Возник, конечно, очевидный вопрос о том, что такое «моя страна» - это чиновники или народ, те, кто блокирует, или те, кто обходит блокировки?

Я тут неочевидным образом отвечу, что для меня это вообще в другом ключе лежит, и моя страна для меня это в первую очередь идущий под смертью русский солдат. Но это не имеет отношения к делу, об этом мы потом поговорим.

У нас очень популярна тема «я так люблю свою страну, но ненавижу государство».

Вот в чем дело: государство - это, в первую очередь, система, направленная на сдерживание хаоса. Человек по природе своей весьма хаотичен, хаос этот деструктивен. То есть, любое государство лучше его отсутствия. При этом, когда государство перегибает палку, пытаясь сформировать то, что ему кажется идеальным гражданином (например, фашистский, национал-социалистский и еще кое-какой известный вам режимы), это приводит к рекам крови. То есть, от государства нужен некий баланс между противодействием хаоса и завинчиванием гаек.

Эту задачу более или менее успешно решают все государства, если мы не берем т.н. страны третьего мира. Идеально ее не решает ни одно государство. Нет ни одного идеального государства, и даже приближенного к идеальному - нет. Ну хотя, может, какой-нибудь Люксембург, в маленьком обществе задачу проще решить хорошо, но точно не скажу, я не эксперт по этим маленьким европейским странам.

Как мы видим, под «государством» я здесь подразумеваю органы законодательства и управления.

Исходя из этого, любовь к государству представляется мне довольно непонятным явлением. Я не очень себе представляю, как она может возникнуть, разве что у гражданина есть потребность в запрещенном на днях БДСМ. При этом без уважения к государству человек, безусловно, существовать хоть и может, но при этом он несет в себе деструктивный заряд для общества.

Уважение не означает готовность лизать начальственный сапог, одобряя любую дурацкую инициативу государства. Уважение означает, что гражданин воспринимает государство как полезный, разумный дееспособный орган, чье предназначение в идеале - нести пользу. Диалог между гражданином и государством возможен только при наличии уважения, потому что иначе мы имеем деструктивные невнятные выкрики про «Рашку-говняшку».

При этом уважение не исключает того, что гражданин может осознавать деструктивность некоторых или многих государственных инициатив и озвучивать критику - потому что, как мы помним, диалог между государством и гражданином при наличии уважения. Очень хорошо, конечно, когда это взаимное уважение, то есть, государство тоже уважает гражданина. Тогда диалог максимально конструктивен. Не уверена, что это наш случай в 2026, к сожалению.

Наш случай таков, что государство наше, к сожалению, делает все, чтобы граждане теряли уважение к нему. Это очень плохо, это очень опасно. Сложно переоценить, насколько. И все же, я буду до конца сохранять это уважение - то есть, воспринимать государство как полезный, разумный дееспособный орган, надеясь на то, что критические аргументы будут услышаны.

Любовь же бывает к своей стране и своему народу, об этом мы попозже поговорим.

Исследователь буддизма и сибирский миссионер, ставший прототипом для рассказов Н.С. Лескова

Архиепископ Нил (Исакович) родился в 1799 году в деревне Орехи Оршанского уезда Могилевской губернии в семье священника.

Окончил Санкт-Петербургскую духовную академию, в 1835 году стал епископом Вятским и Слободским. За два года архипастырского служения сумел обратить в Православие 40 000 человек (из них 6000 - старообрядцы).

В 1838 году он был переведен на Иркутскую кафедру, где его миссионерская деятельность охватила почти всю Сибирь, Дальний Восток, Якутию, Камчатку и Алеутские острова, коснувшись таких народов, как чукчи, камчадалы, нанайцы, коряки, якуты, буряты и др.

Здесь за 15 лет благодаря архиепископу Нилу было сооружено более 70 церквей, в том числе в тундре Якутии и в северо-западной части Камчатки.

Он приглашал образованных священников из центральных епархий, и наиболее способных из них ставил к управлению на вновь организованных миссионерских станах.

Среди языческих народностей края больше всего внимания он уделил бурят-монголам. Он сам занялся изучением бурят-монгольского языка и побуждал к тому своих наиболее способных сотрудников.

Нил принимал непосредственное участие в подготовке священнослужителей из среды бурят: так, он привлёк к христианскому служению бывшего ламу Николая Дорджеева.

Изучив местные диалекты, преосвященный Нил вместе с несколькими сотрудниками приступил к переводам священных и богослужебных книг. Несмотря на огромные трудности предпринятого дела, к 1854 г. были выпущены в свет переводы на монгольский язык Евангелия (частично), Служебника, Часослова, чинопоследований Литургии, вечерни, утрени, крещения, обручения, венчания, водоосвящения и молитв ко св. Причащению.

Высокообразованный, умный, внимательный к людям, он пользовался большим уважением в иркутском обществе, был хорошо знаком со многими купцами, чиновниками. Тесно общался с некоторыми декабристами, в особенности с семьями С.Г. Волконского и С.П. Трубецкого.

На Китайской границе, близ Кяхты, трудами владыки Нила возник Чикойский скит, а в южном предгорье Саянского хребта (в центре бурятских поселений) в 1845 году была создана и приступила к миссионерской работе Нило-Столобенская пустынь.

По указу от 23 декабря 1853 был переведен на Ярославскую кафедру. Уезжая, он подарил часть своей библиотеки Иркутской духовной семинарии.

Уже после отъезда из Иркутска преосвященный Нил закончил большой труд «Буддизм, рассматриваемый в отношении к последователям его, обитающим в Сибири», который имеет не только религиоведческое, но и историческое значение: история Прибайкалья рассматривается в ней на большом временном промежутке и в контексте глобальных не только религиозных, но и геополитических вопросов.

В Ярославле владыка продолжил свой подвиг миссионерства. Там он много трудился над возвращением в лоно православной церкви раскольников-старообрядцев.

Скончался архиепископ Нил 21 июня 1874 году в Ярославле от воспаления легких. Над его могилой возведён алтарь во имя Нила Столобенского.

Случай из миссионерской практики преосвященного Нила лег в основу повести Н.С. Лескова «На краю света», а сам архиепископ стал прототипом главного героя этой повести.

Подписаться на Русский Восток

Я даже так скажу.

Наш многосерийный мордобой с небратьями хохлами — это ведь не про отношения между "народами". Это, в пределе, спор о том, как правильнее — ходить под своим царём или под чужим.

И хотя я, безусловно, всегда был и буду за "своего", в общем случае сам по себе этот выбор далеко не так очевиден.

Колониальный формат, который — кстати, и для себя, и для нас — выбирают и продвигают небратья, имеет ряд неочевидных преимуществ. Причём для некоторых социальных групп преимуществ настолько весомых, что они оказываются мотивом для прямой измены Родине. Потому что это касается экзистенциальных вещей — а кое-для-кого, например, даже та же возможность "безвиза" это уже экзистенциальная вещь. Или, например, для "людей науки" доступ к общению с коллегами из остального мира. Или для спортсменов, которые всю жизнь готовились к Олимпиаде... ну, понятна логика.

Но идём дальше. Свой государь — это ещё и своё государство. А государство, кроме всего прочего, это некоторый набор технологий организации общественной и хозяйственной жизни. И вот в колониальном формате ты из метрополии получаешь и применяешь, пусть и ограниченно, набор самых современных "прошивок" и "апдейтов" самого продвинутого институционального "софта". А вот когда всё своё, на скорую и кривую руку кое-как "импортозамещённое" — ну, это как Телеграм и мессенджер Мах. Как иномарка и отечественный автомобиль. Список можно продолжать.

Собственно, ставка Украины была не только в том, что им дадут деньги и "современное оружие", которым они победят отсталую русню. Ставка была ещё и в том, что им дадут доступ к набору продвинутых организационных решений, с помощью которых они смогут добиться именно качественного _организационного_ превосходства над этой самой отсталой руснёй. И уже из него проистекут прочие виды превосходства, в конечном счёте — в оружии и на поле боя. И это далеко не самая глупая ставка.

Наше родное государство в этой войне, проистекающей в обстоятельствах крышесносно-стремительной "технологической сингулярности", выглядит как лось, выбежавший на скоростную платную дорогу: та скорость реакций, на которую его нервная система способна, в принципе не позволяет ему избежать столкновений с транспортом, несущимся на скорости 200 кмч. Он не то что отпрыгнуть — он даже увидеть не успеет, что в него летит. Так и мы в этой войне — недопустимо, нестерпимо, фатально _медленные_.

Можно ли ускориться для того, чтобы соответствовать? Можно. В теории. На практике это означает ревизию целого ряда незыблемых парадигм, причём не в чьём-то одном уме, а в "коллективном сознательном", в первую очередь, "социума власти", но во вторую — и во всём обществе. Я скажу так: с точки зрения наличных ресурсов — будь то деньги, мозги, оружие, обстоятельства — у России есть всё для того, чтобы победить. Нет одного — желания и готовности меняться ради победы.

У противника такой проблемы нет: не имея своего государства, он спокойно импортирует и имплементирует самые продвинутые завозные оргмодели, которые почти не встречают сопротивления при адаптации, ибо сопротивляться внутри считай нечему. Ещё и экспериментирует, внося в них свой неповторимый колорит.

Каков прогноз? А очень просто: наполучаем ещё по щщам — глядишь, и ускоримся. А то даже сейчас, такое ощущение, недостаточно наполучали. Много уже, но всё ещё недостаточно. И вот этот запас прочности лбов, конечно, сам по себе невольно вызывает восхищение. Пополам с матом, конечно, но это как всегда и всё у нас.

❗️Еще один участник нападения на подмосковный концертный зал «Крокус Сити Холл» Джабраил Аушев (внесен в список террористов и экстремистов Росфинмониторинга) решился на суицид. Об этом сообщает «Коммерсантъ» в своем Telegram-канале.

Ранее мы сообщали о том, что один из участников теракта в «Крокус Сити Холл» Якубджони Давлатхон Юсуфзода (внесен в список террористов и экстремистов Росфинмониторинга) попытался свести счеты с жизнью в СИЗО «Матросская тишина».

UPD: Умер осуждённый за теракт в «Крокусе» Юсуфзода, который пытался покончить с собой в СИЗО, сообщили RT в ГУФСИН России по Москве.

Алдар Эрдынеев в Макс сообщает: Уголовное дело в отношении главы Закаменского района Сергея Гонжитова планирует возбудить следственный комитет за незаконную охоту

Подробнее напишу попозже

Местами смешно. А советская власть несогласным рты не затыкала? Не то что затыкала - в определённые её периоды ляпнувший что-то поперёк вставал к стенке или уезжал на много лет валить лес в Магадане. В более травоядные времена - рисковал отсидеть в тюрьме или в дурке, лишиться работы, стать невыездным. А уж как при СССР замалчивали неудобные происшествия - после чернобыльской аварии не стали отменять первомайский парад в Киеве. СССР накрылся на самом деле как раз из-за советского запретительства всего и вся, а современные власти просто возвращаются к этой дурацкой практике. Но красным надо в царский период плюнуть. У КПРФ просто пиар на популярной теме, потому что эти блокировки реально людей достали и реально дебилизм https://t.me/kprf_03/2157

2. Что происходит с НРТК?

Тут интересная картина: противник наращивает число их примений, мы — снижаем. И не потому, что их у нас физически мало — они тысячами стоят на складах.

Первая ключевая причина — связь. Пока был Старлинк, они могли ездить примерно везде. Сейчас же потери даже не от вражеских атак, а просто от попадания в радиотень (что может случиться в любой низине) крайне велики. Мы ("Ушкуйник") предложили работающее решение с тележкой на армированной опте, но оно не пошло в серию по тривиальной причине: армированная опта это дорого.

И вот тут вторая причина. Тележка, даже с работающей связью, это довольно дорогая вещь. При этом она ещё и медленная и от атакующей fpv-шки убежать не может. Командиры на земле просто не рискуют брать на себя ответственность за риск возможной потери: как ни странно, если он потеряет бойца-доставщика, проблем с начальством у него будет меньше, чем если он потеряет ценную, блин, технику. Научить командиров относиться к тележкам как к расходнику (как с дронами это в конце концов получилось) командование то ли не смогло, то ли не пыталось.

Путей преодоления проблемы тут несколько.

Во-первых, удельную стоимость каждой тележки можно и нужно радикально снижать. Для этого нужно разворачивать массовое серийное их производство (а не кустарное, как сейчас). Вот если бы тот же Автоваз, вместо того, чтобы пытаться впыжить свои корыта трудящимся, поднимая утильсбор, освоил по-быстрому хотя бы среднесерийное производство НРТК для фронта, мы могли бы получить изделие стоимостью не дороже FPV и в теоретически любом количестве (благо, в отличие от воздушных дронов, тут мы 100% всего можем делать без импортных компонентов). "Можно, а зачем?"

Во-вторых, можно и нужно разворачивать своё поле высокоскоростной цифровой связи над зоной боевых действий — готовое решение как сделать это без спутников, просто на аэростатах, уже есть, просчитано и лежит "на столе". Тогда тележки смогут опять ездить везде, без всякой опты.

В-третьих, можно и нужно разрабатывать способы их защиты от атак с воздуха — так, чтобы на каждую тележку противник тратил не один дрон, а хотя бы пять-семь; при сопоставимой стоимости тележки и дрона экономика войны уже в нашу пользу. В самое ближайшее время мы предложим свои варианты, но и не мы одни.

В-четвёртых, смысл ведь не в том, чтобы внедрить НРТК как таковые, а в том, чтобы улучшить логистику последней мили в целом. Поэтому, кроме доставки по земле, можно и нужно развивать доставку воздухом. Основной сдерживающий фактор тут довольно странный — не дефицит грузовых дронов (они есть), а неспособность руководства организационно внедрить систему "свой-чужой", чтобы минимизировать потери от дружественного огня (на данный момент это до 80% потерь наших летающих грузовиков). Сказывается накопленный эффект от многолетнего кошмарения "бабой-ягой" нашего передка — "яг" наконец научились более-менее эффективно сбивать, но в результате сносят с неба всех, включая и своих.

В-пятых, нужно развивать ассортимент модулей полезной нагрузки на НРТК — не только доставщики, но и мобильное малое ПВО, мобильный малый РЭБ, мобильные дрононосцы и т.д., отрабатывать сценарии их группового применения, при котором одни доставляют, другие прикрывают, третьи страхуют и эвакуируют повреждённую технику и т.д. Это опять же требует взятия важного организационного "фазового барьера" — перейти от обучения операторов к тренировке целых подразделений, рот или даже батальонов беспилотного снабжения. На полигонах, в тылу.

В-шестых, сейчас нас ждёт полгода твёрдой земли, до осенних дождей. Это уже возможность не только для гусеничных и колёсных средств, но и для робособак, которых у нас, вы удивитесь, уже научились делать серийно. И у которых главное преимущество — что при наличии твёрдой опоры под "ногами" они не требуют дорог, пройдут везде, где пройдёт человек, и даже там, где он не пройдёт. Не воспользоваться этим было бы глупо.

Короче, есть варианты.

Сейчас будет серия постов про нынешний виток технологической гонки в дроновойне.

1. В чём конкретно выражается то, что хохол за последние полгода вернул себе утраченное было лидерство в "малом небе"?

Основные факторы — именно те, о которых мы говорили на нашей с Любимовым совместной лекции на прошлогодней Дроннице. Это, во-первых, очередной кратный (в 2,5 раза к уровню начала зимы) рост количества применений тактических ударных дронов, во-вторых, резкое увеличение эффективной дальности (в 2,5-3 раза дальше, чем максимальная дистанция наших серийных оптоволоконников), и, в-третьих, массовое использование дронов с автонаведением (работающих без связи с оператором).

Что происходит у нас? Мы тоже нарастили производство, но не так сильно. Однако эффективность применения падает — из опты долетает по целям один из 7-8, из радио — один из 50. Причины:

Во-первых, на эффективной дальности тех и других попросту не осталось значимых целей. Лунный пейзаж. Построения противника начинаются за пределами 20 км, техника вообще практически не высовывается к переднему краю, стоит в глубине. Остаются бедолаги, которые сидят в передовых опорниках и ждут своей гибели, но за каждого такого бедолагу мы платим вскрытием позиций и ответкой по пунктам запуска, операторам и связи.

Во-вторых, наши возможности аэроразведки сильно отстали от ударников. Крыльев мало и они массово сбиваются fpv-ПВО, мавики попросту не долетают (их предел — 10 км). Поэтому работать "под глаза" стало почти невозможно, осталась только засадная тактика, в которой потери дронов в три раза больше и растут, поскольку противник внедрил ряд эффективных мероприятий по борьбе со ждунами (большая часть их обнаруживается и раздалбывается fpv-шками на земле).

В-третьих, у нас гигантские проблемы с логистикой последней мили. До 90% наших потерь сейчас именно на ней. То есть даже доставить наши дроны к точке запуска — уже лотерея, причём неважно чем: НРТК (20% всех доставок), ногами (40%), мото- или квадриками (ещё 30%), грузовыми дронами (10%). Все способы уязвимы, и в каждом из сценариев мы несём потери.

Почему так произошло? Фундаментальная причина — в том, что наши начальники в конце прошлого года практически поверили в близкую победу, решили, что нащупали "фактор превосходства" и вложились в него на том этапе, когда он уже технологически начал устаревать ("моды прошлого сезона"). Прогностическая функция о том, что и как будет делать противник завтра, не сработала (главная сущностная причина — предпочтение проверенных решений экспериментальным в политике закупок, из-за страха ответственности).

В результате — опять придётся догонять. Есть ли такая возможность? Есть. Но для начала надо опять-таки осознать проблему, а с этим из-за фальсификации отчётности наверх снова имеются трудности. В этом смысле, я думаю, начинать надо именно с практического воплощения тезиса "ошибаться можно, врать нельзя", который провозглашён, но не реализован.

Перегрузка инфраструктуры возникла из-за мигрантов, которых понавезли в рамках подражания национальной политике Запада. А в итоге с такой агрессией сталкиваются представители коренных народов России, которых жители западных регионов по неграмотности не отличают от приезжих https://t.me/buryatia_online_official/32841

Иран передал через Пакистан в адрес США и Израиля 10-пунктное предложение о завершении войны. Однако его полный текст не раскрывается для широкой общественности.

По данным The New York Times, иранские чиновники и государственные СМИ описывают лишь часть условий. Основные из них:
▪️Гарантии ненападения на Иран в будущем.
▪️Прекращение ударов по ливанской «Хезболле» и другим союзникам Тегерана.
▪️Снятие всех санкций против Ирана.

В ответ на эти уступки Тегеран готов:
▪️Разблокировать Ормузский пролив для свободного прохода судов.
▪️Получать плату с проходящих судов, направляя эти средства на восстановление разрушенной инфраструктуры.

Остальные 7 пунктов из 10 остаются неизвестными публично и не публикуются в открытом доступе.

Олег Царёв. Telegram и Max.

Детям погибших участников СВО в Бурятии хотят предоставить бесплатный проезд

В Бурятии разработан проект указа главы республики о дополнительных гарантиях членам семей отдельных категорий граждан, принимавших участие в специальной военной операции. Документ подготовлен во исполнение поручения главы региона по итогам планерного совещания от 24 ноября 2025 года.
Как пояснили в министерстве социальной защиты населения Бурятии, проектом предлагается установить новую меру поддержки для детей погибших (умерших) ветеранов боевых действий — участников СВО. Речь идёт о бесплатном проезде на муниципальных маршрутах регулярных перевозок по регулируемым тарифам (за исключением такси) и городском наземном электрическом транспорте, где применяется электронная система оплаты.
Льгота будет предоставляться по аналогии с мерой поддержки для детей школьного возраста из многодетных семей. Предполагается не более 60 поездок в месяц на одну платёжную карту ежегодно в период с 1 сентября по 15 июня. Подписывайтесь на МК в Бурятии в МАХ