Сейчас расскажу жуткую историю из жизни владельцев террас.

Приезжаю на стройку. Там лежит неопознанный блестящий объект. Детским игрушкам тут вроде не место, для Нового года рановато.

Хозяин квартиры такой:
— Сейчас будем украшать этим ограду.

Я уже натренирован встречать любые причуды заказчиков с каменным лицом, поэтому идем вешать. Как выяснилось, это совсем не причуда, а острая необходимость.
Блестящий объект оказался голографической совой.

История такая. Вороны сбиваются в стаю и загоняют какую-нибудь нерасторопную чайку в угол террасы или под неё во дворе. И там добивают. Перья и прочие комплектующие от несчастной птицы потом валяются вокруг.

Изображение сияющей атакующей совы как бы намекает воронам, что лучше делать свои тёмные дела в другом дворе. Колокольчик снизу, видимо, как-то дополняет этот эффект.

— Питер такой Питер, конечно, — задумчиво изрёк заказчик, глядя на наше украшение.

Полностью с ним согласен. Лучше бы это была новогодняя игрушка.

Помните, я ныл, что новые двери вечно портят наши старинные интерьеры своим слишком идеальным видом?

Пора отчитаться, что затея с ручным изготовлением дверей удалась.
Немного неровные и шероховатые, со следами руки мастера и отсутствием заводской симметрии - они совсем не отличаются от своих отреставрированных старших товарищей.

Красили, как и положено в творческом порыве, сначала краскопультом, потом немного кисточкой, где-то валиком, где-то пальцем.
Поэтому по текстуре они наконец-то без эффекта пластиковой эмали. Прожилки дерева, щербинки и прочая фактура, хоть и не просвечивает через несколько слоев краски, но все равно считывается глазом.

Будем ли мы встраивать в эти двери старинную фурнитуру, вопрос пока открытый.
С одной стороны, это довольно сложный процесс, старые замки и ручки плохо функционируют. Надо быть фанатом истории в достаточной степени, чтобы терпеть ежедневные неудобства при попытке закрыться в собственном кабинете.
С другой, старинных ручек в этом мире явно осталось больше, чем дверей, и должны же они теперь где-то жить.

За первое видео хозяева камина ласково прозвали его Хоттабычем. Видимо, сказались дымовые и огненные спецэффекты. Хотя я всё ещё считаю его камином-киборгом.

Топка была предусмотрительно завалена битыми кирпичами на случай, если кому-то из жителей коммунальной квартиры придёт в голову развести костёр в коридоре. Учитывая отдельные для каждой комнаты газовые плиты, которые стояли на кухне, такой сценарий вполне вероятен.

Чтобы попасть в дымоход, мы наконец-то сняли инородную облицовку над мраморным порталом. Вместо неё там будет красивое зеркало — было бы грустно узнать в середине проекта, что плитка — необходимая часть конструкции.

Для оживления камина осталось разобрать топку, найти там клад и восстановить целостность дымохода.

Как-то встретил нашего печника на улице и не узнал. Оказывается, мой мозг идентифицировал его по зольному налёту на лице.

Вообще, я думаю, что каждый трубочист в душе спелеолог. С пещерами в Москве и в Санкт-Петербурге туго, а страсть к исследованиям надо где-то реализовывать.
Принцип обследования дымохода тот же — просто представляешь себе, что это пещера поменьше.

1. Сначала ищешь вход. Если существующий вход перекрыт завалами от замёрзших жителей квартиры — делаешь новый.

2. Изучаешь ответвления. Если мы хотим, чтобы дым уходил строго наверх, никаких проходов вбок. Дымоходы — самая слабая часть старинного дома. Стены проседают, а с ними разрушается и кирпичная кладка трубы.

3. Смотришь завалы и наросты по пути. Заделывали отверстия и саму трубу не просто так. Например, в той же квартире на другой стене ежегодно промерзали трубы. Причина — идущий внутри стены дымоход, о котором просто никто не знал.

4. Наконец-то видишь небо.

У нашего пациента полный набор препятствий: отверстия в соседние дымоходы и странные «сталактиты», которые наросли за время использования камина в качестве консольного столика (на втором фото).

Из хороших новостей — небо теперь всё-таки видно.

Звонит мне вчера наш поставщик напольного покрытия. Я думаю: «Что случилось?»
А он такой:

— Посты где? Почему тишина? Мы всё ждём.

Однако приятно.

В своё оправдание скажу, что на улице, вообще-то, солнце, и у меня включился весь летний набор рефлексов, с единственной поправкой. Теперь попить мне выносит не мама соседских мальчиков, а официанты на террасах.

А напишу я о совсем не летней теме. Первое, что покупают новые жители наших проектов в старом фонде после въезда в квартиру — это кочерга.

Желание пошевелить горящие деревяшки в собственном камине непреодолимо даже в +35.

Для безопасности данной процедуры мы устанавливаем притопочный лист перед топкой камина. Это тонкое металлическое покрытие на напольное покрытие.

Обычно используем латунь. Идеально отражает тёплый свет, дополняет латунные дверцы и сочетается с паркетом любого цвета.

И вот тут наступает тот редкий день, когда я слышу проклятия в сторону печных мастеров прошлого от своей команды. Причём чем красивее печь, тем громче. Притопочный лист у нас почему-то входит в раздел «декор», а значит, и заказывают его декораторы.

Что только они ни делали, чтобы вырезать лист нужной формы: ниточки, проволочки, фольга и прочие технологичные решения от гуманитариев.

Я устал на это смотреть и привёл им инженера. Тот принёс с собой чудо чудное — гибкую линейку. Похмыкал, перерисовал контур на трафарет и ушёл.

Всё, спите спокойно, печные мастера. А листы латуни из раздела «декор» я всё-таки уберу.

Когда тебе предстоит демонтаж в квартире в первый раз, ты думаешь:
«Ох, как же отломать ненужное, но не порушить окончательно сам дом!»

Во второй раз — ты смотришь не в квартиру, а на ширину улицы, на которой эта квартира находится.

Когда-то, в прошлой жизни, мы делали трубопровод для одного очень высокого здания. Элементы из труб приходилось собирать в цеху и перевозить через весь город на двенадцатиметровой машине на саму стройку.
Вы когда-нибудь задумывались, как разворачиваются такие машины?
Я тоже нет, пока одна из них, нагруженная огромными трубами, не застряла намертво. В попытке разворота, она перекрыла целое шоссе. До сих пор помню это беспомощное ощущение. Кому звонить? МЧС? Королю эвакуаторов? Супергероям Marvel?

Теперь соотношение ширины улиц и размеров машин на ней вызывает у меня тревогу. Как назло, демонтаж в любой старой части города - идеальное комбо.

Мы не убираем черновую засыпку. Часто не трогаем лепнину. Но вывоз ненужных частей квартиры — это всё равно тонны и тонны мусора и много часов погрузки.

В связи с этим у меня вопрос к жителям какой-нибудь Барселоны, где улицы ещё у́же в 10 раз. А вы как это делаете вообще? Вертолётами?

Моя команда решила в принудительном порядке объяснить мне, что такое выходные. Делюсь секретом:
Это — когда нельзя думать о стройке.

Писать, видимо, тоже нельзя, поэтому вот вам просто мои размышления.

Особо внимательные могли заметить, что я рассказываю про квартиры и в Москве, и в Санкт-Петербурге. А значит, обитаю то там, то там.

Как у любого человека, которому приходится сравнивать эти два города, моё сердце вечно болит за город на Неве.

Думаю, я разгадал секрет столь ошеломительного успеха комитета по градостроительству Москвы. Они приняли за основу концепцию о том, что средний возраст их жителей — примерно пять лет.
Поэтому город надо превратить в нарядный пряник и наполнить развлечениями. Вот тебе джунгли посреди улиц, вот канатная дорога. Не нравятся кабинки? Можешь лететь рядом на зиплайне, свесив ноги над Москвой-рекой. Потом не забудь выпить чай в гигантском самоваре. Ну и, конечно, всё это на электробусиках.

Встретились тут внезапно с московскими заказчиками в Санкт-Петербурге. Только собрался оправдываться за отсутствие огромных самоваров, а они такие:

— Как же хорошо у вас! Так обшарпанно, аутентично. А то уже глаза устали от этой московской вылизанности...

Тут я чего-то призадумался. И правда, если наш мрачный город тоже весь отмоют и починят, на что будут смотреть иностранцы, начитавшиеся Достоевского? Хоть специальный квартал им оставляй с тёмными подворотнями и дворами-колодцами в их, так сказать, первозданном виде...

Так вот, Санкт-Петербург — это какой-то резкий переход во взрослую жизнь. Всё очень величественно и серьёзно, но куча проблем. Там трещина, там сколотая лепнина, там вообще усадьба стоит заброшенная.

Как человек, который только что узнал, что мы будем снова ждать несколько месяцев согласования фасадных работ из-за ошибки в расчете инсоляции, могу рассказать, почему так происходит.

После лихих 90-х с их незаконными мансардами и бизнес-центрами в домах-музеях, правила качнулись в обратную сторону. Согласовать что-либо в доме под охраной ( почти вся центральная часть города) — это долгие часы раскопок в архивах в попытке доказать, что фасад был зелёный. Аргумент «вот посмотрите, он и сейчас зелёный» больше не работает. Процесс одобрения затягивается на годы, а дома так и стоят нетронутыми. Поэтому в игре остаются только настоящие фанаты первозданного городского облика. Что, конечно, правильно, но чертовски долго.

Так что завязываем с мечтами о зиплайне через Неву и продолжаем носить с собой томики Бродского.

P.S. Хотел ещё пошутить про совсем оборзевшую Москву с их белоснежным песком на полях для волейбола посреди города, но вчера в Санкт-Петербурге устроили немыслимое — целый пляж для волейбольного кубка прямо посреди Дворцовой площади. Поэтому шутка не срослась.

По инсайдерской информации от водителя такси, ребята обещали за собой тщательно пропылесосить брусчатку.