П. Рыженко. Пасха

Христос воскресе!

К посту от 23 апреля.
Меня тут спрашивают в личке о том, какое отношение имеет приведенная цитата о.Петра к терапии пустого усилия. Попробую ответить.
(Конечно, сначала нужно сказать, что с моей точки зрения при переживании духовного опыта могут работать те же психологические законы, что и при переживании опыта психотерапевтического, житейского. При этом я вовсе не собираюсь сводить духовные переживания к переживаниям психологическим. Я хочу сказать только что "в поле Бога" живет та же душа, что и в поле психотерапевтическом. Поля безусловно разные, направленность, интенция души тоже разнятся, но не даром говорят же, что психологам хорошо бы поучиться у духовных подвижников.)
Осознавание, переживание своих ошибок, своих проступков, своей плохости в состоянии экзистенциальной отделенности от того, что выше и больше тебя самого и переживание того же самого в состоянии контакта, связи с высшей реальностью существенно отличаются.
В первом случае человеку не на что надеяться, как только на самого себя, на свое изолированное "я". Это отделенное "я" должно непонятно каким образом контролировать движение собственных душевных процессов. С помощью "хождения туда, не знаю куда" не допустить очередного проступка или испытать искреннее раскаяние ( более искреннее чем спонтанно возникшее) и т.д. Выжать из себя исключительно своими силами то, что спонтанно не возникает. А это, конечно же, пустое усилие.
Во втором случае человек застрахован от ПУ потому, что возлагает надежды не на себя самого, не на свое изолированное "я", а на помощь (дар) Другого, ожидает, что Другой (и в смысле "не-я", и в смысле "друг") подхватит и понесет. От "я" требуется только просьба (молитва, намерение, открытость), а это и так уже есть "по умолчанию".
"Аналогом" нахождения в соприсутствии Божьем у человека материалистического "вероисповедания" может быть переживание своей включенности в природу, в "единый план строения живого", позволяющее не противопоставлять свое "я" "объективной реальности".

К слову сказать, открытость к высшим силам (неупование на себя) неминуемо приводит к открытости к другим "я", то есть к другим людям (вспоминается метафора аввы Дорофея про радиусы круга).

https://youtu.be/ACUW5KaYOv4?si=M1u4eVT3z1tjY7zg Максим Калинин. Исаак Сирин: страх и любовь.

24 мая в Санкт-Петербурге на КБТ-форуме будет моя лекция "Детерминизм как метакогниция"

Телесная терапия содержит множество практик и техник, работающих с пустыми усилиями (в необъявленном виде, конечно). Поэтому рекомендую курс моего друга и коллеги М.Филоник!

https://t.me/psyforchurch/877

https://filonik.ru/somatic-therapy

Пустое усилие - это всегда попытка здесь и сейчас стать лучше, чем ты есть на самом деле. Попытка выпрыгнуть из себя такого, какой ты есть. Попытка, связанная с упорным игнорированием факта собственной недостаточности, ограниченности, с непониманием своей меры. Внутренние переживания легко вводят нас в заблуждение. Но внешнее поведение не обманывает, оно объективно. При сомнениях “нахожусь ли я в пустом усилии или просто плохо стараюсь”, можно обратить внимание на фактичность собственного поведения, то есть на то, что можно заснять видеокамерой. Противоречие, расхождение между внутренним планом и внешним в режиме здесь и сейчас - довод в пользу ПУ.
Если я заставляю себя быть, например, добрее (внутренний план), а “видекамера” видит злобу (внешний план), значит, действительно здесь и сейчас я не могу быть добрым. Может быть, все изменится через некоторое время, но здесь и сейчас в конкретных сегодняшних обстоятельствах не могу.
Поведение не врёт. Стать добрее на сегодня не по моей мере. Несмотря на желание, которое внутри.
"По плодам..."
Но, говорят, “Господь и намерения целует”...
Правильное отношение к ПУ - одновременное признание его
непродуктивности и его ценностной важности.

Самая частая ошибка в работе с ПУ (в том числе самостоятельной) - выход из "режима здесь и сейчас". Здесь есть два момента.
1) ПУ следует искать в текущем времени потому, что за пределами здесь и сейчас его не ухватишь, можно только предположить его, заподозрить. При поиске ПУ по воспоминаниям или в воображаемом будущем можно легко запутаться.
2)Увидеть-осознать-прочувствовать тщетность ПУ можно тоже только в настоящем мгновении. Иначе терапевтическая дискуссия превращается в философский спор о возможности-невозможности управлять собой в принципе.
Легче принять свою немощь здесь и сейчас в конкретных обстоятельствах, а не вообще. Для локального отпускания ПУ этого достаточно. Экстраполяция выводов о своих возможностях на "всю жизнь" иногда, особенно у неподготовленных пациентов, может приводить к переживанию отчаяния, а не освобождения, и отказу от терапии пустого усилия.

Подозревающие детерминистскую установку в моральной неполноценности обычно утверждают, что без веры в свободу выбора мы перестанем следить за собой и пустимся во все тяжкие. Казалось бы логично: установка эта, вроде как,  снимает ответственность. Если человек не мог поступить по-другому, с него и взятки гладки. Снимается всякое переживание за совершенное зло. И это, стало быть, очень удобно, позволяет избежать расплаты в виде “мук совести”. А, значит, аморально.
Но стоит присмотреться к этому внимательнее. Так ли это? От чего освобождает детерминистская установка, а что оставляет на своих местах? Попробуем разобраться.
(Продолжение следует)
👇

(Продолжение 👆)
Представим, что я, будучи начальником, наказал своего подчинённого, лишил его, например, премии. И вот я узнаю, что наказание было несправедливым что я, соответственно,  был неправ и незаслуженно обидел человека. 
Допустим, я исповедую детерминистскую установку. И понимаю, что я не мог сделать другой выбор, что так сложились внутренние и внешние обстоятельства. Например, я был уставший, не в духе, подчинённый в прошлом уже “косячил”, меня к тому же ввели в заблуждение, и поэтому я не разобрался. Итак, с меня, казалось бы, “взятки гладки”. Я абсолютно уверен, что “я не виноват” в своем выборе. Но, буду ли я оставаться спокойным?
(Продолжение следует)
👇

(Продолжение👆)
Застрахует ли меня детерминистская установка от сочувствия, жалости к несправедливо обиженному? Нет. Сознание, что я не мог поступить по другому, не выключит сострадания.
Избавит ли меня детерминистская установка от стыда? От тревоги, что другие люди будут думать обо мне плохо? Опять нет! Какая разница, повел я себя как самодур по причинам или “по свободному решению души”? Обусловленное самодурство вроде как  даже хуже в виду его принципиальной неотменимости и фатальности.
Может быть детерминистская установка уберет досаду, печаль от разрыва добрых отношений? С какой стати? Опять нет!
Все эти негативные переживания приведут меня к действиям, способствующим успокоению: примиряющим поступкам, извинению, выработке новых правил, основанных на анализе причин ошибки и т.д.
Выходит, вышеописанная морально-нравственная работа (работа стыда, сострадания, печали) произойдет во мне и без малейшей веры в свободу выбора. При полной уверенности, что я не мог поступить по-другому.
Но, может быть, вера в свободу выбора могла бы что-то добавить к этой работе? Что-то ещё существенно важное?
(Продолжение следует)
👇

(Продолжение 👆)

Думается вера в то, что в тех же самых обстоятельствах я мог бы поступить по другому может приводить к двум вещам.
1. К пустому усилию контролировать себя (свои выборы) здесь и сейчас.
Логика здесь следующая: если мог поступить по другому и не поступил, значит плохо контролировал выбор. Но мог бы контролировать хорошо. И тогда не совершил бы ошибки. Значит, и сейчас, и здесь могу во-время себя “поймать” на “грехе”.
Только как?... Ответа нет, кроме “как-то напрягаться”, “быть начеку” и т.д.
И, давай ловить черную кошку в темной комнате…
Это бесплодное, безысходное напряжение ПУ присоединяется к продуктивному напряжению стыда, сострадания, печали. И искреннее раскаяние (метанойя, покаяние в смысле “разворота ума”)тогда превращается в унылое самоедство-самоизведение.
2. К представлению о “воздаянии по заслугам”. О “справедливом наказании”. То есть о наказании не с целью наставления, воспитания исправления, исцеления, а с целью кары. С целью восстановления “справедливого баланса”.
В самом деле: если я мог поступить по-другому, но не поступил, зло выбрано мною свободно, без необходимых причин. Значит, я - источник зла. И достоин не скорби ради исцеления, а скорби ради скорби. Не наказания ради исправления, но мести.

Вряд ли эти два следствия индетерминистской установки добавляют что-либо к вышеописанной работе стыда-сострадания-печали. По мне, так уныло-воспаленное хождение “туда, не знаю куда” и страх кары не имеют отношения к совести. И только паразитическим образом питаются от по-настоящему совестливых чувств, не имеющих отношения к наличию или отсутствию свободы выбора. Для практической, деятельной нравственной жизни вера в свободу воли не нужна. Совсем.
Если только не считать совершение добрых дел из страха возмездия нравственным поведением.

Индетерминистская установка, вера в свободу выбора нужна нам для другого. Без нее мы лишаемся личностности, “я” становится иллюзией, всего лишь кажимостью, в лучшем случае проявлением буддийской пустоты. Человеческое сознание становится под вопрос также как сознание искусственного интеллекта. Об этом подробнее в посте от 23.12.23.

Хороший образ ПУ

https://t.me/filonikm/2360

В этом эфире много про ПУ, хотя сам термин не используется

"Страшно впасть в руки Бога живого, а еще страшнее в них НЕ впасть."
Дарья Сивашенкова

Психотерапевтический этюд “Неулучшающее осознавание”
(по мотивам буддийской практики Дзогчен).

Человеку в плохом настроении воспринимает окружающее как бы сквозь темные очки. Воспринимаемое по пути к сознанию проходит как бы через черный фильтр, в результате чего все окружающее выглядит неудовлетворительным (негативным, мрачным и т.д.). И это плохо, и то плохо, и то… Окружающая природа “безрадостная”, дома “безликие”, люди “отстраненные”, интерьер “ скучный” и т.д. Что здесь первично, настроение или умозаключения - вопрос темный, но факт тот, что это замкнутый круг: сниженное настроение поддерживает мрачные мысли, мрачные мысли поддерживают сниженное настроение. 
Многие люди в этой ситуации стремятся помочь себе, пытаясь  прямым волевым путем контролировать свои эмоциональные реакции, то есть улучшать их. Пытаются воспринимать окружающее более радостным. Это, конечно, пустое усилие, и оно ясно не осознаётся. Но, как всякое пустое усилие, значительно увеличивает  (а не уменьшает) градус дискомфорта. Его можно ослабить или устранить, если поставить себе цель воздерживаться от улучшения.

Итак, наблюдайте за тем, что есть в поле вашего восприятия, не пытаясь улучшать свои эмоциональные реакции на то, что видите (слышите, ощущаете). Специально воспринимать окружающее ровно таким, каким оно спонтанно воспринимается. Несколько минут. Потом отметьте, произошли ли изменения в вашем самочувствии.

Для любителей Марины Филоник: Лекция в Покровских воротах. Бесплатно, но требуется регистрация.

В продолжение темы предыдущего (от 18 июля) поста.

Психотерапевтический этюд “Фигуры на фоне”.

Люди, как правило, пытаются улучшать свои  реакции только на отдельные вещи, на изолированные аспекты воспринимаемого мира, а не на всю реальность целиком. Обычно мы не пытаемся противостоять “всему что есть”.
Если бы все элементы бытия были бы жестко взаимосвязаны, то есть вещи и события не были бы изолированы друг от друга, было бы невозможно изменить что-то одно, не изменяя при этом «все на свете». Тогда, деваться некуда, приходилось бы  оставлять все как есть, невзирая на то, что отдельные элементы общей картины нам не нравятся. Приходилось бы примиряться с отдельными неприятными эмоциональными реакциями, понимая, что они есть неизбежная часть целого.
Переживание взаимосвязанности или цельности окружающего мира можно испытать, если попробовать воспринимать не  отдельные  предметы, а пространство, в котором они находятся (пространство обычно представляется вездесущим и постоянно существующим «задним планом» нашего восприятия).

Итак: «Попробуйте смотреть не на вещи вокруг вас, а на пространство, в котором они существуют. Смотреть не на вещи, а на резервуар, в котором они находятся.»

Если человек поставит перед собой такую задачу, он может заметить, что начинает воспринимать мир как неразрывное целое. Пространство – это абстракция. Во всяком случае, мы не имеем возможности воспринимать пространство отдельно от вещей, которые оно окружает. Пытаясь смотреть на пространство как таковое, мы неизбежно видим вещи, предметы. Только тогда мы видим вещи не изолированно, а как бы все вместе, как бы все сразу, то есть внимание как бы рассеивается, растягивается, расширяется. Вещи оказываются во взаимосвязи и взаимозависимости. А пространство играет роль «соединительной ткани», скрепляющей отдельные моменты бытия между собой. Пустые усилия по улучшению реакций на отдельные вещи тогда обесточиваются, становятся ненужными и невозможными в свете переживаемой целостности мира.

Можно сформулировать инструкции более мягко: как «восприятие предметов одновременно с пространством».

Можно вместо окружающего мира “смотреть внутренним взором на пространство собственного сознания”. Или “на содержимое сознания (мысли и чувства) и одновременно на само сознание, в котором они возникают”.

По-видимому, любому человеку в той или иной степени свойственно переносить свою психологию на других. Судить других по себе. Толковать поведение другого исходя из собственного устроения. Видимо это - врожденная установка, инстинктивная программа. Она хороша, и ведёт к единению людей, когда речь идёт о взаимодействии похожих по складу личностей. Но, когда общаются люди разных характерологических типов, стремление смотреть со своей колокольни может приводить к непониманию. Как следствие, к претензиям и незаконным требованиям к другим. И ( или) к себе.
Типичный “авторитарный воин” трактует из себя типичного “сомневающегося интеллигента” как мягкотелого, безвольного, вялого душой. И (из хороших намерений) предлагает ему поработать над собой, чтобы “стать мужиком, наконец”.
Наоборот, “сомневающийся интеллигент” оценивает “авторитарного” как тупого и однобокого и предлагает ему потрудиться “включить критическое мышление”.
При этом оба не замечают, что превозносят те качества, которые безо всяких заслуг есть у них от природы. И ждут от другого специальной работы над тем, что у них самих возникает не-специально, легко, само собой.
Так и всякого рода учителя жизни, профессиональные советчики и морализаторы. Они часто настойчиво предлагают своим “клиентам” прикладывать намеренные усилия к тому, что им самим даётся спонтанно и без всяких усилий.