Что делать если изменить внешнюю стрессовую ситуацию невозможно, а силы заканчиваются и подходишь к фазе истощения.
Искать дополнительные ресурсы и распределять оставшиеся.

Дополнительные ресурсы это все, что насыщает. Творчество, сон, прогулки, массажи, смотреть на облака, искусство, умеренное физо, друзья, близкий круг. Тут важно найти свое.

Распределение ресурсов это не тратить силы там, где траты не стоят результатов. Конфликты, поиск правоты это увлекательно, но затратно. Помощь другим там где сами падаете с ног - это затратно. Отказываться от своих потребностей - затратно. Забивать на восстановление - просто разорительно.

Берегите себя, вы у себя единственный.

В кабинете. Запись на консультации по адаптационному моделированию @nepiko

Адаптационная матрица - анализ генетических, личностных и оперативных факторов на основе которых можно предположить как человек будет справляться с оперативным и долгосрочным стрессом. Вот матрица которую я использую в консультировании по адаптационному моделированию:

1. Темперамент:
• Холерик
• Сангвиник
• Флегматик
• Меланхолик
2. Стресс-диатез модель:
• Уровень уязвимости (низкий, средний, высокий)
• Приспособляемость к стрессу (низкая, средняя, высокая)
3. Тип личности (Большая пятерка):
• Открытость к опыту (низкая, средняя, высокая)
• Добросовестность (низкая, средняя, высокая)
• Экстраверсия (низкая, средняя, высокая)
• Уступчивость (низкая, средняя, высокая)
• Нейротизм (низкий, средний, высокий)
4. Карта травм:
• Типы травм (психологические, физические, эмоциональные)
• Время травм (раннее детство, подростковый возраст, взрослость)
• Степень травм (легкие, умеренные, тяжелые)
5. Оперативные и долгосрочные ресурсы:
• Физическое состояние (здоровый, наличие хронических заболеваний)
• Социальная поддержка (семья, друзья, коллеги)
• Экономический фактор (стабильный доход, финансовые трудности)

Соотношение этих факторов дает понимание на какие адаптационные возможности можно опираться и какие возможны нарушения в оперативной и долгосрочной адаптации. Запись на индивидуальный курс по адаптационному моделированию @nepiko

Чем отличается эмоциональная дисрегуляция при ПРЛ и при ПТСР.

И в случае пограничного расстройства личности и в случае посттравматического стрессового расстройства могут быть перепады настроения, вспышки гнева и нарушения самоконтроля в критических ситуациях.

При ПРЛ эмоциональная дисрегуляция более хроническая и всепроникающая, часто проявляясь в виде частых и интенсивных изменений настроения, импульсивных поступков и нестабильной самооценки. Эмоциональные реакции ПРЛшика хаотичны и могут возникать не как реакция на ситуацию, а как следствие внутренних процессов: переутомления, напряженного внутреннего конфликта.

При ПТСР эмоциональная дисрегуляция чаще всего связана с триггерами, которые напоминают о конкретной травматическом событии. Эмоциональные всплески могут быть вызваны флешбэками, кошмарами и другими напоминаниями о травме.

Ещё момент про разницу нарушений адаптации при ПРЛ и ПТСР.

ПРЛщик дезадаптируется от отношения, вернее от отсутствия отношения. Есть пословица «ебіть, пиздіть, тіко не проганяйте» - это определенно про ПРЛ. Так как ПРЛ сильно нарушает возможности автономности, кроме того при ПРЛ очень размыта идентичность и ощущение себя, то оставаться без отношений это как вообще исчезать.

ПТСРщик же может выносить очень тяжелые ситуации, абсолютно не реагировать на безразличие и отстраненность, но совершенно разваливаться от того, что напоминает о травме. Известно, что флешбек при ПТСР может развернуться от незначительных стимулов, например, от запаха напоминающего о травматической ситуации. При ПТСР структура личности нарушена не за счет слабой идентичности, а за счет изоляции тех частей которые пережили травматизацию и пока ситуация не затрагивает эти части человек с ПТСР автономен и самодостаточен.

Фаза истощения при длительном стрессе коварна тем, что она чаще всего замаскирована под ощущение безнадеги и потерей интереса.

Истощение проявляется не в том, что человек такой чухает репу и «что-то я устал, надо отдохнуть». Во-первых отдых может быть невозможен из-за объективных обстоятельств и его можно добирать буквально по крупинкам. Во-вторых истощение чаще всего проявляется в нарушении оценки ситуации, в мрачняке, разочаровании, ощущении тупика, полной потере интереса даже к самым любимым делам.

Что может помочь в этой фазе? Иногда неожиданные вещи. Игровая активность. Естественно речь не про азартные игры, но шахматы, настолки могут немного оживить интерес. Может помочь контролируемая деперсонализация, когда представляете себя не собой. Это вы можете быть в уныние, а вот оранжевому пингвину с зеленым хохолком приуныть сложнее. Помогает дисциплина и распорядок, психике не надо тратить силы на решение того, что делать если есть заданная последовательность. Помогает активизация положительных воспоминаний, поэтому если вы не дома хорошо работают вещички которые связаны с местом которое вы любите. Некоторым помогает немного изоляции, даже 15 минут побыть самому может дать подзарядку. Помогает смысловая переоценка ситуации.

Что в этой фазе вредит? Мозговая жвачка, особенно с фиксацией на «пропало все». Вредит передача слухов и непроверенной информации, на усталости муха легко превращается в слона, а слон уж вообще во что угодно. Абсолютно вредит алкоголь, потому как он имеет сильный депрессивный эффект. Вредит тратить силы на конфликты и раздражение. Распоряжаться ресурсами когда они заканчиваются это повышать шансы на отсутствие разрушительных последствий стресса.

Так как я 7 лет работаю над последствиями длительного стресса и психотравм мне стало интересно разрабатывать метод который позволяет снизить вероятность негативных последствий стресса и использовать возможности психики для того, чтобы повышать устойчивость и гибкость при столкновении с самыми сложными жизненными обстоятельствами. Адаптационное моделирование помогает узнать свои врожденные особенности реакций на стресс и влиять на преобретенную в процессе жизни модель адаптации.
Запись на консультации @nepiko

Работая все два с половиной года полномоштабки оставаясь в Киеве можно потом будет написать книгу «Практика в экстремальных условиях». Угроза оккупации Киева, обстрелы, блекауты, потери, горе, люди в стадии психического истощения. Сейчас многочасовые отключения света при температуре +40. Конечно это интересные условия для создания метода адаптационного моделирования, но по человечески все же бывает тяжеловато.

Человек с травматической организации в пиздеце чувствует себя как рыба в воде, а на выходе из пиздеца - как рыба об лед.

Это связано с дисбалансом между системой возбуждения/активизации и системой торможения/восстановления. На активизацию тратиться столько сил, что сил на восстановление просто не остается.

Избегание столкновения с жизнью, попытка уберечь себя от малейшего вызова и опасности в итоге приводят к детренированности и значительно снижают стрессоустойчивость.

Адаптационные возможности это не жесткая структура, а динамическая система.

Хронический стресс приводит к нарушениям оперативной памяти и снижению когнитивных функций. Чем сильнее и дольше нагрузка на амигдалу, зону мозга которая мгновенно оценивает опасность, тем хуже работает гипокамп, зона отвечающая за оперативное запоминание.

Адаптация не бывает плохой или хорошей. Адаптация бывает соответствующей ситуации или не соответствующей.

Например, если вы в реальной опасности то участить ваш сердечный ритм, повысить давление и активизировать вас это соответствующая ситуации адаптация которая поможет вам справится. Если вы встали утром, впереди выходной, можно расслабится, а организм активизируется как при опасности и вы вместо отдыха получаете тревогу, то эта реакция хоть и соответствует внутреннему ощущению угрозы, но не соответствует объективной ситуации.

Адаптационное моделирование помогает разобраться какие реакции не соответствуют ситуации и как себе помочь перенастроиться.

Психическая адаптивность она не существует отдельно. Важнейший фактор адаптации это физическая форма и тренированость, потому как состояние тела это основа на которой строится психическая адаптивность. Кроме того можно быть с прекрасной генетикой, тренированным, бодрым и румяным, но при этом иметь экономические сложности и быть при этой всей генетике и выносливости в хроническом стрессе.

Те, кому слишком часто приходилось выживать часто разучиваются просто жить.

Память о себе можно разделить на биографическо-описательную и эмоционально-переживательную. Они не существуют отдельно от друг друга, а переплетаются. Для уселения некоторых моментов в биографии важна эмоциональная составляющая. Проблема происходит там, где эмоциональная память о каком-то неприятном настолько объемная, что не дает возможности переработать это событие и сделать частью биографии, оставляет травму в постоянно живом состоянии. Чем больше таких эмоциональных сгустков не ставших частью биографии, тем сильнее нарушена адаптивность.
Потому как если что-то триггерит и активизирует эмоциональную память про травматическое событие, то человек теряет связь с настоящим моментом, а это на адаптивность влияет негативно.

Психические нарушения от легких невротических состояний до развернутых психозов это способ адаптации который был оптимальным и доступным в моменте или периоде, но который привел к значительному дисбалансу в перспективе.

Жизнь — такая история, что адаптироваться бывает сложно даже нормотипичным гражданам. Заниматься повседневными делами, выдерживать распорядок, следить за здоровьем, развиваться, ходить на работу — всё это может показаться совершенно скучным, особенно когда где-то парни в клетчатых рубашках испытывают невероятный кайф. Жизнь — боль.

Что такое, по сути, нейроотличность? Это комбинация генетических факторов, особенностей раннего развития и факторов среды, которая в сочетании даёт нарушенный баланс и сниженные адаптационные возможности. В некоторых случаях комбинация генетики и среды приводит к тому, что дотягивать адаптивность до уровня, на котором повседневное функционирование будет даваться легко, может быть крайне сложно, а в некоторых случаях, увы, невозможно.

Кто виноват? Частично случай, частично среда, но частично и то, какие выборы делает нейротипичный. Что делать? Тут лучше понять, что точно не делать. Нейроотличность — это сложность в поддержании психического баланса. Всё, что немного нарушит баланс у нормотипичного, нейроотличного размотает и раздавит. Вредные привычки, отсутствие режима, трата сил не в ту сторону — и вот шансы на адаптацию уже идут вниз. Социальная изоляция ведёт вниз. Отсутствие дела и развития в нём тоже не сильно помогает адаптации. Вещества — гарантированно ведут вниз и вообще в дефект. Вещества — это же жизнь в долг: если у нормотипичных зазор кредитной линии может быть большим, то у нейроотличных и вещества — это как брать в «Швидко гроши».

Да, про дефект отдельно. При работе с нейротипичностью вопрос не в том, как дотянуть до высокого уровня адаптивности, а в том, как, учитывая свои особенности, не свалиться в декомпенсацию. Это более чем реалистичная цель, но она требует комплексного подхода и особого внимания к себе. Адаптация возможна даже при самых сложных исходных.

Реакции на стресс нужны не для того, чтобы довести человека до язвы или инфаркта, а для того, чтобы помогать выживанию.

Не бывает плохих или хороших реакций, важно насколько они соответствуют реальной угрозе. Если угроза значительно приувеличена сознанием, то реакция на нее все равно энергозатратная и такая, вроде угроза абсолютно реальна.

Если говорить о реакциях на длительный стресс то тут можно выделить такие группы реакций: стрем, кипиш, бычка и опосум.

Стрем это реакция сверхбдительности. Тревоженька о том, что если не сидеть с ушками на макушке постоянно, то непременно прилетит.
Кипиш это проявление реакции беги. Суматоха и метания, преувеличенное восприятие опасности.
Бычка это застревание в реакции нападай. Вокруг враги, мир враждебен и лучшая защита это нападение.
Опосум это реакция замирания, когда вместо устранения опасности притворяешься уже убитым.