На днях посоветовал студентке посмотреть сериал «Больница «Питт» как пример хорошего построения персонажей — хотя диплом будет вообще не про врачей и госпитали.

Мне кажется «Питт» — один из первых безусловно удачных сериалов эпохи современной медиаграмотности, то есть поверхностного псевдополитического комментария, он же «культурные войны». Их деятели чаще всего похожи на меня — мужики средних лет, бьющиеся в неловкой истерике по поводу местоимений в видеоиграх. С противоположной стороны от них воины тамблера, не признающие морально серых симпатичных персонажей и готовые по этому поводу предъявлять претензии реальным авторам за «прославление» того или иного «греха». Между ними все то же старое доброе большинство, которое просто пытается наслаждаться произведением, но теперь технологии диспропорционально усиливают голоса крайностей превращая медийный ландшафт в тревожное минное поле.

В этом контексте «Питт» работает идеально. Весь сезон сериала — как бы зафиксированная в реальном времени смена неотложки одноименной больницы в Питтсбурге. И с одной стороны это прямо классическая медицинская драма с рискованными процедурами, сложной диагностикой и прочими радостями. Но с другой «Питт» довольно прозрачно говорит о проблемах современных США: поляризация общества, непроработанная травма ковида, шутинги, эпидемия опиатов, инцелы, даже наследие войн последних десятилетий. И все это подается достаточно деликатно, разве что один диалог про инцелов показался мне слишком топорным, Ноа Уайли разве что в камеру не повернулся. Каждый из заметных героев «Питт» получает возможность проявить себя (Тейлор Дирден моя новая героиня, нам нужно больше репрезентации комбинации СДВГ и спектра), при этом псевдо-реальное время как будто конденсирует политику сериала, ведь персонажи раскрываются через взаимодействие с одними и теми же ситуациями и героями. Понятно что bad faith прочтение возможно всегда, но «Питт» делает максимум чтобы нормальный зритель понял идею авторов, не превращаясь при этом в дидактическое упражнение, а оставаясь увлекательной медицинской драмой.

Ровно поэтому, если что, я все еще считаю лучшими сериалами «Клан Сопрано» и «Прослушку», а не тот же Breaking Bad. В нем, несмотря на все усилия Гиллигана, куче людей удалось создать культ Уолтера Уайта, хотя сериал буквально о том какое он чудовище. Характерно что «Сопранос» сейчас более меметичны, но культовым героем стал не Тони, а сыгравший его покойный Гандольфини (RIP king).

И чем дальше пишу, тем сильнее понимаю — не избежать нам разговора про «Хранителей», комиксную медиаграмотность и Роршаха. Окей, дайте только собраться с духом.

Одно из первых, о чем мы договариваемся со студентами на моем курсе «Супергерои и американский миф» — супергерои не мраморный монолит, они пластичны и постоянно меняются. Нет «просто» Супермена, Бэтмена или Человека-Паука. Для каждой эпохи, для каждого поколения они свои, не только внешне, но и сущностно.

Да, мы с первого взгляда узнаем Супермена что из 1938, что из 1998 года несмотря на полвека с лишним между ними и нелепый маллет у последнего. Но при этом характер и история персонажа будет отличаться. Мейнстримовым супергероям скоро будет сто лет, и все это время они принадлежат корпорациям, которые уже в свою очередь нанимают конкретных авторов. Потому Супермен Сигеля-Шустера будет отличаться от Супермена Билла Фингера, Отто Биндера, Джона Бирна, Марка Уэйда, Джеффа Джонса, Гранта Моррисона, Курта Бьюсика и т. д.

Мало того что все это яркие и самобытные авторы, они еще и люди своего времени. А, следовательно, ориентируются на меняющиеся проблемы, надежды и страхи аудитории. И зачастую, успех того или иного персонажа или авторского периода («рана») — не только в личном таланте, но и как раз-таки в попадании в актуальные читательские интересы.

Супермен Сигела-Шустера был ребенком Великой Депрессии и рузвельтовского «Нового Курса» с его риторикой взаимопомощи. Супермен Джона Бирна был ребенком суровых 1980-х с последним пиком Холодной войны и новой атомной паникой. Супермен Гранта Моррисона успел побыть и ребенком торжествующей Америки 1990-х в JLA и похмельем после него в All-Star в 2000-х. И так далее. Также, чем дальше тем больше на супергероику давит собственное нарративное наследие, но это немного другая история. Сигел и Шустер могли легко все менять и править по живому, но с каждым десятилетием авторам надо взаимодействовать все с большим количеством «Суперменов» из разных эпох.

Какой из этих Суперменов «тот самый»? Все. Тот которого вы прочитали первым. Ни один. Всё подойдет.

Warhammer Fantasy есть у нас дома, но это иллюстрации Сергея Чехонина к «Тараканищу» Чуковского (1926).

Самое пронзительное супергеройское кино что я видел в этом году — старая документалка «Supermen of Malegaon» (2012), которую вы можете прямо сейчас посмотреть на ютубе.

«Супермены из Малегаона» — история киношников-любителей из одноименного города в штате Махараштра, Индия, которые снимают безбюджетные пародии на Боллливуд, а потом и Голливуд, где замахиваются на свою версию Супермена. Это как «Перемотка» Гондри в реальной жизни, только вот Малегаон это территория хтонической бедности, вредного производства и веерных отключений электричества. Что не мешает героям шить хромакеи из чего попало и приспосабливать мопеды под съемки полетов. Одновременно невероятно жизнеутверждающее и душераздирающее кино — ровно из-за гигантского зазора между оптимизмом и увлеченностью героев и фоновой разрухой, из которой они собирают свою магию. Особенно это видно по отчаянно искреннему Шафику, играющего в их постановке Супермена. Который прогрессирующе заболевает, но играет свою роль до победного. Реальный Шафик cкончается от рака в 2011, буквально в последние дни успев посмотреть оконченную документалку.

В прошлом году по документалке сняли игровой фильм Superboys of Malegaon который все очень хвалят, но я пока нашел только где его посмотреть на хинди. А вот документалка-первоисточник целиком лежит в ютьюбе с английскими субтитрами и в пристойном качестве. Очень советую, какой-то гимн человеческой увлеченности и искренности.