Ну наконец-то наука, которую мы заслужили!
До Нижнего Новгорода добралась лекция «Откуда есть пошла русская брань: происхождение и история мата».
На самом деле, тема уже настолько популярная, что рискует стать затёртой. В интернете хватает подкастов, а у таких крупных издательств как МИФ и Финикс только за последние пару лет выходило несколько книг по ней.
Тут, конечно, интригует сам подход, посмотреть на обсценную лексику с позиций академической лингвистики. Мат оказывается полноценной и важной частью языка, которую не стыдно исследовать и освещать.
«Откуда есть пошла русская брань» читает филолог и популяризатор лингвистики Светлана Гурьянова, автор замечательной книги «В начале было кофе. Лингвомифы, речевые “ошибки” и другие поводы поломать копья в спорах о русском языке».
Кроме прочего, это обаятельный лектор и милейшая барышня, в изложении которой и без того увлекательный материал словно бы расцветает.
Формат канала как бы не позволяет мне пересказать её выступление. Разве что в общем плане. А что вообще можно узнать на подобном мероприятии?
Например, откуда взялся миф, что русский мат нам занесли монголы. Как ругались в берестяных грамотах, на стенах построек и даже на полях богослужебных книг. Какие матерные слова исчезли, в какие изменили значение. Как матерился Александр (наше всё) Пушкин и чем брань его времени отличалась от современной.
В общем, это как раз тот случай, когда скользкая тема оказывается вполне приличным поводом увидеть привычные вещи с неожиданного угла.
Кстати, у Светланы отличный телеграм-канал.
#nino #meropriyatiya
До Нижнего Новгорода добралась лекция «Откуда есть пошла русская брань: происхождение и история мата».
На самом деле, тема уже настолько популярная, что рискует стать затёртой. В интернете хватает подкастов, а у таких крупных издательств как МИФ и Финикс только за последние пару лет выходило несколько книг по ней.
Тут, конечно, интригует сам подход, посмотреть на обсценную лексику с позиций академической лингвистики. Мат оказывается полноценной и важной частью языка, которую не стыдно исследовать и освещать.
«Откуда есть пошла русская брань» читает филолог и популяризатор лингвистики Светлана Гурьянова, автор замечательной книги «В начале было кофе. Лингвомифы, речевые “ошибки” и другие поводы поломать копья в спорах о русском языке».
Кроме прочего, это обаятельный лектор и милейшая барышня, в изложении которой и без того увлекательный материал словно бы расцветает.
Формат канала как бы не позволяет мне пересказать её выступление. Разве что в общем плане. А что вообще можно узнать на подобном мероприятии?
Например, откуда взялся миф, что русский мат нам занесли монголы. Как ругались в берестяных грамотах, на стенах построек и даже на полях богослужебных книг. Какие матерные слова исчезли, в какие изменили значение. Как матерился Александр (наше всё) Пушкин и чем брань его времени отличалась от современной.
В общем, это как раз тот случай, когда скользкая тема оказывается вполне приличным поводом увидеть привычные вещи с неожиданного угла.
Кстати, у Светланы отличный телеграм-канал.
#nino #meropriyatiya
❤32🔥16😁13🍾12👍11💔5🤔1
Композиционно картины Бексиньского заметно изменялись на разных этапах его творческого пути.
В 1960–70-е годы преобладают сложные, повествовательные сцены. Взгляд блуждает по пространству, заполненному множеством значимых деталей. На одном полотне могли соседствовать несколько фигур, каждая со своей загадочной ролью. А фон зачастую представляет собой панорамный пейзаж, уходящий вглубь на многие планы. Не иначе сказывалось профессиональное архитектурное образование.
Впечатление эпичности усиливается большим форматом холстов, которые предпочитал автор, не менее метра по большей стороне.
Но в 1980-е композиция упрощается. Бексиньский все чаще помещает одинокую фигуру на переднем плане, крупным планом, а за ней лишь условный интерьер или монохромная даль. На ряде работ конца 80-х – начале 90-х изображены полуразрушенные пьедесталы, на которых восседает нечто напоминающее скопище костей или переплетение тел.
А к началу 90-х многие полотна представляют собой почти портреты чудовищ. Их деформированные головы и туловища выписаны с кропотливой детализацией, тогда как фон растворен в абстрактных потеках и дымке.
Цветовая гамма тоже менялась. Если в 1970-е художник любил сочетать контрастные горячие и холодные тона, то позже он все чаще писал в узком диапазоне оттенков, строя образ на тонких нюансах. Многие поздние полотна выполнены в приглушённых золотисто-бежевых тонах, другие в спектре от грязно-зеленого до сизого.
Сам мастер признавался, что со временем его всё больше занимали не сюжеты, а чистая пластическая экспрессия, способная передать его настроение, игра формы и цвета.
#art #personalii
В 1960–70-е годы преобладают сложные, повествовательные сцены. Взгляд блуждает по пространству, заполненному множеством значимых деталей. На одном полотне могли соседствовать несколько фигур, каждая со своей загадочной ролью. А фон зачастую представляет собой панорамный пейзаж, уходящий вглубь на многие планы. Не иначе сказывалось профессиональное архитектурное образование.
Впечатление эпичности усиливается большим форматом холстов, которые предпочитал автор, не менее метра по большей стороне.
Но в 1980-е композиция упрощается. Бексиньский все чаще помещает одинокую фигуру на переднем плане, крупным планом, а за ней лишь условный интерьер или монохромная даль. На ряде работ конца 80-х – начале 90-х изображены полуразрушенные пьедесталы, на которых восседает нечто напоминающее скопище костей или переплетение тел.
А к началу 90-х многие полотна представляют собой почти портреты чудовищ. Их деформированные головы и туловища выписаны с кропотливой детализацией, тогда как фон растворен в абстрактных потеках и дымке.
Цветовая гамма тоже менялась. Если в 1970-е художник любил сочетать контрастные горячие и холодные тона, то позже он все чаще писал в узком диапазоне оттенков, строя образ на тонких нюансах. Многие поздние полотна выполнены в приглушённых золотисто-бежевых тонах, другие в спектре от грязно-зеленого до сизого.
Сам мастер признавался, что со временем его всё больше занимали не сюжеты, а чистая пластическая экспрессия, способная передать его настроение, игра формы и цвета.
#art #personalii
❤27👍15🌚4👻4🍾1
Настоящее исследование — не история византийского богословия или науки, — оставим их специалистам. Наши рассуждения будут лавировать между этими дисциплинами, действуя за рамками обеих. Если они породят некоторые идеи, которые специалисты сочтут полезными, тем лучше. Главная же цель в том, чтобы предложить неспециалистам своё прочтение истории византийской культуры, которое, выходя за пределы обычных категорий, познакомит их с малоизвестной и, возможно, неожиданной Византией.
Чего не ожидаешь от самой православной империи в истории человечества, ну, кроме евнухов, так это буйного цветения эзотерики. Книга Пола Магдалино «Византийская астрология. Наука между православием и магией» это исследование о том, как византийская культура надрывно пыталась примирить христианскую веру с античным учением о толковании звёзд.
Автор показывает, что астрология в Византии не только не исчезла, несмотря на осуждение Церковью, но, напротив, заняла вполне уютное место рядом с астрономией и философией, балансируя между строго научным и полумагическим знанием. Византийские учёные и богословы пытались объяснить, как небесные силы могут влиять на земную жизнь, не лишая человека свободы воли.
Магдалино прослеживает путь этой дисциплины от античных школ Александрии до поздневизантийских интеллектуалов 14 века. Он разбирает фигуры мыслителей, колебавшихся между запретом и признанием астрологии. Рассказывает, как для одних звёзды были символом божественного порядка, а для других соблазном колдовства.
По сути, это история про культурный баланс. Византия боялась магии, но жаждала знания и почитала небесную гармонию. Астрология становилась одним из способов понять устройство мира, не отказываясь от религии.
Русское издание вышло в 2024 году в издательстве АСТ, в серии «Страдающее Средневековье». Перевод подготовил Андрей Виноградов, в книгу вошли введение, шесть глав и подробный научный комментарий.
#investitsii_v_bukinistiku
👍33❤18💔11🔥8🌚7🤔6👎1
Мои картины – это мой духовный автопортрет. Они никак не относятся к так называемому объективному миру явлений. Это вещи для созерцания, а не для словесной интерпретации, подобно тому как музыка – для слуха, а шоколад – для еды.
Бексиньский предостерегал зрителя от попыток перевести его визуальный язык в набор однозначных символов или метафор. Он настаивал, что работает не умом, а интуицией и чувствами, и каждая картина рождается как отражение его внутреннего состояния, а не как иллюстрация какого-либо литературного смысла.
В другой беседе на вопрос о зашкаливающей мрачности своих сцен он отвечал также категорично:
Вероятно, я мрачный человек, если мои картины так воспринимаются… А писать что-то радостное лишь потому, что это труднее, чем то, что идет из моей души, – считаю полнейшим идиотизмом.Художник создавал собственную мифологию не опираясь напрямую, хотя и оглядываясь порой, на религиозные или мифологические сюжеты.
Повторяющиеся архетипические образы, будь то мать с ребенком на руках, всадник на коне, обезглавленное тело, фигура с распахнутыми крыльями и т.п. возникают то тут, то там, но каждый раз в новом загадочном контексте.
На это работало и то, что, как уже говорилось, Бексиньский принципиально не давал картинам названий. Он боялся привязать изображение к конкретному сюжету. Идея красивая, почти рыцарская. Но с другой стороны, картинам присваивались душные артикли, и сказать что-то в духе «как же я обожаю AA78» звучит просто нелепо. Такой подход явно не на пользу атмосфере, и только настолько атмосферный художник мог себе такое позволить.
Визуальный язык Бексиньского вообще достаточно противоречив в своей сути. Он отталкивающе уродлив и одновременно завораживающе красив.
#art #personalii
❤36🔥31👍19👻7🌚4
Начинается сезон окрошки и пока староверы раздувают вечный холивар квас vs кефир, всякие психи готовят ее на пиве, вине, соках или кокосовом молоке. Впрочем, такие ли они психи…
Путешественник-мемуарист, революциоенер, а позднее духовний писатель Иван Павлович Ювачёв в воспоминаниях о своем паломничестве в Палестину оставил потомкам такой вот перл:
Думаю, дело не в физической неспособности приготовить квас. Просто при наличии под рукой цитрусов, гораздо проще сделать бодрящий, освежающий напиток типа лимонада, чем заморачиваться с ферментацией хлебных корок. И простой народ, в отличии от диванных и кабинетных традиционалистов, такие моменты хорошо считывал и адаптировался к ним.
То есть, окрошка с апельсинами или на соке это вовсе не современная ересь, а если и не канон, то старинный апокриф, причём афонский. Живите теперь с этим. Vox populi, vox Dei!
Но мы сегодня заморочимся рецептом из труда Н.В. Гросса «Новейшая поваренная книга» 1865 года:
Рецепт явно для барского стола, мне во всяком случае сложно представить рябчика или тетерева в крестьянской окрошке. Да и самое неожиданное здесь это грибы и ягоды, так что в постном варианте и приготовим.
Для малосольной сливы порежем пару слив и оставим на ночь в холодной воде с чайной ложкой соли. Грибы возьмём мороженные с прошлого сезона.
Если все должно нѣсколько такимъ образомъ постоять то вероятно сметану лучше не жалеть.
Гораздо вкуснее, чем можно представить и вероятно, что с поросенком было бы не хуже.
P.S.
Рецепт попался еще с год назад на канале Мещерские сказы, как и история Ювачёва. Просто то повода, то времени заняться им не было.
#kulinarnaya_rubrika_imeni_anity_tsoy
Путешественник-мемуарист, революциоенер, а позднее духовний писатель Иван Павлович Ювачёв в воспоминаниях о своем паломничестве в Палестину оставил потомкам такой вот перл:
В одном месте две женщины приготовляли окрошку для афонца. Они крошили лук и огурцы. Я остановился около них и спросил:
— А где же вы квасу возьмёте?
— Воду смешаем с апельсинами, — вот и квас! И как хорошо-то выходит! Не желаете ли попробовать?
Думаю, дело не в физической неспособности приготовить квас. Просто при наличии под рукой цитрусов, гораздо проще сделать бодрящий, освежающий напиток типа лимонада, чем заморачиваться с ферментацией хлебных корок. И простой народ, в отличии от диванных и кабинетных традиционалистов, такие моменты хорошо считывал и адаптировался к ним.
То есть, окрошка с апельсинами или на соке это вовсе не современная ересь, а если и не канон, то старинный апокриф, причём афонский. Живите теперь с этим. Vox populi, vox Dei!
Но мы сегодня заморочимся рецептом из труда Н.В. Гросса «Новейшая поваренная книга» 1865 года:
Хотя окрошка приготовляется изъ остатковъ жаренаго мяса говядины, телятины, баранины и разныхъ домашнихъ птицъ; но лучшими для сего почитаются индейка, тетеревъ, рябчики и поросенокъ. Для сего должно обобранное съ костей мясо искрошить очень мелко съ сырымъ (особенно съ зеленымъ) лукомъ, солеными или свежими очищенными отъ кожи огурцами и съ другими домашними солеными плодами, какъ-то: съ сливами, вишнями, крыжовникомъ и т. п., также съ отварными белыми грибами,—все это смѣшать вмѣстѣ, смявъ ложкою, съ прибавленіемъ сметаны, и дать нѣсколько такимъ образомъ постоять; наконецъ, при подачѣ къ столу развести свѣжимся хорошимъ квасомъ или кислыми щами и посыпать рубленою зеленью петрушки или укропа.
Рецепт явно для барского стола, мне во всяком случае сложно представить рябчика или тетерева в крестьянской окрошке. Да и самое неожиданное здесь это грибы и ягоды, так что в постном варианте и приготовим.
Для малосольной сливы порежем пару слив и оставим на ночь в холодной воде с чайной ложкой соли. Грибы возьмём мороженные с прошлого сезона.
Если все должно нѣсколько такимъ образомъ постоять то вероятно сметану лучше не жалеть.
Гораздо вкуснее, чем можно представить и вероятно, что с поросенком было бы не хуже.
P.S.
Рецепт попался еще с год назад на канале Мещерские сказы, как и история Ювачёва. Просто то повода, то времени заняться им не было.
#kulinarnaya_rubrika_imeni_anity_tsoy
❤41💔22👍12🌚10🍾9😁5🤯5🔥1
Со времен увлечения авангардной тусовкой «Антифотография», Бексиньский не принадлежал ни к одной художественной группе. Тем не менее, не был он и заспиртован в пробирке собственных внутренних видений. На формирование его стиля повлияло множество разноплановых факторов, от польской культурной среды до мирового художественного искусства, литературы и музыки.
Прежде всего, Бексиньский впитал традиции польского искусства, хотя и шел наперекор официальным тенденциям. В 1950-е, когда в ПНР доминировал социалистический реализм, художник дерзко занялся абстракцией и авангардной фотографией, словно продолжая линию довоенного модернизма.
Уже в 1960-е, разочаровавшись в авангарде, он предвосхитил постмодернистскую идею синтеза стилей. Критики отмечали, что его отказ от чистой абстракции и возврат к фигуративности совпал с глобальным постмодернистским переломом, когда в моду вновь вошли историзм и эклектика.
В одном интервью он признавался, что корни его художественного идеала лежат в разглядывании картин старых европейских школ. И можно считать, что по итогам Бексиньский стал одним из тех, кто соединил авангард и традицию.
Если говорить о стилистических параллелях, то естественно Бексиньского чаще всего относят к сюрреализму. Безусловно, его фантазии созвучны европейским сюрреалистам, но всё же больше общего у него с традицией мистического символизма. Критики нащупывали сходство с визионерскими полотнами Босха, и символистами конца 19 века.
#art #personalii
Прежде всего, Бексиньский впитал традиции польского искусства, хотя и шел наперекор официальным тенденциям. В 1950-е, когда в ПНР доминировал социалистический реализм, художник дерзко занялся абстракцией и авангардной фотографией, словно продолжая линию довоенного модернизма.
Уже в 1960-е, разочаровавшись в авангарде, он предвосхитил постмодернистскую идею синтеза стилей. Критики отмечали, что его отказ от чистой абстракции и возврат к фигуративности совпал с глобальным постмодернистским переломом, когда в моду вновь вошли историзм и эклектика.
В одном интервью он признавался, что корни его художественного идеала лежат в разглядывании картин старых европейских школ. И можно считать, что по итогам Бексиньский стал одним из тех, кто соединил авангард и традицию.
Если говорить о стилистических параллелях, то естественно Бексиньского чаще всего относят к сюрреализму. Безусловно, его фантазии созвучны европейским сюрреалистам, но всё же больше общего у него с традицией мистического символизма. Критики нащупывали сходство с визионерскими полотнами Босха, и символистами конца 19 века.
#art #personalii
❤39🔥18👻14👍12🌚10