Поучительная история о том как один кроссовер два издательства погубил.
Первая часть - здесь.
Итак, кроссовер Deathmate от Image и Valiant стартовал в конце 1993. Цель — разрушить дуополию «большой двойки». На стороне нарушителей порядка были популярные персонажи, успешные серии и звездные авторы. Казалось бы, если всё это перемешать и взболтать, результат гарантирован. Но на пути у них было две преграды — организационная и нарративная. И обе оказались непреодолимыми.
Задумывая Detahmate его авторы забыли простой факт — все организации различаются, и чем они меньше, тем больше зависят от характеров и установок конкретных людей. В Valiant была в целом привычная нам редакция с графиками и целостным видением. В Image был коллектив звезд которые делали что хотели, как хотели и, главное, когда хотели. Это не так страшно когда ты отвечаешь сам за себя, но кроссовер же требует синхронизации, а вместо нее получился парад сорванных сроков. Главным нарушителем оказался Роб Лифельд, который набрал кучу заказов и просрочил абсолютно все. В итоге под его дверями собралась куча редакторов-заказчиков (в том числе и Боб Лейтон из Valiant), которые буквально дежурили там посменно и выбивали из него нужные им страницы.
А чтобы понять нарративную проблему Deathmate надо понять для чего вообще мы читаем классические супергеройские комиксы. Да, лет в 10-12 нам важно кто круче, Росомаха или Супермен, и это прекрасно. Но по сути супергероика это сериал, мыльная опера с дополнительным условие в виде с суперспособностей и была таковой с середины 1950-х. Настроение и вайб этих сериалов менялся вместе с эпохами, но суть сохранялась. Мы смотрим сериалы потому что любим героев и сеттинг, хотим видеть как персонажи преодолевают сложности и меняются. Теперь представьте логику Deathmate: вместо развития мира планово бесцельная эфемерная вселенная, а вместо знакомых героев симулякры, которые появятся и исчезнут за шесть выпусков без каких либо значимых последствий. Тем более из-за совмещенной структуры кроссовера, авторам регулярно приходилось включать в повествование чужих персонажей без четкого понимания кто они и о чём. В итоге и без того неглубокая в среднем супергероика 90-х тут максимально напоминает стук пластиковых фигурок, но вместо детской фантазии в голове только план продаж.
Вот только король оказался голым, а продажи не пришли. Наоборот, срывы сроков заставляли читателей отменять предзаказы, а дальше как падающие фишки домино начались проблемы у магазинов, поставщиков и, наконец, издателей. Valiant пришлось за копейки продаться видеоигровой корпорации Acclaim, но это не спасло их от банкротства в 2004. Звезды Image мощно поругались между собой и отчасти разбежались, а оставшимся пришлось отказаться от мечты стать большим супергеройским издательством и мощно переориентироваться. К счастью для нас, им это удалось и сейчас комиксы Image стало важным пространством классных авторских историй. В целом же провал Deathmate стал первым симптомом кризиса в американской индустрии комиксов в середине 1990-х, последствия которого ощущаются до сих пор.
Первая часть - здесь.
Итак, кроссовер Deathmate от Image и Valiant стартовал в конце 1993. Цель — разрушить дуополию «большой двойки». На стороне нарушителей порядка были популярные персонажи, успешные серии и звездные авторы. Казалось бы, если всё это перемешать и взболтать, результат гарантирован. Но на пути у них было две преграды — организационная и нарративная. И обе оказались непреодолимыми.
Задумывая Detahmate его авторы забыли простой факт — все организации различаются, и чем они меньше, тем больше зависят от характеров и установок конкретных людей. В Valiant была в целом привычная нам редакция с графиками и целостным видением. В Image был коллектив звезд которые делали что хотели, как хотели и, главное, когда хотели. Это не так страшно когда ты отвечаешь сам за себя, но кроссовер же требует синхронизации, а вместо нее получился парад сорванных сроков. Главным нарушителем оказался Роб Лифельд, который набрал кучу заказов и просрочил абсолютно все. В итоге под его дверями собралась куча редакторов-заказчиков (в том числе и Боб Лейтон из Valiant), которые буквально дежурили там посменно и выбивали из него нужные им страницы.
А чтобы понять нарративную проблему Deathmate надо понять для чего вообще мы читаем классические супергеройские комиксы. Да, лет в 10-12 нам важно кто круче, Росомаха или Супермен, и это прекрасно. Но по сути супергероика это сериал, мыльная опера с дополнительным условие в виде с суперспособностей и была таковой с середины 1950-х. Настроение и вайб этих сериалов менялся вместе с эпохами, но суть сохранялась. Мы смотрим сериалы потому что любим героев и сеттинг, хотим видеть как персонажи преодолевают сложности и меняются. Теперь представьте логику Deathmate: вместо развития мира планово бесцельная эфемерная вселенная, а вместо знакомых героев симулякры, которые появятся и исчезнут за шесть выпусков без каких либо значимых последствий. Тем более из-за совмещенной структуры кроссовера, авторам регулярно приходилось включать в повествование чужих персонажей без четкого понимания кто они и о чём. В итоге и без того неглубокая в среднем супергероика 90-х тут максимально напоминает стук пластиковых фигурок, но вместо детской фантазии в голове только план продаж.
Вот только король оказался голым, а продажи не пришли. Наоборот, срывы сроков заставляли читателей отменять предзаказы, а дальше как падающие фишки домино начались проблемы у магазинов, поставщиков и, наконец, издателей. Valiant пришлось за копейки продаться видеоигровой корпорации Acclaim, но это не спасло их от банкротства в 2004. Звезды Image мощно поругались между собой и отчасти разбежались, а оставшимся пришлось отказаться от мечты стать большим супергеройским издательством и мощно переориентироваться. К счастью для нас, им это удалось и сейчас комиксы Image стало важным пространством классных авторских историй. В целом же провал Deathmate стал первым симптомом кризиса в американской индустрии комиксов в середине 1990-х, последствия которого ощущаются до сих пор.
❤25🤔3💔2
Третий модуль первого курса получился эмоционально сложным в процессе, но в итоге нарративно очень цельным и с классными результатами.
Часть курса иллюстрировала разную русскую литературу. Получилось дорогое моему сердцу разнотравие, вот лишь некоторые примеры:
Анастасия Ярв/Сергей Есенин, «Чёрный человек»
Елена Коленкова/Юрий Олеша, «Зависть»
Марина Федорова/Максим Горький, «На дне»
Василиса Сорокина/Михаил Лермонтов, «Вечер после дождя»
Юлия Коняхова/Осип Мандельштам, «Ламарк»
Дарья Горбач/Александр Куприн, «Allez!»
Екатерина Рыхлова/Владимир Маяковский, «Лиличка»
Дарья Чернова/Борис Пастернак, «До самой сути»
Я отметил каналы коллег где знал, так что если хотите потом хвастаться «а я давно на эту звезду подписался», немедленно сделайте это.
А продолжение следует, потому что модуль поулчился по хорошему разный.
Часть курса иллюстрировала разную русскую литературу. Получилось дорогое моему сердцу разнотравие, вот лишь некоторые примеры:
Анастасия Ярв/Сергей Есенин, «Чёрный человек»
Елена Коленкова/Юрий Олеша, «Зависть»
Марина Федорова/Максим Горький, «На дне»
Василиса Сорокина/Михаил Лермонтов, «Вечер после дождя»
Юлия Коняхова/Осип Мандельштам, «Ламарк»
Дарья Горбач/Александр Куприн, «Allez!»
Екатерина Рыхлова/Владимир Маяковский, «Лиличка»
Дарья Чернова/Борис Пастернак, «До самой сути»
Я отметил каналы коллег где знал, так что если хотите потом хвастаться «а я давно на эту звезду подписался», немедленно сделайте это.
А продолжение следует, потому что модуль поулчился по хорошему разный.
❤🔥26🔥5👍2👌2❤1
Сел готовиться к завтрашней лекции и порадовался — любимая тема, американский автобиографический комикс!.. А потом понял, что надо будет рассказывать про «Семь миль в секунду» Дэвида Войнаровича и хорошее настроение закончилось.
«Семь миль» — душераздирающий крик художника, скончавшегося от СПИДа. Это не совсем автобиография, комикс доделали друзья Войнаровича Джеймс Ромбергер и Маргарит ван Кук после смерти художника на основании его записей и вдохновляясь образами из его творчества. И в то же время это безусловно автобиография, Войнарович буквально обращается к нам из комикса, сначала с рассказом про своё немыслимо тяжелое детство, а потом медленную смерть от ВИЧ/СПИД. А в конце читателя ждёт его записка, кончающаяся словами:
Я стеклянный человек. Я стеклянный человек, исчезающий под дождём. Я стою среди вас и размахиваю невидимыми руками. Я кричу свои невидимые слова. Я утомляюсь. Я устаю. Я машу вам отсюда. Я ползаю в поисках просвета полной и финальной пустоты. Я кричу, но выходят только кусочки прозрачного льда. Я пытаюсь сказать, что всё слишком громкое. Я трясусь. Я размахиваю руками. Я исчезаю. Я исчезаю, но недостаточно быстро
«Семь миль» — душераздирающий крик художника, скончавшегося от СПИДа. Это не совсем автобиография, комикс доделали друзья Войнаровича Джеймс Ромбергер и Маргарит ван Кук после смерти художника на основании его записей и вдохновляясь образами из его творчества. И в то же время это безусловно автобиография, Войнарович буквально обращается к нам из комикса, сначала с рассказом про своё немыслимо тяжелое детство, а потом медленную смерть от ВИЧ/СПИД. А в конце читателя ждёт его записка, кончающаяся словами:
Я стеклянный человек. Я стеклянный человек, исчезающий под дождём. Я стою среди вас и размахиваю невидимыми руками. Я кричу свои невидимые слова. Я утомляюсь. Я устаю. Я машу вам отсюда. Я ползаю в поисках просвета полной и финальной пустоты. Я кричу, но выходят только кусочки прозрачного льда. Я пытаюсь сказать, что всё слишком громкое. Я трясусь. Я размахиваю руками. Я исчезаю. Я исчезаю, но недостаточно быстро
💔54🔥7❤1❤🔥1
В терапевтических целях вспомним великую историю Нила Геймана про синдром самозванца:
«Как-то меня позвали на мероприятие, где было много великих людей: художники и ученые, сценаристы и изобретатели. И я чувствовал, что в любой момент они поймут — мне не место здесь, среди людей которые по-настоящему чего-то добились.
На вторую или третью ночь там я стоял в глубине зала где выступали музыканты и разговорился с очень приятным пожилым джентльменом обо всём на свете, в том числе о том что мы тёзки. А потом он показал на зал и сказал что-то в духе „Я смотрю на всех этих людей и думаю: чёрт, а я-то что тут делаю? Они столько всего добились, а я просто доехал туда, куда меня отправили“.
На что я ответил „Да, но вы были первым человеком на Луне. Думаю, это что-то да значит“.
И мне стало лучше. Ведь если Нил Армстронг чувствует себя самозванцем, то, возможно, это универсальное. Может, нет никаких взрослых, есть только люди что много работали, и которым к тому же повезло, и все чувствуют себя не совсем в своей тарелке. Остается надеяться, что мы все просто отлично делаем свою работу».
На фотографии: Нил Гейман с астронавтом Нилом Армстронгом и писателем Нилом Стивенсоном.
«Как-то меня позвали на мероприятие, где было много великих людей: художники и ученые, сценаристы и изобретатели. И я чувствовал, что в любой момент они поймут — мне не место здесь, среди людей которые по-настоящему чего-то добились.
На вторую или третью ночь там я стоял в глубине зала где выступали музыканты и разговорился с очень приятным пожилым джентльменом обо всём на свете, в том числе о том что мы тёзки. А потом он показал на зал и сказал что-то в духе „Я смотрю на всех этих людей и думаю: чёрт, а я-то что тут делаю? Они столько всего добились, а я просто доехал туда, куда меня отправили“.
На что я ответил „Да, но вы были первым человеком на Луне. Думаю, это что-то да значит“.
И мне стало лучше. Ведь если Нил Армстронг чувствует себя самозванцем, то, возможно, это универсальное. Может, нет никаких взрослых, есть только люди что много работали, и которым к тому же повезло, и все чувствуют себя не совсем в своей тарелке. Остается надеяться, что мы все просто отлично делаем свою работу».
На фотографии: Нил Гейман с астронавтом Нилом Армстронгом и писателем Нилом Стивенсоном.
❤69❤🔥11🔥6
Новости «отмены русской культуры»: в Англии выходит комикс «Русский детектив» Кэрол Адлам.
В основе комикса — детективный роман Семёна Панова «Три суда, или убийство во время бала» 1876 года, который Адлам чуть обновила введя новую главную героиню, основанную отчасти на первой женщине-детективе в агентстве Пинкертона Кейт Уорн, а отчасти на Шарлотте Ивановне из «Вишневого Сада». Комикс, как я понимаю, берет за основу то же убийство дочери статского советника Русланова, что есть у Панова, но раскручивает максимально в своём направлении.
Такой неочевидный выбор источника объясняется просто: Адлам не только комиксистка, но и преподает российское искусство (а также графический репортаж) в Школе Искусств Ноттингема. Можете почитать её блестящий академический разговор про российский литературный детектив XIX века. Во первых это кладезь интересных наблюдений о российской культуре со стороны, а во вторых оттуда я узнал, что у ochnaia stavka нет адекватного перевода на английский — это сугубо отечественное явление.
Когда и как этот комикс можно будет почитать из России пока не понимаю, но если узнаю способ — обязательно поделюсь.
В основе комикса — детективный роман Семёна Панова «Три суда, или убийство во время бала» 1876 года, который Адлам чуть обновила введя новую главную героиню, основанную отчасти на первой женщине-детективе в агентстве Пинкертона Кейт Уорн, а отчасти на Шарлотте Ивановне из «Вишневого Сада». Комикс, как я понимаю, берет за основу то же убийство дочери статского советника Русланова, что есть у Панова, но раскручивает максимально в своём направлении.
Такой неочевидный выбор источника объясняется просто: Адлам не только комиксистка, но и преподает российское искусство (а также графический репортаж) в Школе Искусств Ноттингема. Можете почитать её блестящий академический разговор про российский литературный детектив XIX века. Во первых это кладезь интересных наблюдений о российской культуре со стороны, а во вторых оттуда я узнал, что у ochnaia stavka нет адекватного перевода на английский — это сугубо отечественное явление.
Когда и как этот комикс можно будет почитать из России пока не понимаю, но если узнаю способ — обязательно поделюсь.
❤50
Мне кажется, мы слишком редко говорим о гениальности нуарной трилогии «Kill My Mother» Джулса Файффера.
Файффер написал её уже в возрасте 80+ лет, будучи обладателем всех мыслимых комиксных наград «за жизненные заслуги» (он буквально начинал работать с Уиллом Айснером в 1946, а в 2004 оказался в Зале Славы имени того же Айснера), что в большинстве случаев ознаменует заслуженный выход на пенсию.
А в итоге все три книги «Kill My Mother», опубликованные с 2014 по 2018, это буквально обратные от пенсионных комиксов — яркие и злые, очень внутренне разные, но в то же время в своем бескомпромиссном стиле без любых скидок, с остроумным сюжетом и яркими противоречивыми персонажами.
Сейчас Джулсу Файфферу 95, он живёт в Нью-Йорке и ещё в прошлом году дал очень хорошее интервью The Atlantic.
Файффер написал её уже в возрасте 80+ лет, будучи обладателем всех мыслимых комиксных наград «за жизненные заслуги» (он буквально начинал работать с Уиллом Айснером в 1946, а в 2004 оказался в Зале Славы имени того же Айснера), что в большинстве случаев ознаменует заслуженный выход на пенсию.
А в итоге все три книги «Kill My Mother», опубликованные с 2014 по 2018, это буквально обратные от пенсионных комиксов — яркие и злые, очень внутренне разные, но в то же время в своем бескомпромиссном стиле без любых скидок, с остроумным сюжетом и яркими противоречивыми персонажами.
Сейчас Джулсу Файфферу 95, он живёт в Нью-Йорке и ещё в прошлом году дал очень хорошее интервью The Atlantic.
❤28👍1