И ещё о потерянных и обретенных комиксах: в первой половине 1970-х норвежский современный художник Харитон Пушвагнер нарисует графическую антиутопию «Мягкий город» («Soft City») по сценарию своего друга Акселя Янсена. Причем это были гигантские, почти ростовые иллюстрации, которые лишь подчеркивали бесконечность ритмического повторения в его работах.

Тут можно перечислять миллион источников вдохновения, от «Метрополиса» и минималистской иллюстрации Сола Стайнберга до брутализма и ранних экспериментов Рикардо Бофила, но для нас очевиднее всего связь с французом Мёбиусом и его прото-киберпанковским вертикальным комиксом.

Даже по этим кадрам видно, что «Мягкий город» мог стать абсолютным феноменом, но Пушвагнер в те времена долго боролся с зависимости, подчас оказывался без крыши над головой, ночевал на кладбище и так далее. В итоге комикс так и не был издан, а потом и вовсе считался потерянным.

И все же тут есть хэппи-энд. Комикс нашли в подвали у сестры его помощника и смогли вернуть на него права автору, «Мягкий город» наконец-то издали (хотя к сожалению не в оригинальном ростовом формате), а невероятно харизматичный Пушвагнер вернулся в норвежский мейнстрим, стал героем документалки и нескольких прижизненных выставок. Он скончался в 2017-м году.

«Астронавт» — короткий комикс Марка Хэмпеля («Песочный Человек») из журнала Questar 1980 года.

«Монти Пайтон и Священный Грааль», 1975
«Поединок в суровых условиях», Йозеф Бенедикт Энгл, 1896 (из журнала «Симплициссимус»)

#параллели

Дисклеймер: если вам нет 18, пожалуйста, не надо читать мой канал сейчас (да и в целом).

Комиксы пока никто не запретил, но вот «ЛГБТ пропаганда» стала преступлением (как и само «движение»), и теперь я не понимаю: могу ли я писать про комикс где это упоминается? А если это суть комикса? Потому что в «Извращенце» Мишель Перез и Реми Бойделл много всего и про проблему транс-идентичности, и про секс-работу, и фетишизацию другими.

В то же время, я хочу хвалить этот комикс не за «пропаганду» — вообще, с его брутальной откровенностью он, если принять этот понятийный аппарат, скорее контр-пропаганда, рассказ о том как может быть сложно и больно (я скучный цисгендерный чел, моя экспертиза ограничена, учтите). Мне его хочется похвалить за то как он визуально решает тему отчуждения с помощью гигантских гаттеров между фреймами, которые заставляют героев выглядеть одинокими в самый невинный момент. И за то как он играет в антропоморфизацию, делая героев карикатурно-условными и вплетая эту неопределенность в повествование. Также в какой-то момент появится непрошенный клиент, нарисованный как хозяин Гарфилда из комиксов, и в этот момент я отложил планшет чтобы выдохнуть от тревоги.

Так что мне бы хотелось понимать, можно ли теперь говорить о таких комиксах? И можно ли их хвалить за какие-то визуальные и нарративные ходы (за тему нельзя, я понял). Файл не выкладываю, картинки выбираю самые невинные, хотя комикс довольно жесткий, сижу в недоумении и легкой тревоге.