Forwarded from Пилигрим
Представляем новый выпуск рубрики «Взгляд сообщества»: в ней друзья нашей платформы — кинокритики, киноведы, кураторы — рассказывают о любимых фильмах, доступных на «Пилигриме».
Сегодня своим выбором делится Егор Сенников — кинокритик, журналист, куратор (МКФ «Послание к человеку», Московский еврейский фестиваль), автор книг «Они отвалились: как закончился социализм в Восточной Европе», «Великие авантюры эпохи», ведущий именного telegram-канала.
Фильмы:
«Умирали, как мухи, в 90-е», реж. Елизавета Снаговская
«Война Раи Синициной», реж. Ефим Грабой
«Топография памяти», реж. Настасья Лапша, Саша Зубковский
«Ее право», реж. Саодат Исмаилова
«Я вспоминаю», реж. Владислав Зайцев
Сегодня своим выбором делится Егор Сенников — кинокритик, журналист, куратор (МКФ «Послание к человеку», Московский еврейский фестиваль), автор книг «Они отвалились: как закончился социализм в Восточной Европе», «Великие авантюры эпохи», ведущий именного telegram-канала.
Фильмы:
«Умирали, как мухи, в 90-е», реж. Елизавета Снаговская
«Война Раи Синициной», реж. Ефим Грабой
«Топография памяти», реж. Настасья Лапша, Саша Зубковский
«Ее право», реж. Саодат Исмаилова
«Я вспоминаю», реж. Владислав Зайцев
❤6🔥6👏3😢1👌1
Джеффри Эпштейн, как выяснили уже многие, переписывался с Брайаном Бойдом, набоковедом и автор фундаментально биографии Набокова. У Эпштейна вообще был внутренний культ Набокова (и, естественно, «Лолиты» — в архиве немало фотографий, где первые строчки «Лолиты» написаны на женских телах). Бойд, отвечая на вопрос Эпштейна, советует начать знакомство с писателем с «Бледного пламени», «Защиты Лужина» и «Пнина», а также со своей биографии писателя. Но есть подозрение, что особенно сильно на Эпштейна должна была повлиять еще и «Ада». Вспомнилось — цитату даю в переводе Бабикова:
«Наделенный богатым воображением Эрик явно искал выхода для своих первых плотских томлений, и в подробно изложенном им проекте (навеянном невоздержанным чтением бесчисленных эротических опусов, найденных в меблированном доме, который его дед купил недалеко от Ванса у графа Толстого, русского или поляка) содержалось описание сети роскошных борделей, возвести которую „на двух полушариях нашего каллипигийского глобуса“ позволило бы ему полученное наследство. Эрик представлял себе что-то вроде фешенебельного клуба с отделениями или, по его поэтическому выражению, „амурантами“, расположенными в окрестностях городов и курортов. Членами „Виллы Венус“ могли быть исключительно люди благородного происхождения, „красивые и здоровые“, не старше пятидесяти лет (похвальное великодушие со стороны бедного мальчика), платящие ежегодный взнос в размере 3650 гиней, не считая расходов на букеты, драгоценности и другие галантные подношения.
Постоянно находящимся при отделениях женщинам-врачам, красивым и молодым („напоминающим американских секретарш или ассистенток дантистов“), надлежало проверять интимное физическое состояние „ласкающего и ласкаемого“ (еще одна удачная формула), а также осматривать друг друга, ежели в том „возникнет необходимость“. Один пункт в Правилах Клуба как будто указывал на то, что Эрик, несмотря на бурлящее в нем вожделение к женскому полу, вкусил удовольствия эрзац-возни со своими однокашниками в Ноте (известного тона подготовительной школе-пансионе): из не более чем пятидесяти постояльцев главных амурантов по крайней мере двое могли быть прелестными фавненками в коротких хитонах и головных повязках — белокурые не старше четырнадцати лет, темненькие — двенадцати. Однако, дабы исключить постоянный поток „закоренелых уранистов“, пресыщенный гость мог ублажаться с мальчишкой только в перерыве между двумя сериями по три девушки в каждой и только в том случае, если все эти посещения происходили в течение одной недели — несколько комичное, но не лишенное практической сметки условие.
Претендентки для каждого амуранта отбирались Комитетом Членов Клуба, принимавшим во внимание годовой свод отзывов и предложений, заносившихся гостями в особую „Розовую Книгу“. „Краса и нежность, грация и покорность“ — таковы необходимые и главные достоинства соискательниц от пятнадцати до двадцати пяти лет в случае „стройных нордических куколок“ и от десяти до двадцати лет в случае „пышных южных чаровниц“. Они бы резвились и нежились в „будуарах и оранжереях“, неизменно обнаженные и готовые к соитию; другое дело приставленные к ним в услужение субретки, привлекательно одетые служанки более или менее экзотического происхождения, „недоступные для желаний членов Клуба без специального дозволения Правления“».
«Наделенный богатым воображением Эрик явно искал выхода для своих первых плотских томлений, и в подробно изложенном им проекте (навеянном невоздержанным чтением бесчисленных эротических опусов, найденных в меблированном доме, который его дед купил недалеко от Ванса у графа Толстого, русского или поляка) содержалось описание сети роскошных борделей, возвести которую „на двух полушариях нашего каллипигийского глобуса“ позволило бы ему полученное наследство. Эрик представлял себе что-то вроде фешенебельного клуба с отделениями или, по его поэтическому выражению, „амурантами“, расположенными в окрестностях городов и курортов. Членами „Виллы Венус“ могли быть исключительно люди благородного происхождения, „красивые и здоровые“, не старше пятидесяти лет (похвальное великодушие со стороны бедного мальчика), платящие ежегодный взнос в размере 3650 гиней, не считая расходов на букеты, драгоценности и другие галантные подношения.
Постоянно находящимся при отделениях женщинам-врачам, красивым и молодым („напоминающим американских секретарш или ассистенток дантистов“), надлежало проверять интимное физическое состояние „ласкающего и ласкаемого“ (еще одна удачная формула), а также осматривать друг друга, ежели в том „возникнет необходимость“. Один пункт в Правилах Клуба как будто указывал на то, что Эрик, несмотря на бурлящее в нем вожделение к женскому полу, вкусил удовольствия эрзац-возни со своими однокашниками в Ноте (известного тона подготовительной школе-пансионе): из не более чем пятидесяти постояльцев главных амурантов по крайней мере двое могли быть прелестными фавненками в коротких хитонах и головных повязках — белокурые не старше четырнадцати лет, темненькие — двенадцати. Однако, дабы исключить постоянный поток „закоренелых уранистов“, пресыщенный гость мог ублажаться с мальчишкой только в перерыве между двумя сериями по три девушки в каждой и только в том случае, если все эти посещения происходили в течение одной недели — несколько комичное, но не лишенное практической сметки условие.
Претендентки для каждого амуранта отбирались Комитетом Членов Клуба, принимавшим во внимание годовой свод отзывов и предложений, заносившихся гостями в особую „Розовую Книгу“. „Краса и нежность, грация и покорность“ — таковы необходимые и главные достоинства соискательниц от пятнадцати до двадцати пяти лет в случае „стройных нордических куколок“ и от десяти до двадцати лет в случае „пышных южных чаровниц“. Они бы резвились и нежились в „будуарах и оранжереях“, неизменно обнаженные и готовые к соитию; другое дело приставленные к ним в услужение субретки, привлекательно одетые служанки более или менее экзотического происхождения, „недоступные для желаний членов Клуба без специального дозволения Правления“».
🤯21🔥9❤6😢5👏1
Forwarded from Порез бумагой
#выйдут
↕️ Дороги, которые мы выбираем, маршруты, выбранные за нас, сборник очерков о протоптанных, тайных, неисповедимых тропах прошлого столетия, по которым мы движемся и сегодня: открываем предзаказ на книгу Егора Сенникова «Расходящиеся тропы. Очерки России ХХ века — о тех, кто уехал, и тех, кто остался».
↔️ Сад «Расходящихся троп» разбили на Ozon с «Читай-Городом»: клик.
В каждом из очерков книги куратор и исследователь Егор Сенников выхватывает из потока истории судьбы отдельных людей: от когда‑то всевластного Льва Троцкого до погибшего на гражданской вой не в Испании летчика‑белогвардейца Всеволода Марченко, от создательницы «Рабочего и колхозницы» Веры Мухиной до вернувшейся в СССР спустя 65 лет поэтессы Ирины Одоевцевой. Выхватывает, чтобы запечатлеть мгновенной фотовспышкой, на паре страниц рассказать, как обошелся с ними XX век, и идти дальше. Политики, поэты и художники, лауреаты премий и эмигранты, беженцы и возвращенцы — все они двигались путаными дорогами, которые иногда выбирали, иногда принимали, смиряясь с неизбежным. Отрывистая, стремительная книга, где из разрозненных фрагментов складывается портрет сурового времени, чем‑то похожего и на сегодняшний день.
↕️ Дороги, которые мы выбираем, маршруты, выбранные за нас, сборник очерков о протоптанных, тайных, неисповедимых тропах прошлого столетия, по которым мы движемся и сегодня: открываем предзаказ на книгу Егора Сенникова «Расходящиеся тропы. Очерки России ХХ века — о тех, кто уехал, и тех, кто остался».
↔️ Сад «Расходящихся троп» разбили на Ozon с «Читай-Городом»: клик.
В каждом из очерков книги куратор и исследователь Егор Сенников выхватывает из потока истории судьбы отдельных людей: от когда‑то всевластного Льва Троцкого до погибшего на гражданской вой не в Испании летчика‑белогвардейца Всеволода Марченко, от создательницы «Рабочего и колхозницы» Веры Мухиной до вернувшейся в СССР спустя 65 лет поэтессы Ирины Одоевцевой. Выхватывает, чтобы запечатлеть мгновенной фотовспышкой, на паре страниц рассказать, как обошелся с ними XX век, и идти дальше. Политики, поэты и художники, лауреаты премий и эмигранты, беженцы и возвращенцы — все они двигались путаными дорогами, которые иногда выбирали, иногда принимали, смиряясь с неизбежным. Отрывистая, стремительная книга, где из разрозненных фрагментов складывается портрет сурового времени, чем‑то похожего и на сегодняшний день.
❤18🔥7👏3👌1
Forwarded from ЕГОР СЕННИКОВ
Прочитал интересную книгу "The Spy's Son" Брайана Денсона — об американском предателе и русских разведчиках
Денсон рассказывает историю Джима Николсона, американского сотрудника ЦРУ (и мормона - интересная деталь), который в 1980-е энергично строил свою карьеру во внешней разведке, но в итоге стал предателем и начать сливать секреты России. К такому итогу во многом привело то, что увлекшись работой Николсон совсем позабыл о семье, что в итоге надоело его жене - она подала на развод во время работы Николсона в Бухаресте в начале 1990-х годов. Развод серьезно ударил по финансам Николсона - и после того как его назначили руководителем американской резидентуры в Куала-Лумпуре, он начал контакты со Службой внешней разведки РФ - причем с ведома ЦРУ (официально речь шла о сотрудничестве - и о надежде на возможность вербовки шефа русской резидентуры).
Николсон рассудил, что раз в 1994 году был раскрыт "крот" в ЦРУ (Олдрич Эймс), который годами занимался шпионажем в пользу России, то значит у России появится необходимость в новом информаторе. Поэтому на первой же встрече предложил русскому разведчику свои услуги и информации.
Николсон оказался крайне ценным агентом - после Куала-Лумпура он работал одним из преподавателей на "Ферме" -- тренировочном центре ЦРУ, где будущих агентов обучают шпионским премудростям; в итоге он раскрыл российской разведке данные о более чем 100 будущих агентов ЦРУ, которые готовились начать свою карьеру под прикрытием по всему миру.
Николсон работал на СВР 2 года, после чего он завалил рутинную проверку на полиграфе, его начала подозревать контрразведка, обнаружила непонятные финансовые поступления (в общей сложности он получил от России около 300 тысяч долларов). Его арестовали (прямо перед вылетом к новому назначению за рубежом), арестовали и присудили 23 года тюрьмы (от пожизненного срока его спасло сотрудничество со следствием).
Казалось бы - end of story. Но не тут-то было! То ли он кому-то хотел что-то доказать, то ли решил оставаться предателем до конца - но как бы там ни было, он стал готовить своего младшего сына к тому, чтобы работать на Россию. Николсон сохранил какие-то контакты с агентами СВР в США - и через младшего сына (Натаниэля) стал передавать из тюрьмы какие-то свои записки с информацией (в основном о том, каким образом ЦРУ удалось раскрыть его - информация, которая полезна для разведки, чтобы понимать как работать с другими своими агентами из конкурирующих разведок). Сын понимал, что происходит - но согласился.
Натан начал встречаться с русскими в разных неожиданных местах - вроде Мексики. На этих встречах Натаниэль отдавал письма, полученные от отца, а в обмен получал наличные и указания о следующей встрече. Была разработана целая примечательная история для подачи сигналов русским о готовности к встрече: на почтовом аккаунте Yahoo Натаниэль писал черновик письма с кодовыми фразами, обозначавшими, что он готов к встрече в назначенном месте, и сохранял в черновиках — а русский разведчик потом заходил в этот же аккаунт и читал черновик - то есть письмо не покидало почту.
Все закончилось в 2008 году - за Николсоном уже давно следило ФБР. Последняя встреча Натаниэля и русской разведки состоялась в 2008 году. Натан полетел на Кипр — как пишет автор книги, Кипр переполнен разнообразными шпионами — русскими, турками, американцами, израильтянами, англичанами, греками — слишком много разнообразных интересов сходится, на острове между Европой, Азией и Ближним Востоком. На встречу Николсон привез какие-то очередные сообщения отца, получил 12 тысяч долларов (хотели дать 13, но Натан сказал, что ввозить больше 10 тысяч долларов не декларируя запрещено, поэтому взял меньше - 2 тысячи просадил на Кипре). Когда он вернулся в США, то отправился домой, лег спать - а проснулся от того, что в дверь стучали агенты ФБР. В итоге Николсону-старшему накинули еще 8 лет (должен выйти в 2024), Натаниэлю дали 5 лет с испытательным сроком (он тоже энергично сотрудничал со следствием). Не знаю, чем учит эта история - но захватывающе.
Денсон рассказывает историю Джима Николсона, американского сотрудника ЦРУ (и мормона - интересная деталь), который в 1980-е энергично строил свою карьеру во внешней разведке, но в итоге стал предателем и начать сливать секреты России. К такому итогу во многом привело то, что увлекшись работой Николсон совсем позабыл о семье, что в итоге надоело его жене - она подала на развод во время работы Николсона в Бухаресте в начале 1990-х годов. Развод серьезно ударил по финансам Николсона - и после того как его назначили руководителем американской резидентуры в Куала-Лумпуре, он начал контакты со Службой внешней разведки РФ - причем с ведома ЦРУ (официально речь шла о сотрудничестве - и о надежде на возможность вербовки шефа русской резидентуры).
Николсон рассудил, что раз в 1994 году был раскрыт "крот" в ЦРУ (Олдрич Эймс), который годами занимался шпионажем в пользу России, то значит у России появится необходимость в новом информаторе. Поэтому на первой же встрече предложил русскому разведчику свои услуги и информации.
Николсон оказался крайне ценным агентом - после Куала-Лумпура он работал одним из преподавателей на "Ферме" -- тренировочном центре ЦРУ, где будущих агентов обучают шпионским премудростям; в итоге он раскрыл российской разведке данные о более чем 100 будущих агентов ЦРУ, которые готовились начать свою карьеру под прикрытием по всему миру.
Николсон работал на СВР 2 года, после чего он завалил рутинную проверку на полиграфе, его начала подозревать контрразведка, обнаружила непонятные финансовые поступления (в общей сложности он получил от России около 300 тысяч долларов). Его арестовали (прямо перед вылетом к новому назначению за рубежом), арестовали и присудили 23 года тюрьмы (от пожизненного срока его спасло сотрудничество со следствием).
Казалось бы - end of story. Но не тут-то было! То ли он кому-то хотел что-то доказать, то ли решил оставаться предателем до конца - но как бы там ни было, он стал готовить своего младшего сына к тому, чтобы работать на Россию. Николсон сохранил какие-то контакты с агентами СВР в США - и через младшего сына (Натаниэля) стал передавать из тюрьмы какие-то свои записки с информацией (в основном о том, каким образом ЦРУ удалось раскрыть его - информация, которая полезна для разведки, чтобы понимать как работать с другими своими агентами из конкурирующих разведок). Сын понимал, что происходит - но согласился.
Натан начал встречаться с русскими в разных неожиданных местах - вроде Мексики. На этих встречах Натаниэль отдавал письма, полученные от отца, а в обмен получал наличные и указания о следующей встрече. Была разработана целая примечательная история для подачи сигналов русским о готовности к встрече: на почтовом аккаунте Yahoo Натаниэль писал черновик письма с кодовыми фразами, обозначавшими, что он готов к встрече в назначенном месте, и сохранял в черновиках — а русский разведчик потом заходил в этот же аккаунт и читал черновик - то есть письмо не покидало почту.
Все закончилось в 2008 году - за Николсоном уже давно следило ФБР. Последняя встреча Натаниэля и русской разведки состоялась в 2008 году. Натан полетел на Кипр — как пишет автор книги, Кипр переполнен разнообразными шпионами — русскими, турками, американцами, израильтянами, англичанами, греками — слишком много разнообразных интересов сходится, на острове между Европой, Азией и Ближним Востоком. На встречу Николсон привез какие-то очередные сообщения отца, получил 12 тысяч долларов (хотели дать 13, но Натан сказал, что ввозить больше 10 тысяч долларов не декларируя запрещено, поэтому взял меньше - 2 тысячи просадил на Кипре). Когда он вернулся в США, то отправился домой, лег спать - а проснулся от того, что в дверь стучали агенты ФБР. В итоге Николсону-старшему накинули еще 8 лет (должен выйти в 2024), Натаниэлю дали 5 лет с испытательным сроком (он тоже энергично сотрудничал со следствием). Не знаю, чем учит эта история - но захватывающе.
🔥13❤7🤬1
ЕГОР СЕННИКОВ
Прочитал интересную книгу "The Spy's Son" Брайана Денсона — об американском предателе и русских разведчиках Денсон рассказывает историю Джима Николсона, американского сотрудника ЦРУ (и мормона - интересная деталь), который в 1980-е энергично строил свою…
⬆️⬆️⬆️
Оказывается, выпустили уже из тюрьмы старшего Николсона!
Оказывается, выпустили уже из тюрьмы старшего Николсона!
🔥7❤4👏3🤯1🤬1
Forwarded from Совершенно Раскрыто
В ноябре 1959 года в Москве случилась история, слегка напоминающая момент из фильма "Зелёная книга". В то время в Москве выступала известная американская певица Маттивильда (в документе почему-то названия Матильдой) Джонс (1925-2015). Гастроли шли успешно, и она была удостоена приёма в посольстве Швеции в СССР. Однако в американском посольстве никто не предпринял устроить в честь своей именитой подданой приём или какое-либо иное протокольное мероприятие. Причина, по мнению автора отчета (это не маршал Жуков, если что!) крылась в том, что певица являлась чёрной, а в те годы американское общество ещё достаточно серьезно смотрело на цвет и оттенок кожи. И хоть её муж, швед по национальности, просил не придавать этому факту политического оттенка, но от него деваться было некуда. Но, несмотря на это, Джонс была благодарна за радушие московской публики.
РГАНИ, ф. 5, оп. 30, д. 309, л. 156
РГАНИ, ф. 5, оп. 30, д. 309, л. 156
❤9👏6
Из выпуска «Огонька» к 30-летию смерти Ленина: мифотворчество о прибытии Ленина в Петроград (конечно же он едет вместе с кочегаром, а за спиной его в саже и пыли спрятался Сталин), в Баку на площади Сталина готовят установку памятника Ильичу (площадь переименуют в честь Ленина в 1950-х, а в 1991 году памятник снесут), в недавно открытом ГУМе показывают людям пылесосы, великий фотограф Дмитрий Бальтерманц делает фотографии в колхозе имени Ленина около Горок (через 40 лет его председателем станет Павел Грудинин), в Москве — бразильская певица, дружба с исландцами, а советские лыжницы едут в Швейцарию; в Москву приехал Луи Арагон представлять роман про коммунистов; люди стоят в очереди в Мавзолей.
❤9👏2🤯1