Дисклеймер: если вам нет 18, пожалуйста, не надо читать мой канал сейчас (да и в целом).

Комиксы пока никто не запретил, но вот «ЛГБТ пропаганда» стала преступлением (как и само «движение»), и теперь я не понимаю: могу ли я писать про комикс где это упоминается? А если это суть комикса? Потому что в «Извращенце» Мишель Перез и Реми Бойделл много всего и про проблему транс-идентичности, и про секс-работу, и фетишизацию другими.

В то же время, я хочу хвалить этот комикс не за «пропаганду» — вообще, с его брутальной откровенностью он, если принять этот понятийный аппарат, скорее контр-пропаганда, рассказ о том как может быть сложно и больно (я скучный цисгендерный чел, моя экспертиза ограничена, учтите). Мне его хочется похвалить за то как он визуально решает тему отчуждения с помощью гигантских гаттеров между фреймами, которые заставляют героев выглядеть одинокими в самый невинный момент. И за то как он играет в антропоморфизацию, делая героев карикатурно-условными и вплетая эту неопределенность в повествование. Также в какой-то момент появится непрошенный клиент, нарисованный как хозяин Гарфилда из комиксов, и в этот момент я отложил планшет чтобы выдохнуть от тревоги.

Так что мне бы хотелось понимать, можно ли теперь говорить о таких комиксах? И можно ли их хвалить за какие-то визуальные и нарративные ходы (за тему нельзя, я понял). Файл не выкладываю, картинки выбираю самые невинные, хотя комикс довольно жесткий, сижу в недоумении и легкой тревоге.

Был ли «Франкенштейн» Мэри Шелли где-то столь же безусловно (гомо)эротическим как на иллюстрациях любимого Линда Уорда к изданию 1934 года?

«Гостья в доме» Эмили Кэрролл — один из моих комиксов года, и пора наконец рассказать почему.

В 2014-м у Кэрролл вышел «Через Лес» — блестящий сборник готических сказок и один их моих любимых комиксов в целом. А потом за десять лет только детская «Помощница Бабы-Яги» и короткий фурри-хоррор «Когда я прибыла в замок» — оба классные, но не то. И наконец в 2023-м «Гостья в доме». Не просто то, а прямое заявление о включении в ранг великих.

«Гостья» — история тихой Эбби, которая выходит замуж за холостяка с дочкой, первая жена которого куда-то делась несколько лет назад. Дом на отшибе около озера, странные рисунки дочери, раздражимость мужа при упоминании прошлой жены — всё здесь намекает на что-то большее и страшное. А если вы в этот момент кричите про «Ребекку» Дафны дю Морье, то, да, тут её влияние очевидно, но ничего не будет слишком просто и однозначно.

Некоторые не сразу приняли «Гостью»: вместо привычной яркости Кэррол нас почти сразу встречают обманчиво монотонные черно-бело-серые страницы повседневной жизни Эбби и её новой семьи. Но тем сильнее эффект когда в комикс вновь и вновь врывается цвет во главе с кроваво-красным и бездонным синим. Даже ужас здесь такой же мерцающий: иногда немыслимо яркий, а иногда зловеще чёрно-белый. И в очередной раз Кэрролл ухитряется попасть в самое сердце интересного мне хоррора. Это не просто что-то конвенционально ужасное (хотя в «Гостье» есть, пожалуй, самые страшные изображения Кэрролл), это какой-то первозданный страх, заставляющий нас в детстве быстрее бежать по коридору из ванны после выключения света и убирать торчащие ноги с края кровати.

Отдельно хочется (но я не буду) говорить про финал. После первого прочтения я, как и некоторые критики, чувствовал некоторую недосказанность. Но вчера перечитал и, наоборот, пришел в невероятный восторг. Нет, всё что надо — здесь. И наконец-то Кэрролл, которая как будто долго не могла выйти за пределы сказок, смогла примирить их с чем-то большим.

#прочитано