РУССКИЙ СНАЙПЕР

1. До применения бригады 24.02.2022г. по аэродрому Гостомель, начиная года
с 2018-го она регулярно принимала участие в учениях. Концептуально с такой же задачей - захват определенного рубежа/объекта посредством применения массированного вертолетного десанта.
Отрабатывались все виды десантирования- посадочное,
со спуском на канатах, альпинистских верёвках.

Естественно, в настоящей боевой обстановке это было впервые, как лично для меня так и наверное в истории , учитывая масштаб происходящего.

Отдельно хотелось бы упомянуть, что события происходившие на киевском направлении в нашей военной истории не уникальны, примерно в это же время похожая операция проводилась силами 11 одшбр и армейской авиации на Херсоне,
где подразделения тоже выполнили возложенные на них задачи в полном объеме.

31 бригада, если не брать учения, усиленно тренировалась по десантированию
и последующему овладению аэродромом с декабря 2021 года.
Для чего к бригаде был прикомандирован вертолетный полк.
Скажу сразу, для особо бдительных читателей, все вышеописанное да и ниже наверное тоже, все это есть
в открытых источниках информации, секретов из этого никто не делал.

Кроме того, прошу сразу простить за возможные неточности, составление хронологий дело военных историков, события описываются мной через призму личной памяти.

...При постановке задачи
и зачитывании боевого приказа, обязательных процедур
в военном планировании, доводилась задача
по овладению аэродрома Васильков что на юго-западе
от Киева.
Соответственно командирам показывали аэрофотоснимки
и пр.
Происходило это уже примерно 20-21.02.22г. на территории республики Беларусь.

После этого командиры уже доводили замысел нам, а мы изучали местность по интернету.

В ночь с 23 на 24.02 задача была уточнена и объектом действий был назван аэродром Антонов. Глобально это ничего уже не меняло, каждый примерно понимал свой порядок действий. Менялась задача вертолетчиков, но на это мы уже никак повлиять не могли. Соответственно, когда информация была доведена
до армейской авиации, мне
не известна.

Вечером 23.02, помимо налаживания взаимодействия
с подразделениями которым
мы были приданы, нас ждала другая глобальная задача)
В экстренном порядке оборудовать форму
и снаряжение Георгиевскими лентами.
В свете сборов, определенной бытовой суеты, волнения, энтузиазма это не вызывало. Но, как показало время, это уберегло жизни очень многих бойцов. Вопрос взаимопознавания в хаосе боя это наиважнейшая задача
и такое "украшательство" было
к месту.
Кроме того предписывалось мотать на руки и шлемы фольгированный скотч.
Для этих же целей, но условиях наблюдения через ПНВ
и тепловизоры.
Все необходимое было заранее закуплено и выдано командованием бригады
в нужный момент. Кроме того, на совещаниях все демонстрировалось на слайдах, куда, как и в каком порядке клеить, шить и пр.
Для экипажей выдали трафареты для нанесения букв V на технику.

2. Утро

Все проходило достаточно размерено и спокойно. Общим состоянием была собранность. Достаточно сказать, что несколько дней до этого были наполнены работой
и концентрированным черным юмором на перекурах. Шутили
о том, кто и как будет гореть
в вертолетах. Напомню, что нам предстоял длительный перелет над территорией противника.
Но утром 24.02 уже никто
не шутил, все были собраны
и готовы. На самом деле, было какое то чувство общности, все чувствовали себя частью механизма. Да, все были возбуждены, потому что страх не совсем то слово,
но в моменте все были ГОТОВЫ.

Выражалось это в общей немногословности, четкости движений, вниманию к мелочам. Может показаться, что я немного идеализирую облик военнослужащего воздушно-десантных войск того периода, но это было действительно так. Потому что, с момента вечера 23-го числа, когда мы позвонили родным
и сдали телефоны на хранение старшине, мы перешли Рубикон, каждый понял, что жизнь с этого момента поделится на "до"
и "после".

В коллективе многие ребята были с опытом боевых действий, но масштаб предстоящего пугал
и завораживал одновременно.

Момент полета.
Взлетели мы 12.45.
Запомнились из увиденного два момента, первый - значки радиации в зоне отчуждения. Второй - киевское море. Потому что, при полете до этого, лётчики держались у самой кромки деревьев, "на бреющем", в связи с чем была некая надежда на то, что при сбитии нашей машины, есть шансы, что деревья смягчат падение, соответственно есть шансы
на выживание.

А вот когда мы в открытую полетели над таким немаленьким водоемом,
при плохом развитии ситуации нас ожидало падение в воду
и последующий путь ко дну. Учитывая загрузку машины, снаряжение индивидуальное
и групповое, шансы выжить приближались у нулевым. Вся наша выучка, слаженность, личное мужество каждого - уже ничего из этого не решало. Только мастерство
и самообладание экипажа Ми-8.

3. Не силен в психологических терминах, поэтому скажу чисто за себя, за личные впечатления.
То, что происходит в такие моменты - не страх.
Это возбуждение.
Ты понимаешь, что жизнь может закончиться в любой момент,
но ты отгораживаешься от этих мыслей. Не подавляешь, они просто идут фоном где то на нижних уровнях сознания.
А в момент работы ты... работаешь. У тебя в руках надёжная винтовка, рядом надёжный напарник, вокруг наши товарищи, вместе мы сила. Все, что ты пережил,
к чему готовился, вся жизнь которую ты посвятил службе, все это готовило тебя к этому моменту. Военный и житейский опыт, выучка. Мысли о том, что ты не один, что от тебя зависят твои товарищи, что обратной дороги нет, что твое выживание в твоих руках.
Концентрации этого напряжения разные в зависимости от того как все складывается, что происходит вокруг.
От опасливой сосредоточенности, до липкого неприятного холодка где то
в животе. И ты все равно делаешь шаг и идёшь, даже когда твое звериное начало бьёт тревогу, потому что бежать некуда и невозможно.
Как только ты берешь местность в прицел, ты уже маленький хозяин положения
в своем секторе.
Состояние которое можно назвать - "не в мою смену!" Рядом те кто от тебя зависят. Наши подопечные, наши штурмовики в нас верили
и надеялись на нас.
И, ни я лично, и не один мой сослуживец не "дал заднюю".
После таких ситуаций когда концентрация адреналина была предельная, наступали паузы
и ты чувствовал себя живым как никогда. Не смотря ни на что, все были в приподнятом настроении, много шутили.

4. Все автоматически. Открытый люк, хватаешь рюкзак, рывок
в сторону. Часть личного состава разбегается веером
и занимает оборону, расчеты тяжёлого оружия окончательно разгружают машину чтобы быстрее вывести ее из под возможного огня. Все в одной лодке, в данном случае
в воздушном судне и ничего уже говорить не нужно. Освободившееся воздушное такси в последний раз обдувает нас потоком воздуха и уходит. Все вместе несколько десятков секунд. И потом тишина...
Кажется, что это долго,
на самом деле проходят мгновения. Потом приходят звуки боя, ты ориентируешься
и начинаешь работать.
...СУР или канаты нужны тогда, когда вертолет по причине свойств местности никак не может приземлиться, например это плотная застройка или лес. Поэтому в тех условиях не было никакой причины держать вертолет в зависшем состоянии на относительно открытой местности, все это понимали.

5. О том, что долетели
и вернулись не все экипажи,
я узнал не в первый и даже
не во второй день.
Кадры с падением Ми-8 и Ми-24 в водохранилище я увидел только в мае, находясь
в госпитале. Честно, кровь
от этого стыла в венах.
В первый день и послелующую ночь, с развитием деятельности противника, с ударами авиации противника,  с началом работы минометов, которые вообще
не останавливались,
с локальными перестрелками
и работой танка, было чувство, что это наверное конец пути, моего и всех кто рядом)))
В голове уже были разные идеи как продать свою жизнь подороже. Тем не менее,
мы делились на подгруппы
и все равно отдыхали.
Вдруг все таки нам ещё долго
и упорно воевать, а мы уставшие)

И вот, первое что я осознал и увидел в лучах утреннего солнца 25-го февраля-наших ангелов, наши Ка-52 и Ми-28.
Была некая эйфория, все
на земле очень эмоционально радовались. Они пришли нам помочь, они е....или. Это значило, что мы не одни, что нам помогают "сверху", во всех смыслах.
Забегая вперёд, скажу, что какая бы тяжёлая не была обстановка на аэродроме, наши ребята, наши небесные ангелы привозили пополнение, эвакуировали раненых, пополняли боезапас. Мы были не одни, этим все сказано.

Отдельный эпизод.
Где в первых числах марта, 1 или 2. Я в составе группы снайперов находился
на временной базе разведывательного батальона бригады. Это было хозяйственное здание
по соседству со столовой недалеко от КПП и через забор от войсковой части нацгвардии. Ночью соответственно находился "на фишке" вместе
с бойцом взвода связи разведбата. Где-то около 2-3 часа ночи мы наблюдали фантастическое зрелище. Сначала, множество вспышек разрывов на горизонте, расстояние было большое, звук доходил с большой задержкой. Затем минут через двадцать оттуда пошла воздушная колонна Ка-52. В пнв я хорошо различал контуры машин. Где то после 15-й я сбился со счета. Наши вертолётчики уничтожили танковую колонну противника. Соответственно, в тот момент
я не знал подробностей как впрочем и до сих пор.
Что было в головах этих людей?
Они сетовали на судьбу, задумывались о том, что их командование послало их на смерть?
При этом, они имели на это право, уже были потери, периодически мы теряли вертолёты.
Думаю, что нет. Думаю, что они в тот момент понимали, что где то там на земле есть люди которые от них зависят, что они нуждаются в помощи.

6. Выжить помогли товарищи, все кто добросовестно выполнял свой воинский долг.
В разных званиях
и специальностях.
В числе потерь близкие были, это и есть самое сложное. Морально давили потери. Была жалость к мирным жителям, они были ни в чем не виноваты, кроме тех кто взял в руки оружие.
Но здесь стоит сказать, что я сам родом с Украины
и несмотря на все, это была моя малая родина, в которую мы пришли навести порядок.
В одной из бесед между дел мы озвучили в голос и согласились, что даже если конкретно нам здесь конец, это оправдано, потому, что где то там наши семьи, наши дети , наша страна и сейчас идёт битва за ее будущее. Мы не первые и не последние.
...Каждый прощается по своему, мне мои ребята снились. Между фишек, в минуты отдыха они приходили во сне, стояли
и молчали. Так прощался я.
Но открывая глаза вспоминал где я и что от меня необходимо. Потому что, моя история и тех кто живы ещё пишется.

7. Честно, счёт не вел.
Еду, которая была в том или ном виде везде - сначала мы боялись трогать сами. Затем, страх прошел. От местных никто на моих глазах еды не получал.
Скорее наоборот. Мирное население осталось без электричества
и водоснабжения. Помощь оказывалась на уровне бригады. Многие бойцы отдавали свои запасы сухих пайков. Не голодали и пленные.
Много мирных жителей ушли бросив домашнюю живность, мы выпускали собак и кошек. Лично перелазил забор в одном из частных домов чтобы выпустить из вольеров трёх алабаев. Молодой кабель и сука признали меня , старый кобель нет. С ним нужно было решить вопрос кардинально или кормить. Кардинально чтобы не обрекать невинную тварь на мучительную голодную смерть. Мы кормили.
В один из дней , по просьбе местного жителя один из наших командиров взводов ездил на аптечный склад вблизи Ирпени, привез лекарства пенсионерам.
Было много всего.
Еда и сон не были проблемой. Тыл работал несмотря на все риски, сначала воздухом, затем с подходом наземных сил.

8. Хотел бы дать развернутый ответ но к сожалению мой сектор работы находился далеко от впп.
Что знаю точно, снабжение не прекращалось все время. Несмотря ни на какие риски. Брошенными мы не были и все это понимали. Те кто этим занимались были мужественными людьми , все осонающими и выполняющими свой воинский долг, по совести.

9. Люди из Мрии.
Слышал. Но слухи я предпочитал игнорировать. На мою работу они никак не влияли. Все просто, это был не мой сектор. Поэтому ничего сказать не могу.
Касаемо противодействия местного населения.
Было множество категорий.
Те, кто взял в руки оружие уже явные враги, подлежащие уничтожению.
Те, кто изподтишка пытался сделать гадость - скрытые недоброжелатели. В основном хозяйственные мужички, мародёры. Они, как правило, получали по морде, но оружие по ним никто не применял.
Люди которые относились враждебно, но сидели по домам и не высовывались - никто их не трогал, личных границ не пересекал, если только случайно.
Люди которые просто стали заложниками ситуации, оказавшиеся не в том месте и времени, таким старались помогали чем могли.
Характерно для местного населения было что наиболее адекватные люди были в возрасте. Хотя были  и исключения.
Вся ситуация была неприятна и нам.
Вспоминаю моменты, когда , к примеру, у тебя позиция в квартире дома, там личные вещи, фотографии семей, детей, детские вещи.
Я сам отец и мне морально давалось это тяжело,  товарищам по оружию тоже.
Средний возраст бойца- кантрактника  25-27 лет. Как правило, это молодые отцы семейств. Все всё прекрасно понимали.
В ретроспективе, ещё тогда , в конце марта я лично осознал, что, если бы действовал как Крис Кайл или Эдвард Галлахер то набил бы "личный счёт" в пару сотен душ. Но они военные преступники и скоты. МЫ не такие.
Спустя время, опять же госпитале, по Ютубу увидел знакомого хлопца.
При мне его приняли и допрашивали разведчики. Такой забавный пухляш, лет 25. Дали в рыло пару раз и отпустили. Однако, он оказался молодым сотрудником СБУ. Это уже рассказали на Ютуб.  Теперь же, с оружием в руках он спасает Украину, по его словам "после такого что ОНИ делают".
Да и черт с ним, таких уже не перевоспитать. В свое время РУССКИЙ СОЛДАТ его отпустил. И правильно сделал. Мы не ОНИ.
Ад не что то эфемерное, на войне ад он вот прям здесь и сейчас. Можно в него войти и выйти человеком. Можно выйти и вынести его с собой, навсегда. Не спать ночами, лечиться,  или наоборот спиться. Будучи на войне можно обмануться и почувствовать себя этаким богом, в самом отвратительном смысле. У тебя власть, твой автомат. Ты можешь лишать жизни или наоборот. Мои братья не обманулись, черту не пересекли, НИ ОДИН. Есть сопутствующие потери, это хаос войны. Так бывает и это трагедия. Это случалось и у нас и у противника.

10. Касаемо самолёта, наверное да. Техники на самом деле было много и рассредоточена она была везде и прилетало везде. Так что лично я не разделяю ажиотажа вокруг Мрии.

Нормальным военным со стороны противника все равно, они выполняли задачу. Мне как солдату тоже, делаю что должен и будь что будет.
Ни один самолёт не стоил ни одной жизни которая оборвалась в те дни.
Что СМИ противника сделали самолёт символом нашей агрессии вполне нормально. Что мы смеемся над "глупыми хохлами" которые сами его и уничтожили - мне отвратительно. Зачем нам быть как они?
Если они поголовно нас считают зомби и ватниками, зачем нам их поголовно считать идиотами, давать им позорные клички и пр.
Я УВАЖАЮ их как противника на поле боя, люди дерутся достойно. Убил бы столько раз сколько смог, но, я их уважаю.
Мое мнение, это мое мнение. Пройдя то что я прошел, считаю имею на него право. Как в 22 году так и сейчас я считаю что мы один народ.

Ошибки.
3.03 меня не было в самом городе. Я не смог помочь тем своим братьям которые в этом нуждались, не уберёг.
При этом я не спрятался и не отказался. Моя подгруппа была в другом месте и выполняла другую задачу. Так вышло.
8.03  не уберёг товарища, которого отпустил в соседний подъезд в поисках воды, не заставил его надеть бронежилет.
Война устроена таким образом что как бы ты не старался избежать трагедий, они наступают. Как бы ты не был собран, рано или поздно случается такое в чем твоя косвенная или непосредственная вина. Вне зависимости от твоего звания или должности. Если ты мужчина ты это принимаешь и стараешься больше такого не допустить. Так и делаю.