Несколько недель бьюсь над текстом про Тессу Халлс и её «Feeding Ghosts» — это слишком многослойный и многосоставный комикс, чтобы уместить в короткий емкий текст, а длинные простыни у меня по статистике не очень читают. Так что пойдем по самому простом и очевидному пути: сравнить с первым графическим обладателем Пулитцера, «Маусом» Арта Шпигельмана. Не в бессмысленном смысле «лучше-хуже», а скорее потому что «Призраки» построены по похожей схеме, но спустя почти полвека развития графических нарративов.
«Маус» часто называют комиксом о Холокосте, хотя едва ли не в большей степени это комикс об отношениях с отцом. «Призраки» усложняют схему, здесь Тесса исследует сразу три поколения своей семьи: бабушку, маму и себя саму. И за каждой своя трагедия. Бабушка пережила Китайско-японскую войну а затем спаслась с дочкой из послереволюционного Китая, но постепенно начала сходить с ума. Мама выросла в гонконгском пансионе для детей от смешаных браков, а затем взвалила на себя содержание бабушки, которую перевезла в США. И сама Тесса, которая буквально вырвалась из удушающей маминой «опеки» и годами путешествовала, чтобы после смерти бабушки попробовать разобраться в семейной истории через графические нарративы.
В «Призраках» этот фокус на личных отношениях заметнее «Мауса», где многие фокусируются только на рассказе Владека. Здесь рассказчицей почти всегда выступает сама Тесса: она отправляется в Китай по местам бабушки, она вспоминает как на нее удушающе действовала мамина гиперопека и как она гиперкомпенсировала всё это странствиями по свету. И благодаря роли авторки «Призраки» не распадаются на три большие части, а собираются в сложное, но гармоничное произведение на стыке биографии, исторического комикса и графического автофикшна. Невероятный результат для любого автора, а «Призраки» между прочим первый опубликованный комикс Халлс.
Продолжение следует, но в любом случае #прочитано и будет в первом комменте.
«Маус» часто называют комиксом о Холокосте, хотя едва ли не в большей степени это комикс об отношениях с отцом. «Призраки» усложняют схему, здесь Тесса исследует сразу три поколения своей семьи: бабушку, маму и себя саму. И за каждой своя трагедия. Бабушка пережила Китайско-японскую войну а затем спаслась с дочкой из послереволюционного Китая, но постепенно начала сходить с ума. Мама выросла в гонконгском пансионе для детей от смешаных браков, а затем взвалила на себя содержание бабушки, которую перевезла в США. И сама Тесса, которая буквально вырвалась из удушающей маминой «опеки» и годами путешествовала, чтобы после смерти бабушки попробовать разобраться в семейной истории через графические нарративы.
В «Призраках» этот фокус на личных отношениях заметнее «Мауса», где многие фокусируются только на рассказе Владека. Здесь рассказчицей почти всегда выступает сама Тесса: она отправляется в Китай по местам бабушки, она вспоминает как на нее удушающе действовала мамина гиперопека и как она гиперкомпенсировала всё это странствиями по свету. И благодаря роли авторки «Призраки» не распадаются на три большие части, а собираются в сложное, но гармоничное произведение на стыке биографии, исторического комикса и графического автофикшна. Невероятный результат для любого автора, а «Призраки» между прочим первый опубликованный комикс Халлс.
Продолжение следует, но в любом случае #прочитано и будет в первом комменте.
❤28❤🔥10
Чуть-чуть о роли личности в языке. Вы наверняка натыкались на странные названия групп птиц типа «парламента сов». Или статьи в духе «а вы знаете, как на самом деле называется стая ворон? Заговор!». Мой любимый факт: все это «правильно» судя по всему появилось ровно из-за одного человека, Джулианны Бернерс, написавшей «Книгу Сент-Олбанс», труд по геральдике и охоте конца XV века. К сожалению, как и про большинство средневековых авторов, особенно женщин, мы толком ничего не знаем про Бернерс, даже так ли точно её звали. Может, она была Барнс или Бернс. И скорее всего она была приорессой монастыре в Восточной Англии. Или нет, мы не знаем.
Но мы знаем, что в середине Книги Сент-Олбанс есть добовльно борхесовский список «The companys of beestys and fowlys» где в первый раз в истории фиксируются все эти парламенты сов, заговоры ворон, дозоры соловьев и прочие. Фиксировала ли Бернерс действующую языковую практику? Придумала ли целиком сама? Перемешала реальность и вымысел? Некоторые её названия такие звучные (gaggle of geese!), что прямо представляешь лукаво улыбающуюся монахиню, которая ехидно соображает самые абсурдные комбинации. I want to believe.
Тут можно почитать всю книгу Бернерс, а «The companys of beestys and fowlys» на страницах 83-85.
Современные иллюстрации Брайана Уайлдсмита.
Но мы знаем, что в середине Книги Сент-Олбанс есть добовльно борхесовский список «The companys of beestys and fowlys» где в первый раз в истории фиксируются все эти парламенты сов, заговоры ворон, дозоры соловьев и прочие. Фиксировала ли Бернерс действующую языковую практику? Придумала ли целиком сама? Перемешала реальность и вымысел? Некоторые её названия такие звучные (gaggle of geese!), что прямо представляешь лукаво улыбающуюся монахиню, которая ехидно соображает самые абсурдные комбинации. I want to believe.
Тут можно почитать всю книгу Бернерс, а «The companys of beestys and fowlys» на страницах 83-85.
Современные иллюстрации Брайана Уайлдсмита.
❤🔥31❤17🌚5🔥4
Первый в истории канала пост-знакомство по случаю конца осени и микро-вирального оффтопа.
Всем привет, меня зовут Вася Кистяковский, я рулю магистратурой «Иллюстрация и комикс» в Школе Дизайна ВШЭ, где курирую кучу людей талантливей меня, а также преподаю историю комикса и, с недавних пор, диверсифицировался в курс про американское аутсайдерское искусство. А когда-то я был историком-американистом, делал «Чук и Гик» и переводил кучу всего от «Мауса» до «Понимания комикса». Ещё готовлю как в последний раз, но это к счастью не стало моей профессией, и теперь у меня есть просто хобби, ура.
Здесь я в основном пишу о комиксах которые меня зацепили (тег #прочитано), лениво реагирую на околокомиксные новости, тихо веду свой нейролуддитский крестовый поход против ИИ-«искусства», а также пишу обо всем что занимает мой аутистско-сдвгшный мозг и выкладываю своих кошек (редко).
Мои любимые записи за осень:
1. «Я переродился торговым автоматом и теперь скитаюсь по лабиринту» и другие нелепые названия прямиком из манхвы и ранобе.
2. «Битва экстрасенсов» как русский рестлинг.
3. Откуда взялся «парламент сов» и другие обозначения групп животных и птиц.
4. Подборки любимых выпусков pants и «Кальвина и Гоббса».
5. Офигенные зины перваков-магистров по итогам первого модуля.
Будем знакомы, спасибо.
На иллюстрации фрагмент нашей консультации с прекрасной выпускницей Дашей.
Всем привет, меня зовут Вася Кистяковский, я рулю магистратурой «Иллюстрация и комикс» в Школе Дизайна ВШЭ, где курирую кучу людей талантливей меня, а также преподаю историю комикса и, с недавних пор, диверсифицировался в курс про американское аутсайдерское искусство. А когда-то я был историком-американистом, делал «Чук и Гик» и переводил кучу всего от «Мауса» до «Понимания комикса». Ещё готовлю как в последний раз, но это к счастью не стало моей профессией, и теперь у меня есть просто хобби, ура.
Здесь я в основном пишу о комиксах которые меня зацепили (тег #прочитано), лениво реагирую на околокомиксные новости, тихо веду свой нейролуддитский крестовый поход против ИИ-«искусства», а также пишу обо всем что занимает мой аутистско-сдвгшный мозг и выкладываю своих кошек (редко).
Мои любимые записи за осень:
1. «Я переродился торговым автоматом и теперь скитаюсь по лабиринту» и другие нелепые названия прямиком из манхвы и ранобе.
2. «Битва экстрасенсов» как русский рестлинг.
3. Откуда взялся «парламент сов» и другие обозначения групп животных и птиц.
4. Подборки любимых выпусков pants и «Кальвина и Гоббса».
5. Офигенные зины перваков-магистров по итогам первого модуля.
Будем знакомы, спасибо.
На иллюстрации фрагмент нашей консультации с прекрасной выпускницей Дашей.
❤51❤🔥4🎉2😁1
«Дрейфуя в нарисованном море», наверное, самый пронзительный комикс, что я читал в последнее время.
На обложке значится «Тим Бёрд, с картинами Сью Бёрд». Они — мать и сын, они оба рисует. Сью — классические пейзажи и натюрморты маслом, Тим — современные лаконичные комиксы в цифре. На их пересечении получается невероятно нежная и деликатная история об отношениях с матерью, которая начинается с почти детективного расследования истории одной из работ Сью (с документами, факсами и путеводителями), а потом станет трогательным документом памяти о человеке, скончавшемся от рака во время ковида.
Бёрду удается довольно сложная задача: не просто примирить в одном произведении два фундаментально разных подхода к рисованию (что уже подвиг), но ещё и использовать сильные стороны обоих медиумов. Простой и доступный и доступный визуальный язык Тима становится классным способом рассказать миру о работах матери, при этом уважительно вписав их в повествование. Потому что при жизни, несмотря на все усилия Тима, Сью отказывалась продавать картины, но радовалась когда их видели друзья и близкие. Благодаря комиксу их теперь увидит гораздо больше людей.
#прочитано и как обычно будет в первом комментарии.
На обложке значится «Тим Бёрд, с картинами Сью Бёрд». Они — мать и сын, они оба рисует. Сью — классические пейзажи и натюрморты маслом, Тим — современные лаконичные комиксы в цифре. На их пересечении получается невероятно нежная и деликатная история об отношениях с матерью, которая начинается с почти детективного расследования истории одной из работ Сью (с документами, факсами и путеводителями), а потом станет трогательным документом памяти о человеке, скончавшемся от рака во время ковида.
Бёрду удается довольно сложная задача: не просто примирить в одном произведении два фундаментально разных подхода к рисованию (что уже подвиг), но ещё и использовать сильные стороны обоих медиумов. Простой и доступный и доступный визуальный язык Тима становится классным способом рассказать миру о работах матери, при этом уважительно вписав их в повествование. Потому что при жизни, несмотря на все усилия Тима, Сью отказывалась продавать картины, но радовалась когда их видели друзья и близкие. Благодаря комиксу их теперь увидит гораздо больше людей.
#прочитано и как обычно будет в первом комментарии.
❤28❤🔥8😢4
The Guardian выбрал комиксы года и это максимальное упражнение в смирении: из списка я читал только один комикс (и ещё другие работы трех авторов), но всё это значит лишь одно — ждите больше #прочитано, когда всё это (ну, что можно найти) будет, собственно, прочитано. Потому что моя главная профессиональная фобия это закостенеть и воспроизводить уже знакомые примеры и истории — ровно так мир и уезжает дальше пока ты сидишь на старом багаже. В то же время предлагаю не делать далеко идущих выводов на основании авторского списка, а просто использовать его как ещё одну точку входа в современный комикс.
Полный список с моими комментариями на основе аннотаций и того что успел пролистать:
«Do Admit!» Мими Понд — про своё увлечение британскими аристократками, сестрами Митфорд. Они — одни из самых удивительных персонажей XX века и потому это моё ближайшее чтение.
«Photographic Memory» Билла Гриффита — про прадеда, одного из родоначальников американской фотографии и «покорение» Дикого запада со всей его чудовищностью, покрытой романтической вуалью.
«The Compleat Angler» Гарета Брукса — линогравюрная комиксизация фундаментального трактата XVII о рыбной ловле «Искусный рыболов» британца Исаака Уолтона. Не знаю может ли что-то звучать интереснее, и, да, я дед.
«Spent» Алисон Бехдел — после историй родителей и своего увлечения спортом Бехдел написала автофикшн о стареющей и коммерчески успешной активистке, по отзывам невероятно смешной.
«The Once and Future Riot» Джо Сакко — документальная история межконфессиональных столкновений и погромов в индийском штате Уттар-Прадеш в 2013. Сакко не унимается и это прекрасно.
«Ginseng Roots» Крейга Томпсона — многослойная история объединяющая детство, историю США, здоровый образ жизни и многое другое вокруг плантаций женьшеня. В США этот комикс выходил отдельными журналами в 2020-м и потому единственное что я успел прочесть.
«Precious Rubbish» Кайлы И — автобиографическая история об абьюзе, зависимостях и прочей жести, оформленная как псевдо-детский журнал с настольными играми, бумажными куклами и рекламными полосами (Криса Уэр наше всё).
«Cannon» Ли Лай — черно-белый графический роман о сложностях дружбы на фоне ресторана и увлечения хоррорами. Мне на первый взгляд напомнило моего нового любимца Оливье Шраувена.
«Dry Cleaned» Йориса Мертенса — бельгийский нуар о водителе средних лет и его молодом помощнике-недотыкомке, которые вдруг находят сумку с деньгами. Дело происходит в 1970-х и выглядит невероятно красиво.
«Tongues» Андерса Нильсена — авангдарно-футуристический пересказ мифа о Прометее на фоне войны за нефть в неназванной восточной стране отдаленно похожей на Ирак будущего в атмосфере Mad Max. Мне снесло крышу пока я листал.
«Big Pool» Криса Харнана — яркая и ни на что не похожая абстрактная история о начале и конце мира (наверное). Посмотрите превью на TCJ и поймете почему мне так сложно это описать.
«The Witch’s Egg» Дони Тодд — полноформатный дебют инди-надежды о ведьме которая влюбилась в ангела. Для контекста, Тодд называет среди источников вдохновения Хансельманна, Шагала, «За изгородью», Генри Дарджера и фольклориста Афанасьева. А я ещё вспомнил дорогую NorthxCarolina.
«Milk White Steed» Майкла Ди Кеннеди — автор отправляет десять выходцев с островов Карибского моря в рабочие регионы Англии и превращает их опыт в графический магический реализм с рисунком, вдохновленным ксилографией.
«The Weight» Мелиссы Мендес — 600-страничная сага о трех поколениях семьи в сельской части штата Нью-Йорк, травме, тяжелой работе, доброте и снова травме. Очень люблю жанр большой семейной драмы.
«Raised By Ghosts» Брианы Лоевинсон — квази-автобиографическая история о взрослении в 90-х с непростыми родителями. Очень красиво выглядит сочетание регулярного четырехкадрового комикса и дневниковых записей на рваной бумаге.
«Misery of Love» Ивана Альгабе — немыслимо красивое и в то же время мрачное акварельное наблюдение о расе и семье в современной Франции. По настроению, говорят, похоже на «Здесь», но разве что по настроению, визуально не похоже ни на что.
Полный список с моими комментариями на основе аннотаций и того что успел пролистать:
«Do Admit!» Мими Понд — про своё увлечение британскими аристократками, сестрами Митфорд. Они — одни из самых удивительных персонажей XX века и потому это моё ближайшее чтение.
«Photographic Memory» Билла Гриффита — про прадеда, одного из родоначальников американской фотографии и «покорение» Дикого запада со всей его чудовищностью, покрытой романтической вуалью.
«The Compleat Angler» Гарета Брукса — линогравюрная комиксизация фундаментального трактата XVII о рыбной ловле «Искусный рыболов» британца Исаака Уолтона. Не знаю может ли что-то звучать интереснее, и, да, я дед.
«Spent» Алисон Бехдел — после историй родителей и своего увлечения спортом Бехдел написала автофикшн о стареющей и коммерчески успешной активистке, по отзывам невероятно смешной.
«The Once and Future Riot» Джо Сакко — документальная история межконфессиональных столкновений и погромов в индийском штате Уттар-Прадеш в 2013. Сакко не унимается и это прекрасно.
«Ginseng Roots» Крейга Томпсона — многослойная история объединяющая детство, историю США, здоровый образ жизни и многое другое вокруг плантаций женьшеня. В США этот комикс выходил отдельными журналами в 2020-м и потому единственное что я успел прочесть.
«Precious Rubbish» Кайлы И — автобиографическая история об абьюзе, зависимостях и прочей жести, оформленная как псевдо-детский журнал с настольными играми, бумажными куклами и рекламными полосами (Криса Уэр наше всё).
«Cannon» Ли Лай — черно-белый графический роман о сложностях дружбы на фоне ресторана и увлечения хоррорами. Мне на первый взгляд напомнило моего нового любимца Оливье Шраувена.
«Dry Cleaned» Йориса Мертенса — бельгийский нуар о водителе средних лет и его молодом помощнике-недотыкомке, которые вдруг находят сумку с деньгами. Дело происходит в 1970-х и выглядит невероятно красиво.
«Tongues» Андерса Нильсена — авангдарно-футуристический пересказ мифа о Прометее на фоне войны за нефть в неназванной восточной стране отдаленно похожей на Ирак будущего в атмосфере Mad Max. Мне снесло крышу пока я листал.
«Big Pool» Криса Харнана — яркая и ни на что не похожая абстрактная история о начале и конце мира (наверное). Посмотрите превью на TCJ и поймете почему мне так сложно это описать.
«The Witch’s Egg» Дони Тодд — полноформатный дебют инди-надежды о ведьме которая влюбилась в ангела. Для контекста, Тодд называет среди источников вдохновения Хансельманна, Шагала, «За изгородью», Генри Дарджера и фольклориста Афанасьева. А я ещё вспомнил дорогую NorthxCarolina.
«Milk White Steed» Майкла Ди Кеннеди — автор отправляет десять выходцев с островов Карибского моря в рабочие регионы Англии и превращает их опыт в графический магический реализм с рисунком, вдохновленным ксилографией.
«The Weight» Мелиссы Мендес — 600-страничная сага о трех поколениях семьи в сельской части штата Нью-Йорк, травме, тяжелой работе, доброте и снова травме. Очень люблю жанр большой семейной драмы.
«Raised By Ghosts» Брианы Лоевинсон — квази-автобиографическая история о взрослении в 90-х с непростыми родителями. Очень красиво выглядит сочетание регулярного четырехкадрового комикса и дневниковых записей на рваной бумаге.
«Misery of Love» Ивана Альгабе — немыслимо красивое и в то же время мрачное акварельное наблюдение о расе и семье в современной Франции. По настроению, говорят, похоже на «Здесь», но разве что по настроению, визуально не похоже ни на что.
❤25❤🔥8👍2🎉2😱1🫡1