«Мне все говорили что я тупой, раз решил построить замок на болоте, но я всё равно его построил — и он утонул в болоте». Любой кто читал оригинальный комикс Ричарда Макгуайра «Здесь» мог сказать, что его невозможно осмысленно экранизировать (вот тут я объяснял, почему). Земекис его всё равно экранизировал. Он утонул в болоте.
Честно говоря, единственное что интересно в итоговом фильме — насколько в нем мало интересного. Оригинальный «Здесь» выжимает максимум из нарративных возможностей комикса, работает с пространственностью и условным рисунком, и в итоге создает уникальную карту времени по которой читатель может бродить в любом направлении и создавать свои истории. Фильм Земекиса предлагает базовую мелодраму с парой поколений одной семьи и несколькими дополнительными историями, все прямолинейные как шпала (например параллель ковида с «испанкой»). Вместо пространственности тут редкий полиэкран, а свободное движение по времени заменено искусственно омоложенными/состаренными актерами. Возможно, это лучший пример этой технологии в современном кино, проблема в том что даже этот лучший пример пока просто перегной. Пол Беттани в половине сцен похож на кого угодно кроме себя, а герои Хэнкса и Райт мало того что живут в зловещей долине, так еще и как будто ни разу не совпадают по экранному возрасту (кроме себя реальных) и от этого физически дискомфортно.
Непонятно зачем это вообще было Земекису, потому что ничто в итоговом продукте не выдает интереса к первоисточнику. При этом любовь не гарантия: например Снайдер явно обожал «Хранителей» Мура и Гиббонса, потому со скрипом добавлял в экранизацию что-то от себя и получилось трехчасовое напоминание о величии оригинала. Да, «Здесь» тоже невозможно адекватно экранизировать. Но у Земекиса есть и бюджет, и голливудский вес, чтобы получился хотя бы интересный эксперимент. Но нет, он как будто сам ненавидит и абстрактность героев комикса Макгуайра, и его привлечение читателя в соавторы и, главное, жесткую пространственность. Показательно что в финале фильма камера срывается с места, вылетает в окно и зачем-то показывает со стороны дом, где всё происходило. Но раз тебе здесь так не нравится, зачем ты вообще сюда полез?
Честно говоря, единственное что интересно в итоговом фильме — насколько в нем мало интересного. Оригинальный «Здесь» выжимает максимум из нарративных возможностей комикса, работает с пространственностью и условным рисунком, и в итоге создает уникальную карту времени по которой читатель может бродить в любом направлении и создавать свои истории. Фильм Земекиса предлагает базовую мелодраму с парой поколений одной семьи и несколькими дополнительными историями, все прямолинейные как шпала (например параллель ковида с «испанкой»). Вместо пространственности тут редкий полиэкран, а свободное движение по времени заменено искусственно омоложенными/состаренными актерами. Возможно, это лучший пример этой технологии в современном кино, проблема в том что даже этот лучший пример пока просто перегной. Пол Беттани в половине сцен похож на кого угодно кроме себя, а герои Хэнкса и Райт мало того что живут в зловещей долине, так еще и как будто ни разу не совпадают по экранному возрасту (кроме себя реальных) и от этого физически дискомфортно.
Непонятно зачем это вообще было Земекису, потому что ничто в итоговом продукте не выдает интереса к первоисточнику. При этом любовь не гарантия: например Снайдер явно обожал «Хранителей» Мура и Гиббонса, потому со скрипом добавлял в экранизацию что-то от себя и получилось трехчасовое напоминание о величии оригинала. Да, «Здесь» тоже невозможно адекватно экранизировать. Но у Земекиса есть и бюджет, и голливудский вес, чтобы получился хотя бы интересный эксперимент. Но нет, он как будто сам ненавидит и абстрактность героев комикса Макгуайра, и его привлечение читателя в соавторы и, главное, жесткую пространственность. Показательно что в финале фильма камера срывается с места, вылетает в окно и зачем-то показывает со стороны дом, где всё происходило. Но раз тебе здесь так не нравится, зачем ты вообще сюда полез?
❤14👍2
— Ему снится сон! — сказал Траляля. — И как по-твоему, кто ему снится?
— Не знаю, — ответила Алиса. — Этого никто сказать не может.
— Ему снишься ты! — закричал Траляля и радостно захлопал в ладоши. Если б он не видел тебя во сне, где бы, интересно, ты была?
— Там, где я и есть, конечно, — сказала Алиса.
— А вот и ошибаешься! — возразил с презрением Траляля. — Тебя бы тогда вообще нигде не было! Ты просто снишься ему во сне!
Ник Уайт, «Дерек»
— Не знаю, — ответила Алиса. — Этого никто сказать не может.
— Ему снишься ты! — закричал Траляля и радостно захлопал в ладоши. Если б он не видел тебя во сне, где бы, интересно, ты была?
— Там, где я и есть, конечно, — сказала Алиса.
— А вот и ошибаешься! — возразил с презрением Траляля. — Тебя бы тогда вообще нигде не было! Ты просто снишься ему во сне!
Ник Уайт, «Дерек»
❤10🔥2🤩2
Наконец-то позвали на Нонфикшн не в стотысячный раз оправдывать существование комиксов в «логоцентричной» России (маякните в комментах если надо пояснить, почему это бессмысленая формулировка). Нет.
12 апреля с 16.15 в Литературном кафе я в компании компетентных коллег поговорю о том, что меня в последнее время волнует — об искусственном интеллекте. Мою позицию вы знаете, но я обещаю не просто рычать в микрофон как уличный проповедник нейролуддизма, а всё же подготовиться и говорить спокойно. О том, почему нам всем надо стать нейролуддитами.
12 апреля с 16.15 в Литературном кафе я в компании компетентных коллег поговорю о том, что меня в последнее время волнует — об искусственном интеллекте. Мою позицию вы знаете, но я обещаю не просто рычать в микрофон как уличный проповедник нейролуддизма, а всё же подготовиться и говорить спокойно. О том, почему нам всем надо стать нейролуддитами.
❤🔥27👍8🎉5❤1
Комиксы и разговоры
Наконец-то позвали на Нонфикшн не в стотысячный раз оправдывать существование комиксов в «логоцентричной» России (маякните в комментах если надо пояснить, почему это бессмысленая формулировка). Нет. 12 апреля с 16.15 в Литературном кафе я в компании компетентных…
И сразу попалась идеальная иллюстрация примерно для половины моих тезисов на субботнем выступлении.
👍12
Памятка: комикс и российская «логоцентричность», что делать когда говорят, что твой избранный медиум не подходит для твоей страны.
Почти двадцать лет я занимаюсь комиксом, и почти двадцать лет слышу: «ну Россия логоцентричная страна, понятно почему у нас комикс не очень развивается». Звучит внушительно, на деле же это тезис-пустышка, за которым стоит либо непонимание, либо нежелание понимать.
Логоцентризм — реальный философский термин, но нам даже не придется говорить о любимом нацистами Клагесе или любимом Псоем Короленко Дерриде, потому что когда логоцентризм упоминают в отношении комикса, речь идет не о структурализме или соотношении письменной и устной речи, а о максимально вульгарной трактовке этого термина.
В лучшем случае, мы говорим про расширение спектра носителей, отвечающих за передачу информации. Как у Виктора Гюго в «Соборе Парижской Богоматери»: «Вот это убьёт то. Книга убьёт здание». В том смысле что появление типографского станка сделало книгу и печатное слово основным способом массовой коммуникации. Сейчас что-то подобное происходит с глобализацией и интернетом — универсальность изображения сделало его всё более востребованным в эпоху быстрых сообщений, культуры мемов и т. д. Но как книга не убила архитектуру, так изображение не убивает книгу, а просто становится ещё одним — пусть на какой-то период более востребованным — способом передачи информации. И заметьте, подобный подход к логоцентризму ничего не говорит про локальные темпы его развития в той или иной стране, это глобальная данность, как к ней ни относись.
Мифическая «российская логоцентричность» же — типичный псевдо-научный термин для описания объективной реальности. Комикс в России действительно пока не так развит, как в Франции/Бельгии, США или странах Восточной Азии (я знаю, что список шире, но сейчас сознательно упрощаю до трех крупнейших традиций). Но знаете, где он ещё не очень развит? Во всех остальных странах за исключением вышеперечисленных... то есть это Франция недостаточно логоцентрична? Франция процентированного выше Гюго, Стендаля, Селина, Саган, Эрно и десятков других авторов? Надо ли приводить похожий список для США или Японии или уже понятно насколько это абсурдно? В обратную сторону, если что, тоже не работает. Все это страны выдающейся визуальной культуры, но вы хотите сказать что Россия или например Иран с его традицией миниатюры как-то фундаментально от них отстают?
Нет и ещё раз нет. Потому что у отставания России в мире комикса есть много объективных причин, о которых важно и нужно говорить, а подменять этот разговор мантрой загадочной «логоцентричности» значит ещё дальше отставать в публичном обсуждении и научном осмыслении комикса. Потому что «логоцентричность» как гумилевская пассионарность — аморфное, но красиво звучащее понятие, которое никак нельзя измерить и научно описать. По сути это вайбы, объясняющие все на свете в максимально удобном для говорящего ключе.
Думаю что тут не обошлось без наследия советского тезиса про «самую читающую нацию», который одновременно обозначал и действительно высокий уровень грамотности в СССР и бессмысленные суммарные тиражи изданных книг. Не знаю, что говорит о любви страны к логосу, например, 40 миллионов экземпляров брежневских воспоминаний, но сомневаюсь что это так уж повиляло на комикс. В отличие от многовековой системной цензуры, проблем с развитием гражданского общества и СМИ, а затем, в советское время, противостоянием с США в ключевой момент развития графических нарративов. А вот от исследования всего этого мы и закрываемся фиговым листком мифической логоцентричности.
Почти двадцать лет я занимаюсь комиксом, и почти двадцать лет слышу: «ну Россия логоцентричная страна, понятно почему у нас комикс не очень развивается». Звучит внушительно, на деле же это тезис-пустышка, за которым стоит либо непонимание, либо нежелание понимать.
Логоцентризм — реальный философский термин, но нам даже не придется говорить о любимом нацистами Клагесе или любимом Псоем Короленко Дерриде, потому что когда логоцентризм упоминают в отношении комикса, речь идет не о структурализме или соотношении письменной и устной речи, а о максимально вульгарной трактовке этого термина.
В лучшем случае, мы говорим про расширение спектра носителей, отвечающих за передачу информации. Как у Виктора Гюго в «Соборе Парижской Богоматери»: «Вот это убьёт то. Книга убьёт здание». В том смысле что появление типографского станка сделало книгу и печатное слово основным способом массовой коммуникации. Сейчас что-то подобное происходит с глобализацией и интернетом — универсальность изображения сделало его всё более востребованным в эпоху быстрых сообщений, культуры мемов и т. д. Но как книга не убила архитектуру, так изображение не убивает книгу, а просто становится ещё одним — пусть на какой-то период более востребованным — способом передачи информации. И заметьте, подобный подход к логоцентризму ничего не говорит про локальные темпы его развития в той или иной стране, это глобальная данность, как к ней ни относись.
Мифическая «российская логоцентричность» же — типичный псевдо-научный термин для описания объективной реальности. Комикс в России действительно пока не так развит, как в Франции/Бельгии, США или странах Восточной Азии (я знаю, что список шире, но сейчас сознательно упрощаю до трех крупнейших традиций). Но знаете, где он ещё не очень развит? Во всех остальных странах за исключением вышеперечисленных... то есть это Франция недостаточно логоцентрична? Франция процентированного выше Гюго, Стендаля, Селина, Саган, Эрно и десятков других авторов? Надо ли приводить похожий список для США или Японии или уже понятно насколько это абсурдно? В обратную сторону, если что, тоже не работает. Все это страны выдающейся визуальной культуры, но вы хотите сказать что Россия или например Иран с его традицией миниатюры как-то фундаментально от них отстают?
Нет и ещё раз нет. Потому что у отставания России в мире комикса есть много объективных причин, о которых важно и нужно говорить, а подменять этот разговор мантрой загадочной «логоцентричности» значит ещё дальше отставать в публичном обсуждении и научном осмыслении комикса. Потому что «логоцентричность» как гумилевская пассионарность — аморфное, но красиво звучащее понятие, которое никак нельзя измерить и научно описать. По сути это вайбы, объясняющие все на свете в максимально удобном для говорящего ключе.
Думаю что тут не обошлось без наследия советского тезиса про «самую читающую нацию», который одновременно обозначал и действительно высокий уровень грамотности в СССР и бессмысленные суммарные тиражи изданных книг. Не знаю, что говорит о любви страны к логосу, например, 40 миллионов экземпляров брежневских воспоминаний, но сомневаюсь что это так уж повиляло на комикс. В отличие от многовековой системной цензуры, проблем с развитием гражданского общества и СМИ, а затем, в советское время, противостоянием с США в ключевой момент развития графических нарративов. А вот от исследования всего этого мы и закрываемся фиговым листком мифической логоцентричности.
1❤33👍8🫡8🔥6❤🔥2🤔1😐1
Forwarded from Канал Кулича
Я совершил пусть крохотное, но тем не менее, открытие в изучении творчества Владимира Набокова. Дело в том, что в тексте «Лолиты» есть описание неназванного комикса:
На английском эта же фраза звучит так:
За годы с момента выхода романа никто как будто так и не смог с точностью опознать этих персонажей. Исследователь творчества Набокова Альфред Аппель спустя время спрашивал о них у писателя лично, тот не смог припомнить имён и названия, но рассказал, что это был комикс о гангстере-здоровяке и его обвешенной украшениями жене с большими, как у лемура, глазами. Кроме того, Набоков нарисовал скетч героев по памяти (первая картинка). Он-то и стал референсом для моих трёхгодичных поисков.
Конечно, искать среди всего многообразия американских комиксов было бы сумасшествием, но у того же Аппеля нашлась гипотеза о том, что Набоков мог иметь в виду стрипы о детективе Керри Дрейке. Сложность в том, что они выходили с 1943 года дозами по три жалкие панельки в ежедневных выпусках газет, и их толком не перепечатывали в нормальных сборниках.
Прошерстив сотни старых американских газет в онлайн-архиве, вчера я наконец нашёл разгадку! Встречайте, Бульдозер Браун (Bulldozer Brown) и его жена-лиллипутка Тринкет (Trinket) — парочка отпетых бандитов, которые проворачивают свои грязные делишки, пользуясь маленьким ростом Тринкет. Бульдозер носит жену в чемодане и выдаёт за свою дочь. Именно их Набоков увидел в газетном комиксе весной-летом 1953-го, а к декабрю того же года уже закончил писать «Лолиту». Удивительно, что Владимир Владимирович спустя годы в своём наброске довольно точно припомнил наряд Тринкет, сравните сами.
Постойте, мужчина в комиксе выдаёт свою жену за маленькую девочку… а не послужил ли этот гротескный образ ещё одним вдохновением для, собственно, «Лолиты»? Вряд ли, потому что роман к моменту появления этих персонажей в газете уже был написан. Тем не менее, можно предположить, что Набоков зацепился за них взглядом и решил увековечить на страницах из-за явной параллели фабуле своей книги.
Книжки-комикс… отвратительная серия с гориллообразным верзилой и его женой, гномообразной гнидой.
На английском эта же фраза звучит так:
…that repulsive strip with a big gagoon and his wife, a kiddoid gnomide…
За годы с момента выхода романа никто как будто так и не смог с точностью опознать этих персонажей. Исследователь творчества Набокова Альфред Аппель спустя время спрашивал о них у писателя лично, тот не смог припомнить имён и названия, но рассказал, что это был комикс о гангстере-здоровяке и его обвешенной украшениями жене с большими, как у лемура, глазами. Кроме того, Набоков нарисовал скетч героев по памяти (первая картинка). Он-то и стал референсом для моих трёхгодичных поисков.
Конечно, искать среди всего многообразия американских комиксов было бы сумасшествием, но у того же Аппеля нашлась гипотеза о том, что Набоков мог иметь в виду стрипы о детективе Керри Дрейке. Сложность в том, что они выходили с 1943 года дозами по три жалкие панельки в ежедневных выпусках газет, и их толком не перепечатывали в нормальных сборниках.
Прошерстив сотни старых американских газет в онлайн-архиве, вчера я наконец нашёл разгадку! Встречайте, Бульдозер Браун (Bulldozer Brown) и его жена-лиллипутка Тринкет (Trinket) — парочка отпетых бандитов, которые проворачивают свои грязные делишки, пользуясь маленьким ростом Тринкет. Бульдозер носит жену в чемодане и выдаёт за свою дочь. Именно их Набоков увидел в газетном комиксе весной-летом 1953-го, а к декабрю того же года уже закончил писать «Лолиту». Удивительно, что Владимир Владимирович спустя годы в своём наброске довольно точно припомнил наряд Тринкет, сравните сами.
Постойте, мужчина в комиксе выдаёт свою жену за маленькую девочку… а не послужил ли этот гротескный образ ещё одним вдохновением для, собственно, «Лолиты»? Вряд ли, потому что роман к моменту появления этих персонажей в газете уже был написан. Тем не менее, можно предположить, что Набоков зацепился за них взглядом и решил увековечить на страницах из-за явной параллели фабуле своей книги.
❤30❤🔥10🔥6😱6👏3