И закрывая тему митинга: собрал все более-менее удачные фото в один альбом. На память.
Надо сказать, 23 числа на улице было мало журналистов. Несколько фотографов, одна съемочная группа. Для миллионной агломерации это как-то ни о чем. Знаю наверняка, что многие редакции побоялись освещать акцию — где-то это самоцензура, а где-то и прямая цензура учредителя. Не порицаю, не оправдываю, однако считаю эту тенденцию пагубной и поэтому заостряю на ней внимание.
Что дальше? Штаб Навального заявил, что готовит акцию 31 января. Иркутск тоже в деле. Я, честно говоря, не репортер и не горю желанием каждую неделю полдня бегать на морозе за колоннами протестующих, однако ситуация в том, что сегодня в городе не так много людей, готовых давать честную картинку происходящего, а город, я вижу, в такой картинке нуждается, и даже очень. Так что работаем на чистом энтузиазме.
Надо сказать, 23 числа на улице было мало журналистов. Несколько фотографов, одна съемочная группа. Для миллионной агломерации это как-то ни о чем. Знаю наверняка, что многие редакции побоялись освещать акцию — где-то это самоцензура, а где-то и прямая цензура учредителя. Не порицаю, не оправдываю, однако считаю эту тенденцию пагубной и поэтому заостряю на ней внимание.
Что дальше? Штаб Навального заявил, что готовит акцию 31 января. Иркутск тоже в деле. Я, честно говоря, не репортер и не горю желанием каждую неделю полдня бегать на морозе за колоннами протестующих, однако ситуация в том, что сегодня в городе не так много людей, готовых давать честную картинку происходящего, а город, я вижу, в такой картинке нуждается, и даже очень. Так что работаем на чистом энтузиазме.