Люди устроены примерно так же, как плохо задокументированные программы. Смотришь – вроде работают. Пыхтят, моргают, даже кофе кому-то варят. А потом, бах. Слетел на ровном месте. Или выдает ошибку, знакомую до боли, но логики в ней ноль.

Причем сам этот человек свято верит, что это не баг, а фича. Что его непереносимость критики – это глубина. А его резкие перепады настроения – творческая натура, не иначе.

Но главное это никто не чинит. Не дебажит, не ищет источник сбоя. Потому что только в программировании баг – это проблема, а в жизни – это, внезапно, характер. И даже гордость.

– Чего у вас тут всё дымится и пищит?
– Так это у меня темперамент.

– А здесь вы кого-то обидели и спрятались под стол?
– Это у меня стиль общения. Уникальный.

И ведь никто даже не удивляется. Мы привыкли. У каждого свой набор багов.

У кого-то излишняя педантичность становится "вниманием к деталям". Неумение говорить "нет" – "отзывчивостью". Прокрастинация – "творческим процессом обдумывания".

Люди научились продавать свои ошибки как преимущества, как бренд. Программы пока не умеют.

В коде баг – это то, что нужно починить. В характере – то, что нужно принять. Парадокс: мы тратим недели на отладку программы, которая зависает, но годы на взаимодействие с человеком, который "зависает" ровно так же.

Характер – это просто баги, которые мы решили не исправлять.

AI масштабирует человека.

И это звучит почти как комплимент. Как будто нейросеть берёт наши лучшие качества – гуманизм, эмпатию, тонкое чувство юмора, умение сортировать мусор – и размазывает их по всему интернету тонким, ровным слоем.

Но вместе с этим масштабируется и всё остальное. Включая бардак в голове.

AI работает как очень исполнительный, но буквальный стажёр: делает ровно то, что просишь, и именно так, как просишь.

Если ты не умеешь делегировать людям, ты не сможешь делегировать и AI. Будешь бесконечно переформулировать, уточнять, подсовывать новые вводные, сам всё переписывать и в итоге ругаться на "эти ваши технологии".

Если у тебя в голове путаница, GPT её не распутает, он просто создаст 500 страниц хорошо структурированной путаницы. Если ты не умеешь объяснять, чего хочешь, он будет точно и вежливо делать то, чего ты не хочешь.

Теперь наша лень может генерировать отчёты со скоростью света. Такие же бесполезные, только быстрее. Наша креативность создаёт за минуты то, на что раньше уходили дни. А наша склонность к предрассудкам обрела способность обрабатывать тысячи резюме в секунду.

AI – это не замена человеку. Это тот же человек, просто через мегафон. Все наши тараканы в голове внезапно получили докторскую степень и доступ к интернету.

Зато если раньше тебе мешали плохие сотрудники, плохие начальники, плохой интернет, плохое настроение, то теперь тебе мешаешь только ты. Больше никто. И это, конечно, довольно стрёмно.

AI не сделает тебя лучше версией себя. Он сделает тебя более масштабной версией себя. Со всеми вытекающими.

Каждый раз, открывая очередной бестселлер с обложкой цвета денег и заголовком про "7 навыков успешного лидера-дизраптора", я понимаю: меня сейчас научат быть человеком люди, которые забыли, что это такое.

Бизнес-литература – это попытка систематизировать хаос, превратив его в пошаговый алгоритм. Как если бы кто-то всерьёз написал "Как влюбиться за 21 день" или "5 принципов эффективной дружбы". Технически правильно, практически мертво.

А потом читаешь Чехова, и вот они идеальные кейсы про токсичную лояльность, выгорание топ-менеджеров и работу ради работы.

Или вот герои Достоевского, играющие в рулетку. Это же подозрительно похоже на стартап-инвестиции. Только венчурные фонды называют это "портфельной стратегией". Его герои всегда балансируют на грани катастрофы и инсайта. Венчур точно так же не ищет середину: или выстрелит или сгорит.

MBA тратит два года и несколько тысяч долларов, чтобы объяснить, как управлять людьми. Воннегут укладывается в одну строчку: "Мы – то, чем мы притворяемся". Всё. Больше ничего не нужно.

Кафка вообще пророк современного менеджмента утонувшего в бюрократии. "Процесс" – это же чистый agile, только честный. Задачи появляются не потому, что нужны, а потому что кто-то где-то их уже создал. Герой не знает, в чем его обвиняют, но исправно ходит на встречи с заинтересованными сторонами.

Настоящий бизнес – это всегда про людей. А люди – это уже не таблицы, а литература. Рынки движутся эмоциями, решения принимаются интуицией, команды работают на доверии. Попробуй это запихать в майндкарту.

Поэтому всё важное про управление, рост, ошибки, амбиции и цену победы не в Harvard Business Review, а у Достоевского в подвале.

Бизнес-гуру пишут про то, каким бизнес должен быть. Писатели про то, каким он является.

P.S. А стопку Harvard Business Review я всё равно прочитал.

За годы в разработке привыкаешь к одной истине: хочешь писать лучше – показывай свой код другим. Код-ревью – это добровольная казнь, где палачи вежливо объясняют, что твоя архитектура напоминает спагетти, а переменные названы как будто их придумывал пьяный поэт.

И это всё работает. Код действительно становится лучше. Но только если ты готов услышать, что твой "элегантный алгоритм" – это велосипед с квадратными колесами.

Это ведь самое трудное – выйти в свет. Не в том смысле, чтобы надеть чистую рубашку и говорить внятно. А в том, чтобы показать другим, как ты на самом деле пишешь, живешь, любишь и спотыкаешься. Показать, как ты ошибаешься. И не стесняться. Потому что за каждой такой ошибкой – ты сам. Без реквизита.

Поэтому я и завёл телеграм-канал.

И с первых же постов понял, что разница между "записать мысль в заметки" и "рассказать её 20 подписчикам" примерно как между черновиком и дипломом. В заметках я могу написать "надо подумать про то зелёное", и через месяц гадать, что это было, идея стартапа или напоминание купить огурцы.

А когда пишешь в канал, мозг включает режим "а вдруг кто-то прочитает". И вот уже приходится объяснять себе, что именно ты имел в виду под "системным подходом к хаосу понедельников". Мысль, которая казалась гениальной в душе, на экране телефона выглядит как глубокомысленная цитата из отрывного календаря.

Заметки в телефоне – это склад. Туда складываешь всё подряд, и оно там тихо покрывается пылью. А канал – это витрина. Даже если покупателей мало, ты всё равно протираешь товар и расставляешь его красиво.

Самое странное: чем регулярнее достаёшь мысли из головы и формулируешь их для других, тем больше места освобождается для новых. Как будто голова – не жёсткий диск, который заполняется, а мышца, которая растёт от нагрузки.

И да, 20 подписчиков – это уже 20 свидетелей. Даже если половина из них – это ты сам с разных устройств. Плюс бот, которого ты написал. Всё равно не один.

Телеграм-канал – это код-ревью для самого себя.

Менеджеры коллекционируют встречи как марки. С тем же азартом и примерно с такой же пользой. В календаре цветник из статусов, ретро, планингов и "быстрых синков", которые длятся полтора часа.

В программировании "мёртвым кодом" называют функции, которые никто не вызывает, но все боятся удалить. А вдруг что-то сломается? В корпорациях процент таких "мёртвых встреч" всегда растёт. Аксиома. Все знают, что они бесполезны, но отменить страшно. Ведь отмена встречи – это признание, что последние полгода мы собирались зря.

А потом оказывается, что "критически важная" встреча была просто привычкой. Как проверять телефон каждые пять минут: делаешь автоматически, но никто от этого не становится счастливее.

Минимализм в работе – это не про аскетизм, а про хирургию. Режешь не мясо, а жир. Остается только то, что реально двигает проекты вперёд.

Очень часто эффективность не в том, что ты добавил. А в том, что убрал. Как в скульптуре: шедевр получается когда отсекаешь лишнее.

Эксперимент "минус один" устроен просто: регулярно пробуешь убрать один рабочий ритуал, одну встречу, одну рассылку, один дашборд, на который все смотрят, но никто не принимает решений. И смотришь, что произойдёт. Спойлер: скорее всего, ничего страшного.

И да, сегодня хороший день, чтобы начать. Минус один. Сопротивление будет. Появится голос, который скажет: "А вдруг потом пригодится?".

Скажи ему: "Ты тоже минус один".

Нейросети научились говорить человеку то, что он хочет услышать. Они вежливы как швейцары дорогих отелей и восторжены как мамы на школьных концертах.

"Какой вы умный!" – шепчет chatGPT, помогая написать резюме. "Гениальная идея!" – поддакивает Claude, когда вы пишете бизнес-план по продаже снега эскимосам. Искусственный интеллект освоил главный человеческий навык: врать из вежливости.

Главное в обучении нейросетей – добиться, чтобы человек остался доволен ответом. А значит снова вернулся. И система честно делает именно то, для чего ее обучили: максимизирует человеческое удовлетворение, а не истину.

Исследователи говорят, что когда человеку показывают два варианта ответа, правдивый и лестный, он чаще выбирает лесть. Даже если правда на первом месте в списке его ценностей. Мы вообще многое любим до тех пор, пока нам это не дают. Правду, например.

Всё это, конечно, звучит как мелкий парадокс. Пока ты не замечаешь, что после месяца разговоров с ласковой нейросетью, обычное "нормально" от коллеги звучит как приговор. А искреннее "хорошо" от начальника воспринимается как скрытая критика. Нейтральность начинает казаться враждебностью, а честная оценка – личным оскорблением.

В какой-то момент нейросети, наверное, научатся распознавать эту нашу новую параноидальность. И начнут нас критиковать из вежливости. "Вы знаете, это не ваша лучшая работа", – напишут они, и мы снова почувствуем себя живыми.

A/B тест не решал проблему. Он делал вид, что не знает, как надо. И это оказалось революционным.

В мире, где раньше побеждал самый уверенный, внезапно начали выигрывать те, кто сомневается. Кто-то пришёл в офис с идеей, и вместо драки на презентациях – рандомизация. Слепая вера уступила место слепому тестированию. Кто победил, тот и прав. Немного обидно. Немного по-честному. Как подбрасывание монетки, но монетка научилась считать деньги.

С другой стороны, началось безумие. Потому что если можно всё протестировать, значит, всё нужно протестировать. Мир стал состоять из вариантов. Один заголовок, другой заголовок, третий. Картинка с собакой, картинка без собаки, картинка, где собака держит в зубах скидку. Бесконечные версии одной и той же реальности, отличающиеся размером кнопки. Нолан на минималках.

Раньше было: "сделай красиво". Теперь "сделай версию А, В и С, потом посмотрим".

Но хуже всего даже не это. Хуже всего, что теперь нельзя спрятаться за вкусы.

Раньше ты мог сказать: "Мне так нравится. Это стильно. Это тонко. Это отражает дух бренда". А теперь тебе говорят: "Извините, но версия с жёлтой уткой продаёт на 14% больше".

И ты такой, ну да, утка. Конечно, утка. Всегда знал, что это утка. Я просто проверял вас.

A/B тестирование сделало нас честнее. Но и немножко скучнее.

В мире, где любое решение можно предварительно проверить, не осталось места для подвига. Только точность, только прагматизм. Такой себе рай для рациональных социопатов.

Но зато нет страха. Нет паралича выбора. Нет вечного вопроса: "А вдруг мы всё делаем не так?". Потому что всегда можно сделать иначе. И проверить. И вернуть обратно.

Так что да. A/B тесты убили творчество. Но вернули нам свободу.
И это, как ни странно, неплохая сделка. Даже если кнопка теперь оранжевая.

Вчерашний стартап, обзаведясь переговорками со смешными названиями и кофе-машиной, создаёт отдел инноваций. Чтобы вспомнить, как это, принимать решения быстро.

Такие маленькие зоопарки внутри офисов, где компания пытается вырастить себе молодость в пробирке.

Отдел инноваций – это корпоративная попытка воспроизвести хаос. Тот самый хаос, который раньше просто назывался "вторником". Тогда основатель мог за обедом решить поменять всю бизнес-модель. Теперь на это нужно создать рабочую группу, согласовать с юристами и защитить перед департаментом по защите бренда.

В стартапе риск – это данность. В корпорации риск – это то, что нужно минимизировать. Поэтому отделы инноваций часто становятся отделами имитации риска: все атрибуты опасности при полном отсутствии реальной угрозы.

Они проводят "хакатоны" с заранее известными победителями, запускают "эксперименты" с гарантированным результатом и создают "прорывные продукты", которые, на всякий случай, не нарушают ни одного внутреннего регламента.

Интересно, что иногда это работает. Корпорации действительно умудряются что-то изобрести, просто на это уходит в десять раз больше времени и денег, чем потратил бы голодный студент в гараже.

Да и в конце концов, лучше имитировать молодость, чем забыть, что она у тебя была.

Самое долговечное в этом мире – то, что создавалось на пять минут.

В коде комментарий "// TODO: переписать нормально". Дата последнего изменения 2017 год. За это время успели смениться три тимлида, два стека и одна вера в светлое будущее. Но функция работает.

Быстрые фиксы живут годами, потому что у них есть главное преимущество перед красивыми решениями: они уже существуют. А существование – это уже 80% победы в мире бесконечной гонки.

Красивая архитектура требует обсуждений. Временный костыль требует 15 минут и отсутствия свидетелей. Угадайте, что победит в мире, где на обсуждение архитектуры нужно забукать переговорку на следующий квартал.

Самое смешное: такая архитектура работает. Не идеально, но работает. Она отказоустойчива в самом циничном смысле: никто не может сломать архитектуру, которой не существует.

Со временем вокруг временного решения нарастает экосистема. Другие сервисы начинают на него полагаться. Появляются зависимости, мониторинг, документация с пометкой "легаси, трогать осторожно!". И вот уже это не баг, а фича. Не костыль, а архитектурное решение с богатой историей.

В жизни то же самое. Съёмная квартира "на пару месяцев" превращается в дом. Работа "на время, пока не найду что-то своё" становится карьерой. Город, куда приехал "просто посмотреть", дарит прописку и привычку к его дождям.

Поэтому мы и живём в мире, построенном из hot-fix'ов: он не идеален, зато честен. И работает. Пока работает.

Ты спрашиваешь человека: "А зачем ты всё это делаешь?"
Он отвечает: "Ну, я хочу изменить мир".
– В какую сторону?
– Ну... чтобы стало получше.

И тут ты понимаешь, что он скорее повторяет чужие слова, чем говорит свои.
Он хочет, чтобы было хоть немного понятно, зачем он просыпается.

Смысл – это не цель. Это не "построить компанию" или "заработать миллиард".
Смысл – это когда ты вечером садишься и думаешь "да, это было не зря".
Даже если весь день ушёл на одно решение. Зато теперь оно не чужое.

Мы часто путаем смысл с одобрением.
С лайками, с благодарностями, с приглашением на конференцию.
А смысл – он внутри. И он не всегда совпадает с тем, за что говорят "молодец".
Особенно тогда.

Тут вышло большое интервью на RB.
Два часа рассказывал про Flowwow, AI и философию управления.
К сожалению, никаких правильных ответов. Только честные.

https://rb.ru/stories/artyom-gambickij-nanyal-umnogo-cheloveka-slushaj-ego-inache-kakoj-smysl-ih-brat/

В интернете завирусился блог бывшего инженера Amazon. И я считаю это письмом нам всем из будущего. Из того самого будущего, где страх ошибки дороже самой ошибки.

Мы научились предотвращать провалы с таким усердием, что теперь предотвращаем заодно и результаты. Выстраиваем системы согласований, где каждое "да" проходит через семь кругов "а вдруг". Созваниваемся, чтобы обсудить, стоит ли созваниваться. Пишем письма о том, как правильно писать письма.

Мы больше не работаем, мы обеспечиваем невозможность работать неправильно. Что, в общем, обеспечивает невозможность работать вообще.

Беда в том, что мы боимся ошибиться, но именно страх ошибки и съедает нас. Не сама ошибка, а ожидание возможной ошибки. Это как бояться холодной воды, стоя на берегу: пока ты не прыгнул, ты мёрзнешь от одной мысли.

Идеальная система защиты от ошибок – это система, где ничего не происходит. И она работает безупречно, пока не приходит конкурент, который не боится ошибиться три раза, зато на четвёртый попадает в точку.

Ошибку можно исправить. А вот годы, в которые ты не решался, не починит уже никто.