Никогда не забывайте, что Уинзор Маккей, автор милейшего «Малыша Немо», в оригинале делал серию для взрослых, название которой на русский можно примерно перевести как «Кошмары на полный желудок». Серия строится по похожей на Немо схеме (точнее Немо её потом наследует, он буквально спинофф «Кошмаров на полный желудок» ) — погружение в незнакомый мир со своими правилами и итоговое пробуждение, когда герой осознает, что зря наелся перед сном.
Вот только здесь комиксы иногда бывают Очень. Некомфортными.
Вот только здесь комиксы иногда бывают Очень. Некомфортными.
❤12😁4🤣2
Коллеги-читатели, пришел к вам с вопросом: нет ли у кого-то в сканах остальных книг цикла про Айю Маргерит Абуэ и Клемана Убрери? Мне нужно больше реалий Кот Д’Ивуара.
На хорошее дело: хочу в следующем учебном году наконец сделать курс про комикс за пределами трех важных регионов, и сейчас собираю материал. Странно ли объединять Кот Д’Ивуар, Аргентину и Венгрию? Возможно, но и вовсе про них не рассказывать (или делать это практически на бегу, как сейчас получается с Восточной Европой) тоже нечестно по отношению к куче важных авторов и комиксов.
P.S. — я помню про Этернавта, меня просто переехало ноябрем, но меры были приняты и скоро всё будет.
На хорошее дело: хочу в следующем учебном году наконец сделать курс про комикс за пределами трех важных регионов, и сейчас собираю материал. Странно ли объединять Кот Д’Ивуар, Аргентину и Венгрию? Возможно, но и вовсе про них не рассказывать (или делать это практически на бегу, как сейчас получается с Восточной Европой) тоже нечестно по отношению к куче важных авторов и комиксов.
P.S. — я помню про Этернавта, меня просто переехало ноябрем, но меры были приняты и скоро всё будет.
❤13
Из важных новостей: в доме появилась новая помощница, но пока что заниматься каналом, что проверять студенческие работы она только мешает, за что спасибо ей огромное.
Дворовая, подобрали, хозяев ищу, со здоровьем разбираюсь, весьма вероятно беременна, так что записываемся на котят. Имя в работе.
Дворовая, подобрали, хозяев ищу, со здоровьем разбираюсь, весьма вероятно беременна, так что записываемся на котят. Имя в работе.
❤70🌭9
Меня очень легко подкупить: просто добавьте в свою нарисованную историю элемент фотокомикса и всё, я ваш (на самом деле это невероятно сложно сделать, но это отдельная тема). Есть ли тут влияние фотокомиксов в журнале COOL начала 2000х? Я буду говорить только в присутствии своего адвоката.
Из «Аya: Love in Yop City»
Из «Аya: Love in Yop City»
❤23😁5
Forwarded from Литература и жизнь
Абсолютно убеждён в том, что у российских прокатчиков проходит какое-то тайное соревнование на самую нелепую адаптацию оригинальных названий. Особенно любопытно, что они этим занимаются и в тех случаях, когда речь идёт об экранизации произведения, уже пристойно переведённого на русский: нельзя просто взять хорошее имеющееся название, надо непременно придумать плохое своё!
То, что «Кошатник» по рассказу Рупеньян у них превратился в «Кошки-мышки» — это ещё полбеды. Но оказывается, свежий подход Земекиса к графическому роману «Здесь» превратился в «Тогда. Сейчас. Потом»!
(Любопытно ещё, что из оригинального теглайна убрали слово «потеря», чтобы оно не омрачало триаду «радость, надежда, любовь». Ну и правильно, зачем зрителя тревожить.)
То, что «Кошатник» по рассказу Рупеньян у них превратился в «Кошки-мышки» — это ещё полбеды. Но оказывается, свежий подход Земекиса к графическому роману «Здесь» превратился в «Тогда. Сейчас. Потом»!
(Любопытно ещё, что из оригинального теглайна убрали слово «потеря», чтобы оно не омрачало триаду «радость, надежда, любовь». Ну и правильно, зачем зрителя тревожить.)
🤷19🔥3🤬2❤1🌚1
Продолжаю думать про фотографию в комиксе. Помимо юмористических фото-вставок есть еще очевидные «информационные», преимущественно в нонфиках или около-нонфиках, например «Родине» Норы Круг, «Перешейке» Ханнерийны Мойссейнен (пусть про этот комикс говорят чаще) или любимой «Алисе в Сандерленде» Брайана Тэлбота. Но вечно лучший пример фото-вставки прячется в конце «Мауса» Арта Шпигельмана. И меня при первом прочтении он просто размазал по столу. И при втором. Да и при третьем.
С самого начала книги мы знаем что Владек Шпигельман переживёт Аушвиц. И потом почти 300 страниц знакомимся с ним как с неидеальным героем, со всей его мелочностью, расизмом и невыносимым отношением к близким, которые уравновешиваются предприимчивостью и умением сделать всё ради спасения. В первой половине «Мауса» это создает подчас дискомфортный юмористический контраст с нарастающим адом. Но вторая книга это уже чистое путешествие через разные круги этого ада — Аушвиц, «марши смерти», тиф. И всё это время, всю книгу мы видим Владека под маской антропоморфной мыши (про это другой великий момент). Но когда он наконец-то выживает и оказывается в безопасной Швеции, он идёт в фотоателье и делает постановочный снимок в эрзац-лагерной форме, тем самым хоть как-то возвращая себе себя из этого кошмара. И Арт вставляет эту фотографию отца на одной из последних страниц «Мауса». И мы впервые видим того самого настоящего живого человека, с мышиной ипостасью которого столько пережили, удобно проецируя себя в книгу. Но на фотографию спроецировать себя гораздо сложнее, и вдруг как домино, страница за страницей к началу, книга перестает быть просто про Владека Шпигельмана, а становится про того самого, живого и настоящего Владека Шпигельмана.
С самого начала книги мы знаем что Владек Шпигельман переживёт Аушвиц. И потом почти 300 страниц знакомимся с ним как с неидеальным героем, со всей его мелочностью, расизмом и невыносимым отношением к близким, которые уравновешиваются предприимчивостью и умением сделать всё ради спасения. В первой половине «Мауса» это создает подчас дискомфортный юмористический контраст с нарастающим адом. Но вторая книга это уже чистое путешествие через разные круги этого ада — Аушвиц, «марши смерти», тиф. И всё это время, всю книгу мы видим Владека под маской антропоморфной мыши (про это другой великий момент). Но когда он наконец-то выживает и оказывается в безопасной Швеции, он идёт в фотоателье и делает постановочный снимок в эрзац-лагерной форме, тем самым хоть как-то возвращая себе себя из этого кошмара. И Арт вставляет эту фотографию отца на одной из последних страниц «Мауса». И мы впервые видим того самого настоящего живого человека, с мышиной ипостасью которого столько пережили, удобно проецируя себя в книгу. Но на фотографию спроецировать себя гораздо сложнее, и вдруг как домино, страница за страницей к началу, книга перестает быть просто про Владека Шпигельмана, а становится про того самого, живого и настоящего Владека Шпигельмана.
❤38👍3❤🔥1💔1
Я конечно не хочу сказать, что «Юная карга» («Young Hag») Изабел Гринберг это новая «Нимона»... но я не буду делать вид, что совсем не думаю о комиксе НД Стивенсона пока читаю Гринберг.
🤔12❤10🌚2
8 декабря — день когда надо прикинуться путешественником во времени, но для меня это ещё и день, когда я напутешествовал по жизни ровно 40 лет.
В связи с этим редкий тут жанр — селфи из университетского лифта. Мы с собакой и кошкой благодарим всех что вы читаете канал, лучшим подарок будет посоветовать его не подписанным на него друзьям. Меня пусть и заливает работой и жизнью, но прочитана уже куча комиксов которые хочется с вами обсудить и вообще идей много, надеюсь получится хоть часть.
А любую материальную помощь по традиции лучше направляйте на всякую около-животную благотворительность. Моей благодарности не будет границ.
Спасибо всем, не переключайтесь.
В связи с этим редкий тут жанр — селфи из университетского лифта. Мы с собакой и кошкой благодарим всех что вы читаете канал, лучшим подарок будет посоветовать его не подписанным на него друзьям. Меня пусть и заливает работой и жизнью, но прочитана уже куча комиксов которые хочется с вами обсудить и вообще идей много, надеюсь получится хоть часть.
А любую материальную помощь по традиции лучше направляйте на всякую около-животную благотворительность. Моей благодарности не будет границ.
Спасибо всем, не переключайтесь.
❤103
Forwarded from лена и картинки (elena kolenkova)
и с отсылкой на сопранос!! смешная картинка куратору
❤21💯9
Очень неловко, когда «живой классик» про которого ты вроде как уже всё понял и нашел мысленную полочку куда поставить и забыть, вдруг вылезает со дня моря как дядька Черномор и выпускает комикс бронебойной мощности. В том году так произошло с Дэниелом Клоузом и «Моникой», а сейчас вот с Чарльзом Бернсом, который выпустил «Final Cut» (допустим, «Окончательный монтаж», но еще и «Последний штрих»).
Это как будто достаточно прямолинейная и несложная по меркам Бёрнса история. Есть компания подростков, в которой у нас два POV-персонажа (то есть с их точки зрения мы видим повествование). Брайан замкнутый, у него проблемы с матерью, он любит рисовать, делает любительское кино и смотрит старые хорроры. Лори кажется более открытой, на деле сомневается в себе. Как-то Лори видит рисунки Брайана, а тот предлагает ей роль в их новом фильме. Дальше, понятное дело, драма взросления, но совсем не такая предсказуемая.
С Бёрнсом у меня довольно сложная история: я безоговорочный фанат «Чёрной дыры», но поздние книги были хоть и классными, но никогда не цепляли меня так же сильно. Да, у нас, судя по всему, похожие вкусы в кино и комиксах, но их зачастую не хватало чтобы искренне зацепиться и полюбить произведение. «Монтаж» — совсем другое дело. Это явно квази-автобиографическая история в которой Бёрнс отказывается от привычного сюрреализма в пользу крайне эффективного, тихого и размеренного повествования — которое, правда, взрывается к концу каким-то невероятно трогательным финалом.
Про автобиографичность хочется поговорить отдельно. Брайан безусловно Бёрнс, и внешне, и по стилю рисунков. Но «Монтаж» не похож на привычные исповедальные истории, которыми современники Бёрнса когда-то взорвали американский рынок . На месте шокирующей откровенности, будь то самоуничижительной в духе Честера Брауна, или пронзительной как у Крейга Томпсона, Бёрнс предлагает очень деликатный рассказ. И здесь принципиально важна Лори как POV-героиня, которая со стороны смотрит на всё это подростковое упоение кино, оставаясь самостоятельным персонажем, а не только объектом интереса авторского альтер эго.
Будет в первом комментарии.
#прочитано
Это как будто достаточно прямолинейная и несложная по меркам Бёрнса история. Есть компания подростков, в которой у нас два POV-персонажа (то есть с их точки зрения мы видим повествование). Брайан замкнутый, у него проблемы с матерью, он любит рисовать, делает любительское кино и смотрит старые хорроры. Лори кажется более открытой, на деле сомневается в себе. Как-то Лори видит рисунки Брайана, а тот предлагает ей роль в их новом фильме. Дальше, понятное дело, драма взросления, но совсем не такая предсказуемая.
С Бёрнсом у меня довольно сложная история: я безоговорочный фанат «Чёрной дыры», но поздние книги были хоть и классными, но никогда не цепляли меня так же сильно. Да, у нас, судя по всему, похожие вкусы в кино и комиксах, но их зачастую не хватало чтобы искренне зацепиться и полюбить произведение. «Монтаж» — совсем другое дело. Это явно квази-автобиографическая история в которой Бёрнс отказывается от привычного сюрреализма в пользу крайне эффективного, тихого и размеренного повествования — которое, правда, взрывается к концу каким-то невероятно трогательным финалом.
Про автобиографичность хочется поговорить отдельно. Брайан безусловно Бёрнс, и внешне, и по стилю рисунков. Но «Монтаж» не похож на привычные исповедальные истории, которыми современники Бёрнса когда-то взорвали американский рынок . На месте шокирующей откровенности, будь то самоуничижительной в духе Честера Брауна, или пронзительной как у Крейга Томпсона, Бёрнс предлагает очень деликатный рассказ. И здесь принципиально важна Лори как POV-героиня, которая со стороны смотрит на всё это подростковое упоение кино, оставаясь самостоятельным персонажем, а не только объектом интереса авторского альтер эго.
Будет в первом комментарии.
#прочитано
❤24