит в нем зла, не может по Своей милости простить и помочь грешнику. Дела твои не осуждают, ничего дурного в них не видят, чего же ты еще хочешь? Какой помощи? Ты не в беде. А сложности свои решай как-нибудь сам.
Немудрено, что «богословие позитива» оказывается совершенно бесполезным в ситуации критического выбора или осознании своего греха, и толкает человека к тому, чтоб или уйти от такого «Бога» насовсем – или душить совесть, заставляя видеть везде и во всем свою правоту.
Что "богословие вины", что "богословие позитива", будучи полярными крайностями, сходятся в одном: не дают человеку осознать свои грехи, раны и вины рядом с любящим, милующим и прощающим Богом. Милующим - а не карающим! Прощающим - а не равнодушно отмахивающимся со словами "ерунда это все, будь таким, какой ты есть".
И дурное «не парься», и всецелое завиновачивание одинаково лишают человека главного. Не дают принять от Бога исцеление, прижаться к Нему, довериться Ему и зримо ощутить, как Его любовь и милосердие меняют и исцеляют тебя.
Не дают ощутить себя принятым и прощенным... и на самом деле любимым.
Потому что прощение - это один из прекрасных синонимов любви.
Богословие любви говорит о близких отношениях с Богом; там возможны напряжение и накал. Богословие позитива препятствует этой близости, сводя все отношения к теплохладному «я в порядке, Ты в порядке», - вежливая улыбка с обеих сторон и все.
Богословие любви видит человеческое несовершенство и поврежденность человеческой природы и ищет, как бы его исцелить, а богословие позитива напрочь его не замечает.
Богословие любви говорит о милости и прощении, а богословие позитива отметает нужду в них. Любовь исцеляет боль, позитив ее игнорирует.
Богословие любви протягивает тебе воду, чтоб ты умылся. Богословие позитива говорит: ходи грязный, ты и так прекрасный. И даже больше: не замечай грязь! Ее нет! А шепотом: на самом деле эта грязь и есть ты!
В «богословие позитива», к слову сказать, очень хорошо укладывается теория об "автоматическом спасении", которое считают полным синонимом апокатастасиса: дескать, нераскаянные грешники все равно попадут в Рай и беспокоиться тут не о чем, каяться не надо (это полная ерунда, апокатастасис совсем не об этом).
К богословию любви это не имеет ни малейшего отношения: оно непредставимо без покаяния.
Не менее жестокое, чем "богословие вины", "богословие позитива" точно так же не подпускает человека к Богу, только с другой стороны.
Человек, сознающий свои ошибки, вины и несовершенства, оказывается в одиночестве. "Не думай о грехе, - провозглашает радостно богословие позитива, - думай о чем-нибудь хорошем!" "Гляди на мир проще", "Бог тебя и так примет", "греха нет- прощение не нужно", - и так далее.
Это все равно, что сунуть голодному резиновую пустышку вместо куска хлеба. О хорошем-то думать не получается, если ты уже осознал, почувствовал свой грех. Он мучает, грызет тебя, ты ощущаешь себя плохим - но... ты одинок в этом переживании. Некому тебе помочь, некому тебя поддержать и исцелить, потому что в твою боль и твое несовершенство вживаться и сходить не хотят.
"Греха нет, Бог не осудит" , - но Тот, Кто не осуждает по справедливости грех, то есть, не видит в нем зла, не может по Своей милости простить и помочь грешнику. Дела твои не осуждают, ничего дурного в них не видят, чего же ты еще хочешь? Какой помощи? Ты не в беде. А сложности свои решай как-нибудь сам.
Немудрено, что «богословие позитива» оказывается совершенно бесполезным в ситуации критического выбора или осознании своего греха, и толкает человека к тому, чтоб или уйти от такого «Бога» насовсем – или душить совесть, заставляя видеть везде и во всем свою правоту.
Что "богословие вины", что "богословие позитива", будучи полярными крайностями, сходятся в одном: не дают человеку осознать свои грехи, раны и вины рядом с любящим, милующим и прощающим Богом. Милующим - а не карающим! Прощающим - а не равнодушно отмахивающимся со словами "ерунда это все, будь таким, какой ты есть".
И дурное «не парься», и всецелое завиновачивание одинаково лишают человека главного. Не дают принять от Бога исцеление, прижаться к Нему, довериться Ему и зримо ощутить, как Его любовь и милосердие меняют и исцеляют тебя.
Не дают ощутить себя принятым и прощенным... и на самом деле любимым.
Потому что прощение - это один из прекрасных синонимов любви.
❤64❤🔥19👍17🙏6🔥5
⬆️ Как “богословие вины”, так и “богословие позитива” рано или поздно ввергают верующего человека в пустые усилия. Оба ведут к “сделай сам!”. Оба приводят к одиночеству из-за отделенности, одиночеству, пропитанному “стань лучше своими силами!”. Оба лишают упования на Бога, проповедуя упование на себя.
И как тут уповать, если в прямом нашем распоряжении только мышечные сокращения и кратковременная фокусировка внимания?
И как тут уповать, если в прямом нашем распоряжении только мышечные сокращения и кратковременная фокусировка внимания?
❤68❤🔥11🔥9👍7😁1
Лень.
Немного есть “недостатков”, за которые люди ругают себя также сильно как за лень. Возможно это черта нашего времени с его культом “достигаторства”, социальной успешности, “активной жизненной позиции”. На этом фоне “ленивому” человеку бывает особенно тяжело.
Между тем, лени как таковой, не существует. Есть разные по сути душевные состояния, которые можно обозвать ленью, и которые таким образом смешиваются в одно и незаконно превращаются в несуществующий порок.
Апатия. Патологическое состояние, выражающееся в отсутствии желаний. Все безразлично, ничто не вызывает интереса, в пределе - “овощное” существование. За апатию себя не ругают, нет повода ругать, нет переживания нехватки чего-либо, нет внутренней необходимости что-то менять. Нет страдания. Апатия является симптомом серьезной мозговой патологии.
Апатическая депрессия. Тоже патологическое состояние мозга, но не такое тяжёлое. Здесь тоже ничего не хочется, но “хочется, чтобы хотелось”. Человек тут отчётливо понимает, что с ним что-то не так и желает ( но не может) изменить ситуацию. Все не имеет смысла, но от этого плохо. На апатическую депрессию жалуются, от нее страдают.
Быстрая утомляемость. Не имея каких-либо физических недугов, человек устает быстрее, чем большинство. Утомляемость может быть симптомом мозговой патологии, а может быть врождённым параметром нервной системы ( “астенический склад характера”).
Ситуативное отсутствие (недостаточность) интереса к делу, которым приходится заниматься. Чаще всего это ситуация, когда человек по каким-то причинам понуждает себя быть охваченным тем, что чуждо его характерологической природе. Чем-то, что неспособно вызвать его живой интерес. Естественно, в этом случае продуктивность его деятельности будет сильно страдать. Делать что-то без интереса можно только формальным образом. “Философу”, как правило, трудно испытывать искреннюю радость от “крестьянского” труда на даче (по крайней мере долго) и, наоборот, “крестьянину” кажется нелепым заниматься философскими изысканиями.
Эти четыре разновидности “лени”, как видно, не являются пороками, это просто данности, неподвластные волевому исправлению. Если рассматривать их вот так вот, внимательно, учитывая все факторы, они, получается к “лени” и отношения то не имеют. Это понимание помогает обесточить пустые усилия “захотеть”, “заинтересоваться”, “перестать лениться”, часто возникающие при втором, третьем и четвертом вариантах.
Немного есть “недостатков”, за которые люди ругают себя также сильно как за лень. Возможно это черта нашего времени с его культом “достигаторства”, социальной успешности, “активной жизненной позиции”. На этом фоне “ленивому” человеку бывает особенно тяжело.
Между тем, лени как таковой, не существует. Есть разные по сути душевные состояния, которые можно обозвать ленью, и которые таким образом смешиваются в одно и незаконно превращаются в несуществующий порок.
Апатия. Патологическое состояние, выражающееся в отсутствии желаний. Все безразлично, ничто не вызывает интереса, в пределе - “овощное” существование. За апатию себя не ругают, нет повода ругать, нет переживания нехватки чего-либо, нет внутренней необходимости что-то менять. Нет страдания. Апатия является симптомом серьезной мозговой патологии.
Апатическая депрессия. Тоже патологическое состояние мозга, но не такое тяжёлое. Здесь тоже ничего не хочется, но “хочется, чтобы хотелось”. Человек тут отчётливо понимает, что с ним что-то не так и желает ( но не может) изменить ситуацию. Все не имеет смысла, но от этого плохо. На апатическую депрессию жалуются, от нее страдают.
Быстрая утомляемость. Не имея каких-либо физических недугов, человек устает быстрее, чем большинство. Утомляемость может быть симптомом мозговой патологии, а может быть врождённым параметром нервной системы ( “астенический склад характера”).
Ситуативное отсутствие (недостаточность) интереса к делу, которым приходится заниматься. Чаще всего это ситуация, когда человек по каким-то причинам понуждает себя быть охваченным тем, что чуждо его характерологической природе. Чем-то, что неспособно вызвать его живой интерес. Естественно, в этом случае продуктивность его деятельности будет сильно страдать. Делать что-то без интереса можно только формальным образом. “Философу”, как правило, трудно испытывать искреннюю радость от “крестьянского” труда на даче (по крайней мере долго) и, наоборот, “крестьянину” кажется нелепым заниматься философскими изысканиями.
Эти четыре разновидности “лени”, как видно, не являются пороками, это просто данности, неподвластные волевому исправлению. Если рассматривать их вот так вот, внимательно, учитывая все факторы, они, получается к “лени” и отношения то не имеют. Это понимание помогает обесточить пустые усилия “захотеть”, “заинтересоваться”, “перестать лениться”, часто возникающие при втором, третьем и четвертом вариантах.
👍96❤42🔥26🙏14👏4👌2
Пустые усилия и Страх Божий
Много раз слышал от церковных и околоцерковных людей жалобы на “спотыкание” в молитве или при чтении Писания, когда заходит речь о Страхе Божием. У многих при прошении о Страхе Божием возникает ощущение внутренней неискренности, фальши, прошение это проборматывается “внесердечно”, с “закрытым сознанием”, просто потому, что так надо, без внутреннего понимания, точнее с непониманием. Особенно сие наблюдается у “хлюпиков-интеллигентов”( от них же первый есть азм), для которых всякое запугивание, манипуляция страхом - это что-то отвратительное, нечеловеколюбивое, недостойное даже просто приличного человека, не то, что Бога. Говорят, что только вначале духовной жизни Страх Божий это страх раба, страх наказания, неспасения. А потом он превращается в страх сына, страх “обидеть” Господа, страх не ответить любовью на Любовь. Это немножко успокаивает. Но много ли среди современных религиозных людей далеко продвинутых, у которых страх сына расстворил страх раба? Чаще присутствует и то и другое. Как-то страшно нагнетать даже такой смешанный страх, и уж совсем не хочется о нем просить. Может быть Страх Божий вообще не всем по мере? Но, молитвы то из Правила для всех… Может это правильно, заставлять себя стяжать изнуряющий страх? Чтобы тот пинками загонял в рай?
Возможно, здесь помогут разобраться психологические наблюдения о взаимосвязи страха и пустого усилия. Возможно, нас путает, вводит в замешательство то, что с психологической стороны существуют две главные разновидности эмоции страха.
Есть страх, связанный с пустым усилием и есть страх, не имеющий к пустому усилию никакого отношения.
Первый, крепко-крепко связанный с ПУ (человек тут ждет от себя того, чего не может): субъективно-избыточный страх. Он субъективно избыточен в том смысле, что толку от него крайне мало (если вообще есть), а мучений много. Пределом его является либо бесплодная суетливость, либо остолбенение. Такой страх воспринимается как проблема, и, даже если он невелик по интенсивности, он все равно мучителен, он создает фоновое напряжение, ощущается как заноза в душе. Человек при таком страхе осознает (или способен осознать при наводящих вопросах) избыточность своего эмоционального реагирования и хочет бояться меньше. Бытовой пример: предэкзаменационный страх, как бы мотивирующий готовиться, но на деле больше мешающий сосредоточиться и затрудняющий тем самым подготовку. Связанное с ним пустое усилие это “заставить себя соображать быстрее и лучше” или “обрести спокойствие”. Если это страх начальника, он переживается как унизительный, с чувством ущемленности или отчаянной беспомощности (ПУ - “делать все идеально, чтобы не вызвать гнев” или “ не унижать себя боязнью”, например). Если , страх обидеть близкого, то он нередко связан с раздражением на этого близкого, как держащего в напряжении и отнимающий свободу (ПУ - самовыражаться свободно и “политкорректно” одновременно) .
Понятно, такой страх переживается как мешающий, токсичный, изнуряющий, безысходный, воспаленный, деструктивный. В общем, ужасный.
И второй страх: естественный. Он субьективно так и переживается, как естественный. Ему не противостоят, с ним не борются. Он не является проблемой. Хотя он может быть сильным, он никогда не мешает, наоборот, помогает. Он ощущается как необходимое топливо для конкретной деятельности. Человек не хочет его уменьшить, тем более не хочет расстаться с ним. Это мудрый страх. Страх-забота. Такой страх испытывает бывалый охотник в диком лесу, опытный солдат на поле боя, мать, ухаживающая за тяжело заболевшим ребенком. С таким страхом связана наша безопасность, - без него мы стали бы беспечными и беззащитными. Мы не соблюдали бы правил дорожного движения, да и вообще никаких правил. Самое главное: такой страх находится в гармоничном соотношении с другими душевными тенденциями. И, не являясь занозой в душе, он обычно и не осознаётся даже. Вернее, осознается, когда делаешь что-то в пику ему, и в этом случае принимается. Человек здесь не требует от себя того, чего не может. ⬇️
Много раз слышал от церковных и околоцерковных людей жалобы на “спотыкание” в молитве или при чтении Писания, когда заходит речь о Страхе Божием. У многих при прошении о Страхе Божием возникает ощущение внутренней неискренности, фальши, прошение это проборматывается “внесердечно”, с “закрытым сознанием”, просто потому, что так надо, без внутреннего понимания, точнее с непониманием. Особенно сие наблюдается у “хлюпиков-интеллигентов”( от них же первый есть азм), для которых всякое запугивание, манипуляция страхом - это что-то отвратительное, нечеловеколюбивое, недостойное даже просто приличного человека, не то, что Бога. Говорят, что только вначале духовной жизни Страх Божий это страх раба, страх наказания, неспасения. А потом он превращается в страх сына, страх “обидеть” Господа, страх не ответить любовью на Любовь. Это немножко успокаивает. Но много ли среди современных религиозных людей далеко продвинутых, у которых страх сына расстворил страх раба? Чаще присутствует и то и другое. Как-то страшно нагнетать даже такой смешанный страх, и уж совсем не хочется о нем просить. Может быть Страх Божий вообще не всем по мере? Но, молитвы то из Правила для всех… Может это правильно, заставлять себя стяжать изнуряющий страх? Чтобы тот пинками загонял в рай?
Возможно, здесь помогут разобраться психологические наблюдения о взаимосвязи страха и пустого усилия. Возможно, нас путает, вводит в замешательство то, что с психологической стороны существуют две главные разновидности эмоции страха.
Есть страх, связанный с пустым усилием и есть страх, не имеющий к пустому усилию никакого отношения.
Первый, крепко-крепко связанный с ПУ (человек тут ждет от себя того, чего не может): субъективно-избыточный страх. Он субъективно избыточен в том смысле, что толку от него крайне мало (если вообще есть), а мучений много. Пределом его является либо бесплодная суетливость, либо остолбенение. Такой страх воспринимается как проблема, и, даже если он невелик по интенсивности, он все равно мучителен, он создает фоновое напряжение, ощущается как заноза в душе. Человек при таком страхе осознает (или способен осознать при наводящих вопросах) избыточность своего эмоционального реагирования и хочет бояться меньше. Бытовой пример: предэкзаменационный страх, как бы мотивирующий готовиться, но на деле больше мешающий сосредоточиться и затрудняющий тем самым подготовку. Связанное с ним пустое усилие это “заставить себя соображать быстрее и лучше” или “обрести спокойствие”. Если это страх начальника, он переживается как унизительный, с чувством ущемленности или отчаянной беспомощности (ПУ - “делать все идеально, чтобы не вызвать гнев” или “ не унижать себя боязнью”, например). Если , страх обидеть близкого, то он нередко связан с раздражением на этого близкого, как держащего в напряжении и отнимающий свободу (ПУ - самовыражаться свободно и “политкорректно” одновременно) .
Понятно, такой страх переживается как мешающий, токсичный, изнуряющий, безысходный, воспаленный, деструктивный. В общем, ужасный.
И второй страх: естественный. Он субьективно так и переживается, как естественный. Ему не противостоят, с ним не борются. Он не является проблемой. Хотя он может быть сильным, он никогда не мешает, наоборот, помогает. Он ощущается как необходимое топливо для конкретной деятельности. Человек не хочет его уменьшить, тем более не хочет расстаться с ним. Это мудрый страх. Страх-забота. Такой страх испытывает бывалый охотник в диком лесу, опытный солдат на поле боя, мать, ухаживающая за тяжело заболевшим ребенком. С таким страхом связана наша безопасность, - без него мы стали бы беспечными и беззащитными. Мы не соблюдали бы правил дорожного движения, да и вообще никаких правил. Самое главное: такой страх находится в гармоничном соотношении с другими душевными тенденциями. И, не являясь занозой в душе, он обычно и не осознаётся даже. Вернее, осознается, когда делаешь что-то в пику ему, и в этом случае принимается. Человек здесь не требует от себя того, чего не может. ⬇️
👍35❤22🔥14🙏3
⬆️И, даже, когда это страх наказания, его результатом является здоровый тонус, здоровое рабочее напряжение без суетливости и торможения, удерживающее от ошибок, но с пониманием неизбежности последних, со смирением в хорошем смысле. И, если это страх обидеть близкого, то он тоже будет проявляться без лишнего раздражения, естественно, с заранее признанной возможностью “прокола”. Естественный (не связанный с ПУ) страх не ужасен, напротив, привлекателен и необходим.
И, если Страх Божий, о котором просят в молитве св. отцы, с психологической стороны является естественным (то есть не связанным с ПУ), то о нем не страшно просить, наоборот, он желанен, потому что как всякий естественный страх помогает нам, заботится о нас.
В таком случае просить о Страхе Божием это все равно, что просить так изменить мое устроение, чтобы Бог стал естественным Центром моей жизни.
И, если Страх Божий, о котором просят в молитве св. отцы, с психологической стороны является естественным (то есть не связанным с ПУ), то о нем не страшно просить, наоборот, он желанен, потому что как всякий естественный страх помогает нам, заботится о нас.
В таком случае просить о Страхе Божием это все равно, что просить так изменить мое устроение, чтобы Бог стал естественным Центром моей жизни.
👍58❤29🙏16🔥11
Услышал на днях выражение:
"СИЛА ЕСТЬ, ВОЛЯ ЕСТЬ, А СИЛЫ ВОЛИ НЕТ!"
Отлично. Это про пустое усилие, конечно. Шикарное короткое описание, подходящее для многих случаев. Вроде бы есть энергия на совершение действия, и желание вроде бы присутствует. Но одно с другим не соединяется. Не согласовывается, как бы в разных частях головы находится.
Хочу измениться, ради этого готов вагон дров разгрузить, но не изменяюсь. И только, когда понимаешь, что в данном конкретном случае ДЕЙСТВИТЕЛЬНО "силы воли" нет, отпускаешь эту "тягомотину".
"СИЛА ЕСТЬ, ВОЛЯ ЕСТЬ, А СИЛЫ ВОЛИ НЕТ!"
Отлично. Это про пустое усилие, конечно. Шикарное короткое описание, подходящее для многих случаев. Вроде бы есть энергия на совершение действия, и желание вроде бы присутствует. Но одно с другим не соединяется. Не согласовывается, как бы в разных частях головы находится.
Хочу измениться, ради этого готов вагон дров разгрузить, но не изменяюсь. И только, когда понимаешь, что в данном конкретном случае ДЕЙСТВИТЕЛЬНО "силы воли" нет, отпускаешь эту "тягомотину".
👍58❤18💯10
Психотерапевтический этюд “Свой мир”
“Каждый человек личностно неповторим.” Или: “На свете не существует и никогда не существовало двух совершенно одинаковых людей”.
Что эта несомненная истина может значить для терапии пустого усилия? Возможно ли добыть из нее какой-либо освобождающий и целительный прием? Попробуем.
Личностная неповторимость кроме всего прочего выражается в неповторимости индивидуального восприятия мира. Можно сказать, что каждый человек “мироощущает” по своему. Так называемая “объективная реальность” как таковая, то есть реальность вне отражения в конкретном человеческом сознании нам недоступна. Мы все живем только в различных преломлениях общего для всех мира в наших индивидуальных мирах. Речь идёт, конечно, не о грубых различиях, - мы все согласимся с тем, что “стол это стол и стул это стул”. Но есть особая атмосфера каждого личностного мира. Есть невыразимый в обычных словах, вкус его. Есть его неуловимый дух, передать который более ли менее адекватным образом может только художник и поэт. Живой человек, таким образом, живет в своеобразном мире, никому кроме него до конца неведомом.И эта неповторимость каждого человеческого мира, несмотря на свою тонкость и почти призрачность, неотменима ни при каких условиях. Каждый из нас испытывает страх, тоску, гнев, вину или радость внутри своего неповторимого мира. И даже Царствие Небесное люди будут переживать каждый по своему, коли там сохранится личностная инаковость.
Но, порой человек, не будучи художником и поэтом, не может выразить это своеобразие собственного жизненного пространства и как бы не видит его, как бы не обращает на него внимание, не осознает его, как бы не сталкивается с ним. Тогда он отчуждается от своего мира и от самого себя. Теряет свою конгруэнтность миру и конгруэнтность мира себе. Проходя мимо неповторимого в своем мире, он живёт в мире общем, то есть по большому счету “ни в чьем”. И, значит, в мире ненастоящем, придуманном, виртуальном. В обезличенном мире, в котором нет своих точек опоры, в мире, в котором неизбежна потеря себя.
Но жить не-свою жизнь в не-своем мире на самом деле нельзя. Проживать не-свою жизнь в не-своем мире значит все равно проживать свою неповторимую, уникальную жизнь, но с массой пустых усилий в придачу. Тут нужно все время быть не собой, нужно упаковывать себя в шаблон, нужно соответствовать, подтягивать себя под правила, нужно быть “как все”, нужно противостоять себе, нужно натужно стараться, нужно, нужно, нужно… И, главное пустое усилие - заставить себя вернуть себе мир. Тот, который, может быть, помнится по лучшим моментам в жизни, или, может быть, прозревается сквозь “объективность”.
Человек осознавая или не осознавая того, чувствует, что только в мире настоящем, живом, необезличенном, то есть в неповторимо-своем можно жить жизнь без пустых усилий, испытывать мир в душе, вдохновение, личностную спонтанность и свободу.
А это значит, что если каким-то образом проникнуть в неповторимость своего мироощущения - свою личностную неповторимость, можно прорваться к своему миру и, тем самым, выбраться (хоть на время) из под давления ПУ.
“Подойдёт любое окружение, любая местность или помещение. Но если есть возможность, начинать лучше на природе.
Как часто бывает при работе с ПУ, призовем на помощь парадокс: смотрите на то, что есть вокруг вас и специально ощущайте окружающее пространство как только и исключительно “объективную реальность”. Намеренно воспринимайте окружающее безличным, безразличным, бессмысленным, мертвым, холодным, жёстким, давящим, чуждым, плоским, отстранённым, категорически не-чудесным и не-таинственным и, может быть, даже жестоким в своей безучастности к вам.”
Скорее всего, когда вы будете делать это сознательно, у вас это не получится. Но есть большой шанс, что вы неожиданно “провалитесь” в свой мир. Спокойный и свободный, неповторимый и невыразимый.
P.S. Как и все подобные приемы, этот прием подходит не всем. Как у каждого свой мир, так у каждого свои ключи к нему)
“Каждый человек личностно неповторим.” Или: “На свете не существует и никогда не существовало двух совершенно одинаковых людей”.
Что эта несомненная истина может значить для терапии пустого усилия? Возможно ли добыть из нее какой-либо освобождающий и целительный прием? Попробуем.
Личностная неповторимость кроме всего прочего выражается в неповторимости индивидуального восприятия мира. Можно сказать, что каждый человек “мироощущает” по своему. Так называемая “объективная реальность” как таковая, то есть реальность вне отражения в конкретном человеческом сознании нам недоступна. Мы все живем только в различных преломлениях общего для всех мира в наших индивидуальных мирах. Речь идёт, конечно, не о грубых различиях, - мы все согласимся с тем, что “стол это стол и стул это стул”. Но есть особая атмосфера каждого личностного мира. Есть невыразимый в обычных словах, вкус его. Есть его неуловимый дух, передать который более ли менее адекватным образом может только художник и поэт. Живой человек, таким образом, живет в своеобразном мире, никому кроме него до конца неведомом.И эта неповторимость каждого человеческого мира, несмотря на свою тонкость и почти призрачность, неотменима ни при каких условиях. Каждый из нас испытывает страх, тоску, гнев, вину или радость внутри своего неповторимого мира. И даже Царствие Небесное люди будут переживать каждый по своему, коли там сохранится личностная инаковость.
Но, порой человек, не будучи художником и поэтом, не может выразить это своеобразие собственного жизненного пространства и как бы не видит его, как бы не обращает на него внимание, не осознает его, как бы не сталкивается с ним. Тогда он отчуждается от своего мира и от самого себя. Теряет свою конгруэнтность миру и конгруэнтность мира себе. Проходя мимо неповторимого в своем мире, он живёт в мире общем, то есть по большому счету “ни в чьем”. И, значит, в мире ненастоящем, придуманном, виртуальном. В обезличенном мире, в котором нет своих точек опоры, в мире, в котором неизбежна потеря себя.
Но жить не-свою жизнь в не-своем мире на самом деле нельзя. Проживать не-свою жизнь в не-своем мире значит все равно проживать свою неповторимую, уникальную жизнь, но с массой пустых усилий в придачу. Тут нужно все время быть не собой, нужно упаковывать себя в шаблон, нужно соответствовать, подтягивать себя под правила, нужно быть “как все”, нужно противостоять себе, нужно натужно стараться, нужно, нужно, нужно… И, главное пустое усилие - заставить себя вернуть себе мир. Тот, который, может быть, помнится по лучшим моментам в жизни, или, может быть, прозревается сквозь “объективность”.
Человек осознавая или не осознавая того, чувствует, что только в мире настоящем, живом, необезличенном, то есть в неповторимо-своем можно жить жизнь без пустых усилий, испытывать мир в душе, вдохновение, личностную спонтанность и свободу.
А это значит, что если каким-то образом проникнуть в неповторимость своего мироощущения - свою личностную неповторимость, можно прорваться к своему миру и, тем самым, выбраться (хоть на время) из под давления ПУ.
“Подойдёт любое окружение, любая местность или помещение. Но если есть возможность, начинать лучше на природе.
Как часто бывает при работе с ПУ, призовем на помощь парадокс: смотрите на то, что есть вокруг вас и специально ощущайте окружающее пространство как только и исключительно “объективную реальность”. Намеренно воспринимайте окружающее безличным, безразличным, бессмысленным, мертвым, холодным, жёстким, давящим, чуждым, плоским, отстранённым, категорически не-чудесным и не-таинственным и, может быть, даже жестоким в своей безучастности к вам.”
Скорее всего, когда вы будете делать это сознательно, у вас это не получится. Но есть большой шанс, что вы неожиданно “провалитесь” в свой мир. Спокойный и свободный, неповторимый и невыразимый.
P.S. Как и все подобные приемы, этот прием подходит не всем. Как у каждого свой мир, так у каждого свои ключи к нему)
👍53❤🔥22❤21🤔5🥰4🔥1👏1
Увы, человек не способен к неэквивалентному обмену. Не способен по настоящему дарить. Всегда за свои “дары” я чего-то, да получаю. Не в материальном смысле, так в душевном, эмоциональном. Кажется, что бескорыстно даёшь, а, копни глубже, - тешишь собственный эгоизм. Даже, тогда, когда, якобы от “нежадности” не хочешь торговаться и соглашаешься на невыгодные для себя условия, все равно делаешь это ради чего-то. Например, ради того, чтобы избежать напряжения, связанного с противостоянием торговли. Платишь за комфорт.
Но в нас живёт вера в нашу возможность дарить по настоящему, то есть бескорыстно. Непотопляемая, неистребимая, неизбежная вера в то, что мы можем поступать руководствуясь не только эгоизмом.
Можно голос этой веры принять за правду и тогда, рано или поздно, есть большой шанс влететь в пустые усилия: встретиться со своим реальным устроением и пытаться, отчаянно и безуспешно надрываясь, изменить его здесь и сейчас. И извести себя.
Можно относится к этому голосу с юмором, только лишь как к нелепой аберрации сознания, смешной и забавной иллюзии. И успокоится на этом. Тогда, правда, теряешь вертикальное измерение бытия.
Можно не отрицая ни этой веры, ни реального положения вещей, воспринять их сосуществование как экзистенциальную, логически непостижимую Тайну. Смиряться с неотменяемыми ограничениями, неизбежно ведущими к промахам, смеяться над своей гордыней и потугами быть лучше, чем ты есть, и при этом, рядом с этим грустить о грехах. Это и есть по моему видеть реальность в свете Бога. Именно реальность, такую, какая она есть, без искажения, и тем не менее, несмотря ни на что, в Свете.
Но в нас живёт вера в нашу возможность дарить по настоящему, то есть бескорыстно. Непотопляемая, неистребимая, неизбежная вера в то, что мы можем поступать руководствуясь не только эгоизмом.
Можно голос этой веры принять за правду и тогда, рано или поздно, есть большой шанс влететь в пустые усилия: встретиться со своим реальным устроением и пытаться, отчаянно и безуспешно надрываясь, изменить его здесь и сейчас. И извести себя.
Можно относится к этому голосу с юмором, только лишь как к нелепой аберрации сознания, смешной и забавной иллюзии. И успокоится на этом. Тогда, правда, теряешь вертикальное измерение бытия.
Можно не отрицая ни этой веры, ни реального положения вещей, воспринять их сосуществование как экзистенциальную, логически непостижимую Тайну. Смиряться с неотменяемыми ограничениями, неизбежно ведущими к промахам, смеяться над своей гордыней и потугами быть лучше, чем ты есть, и при этом, рядом с этим грустить о грехах. Это и есть по моему видеть реальность в свете Бога. Именно реальность, такую, какая она есть, без искажения, и тем не менее, несмотря ни на что, в Свете.
❤80👍33❤🔥14🔥11🙏5🤔4
Как заподозрить пустое усилие?
Основным маркером наличия ПУ в структуре переживания служит особое качество текущей эмоциональной реакции.
Присутствие ПУ выдает то, что эмоция субъективно ощущается как мешающая. Мешающая чему? Свободному течению жизни, переживанию внутренней свободы, искренности. Другие названия мешающей эмоции: избыточная, блокирующая, тягостная, насилующая, воспаленная, тупиковая, тормозящая, суетливая и т.д.
Эмоции, не связанные с ПУ, напротив, ощущаются как помогающие, полезные (естественные, свободные, продуктивные).
Существует раскаяние, переживаемое как искреннее и свободное. И существует вина-самоедство, несмотря на остроту, переживаемая как неискренняя и блокирующая.
Есть случаи, и их по-видимому большинство, когда это различие очевидно, эта грань отчётливо и несомненна. Но, достаточно часто, встречаются и ситуации, когда человек затрудняется выбрать между этими двумя крайностями и склонен считать, что эмоция и помогает и мешает одновременно. Особенно это характерно для тревоги. Тут часто трудно понять где кончается польза и начинается вред, какой уровень тревоги нужно оставить, а какой убрать. В этой путанице человек “для перестраховки” продолжает относиться к своему переживанию как к помогающему и опасается ставить его под вопрос. Тогда бывает практически невозможно целостно противостоять эмоции. Нацеливание на поиск и вскрытие пустого усилия здесь представляется как минимум не первоочередной, не насущной, а может быть и ненужной задачей. А ПУ, между тем, всегда существует вместе со своими неразлучными спутниками: переживанием внутренней несвободы, безысходности, лишенности внутреннего мира, одиночеством, словом, “богооставленностью”. Игнорирование этих плодов пустого усилия, как минимум изматывает, а как максимум делает решение реальной жизненной задачи невозможным.
Так тревога перед собеседованием может восприниматься как однозначно помогающая (полезная), как однозначно избыточная (мешающая, избыточная) и как помогающая и мешающая одновременно. В последнем случае человек задаётся вопросом “А может страх больше помогает, чем мешает, может быть стоит заплатить дискомфортом за пользу, которую он принесет?”. И не “восстаёт” при помощи МИВ, осознанности и др. против пустого усилия. В результате плоды полезной тревоги (например, повторение материала) даются ему дорогой ценой (если, вообще, даются). В таких случаях стоит потратить немного времени на работу с ПУ, заключающуюся в его устранении. Это окупится сторицей.
Для простоты характер эмоции в целостном субъективном переживании можно разделить на 4 варианта.
1)Мешает, не помогает.
2)Мешает, помогает.
3)Не мешает, помогает.
4)Не мешает, не помогает.
1)и 2) варианты однозначно указывают на ПУ.
(Тут, только, нужно помнить о том, что сомнение (даже малейшее) в однозначной оценке эмоции как только помогающей, только полезной уже говорит о присутствии ПУ. Подозрение (хоть малейшее), что моя эмоция мешающая (хотя бы чуть-чуть) однозначно указывает на пустое усилие. Если есть хотя бы “Может быть, мешает”, то ПУ точно есть”.)
Основным маркером наличия ПУ в структуре переживания служит особое качество текущей эмоциональной реакции.
Присутствие ПУ выдает то, что эмоция субъективно ощущается как мешающая. Мешающая чему? Свободному течению жизни, переживанию внутренней свободы, искренности. Другие названия мешающей эмоции: избыточная, блокирующая, тягостная, насилующая, воспаленная, тупиковая, тормозящая, суетливая и т.д.
Эмоции, не связанные с ПУ, напротив, ощущаются как помогающие, полезные (естественные, свободные, продуктивные).
Существует раскаяние, переживаемое как искреннее и свободное. И существует вина-самоедство, несмотря на остроту, переживаемая как неискренняя и блокирующая.
Есть случаи, и их по-видимому большинство, когда это различие очевидно, эта грань отчётливо и несомненна. Но, достаточно часто, встречаются и ситуации, когда человек затрудняется выбрать между этими двумя крайностями и склонен считать, что эмоция и помогает и мешает одновременно. Особенно это характерно для тревоги. Тут часто трудно понять где кончается польза и начинается вред, какой уровень тревоги нужно оставить, а какой убрать. В этой путанице человек “для перестраховки” продолжает относиться к своему переживанию как к помогающему и опасается ставить его под вопрос. Тогда бывает практически невозможно целостно противостоять эмоции. Нацеливание на поиск и вскрытие пустого усилия здесь представляется как минимум не первоочередной, не насущной, а может быть и ненужной задачей. А ПУ, между тем, всегда существует вместе со своими неразлучными спутниками: переживанием внутренней несвободы, безысходности, лишенности внутреннего мира, одиночеством, словом, “богооставленностью”. Игнорирование этих плодов пустого усилия, как минимум изматывает, а как максимум делает решение реальной жизненной задачи невозможным.
Так тревога перед собеседованием может восприниматься как однозначно помогающая (полезная), как однозначно избыточная (мешающая, избыточная) и как помогающая и мешающая одновременно. В последнем случае человек задаётся вопросом “А может страх больше помогает, чем мешает, может быть стоит заплатить дискомфортом за пользу, которую он принесет?”. И не “восстаёт” при помощи МИВ, осознанности и др. против пустого усилия. В результате плоды полезной тревоги (например, повторение материала) даются ему дорогой ценой (если, вообще, даются). В таких случаях стоит потратить немного времени на работу с ПУ, заключающуюся в его устранении. Это окупится сторицей.
Для простоты характер эмоции в целостном субъективном переживании можно разделить на 4 варианта.
1)Мешает, не помогает.
2)Мешает, помогает.
3)Не мешает, помогает.
4)Не мешает, не помогает.
1)и 2) варианты однозначно указывают на ПУ.
(Тут, только, нужно помнить о том, что сомнение (даже малейшее) в однозначной оценке эмоции как только помогающей, только полезной уже говорит о присутствии ПУ. Подозрение (хоть малейшее), что моя эмоция мешающая (хотя бы чуть-чуть) однозначно указывает на пустое усилие. Если есть хотя бы “Может быть, мешает”, то ПУ точно есть”.)
❤59👍31🔥13