Forwarded from USSResearch
В 1942 году американский художник Эдвард Хоппер создает свою самую известную картину «Полуночники» ( Nighthawks). Сюжет картины навеян закусочной в районе Гринвич-Виллидж на Манхэттене, по соседству с домом художника.
В 1964 году Всеволод Тарасевич делает снимок "Александр Лаврентьев с супругой в кафе". Кафе «Привет» находилось на Ленинском проспекте
В 1964 году Всеволод Тарасевич делает снимок "Александр Лаврентьев с супругой в кафе". Кафе «Привет» находилось на Ленинском проспекте
🔥24❤12👌4
Forwarded from Кенотаф
Счастье сложно описать, трудно уловить, невозможно однозначно определить. Оно может быть совсем неприглядным, неожиданным и странным для окружающих, а иногда над самыми счастливыми минутами мрачно нависают тени грядущих трагедий.
Картина Василия Верещагина «Конец Бородинского боя», 1900 год.
#в_поисках_счастья
Поддержите «Кенотаф» подпиской: телеграм-канал | Boosty
Картина Василия Верещагина «Конец Бородинского боя», 1900 год.
#в_поисках_счастья
Поддержите «Кенотаф» подпиской: телеграм-канал | Boosty
❤15
Forwarded from Послание к человеку
Это не должно было произойти
Объявляем следующую спецпрограмму нашего фестиваля. В сердце программы — попытка начать диалог о травме, личной, коллективной, вызванной самыми разными событиями человеческой и социальной жизни.
В современной культуре нет понятия, такого же расхожего и вместе с тем труднодоступного, как травма. Мы часто упоминаем её и редко говорим о ней всерьёз. При этом, как говорят психологи, важный элемент проживания травматического опыта — возможность выразить его в словах. Фильмы программы «Это не должно было произойти» на разных языках говорят о том, что кажется невыразимым.
В карточках — рассказ о том, как видят программу её кураторы Егор Сенников и Никита Смирнов, и список фильмов, которые мы покажем на «Послании к человеку» с 18 по 27 октября.
В следующем посте Егор и Никита расскажут подробнее о фильмах, которые отобрали для спецпрограммы.
Объявляем следующую спецпрограмму нашего фестиваля. В сердце программы — попытка начать диалог о травме, личной, коллективной, вызванной самыми разными событиями человеческой и социальной жизни.
В современной культуре нет понятия, такого же расхожего и вместе с тем труднодоступного, как травма. Мы часто упоминаем её и редко говорим о ней всерьёз. При этом, как говорят психологи, важный элемент проживания травматического опыта — возможность выразить его в словах. Фильмы программы «Это не должно было произойти» на разных языках говорят о том, что кажется невыразимым.
В карточках — рассказ о том, как видят программу её кураторы Егор Сенников и Никита Смирнов, и список фильмов, которые мы покажем на «Послании к человеку» с 18 по 27 октября.
В следующем посте Егор и Никита расскажут подробнее о фильмах, которые отобрали для спецпрограммы.
❤8🔥4👏2🕊1
Построить мир, существующий только в фантазии
Небольшая группа кинематографистов в Голливуде собралась в благоговении на большой съемочной площадке «Робин Гуда». Перед ними возвышался огромный замок, искусно спроектированный и выполненный, каждая деталь которого была тщательно выполнена. Это была не просто декорация — это было чудо, доказательство таланта Уилфреда Бакленда, человека, чья работа произвела революцию в том, как снимались фильмы.
Имя Бакленда стало синонимом кинематографических инноваций. Уилфред Бакленд прибыл в Голливуд в 1914 году, поработав до того на Бродвее в качестве художника по декорациям и свету. Он заработал начальную репутацию благодаря работе с продюсером Дэвидом Беласко, но когда Сесил Б. Демилль привел его в молодую киноиндустрию, Бакленд раскрыл свой творческий потенциал способами, которые он и сам не мог себе представить. Он не просто проектировал декорации — он создавал захватывающие миры.
Одним из его первых крупных проектов был фильм Демилля «Муж индианки» 1914 года. Демилль позже приписал Бакленду возвышение искусства дизайна декораций в кино. «Сегодня декорации — один из важнейших элементов в кинопроизводстве», — писал Демилль. «Если кто-то когда-либо захочет перечислить мой вклад в кино, я надеюсь, что мое приглашение Уилфреда Бакленда в Голливуд будет поставлено в начало списка».
Но именно его работа над «Робин Гудом» в 1922 году закрепила место Бакленда в истории кино. Фильм с Дугласом Фэрбенксом в главной роли мгновенно стал классикой. Замок, спроектированный для фильма, был самой большой декорацией, которую когда-либо видел Голливуд. Внушительная средневековая крепость, которая, казалось, поднималась из тумана самого времени. Винтовая лестница, тяжелые каменные стены и большой зал, задрапированный богатыми фактурными тканями. Это был не просто фон; это был живой персонаж в истории.
Сам Фэрбенкс был поражен, когда впервые увидел замок. Некоторые утверждали, что он был настолько напуган величием этого, что хотел вообще отказаться от проекта. Но вместо этого он с головой окунулся в роль, прыгая по секретным ходам замка, съезжая по канатам и прыгая с балконов с присущей ему энергией, превратив шедевр Бакленда в свою игровую площадку.
Бакленд не довольствовался только дизайном декораций; он настаивал на своем участии в каждом аспекте производства, сотрудничая с режиссерами, операторами и даже актерами, чтобы гарантировать, что его видение будет реализовано на экране. Он требовал такой же дотошности от окружающих. Для Робин Гуда он привлек команду лучших художников-декораторов, включая Антона Грота и Уильяма Кэмерона Мензиса, которые впоследствии сами стали легендами.
В фильме «Женщина Жанна» (1916) его средневековая деревня была впечатляющим творением, полным соломенных крыш и оштукатуренных фахверковых конструкций. Его дизайн для фильмов «Обманщик» (1915) и «Мужчина и женщина» (1919) показал его универсальность — он легко переходил от грандиозного к интимному, каждый из которых создавал скрупулезное произведение искусства.
Небольшая группа кинематографистов в Голливуде собралась в благоговении на большой съемочной площадке «Робин Гуда». Перед ними возвышался огромный замок, искусно спроектированный и выполненный, каждая деталь которого была тщательно выполнена. Это была не просто декорация — это было чудо, доказательство таланта Уилфреда Бакленда, человека, чья работа произвела революцию в том, как снимались фильмы.
Имя Бакленда стало синонимом кинематографических инноваций. Уилфред Бакленд прибыл в Голливуд в 1914 году, поработав до того на Бродвее в качестве художника по декорациям и свету. Он заработал начальную репутацию благодаря работе с продюсером Дэвидом Беласко, но когда Сесил Б. Демилль привел его в молодую киноиндустрию, Бакленд раскрыл свой творческий потенциал способами, которые он и сам не мог себе представить. Он не просто проектировал декорации — он создавал захватывающие миры.
Одним из его первых крупных проектов был фильм Демилля «Муж индианки» 1914 года. Демилль позже приписал Бакленду возвышение искусства дизайна декораций в кино. «Сегодня декорации — один из важнейших элементов в кинопроизводстве», — писал Демилль. «Если кто-то когда-либо захочет перечислить мой вклад в кино, я надеюсь, что мое приглашение Уилфреда Бакленда в Голливуд будет поставлено в начало списка».
Но именно его работа над «Робин Гудом» в 1922 году закрепила место Бакленда в истории кино. Фильм с Дугласом Фэрбенксом в главной роли мгновенно стал классикой. Замок, спроектированный для фильма, был самой большой декорацией, которую когда-либо видел Голливуд. Внушительная средневековая крепость, которая, казалось, поднималась из тумана самого времени. Винтовая лестница, тяжелые каменные стены и большой зал, задрапированный богатыми фактурными тканями. Это был не просто фон; это был живой персонаж в истории.
Сам Фэрбенкс был поражен, когда впервые увидел замок. Некоторые утверждали, что он был настолько напуган величием этого, что хотел вообще отказаться от проекта. Но вместо этого он с головой окунулся в роль, прыгая по секретным ходам замка, съезжая по канатам и прыгая с балконов с присущей ему энергией, превратив шедевр Бакленда в свою игровую площадку.
Бакленд не довольствовался только дизайном декораций; он настаивал на своем участии в каждом аспекте производства, сотрудничая с режиссерами, операторами и даже актерами, чтобы гарантировать, что его видение будет реализовано на экране. Он требовал такой же дотошности от окружающих. Для Робин Гуда он привлек команду лучших художников-декораторов, включая Антона Грота и Уильяма Кэмерона Мензиса, которые впоследствии сами стали легендами.
В фильме «Женщина Жанна» (1916) его средневековая деревня была впечатляющим творением, полным соломенных крыш и оштукатуренных фахверковых конструкций. Его дизайн для фильмов «Обманщик» (1915) и «Мужчина и женщина» (1919) показал его универсальность — он легко переходил от грандиозного к интимному, каждый из которых создавал скрупулезное произведение искусства.
🔥10❤3👏1🤯1🕊1
Forwarded from WeHistory
Феликс фон Люкнер 🇩🇪 (1881—1966) — германский дворянин, мореплаватель и пират на службе Второго рейха по кличке «Морской дьявол».
Герой сегодняшнего рассказа приходится праправнуком Николя Люкнеру — маршалу Франции и военачальнику французской Рейнской армии, которому в XVIII веке был пожалован титул графа королём Дании. Сам же он первоначально слыл довольно бедовым мальчишкой, в 13 лет даже бежавшим из дома служить юнгой за еду на русский парусник, совершавший рейсы между Гамбургом и Австралией. Едва не утонув в пути, он...дезертировал. В Австралии и в Америке же на протяжении около 7 лет попробовал себя на множестве поприщ: охота на кенгуру, продажа книг Армии Спасения, служба помощником смотрителя маяка(вплоть до того момента, когда смотритель застукал юнца в постели со своей дочерью) и служба в мексиканской армии, бокс, ловля рыбы, работа на строительстве, в баре, на железных дорогах и в цирке (фокусы он впоследствии демонстрировал самому кайзеру, тот был в восторге от ловкости рук своего морехода) . Некоторое время даже провёл в чилийской тюрьме по обвинению в краже свиней. Уже всего этого хватило бы для того, чтобы умереть, считая прожитую жизнь максимально интересной, но впоследствии он вернулся на родину и в 20 лет пошёл на морскую службу, с которой у юноши всё сложилось прекрасно.
Способствовала карьерному росту и начавшаяся Первая мировая. Германия быстро смекнула, что не в состоянии на равных противостоять Британии на море, и тут сумрачный тевтонский гений нащупал то, что серьёзно усложнит жизнь морским силам Антанты – подводные лодки и коммерческие рейдеры. Конечно, одним из командиров такого корабля-рейдера«Чёрная жемчужина» «Зееадлер» (Морской орёл) с конца 1916 года был 35-летний Феликс фон Люкер, к тому моменту успевший принять участие в битве в Гельголандской бухте, а также в Ютландском сражении.
Стоит сказать, это был превосходный корабль – трёхмачтовый парусник со стальным корпусом, имевший спрятанные два дизельных двигателя, пушки и пулемёты, а также 63 члена экипажа на борту. «Зееадлер» покинул порт 21 декабря 1916 года под покровом ночи и норвежским флагом, успешно обманув английские патрули, и вырвался на океанские просторы Атлантики. Завидев торговца, команда имитировала пожар и подавала сигналы бедствия, а в других случаях запрашивала точное время – обычная практика для начала века. Мирные суда сближались – вот тут немцы подымали настоящий флаг, расчехляли орудия и в каком-то смысле шли на абордаж. От пиратов прошлого фон Люкнера отличал крайний гуманизм – за 244 дня рейда погиб только один вражеский матрос, и тот случайно. К марту 1917 года трюмы «Зееадлера» были переполнены пленными.
В Атлантике стало тесно, «Зееадлер» двинулся в Тихий океан. У мыса Горн коварные британцы устроили засаду, но внезапный шторм позволил пиратам проскочить незаметно. В Тихом океане немцы принялись за рыбачьи шхуны и американские торговые суда: Тотальная война, как она есть! — поход длился больше 6 месяцев, команда нуждалась в отдыхе, а корабль в ремонте. Феликс принимает решение о стоянке на необитаемом атолле, матросы сошли на берег и вместе с пленными устраивают попойку – они же пираты! Внезапная буря же посадила корабль на мель.
Феликс фон Люкнер не унывает. С частью команды он садится на шлюпку и отправляется в сторону островов Кука для того, чтобы угнать подходящий корабль. Попытка провалится, но не унывающий Люкнер сбегает из плена и угоняет новозеландский моторный катер. Плыл с помощью самодельного секстанта и карты из школьного атласа, однако снова угодил в плен — до конца войны. Оставшиеся на атолле сумели захватить яхту, но вскоре судно разбилось о рифы и моряки сдались властям Чили.
В 1919 году он возвращается на родину, и, скажем так, не скучает: издаёт мемуары, ставшие бестселлером; покупает парусник и плавает на нём по миру; становится масоном. После Второй мировой войны Люкнер переехал в Швецию. Там он жил в Мальме со своей второй женой-шведкой до самой своей смерти в возрасте 84 лет.
Герой сегодняшнего рассказа приходится праправнуком Николя Люкнеру — маршалу Франции и военачальнику французской Рейнской армии, которому в XVIII веке был пожалован титул графа королём Дании. Сам же он первоначально слыл довольно бедовым мальчишкой, в 13 лет даже бежавшим из дома служить юнгой за еду на русский парусник, совершавший рейсы между Гамбургом и Австралией. Едва не утонув в пути, он...дезертировал. В Австралии и в Америке же на протяжении около 7 лет попробовал себя на множестве поприщ: охота на кенгуру, продажа книг Армии Спасения, служба помощником смотрителя маяка
Способствовала карьерному росту и начавшаяся Первая мировая. Германия быстро смекнула, что не в состоянии на равных противостоять Британии на море, и тут сумрачный тевтонский гений нащупал то, что серьёзно усложнит жизнь морским силам Антанты – подводные лодки и коммерческие рейдеры. Конечно, одним из командиров такого корабля-рейдера
Стоит сказать, это был превосходный корабль – трёхмачтовый парусник со стальным корпусом, имевший спрятанные два дизельных двигателя, пушки и пулемёты, а также 63 члена экипажа на борту. «Зееадлер» покинул порт 21 декабря 1916 года под покровом ночи и норвежским флагом, успешно обманув английские патрули, и вырвался на океанские просторы Атлантики. Завидев торговца, команда имитировала пожар и подавала сигналы бедствия, а в других случаях запрашивала точное время – обычная практика для начала века. Мирные суда сближались – вот тут немцы подымали настоящий флаг, расчехляли орудия и в каком-то смысле шли на абордаж. От пиратов прошлого фон Люкнера отличал крайний гуманизм – за 244 дня рейда погиб только один вражеский матрос, и тот случайно. К марту 1917 года трюмы «Зееадлера» были переполнены пленными.
В Атлантике стало тесно, «Зееадлер» двинулся в Тихий океан. У мыса Горн коварные британцы устроили засаду, но внезапный шторм позволил пиратам проскочить незаметно. В Тихом океане немцы принялись за рыбачьи шхуны и американские торговые суда: Тотальная война, как она есть! — поход длился больше 6 месяцев, команда нуждалась в отдыхе, а корабль в ремонте. Феликс принимает решение о стоянке на необитаемом атолле, матросы сошли на берег и вместе с пленными устраивают попойку – они же пираты! Внезапная буря же посадила корабль на мель.
Феликс фон Люкнер не унывает. С частью команды он садится на шлюпку и отправляется в сторону островов Кука для того, чтобы угнать подходящий корабль. Попытка провалится, но не унывающий Люкнер сбегает из плена и угоняет новозеландский моторный катер. Плыл с помощью самодельного секстанта и карты из школьного атласа, однако снова угодил в плен — до конца войны. Оставшиеся на атолле сумели захватить яхту, но вскоре судно разбилось о рифы и моряки сдались властям Чили.
В 1919 году он возвращается на родину, и, скажем так, не скучает: издаёт мемуары, ставшие бестселлером; покупает парусник и плавает на нём по миру; становится масоном. После Второй мировой войны Люкнер переехал в Швецию. Там он жил в Мальме со своей второй женой-шведкой до самой своей смерти в возрасте 84 лет.
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
🔥22❤3👏1