Если в оперативной адаптации деперсонализация и распад концепции себя может быть в моменте спасительным, то в долгосрочной адаптации слабая идентичность может снижать адаптационные возможности. Чтобы знать как действовать, надо понимать, кто действует.

Чем сильнее внимание загружено не закрытыми вопросами прошлого, тем меньше оперативного ресурса остается на реакцию в настоящем.

Стойкость без гибкости в долгосрочной перспективе приводит к дезадаптации.

В кризисной неконтролируемой ситуации очень важно обращать внимание на то, что все же контролировать можно. Если ситуация в мире неуправляемая, то состояние тела, уровень физической нагрузки и режим это то, что в зоне контроля.

Есть 2 основных типа поведенческих реакций на неожиданную опасность. Переждать или броситься на источник опасности. Тем, кому более свойственно пережидать чаще приходится сталкиваться с соматизацией и болезнями которые ассоциируются со стрессом вроде язвы желудка или проблем с кожей. Вторые чаще склонны к травмам и сердечно-сосудистым заболеваниям.

Псевдоадаптация может проявляться в том, что сталкиваясь с проблемой человек не ищет решения, а приуменьшает значимость проблемы, а то и совсем отрицает её существование.

Мотивация через насилие над собой работает пока есть ресурс. Когда ресурс на минимуме насилие над собой это пинки мертвой лошади.

Ганс Селье, первый исследователь стресса утверждал, что полное избавление от стресса дает только смерть. Стрессуешь значить живой.

Чем более развито существо, тем больший набор копинг-стратегий ему доступно.
Ящерица имеет намного меньший диапазон копинга чем, скажем, кот. Адаптивность человека определяется частично генетикой, но частично набором стратегий совладания, их гибкостью и наличием внешних и внутренних ресурсов для того, чтобы обеспечивать адаптацию. Адаптационное моделирование это такой формат консультирования который помогает не только продиагностировать настоящий диапазон копинга, а и обозначить векторы развития диапазона копинг стратегий.

Язык играет с нами злую шутку. Он возник для того, чтобы повысить возможности адаптации, но именно язык часто наши возможности к адаптации снижает - вместо приспосабливаться к новым обстоятельствам мы начинаем себя кошмарить тем, как сейчас не ок, а будет ещё хуже.

Зависимость это пример негативной копинг стратегии, находящейся в диапазоне реакций «беги». Вместо решения проблем и сложностей зависимый человек пытается от проблемы спастись бегством. Но этот бег приводит к тому, что проблемы не только не решаются, а и многократно усиливаются.

Личность включает в себя адаптационный репертуар. Детская позиция в адаптационном репертуаре - мир должен адаптироваться под мои потребности. Взрослая позиция - я могу сам найти способы адаптации под самые неожиданные угрозы, потери и вызовы окружающего мира.

Проблема реакции беги в том, что убегаешь всегда с самим собой.

Для обслуживания адаптации мало обладать внутренним и внешним ресурсом, важна скорость доступа к нему и возможность им управлять.

Страсть к новизне может способствовать адаптации в условиях неопределенности. Но в ситуации где важна стабильность и последовательность подсаженность на новизну может не давать закончить дела и в итоге приводить к дезадаптации.

Люди у которых генетически обусловленный излишек сил могут иметь сложности с объективной оценки своих сил, ведь кажется, что они не закончатся никогда. К дезадаптации и выгоранию такие люди могут идти дольше, чем те, у кого сил меньше, но и выходить из истощения намного дольше.

Патерн не доведения до конца начатого, сбрасывания усилий перед тем, как закончить возникает от страха определенности: если я завершил что-то, я не потенциально кто угодно, а вполне конкретный и однозначный. По мере накопления незавершенных задач и дел адаптационные возможности падают. Во-первых потому как нечего присваивать, во-вторых из-за отношения окружающих.

Закрывать глаза на сложности это похоже на представления раннего детства, что когда ты чего-то не видишь, то тебя тоже не видят и чтобы исчезнуть достаточно просто закрыть лицо ладошкой.

Обучаемость это важное условие адаптивности. Если человека жизнь не учит, а у человека при этом мало ресурса, то рано или поздно жизнь все же научит, но так, что это может вообще не зайти.

Но важно как фактор обучаемости сочетается со стрессоустойчивостью и личностными особенностями.

Например, у астеников обучаемость может быть на высоте, но этом низкая стрессоустойчивость приводит к тому, что знания и обучение идут не в адаптацию, а в материал для раскручивания тревоги.

Есть 2 пути адаптации мы или меняем ситуацию или меняемся сами. Причем если и ситуацию меняем и сами меняемся адаптация работает, а если ни сами не меняемся, ни внешние обстоятельства не меняем — не работает. Но от второй комбинации часто ждут как от первой.