Вернувшийся из небытия Андрей разложил все по полочкам. Добавлю от себя, что, к сожалению, успех администраций университетов в унификации студенческого самоуправления парадоксально связан с желанием большого количества активистов навязать всем свою унификацию. Изощренный стокгольмский синдром так сказать

https://t.me/balalablog/350

Как то печально звучит, если честно. Вроде звучит солидно, а на деле вода.

Беда подавляющего количества студсоветов - это разрыв традиций. Условно каждый состав начинает с нуля, в лучшем случае частично беря какие то наработки предыдущих составов. Без традиции получается постоянное изобретение уже изобретённого, Сизифов труд. К концу учебного года камень почти на вершине, а осенью у подножья.

Я это не в качестве критики, а скорее в качестве констатации.

Это лишь частное проявление общей ситуации в российском студенческом самоуправлении

https://t.me/studsovet/1964

Не хочу ни на что намекать, но в Древней Греции (да, что уж там, при участии в суде присяжных тоже) равенство голосов трактовались в пользу обвиняемого. Ректор то юрист, должен знать о таком)

https://t.me/studenisfak/232

Возможно этот пост будет содержать немного старческого бурчания, однако в последнее время все больше и больше это наблюдение вызывает мою обеспокоенность.

В моем понимании Студенческое самоуправление, реальное, а не фиктивное, представляется этаким конвейером для подготовки политической элиты страны. Это может быть весьма эффективным каналом для пополнения и обновления политической элиты. Собственно, примером тут могут выступать различные страны, начиная с США и заканчивая Чили, где прямо сейчас за президентский пост борются два бывших студенческих активиста.

Что я наблюдаю сейчас? В основном активисты делают ставку на противостояние с администрациями, упор на защиту прав и тому подобное. Это важная работа, но свойственна она прежде всего НКО, как элементам гражданского общества. Студсоветы в моем понимании - это системные органы, которые являются одним из элементов управления университета. Они, конечно, должны отстаивать своё право на это самое управление, но при этом не превращать это в самоцель, помнить о том, что они часть системы.

Превращение студсоветов в НКО или подобие профсоюзов - это уход от истинности самоуправления на почве непонимания процессов. По сути, вместо взращиваемся политической элиты происходит взращивание политических диссидентов советского образца: крикливых и шумливых, но неэффективных. Достаточно вспомнить, что после перестройки и распада СССР все эти диссиденты оказались чужими на празднике построения нового государства.

Парадоксально, но факт: эффект от работы в системе будет гораздо больший, так как такой активистов будет понимать, как работают узлы этой системы. И у него не будет главного недостатка подавляющего числа управленцев в России - непонимания, как все устроено и работает.

Как-то так

И смех, и грех, как говорится)

Как смешать в одном посту патриотизм, soft skills и творческий потенциал студентов? Правильно, написать о КВН)

https://t.me/minobrnaukiofficial/2133

Ну что, скоро ждите рецензию)

Решил напоследок уходящего года выложить рецензию по книге "Братство на всю жизнь" Дмитрия Борунова. Формат телеграма не позволяет подробно расписать многие аспекты, так что это скорее тезисы. Если возникнет дискуссия, напишу поподробнее.

Исследования, посвященные современным студенческим корпорациям в России, являются редким событием. Данная тема еще только начинает активно разрабатываться исследователями. Поэтому издание книги «Братство на всю жизнь» Дмитрия Борунова стала важной вехой для тех, кто занимается данной темой.

Книга разделена на 3 части, в которых можно выделить 4 магистральных темы: 1) обзор студенческих сообществ Западной Европы и США, 2) обзор студенческих сообществ дореволюционной России 3) Трансформация и упадок студенческих сообществ в советское время 4) Студенческие сообщества современной России и опыт Fraternitas Ruthenica.

В первой части автор отписывает различные виды студенческих сообществ Европы и США, историю их возникновениях и развития, показывает принципиальные отличия между ними. В данной части автор обращается к широкому кругу источников, преимущественно иностранных, а также использует метод включенного наблюдения (по отношению к студенческим сообществам Германии). Автор проводит классификацию различных типов сообществ, преимущественно немецких и американских, что позволяет непосвященным в этот вопрос лучше понять цели и направления деятельности данных организаций.

Отдельно стоит отметить, что показано влияние студенческих сообществ на формирование национальной элиты (на примере США). Данным момент не всегда понятен в России, где принято относится к студенческим сообществам, как организаторам досуговый деятельности и симулятору взрослой жизни.
Касательно российских сообществ дореволюционного периода также сделан обзор и проведена классификация студенческих сообществ. Что особенно лестно, это охват литературы, где задействованы в той или иной степени все наиболее известные работы по данной тематике.

Уже за эти части книгу можно считать удавшейся, потому что благодаря подобному обзору читатели смогут понять концептуальную основу студенческих сообществ и их историческое развитие.

Однако, стоит выделить и недостатки.

К сожалению, трудности для понимания создает отсутствие разъяснения, что автор понимает под понятием «студенческое сообщество». Прежде всего, это касается целей деятельности данного вида объединений. В одном случае автор говорит о влиянии студенческих сообществ на политические процессы в стране, в другом случае - о студенческих сообществах как способе кооперации для решения насущных вопросов и нетворка. Как представляется, это принципиально разные направления (иногда совпадающие в определенный момент в силу разных обстоятельств), каждое из которого требует отдельного изучения. Например, сравнение организаций, созданных под крылом или при участии политических партий и закрытых клубов, ставящих своей целью наращивание социального капитала своих членов, весьма затруднительно. В результате подобной неопределенности с направлением исследования становится неясно, чего именно автор хочет видеть в студенческих объединениях: политику или корпоративные связи?

Следующий существенный недостаток - это откровенно непроработанная часть про советское и постсоветское время. Тезис про то, что в советское время практически не было сообществ, я является серьезным упрощением.
Например, автор пишет о том, что в советское время единственным массовым примером проявления студенческого корпоративизма являлись стройотряды. На наш взгляд, это далеко не самый яркий и уж точно не единственный пример корпоративизма.
Например, в годы СССР большое влияние имели различного рода полевые экспедиции, в которые ездили студенты как естественно-научных, так и гуманитарных сфер. В частности, благодаря тому, что на ряде направлений гуманитарной направленности существовала археологическая практика, подавляющее количество студентов данных направлений участвовали в них. В экспедициях, помимо основной работы (причем, без серьезной идеологической накачки и штурмовщины), происходило вовлечение в студенческие корпорации. Так как в экспедиции ездили не только первокурсники, но и студенты более старших курсов, происходила передача традиций через поколения. Существовали и определенные ритуалы, в частности, посвящение в археологи. У географов, геологов, биологов и на других направлениях существовало и существует до сих пор нечто похожее.
Одним из способов самоорганизации можно считать и студенческие научные общества в СССР - и они как раз интересны тем, что объединяли тех студентов, которые не разделяли, как правило, официальную позицию советской науки.

Касаясь главы про постсоветское время, стоит отметить, что данная тема разобрана автором слабо. Совершенно не рассмотрен вопрос о создании студсоветов до их повсеместного внедрения в 2010-х гг., а также противостоянии с профсоюзными организациями, которые были монополистами организации студенческой жизни и фактически встали на место комсомольских организаций. Акцент в данный период сделан почему-то на проправительственных молодежные организации, которые не имеют прямого отношения к университетам. Являясь по своей структуре массовыми организациями, они, как видится, не могут рассматриваться в контексте развития студенческого корпоративизма, так как перед ними ставятся другие задачи (в данном случае - недопущения «оранжевой» революции например). Вообще, упор на политику в данном вопросе кажется не слишком уместным, так как в уставах университетов прописаны пункты о запрете политической деятельности в стенах университетов.
Тезис о том, что «Fraternitas Ruthenica стала первопроходцем в деле построения независимых и самоуправляющихся студенческих сообществ» как минимум сомнителен. Такие сообщества существуют достаточно долгое время, и в разных местах. Среди известных можно назвать, например, Футбольную лигу исторического факультета (ФЛИФ) в СПбГУ. Она существует с 1999 г. и является самоуправляемой и независимой структурой. Устойчивость определяется именно горизонтальными слабыми связями, что делает эту организацию не столько спортивно, сколько полезной для карьерных целей.

Подводя итог, стоит отметить, что книга в итоге получилась противоречивой и разделилась на две части: сильную первую, с обзором зарубежных сообществ и сообществ дореволюционной России, и не очень цельной второй части, про генезис студенческих сообществ советской и постсоветской России. Несмотря на это, данная работа в любом случае является важным элементом в исследовании российского студенчества и его роли в стране.

Ну и напоследок, хочу поздравить всех с наступающим Новым годом! В 2022 планирую реализовать несколько важных для студенческого самоуправления вещей, ну и написать диссертацию про все это! Надеюсь, что мой канал останется интересным для вас и не слишком навязчивым) всем удачи в новом году, будьте счастливы)

Короче за все хорошее ради всего плохого. Прогосударственные организации плохо, а самоорганизованные сообщества - хорошо. Ну так это банальности, для которых не требуется много тысяч знаков.

Но все же мне не очень понятно, почему нашисты и прочие организации - студенческие? Они молодежные, а это принципиально более широкое понятие.

Ну и как то вот все упрощено, примордиализм какой-то, прости господи.

https://t.me/dmitry_borunov/331

Абстрагируясь от всей нынешней истории, отмечу, что сейчас особенно хорошо виден провал в молодежной политике. С одной стороны налицо неуправляемая молодёжь, к которой трудно найти подход. Это вызвано годами завинчивания гаек и утратой веры в Студенческое самоуправление как в социальный лифт. С другой стороны, толпа абсолютно безынициативных студентов, которые не имеют своей собственной позиции: и это я сейчас имею ввиду как сторонников «спецоперации», так и ее противников. Потрясающая неорганизованность, которая подвела под собой черту целой эпохи.

Надеюсь, что уполномоченные на то умы поймут, что вместо того, чтобы воспитывать травоядное стадо без позиции, надо дать возможность развиваться студенческому самоуправлению.

В данный момент видится перспективным начать, наконец, систематическое изучение восточного опыта в подходе к студенческому самоуправлению. Особенно это интересно тем, что самоуправление является плоть от плоти западным институтом, который, однако, нисколько не затерялся на востоке (например, в той же Сирии). Не могу сказать, что я глубоко погрузился в изучение сирийского опыта, однако даже беглый взгляд даёт возможность понять, насколько неэффективно данный институт работает у нас. Мы пытаемся действовать в режиме кентавра: следуя европейским регламентам построить что то противоречащее им. В итоге имеем инертную структуру, которая изначально является неработоспособной и в лучшем случае плодит людей а-ля диссиденты советского толка. Это я говорю не потому что не люблю либералов - я ко всем отношусь нейтрально, тут скорее вопрос в том, что диссиденты советского толка растворились в 90-е, показав свою родную неэффективность в других реалиях.

В общем, пора поворачивать на восток, раз уж так карта легла

Каким должно быть студенческое самоуправление в новых реалиях?

В сложившейся ситуации я вижу окно возможностей для студенческого самоуправления в России. В условиях разрыва отношений с Европой рано или поздно падет оплот нашей связи с Западом - это участие России в Болонском процессе. Собственно, и массовое студенческое самоуправление у нас возникло благодаря Болонскому процессу. И, как ни парадоксально, это сдерживало его развитие: во всех университетах его начали насаждать по унифицированной модели, не считаясь ни с локальными особенностями, ни с целесообразностью. В итоге породили монстра, который в целом совершенно неэффективен и пожирает множество ресурсов.

Обособление от Европы позволит освободиться от условий и развивать самоуправление по настоящему, отказавшись от слепого копирования института, а исходя из сложившихся реалий и потребностей. Если тезисно, какие изменения видятся мне:

1. Первое, и ключевое: студенческое самоуправление должно отойти от политики. Конечно, у каждого есть своя политическая позиция и политические пристрастия, но реализовывать их нужно за пределами университета, в политических организациях. Университеты принципиально должны быть вне политики - и здесь я имею ввиду и проправительственных настроения, и оппозицию. Как историк, могу отметить, что однажды активное участие студенчества в политике привело к катастрофе - это я о закате Российской империи. Причем сами студенты по итогу были наверное не слишком этому рады)
Студенческое самоуправление - это история про формирование элиты общества, настоящих лидеров, и заполнение этими кадрами тех пробелов, которые у нас есть. Только кадры спасут Россию в нынешних условиях. Конечно, это не отрицает так называемой микрополитики - у студентов должна быть активная позиция насчет происходящего в университете, но при этом нужно полностью отказываться от глобальной политики.

2. Самоуправление надо избавить от гиперцентрализации и регламентации - это только вредит, и к тому же пожирает ресурсы. Типовые положения приводят к созданию неэффективного аппарата, где инициатива наказуема, а полезные управленческие навыки не приобретаются. Самоуправление должно отражать реалии социума, в которой оно есть. Также это позволит выделить реально работающие модели и перестать поддерживать реально неработающие - лучше ориентироваться на сильных, чем всех усреднять, а по факту превращать в слабых.

3. Дать полноценные источники финансирования. Каким образом это можно сделать? Вариантов на самом деле может быть много: от передачи дохода от продажи атрибутики до создания эндаумент фонда. Тут надо понимать, что это также необходимый пункт, так как без финансирования деятельности не будет активности. Конечно, это все должно осуществляться в рамках бухгалтерии университетов, под контролем администрации, но строчка доходов, скажем, от продажи атрибутики, должна расходоваться только студенческими советами и никем более. Это, кстати, будет иметь и другой неожиданный эффект - чем больше продадут атрибутики, тем больше финансов будет у студентов - продвижение бренда университета будет проходить гораздо активнее.
Данная мера поможет воспитать в студентах ответственность и самостоятельность, а без этого данные структуры неэффективны.

4. Расширить полномочия студенческих советов в сферах, которые касаются непосредственно студентов. То, что сейчас студенты могут выражать мнение, но не напрямую влиять на принятие решения, обесценивает студенческое самоуправление. Пора уже признать, что в ряде сфер студенты способны быстрее и эффективнее разбираться. С другой стороны, главное не допустить перегибов, и не давать возможности принимать решения в тех сферах, где требуются профессиональные навыки (например, решение о внедрении тех или иных курсов).

5. Активное привлечение выпускников к взаимодействию со студентами. Это могут быть сферы трудоустройства, а также финансирования студенческих инициатив. Выпускники могут помогать студенчеству, но до сих пор у нас нет эффективных механизмов взаимодействия, причем зачастую именно из-за нежелания университетских администраций целенаправленно выстраивать это взаимодействие.

В общем за последние три года телеграм прочно застолбил за собой основное место для общения и передачи информации)

В отличие от многих других, кто в инсте выложил ссылку на свои тг-каналы, я не стал этого делать, так как уж больно специфическая у меня здесь тема, и большинство френдов не поймут, мягко говоря)

Даже в таком важном деле не делают ставку на силы Студенческого самоуправления, а рассчитывают на волонтерство. Хотя, если не сейчас, то когда? Волонтерство - это хорошо, но в данном случае, оно запитано на конкретную задачу. А надо строить системные органы

https://t.me/minobrnaukiofficial/2416

Повышенная стипендия

Пора бы уже, на мой взгляд, поднять вопрос о существовании повышенной академической стипендии (ПГАС) в том виде, в котором она сейчас существует. Она существует уже примерно 10 лет, и можно подводить какие-то итоги.

А итоги неутешительно: все эти деньги потрачены впустую (а деньги немалые) без какого-то реального эффекта. По сути, это были вертолетные деньги, которые студенты практически сразу начали воспринимать как данность, а при снижении выплат начали возмущаться. В итоге парадоксальным образом за 10 лет в университетах взрастили плеяду студентов-потребителей, которые всерьез считают, что им должны. При этом данный долг носит односторонний характер, без существенных обязанностей. В биологии, если я не ошибаюсь, это называют паразитизм.

ПГАС вводился для поощрения активных студентов, но по сути сразу превратился в профанацию. Например, я лично сталкивался с тем, что предприимчивые студенты печатались за деньги в сомнительных журналах, потому что публикация в итоге давала баллы для ПГАС и этот маневр в принципе окупался. ТАкже многие студенты начали заниматься общественной деятельностью только ради баллов ПГАС, что сразу превратило эту историю в профанацию.

Надеюсь, что сейчас, в условиях объективной стесненности средств, те лица, которые отвечают за выделение средств для ПГАС, наконец-то поймут, что деньги надо не раздавать, а вкладывать в реализуемые студентами проекты. Только так деньги получат возможность приносить общественное благо, а не поднимать благосостояние отдельных студентов.

Ну и активность студсоветов, возможно, сведется не только к составлению рейтингов повышки, но и к более конкретным делам, полезными как для студентов, так и для университета в целом. Ну а те студсоветы, которые только ради этого существовали, наверное исчезнут, что будет в целом полезнее. Санация неизбежна, и в данном случае несет позитив.

И снова про повышенную стипендию

Судя по обсуждению в личке, а также комментариях под предыдущим постом, тема с повышенной (ПГАС) затронула многих. И я решил вспомнить былое: а именно свою бытность в роли главного редактора «Истфак Times». В принципе с этого и начинался мой блог когда-то.

В те незапамятные времена всем особенно нравились статьи про деньги - кто сколько получил и кто куда их потратил. Я решил не забывать эту хорошую традицию. Так что этот пост именно про деньги.

Я решил посчитать, сколько государство тратит денег на студентов (взял за основу истфак), и какую отдачу государство имеет с этого. В качестве примера я взял события на Украине и два открытых письма, с ними связанное: одно за спецоперацию (Обращение к Президенту Российской Федерации сотрудников Санкт-Петербургского государственного университета, 1048 подписавшихся), а другое против («Резолюция инициативной группы студентов российских вузов против вторжения российских войск на территорию Украины», 558 подписавших). В них я решил посмотреть, сколько человек с истфака, которые получают ПГАС в этом семестре (а это 40 человек), подписали данные письма.

Зачем я это делаю? Кам я себе представляю, государство, поощряя студентов за активность, в идеале должно исходить из цели выращивания активистов, разделяющих в той или иной мере его политику. Ну, по крайней мере, это распространенная практика. Кто платит, тот и танцует короче.

Какие результаты я получил? Открытое письмо в поддержку спецоперации подписал только один человек с истфака из списка ПГАС, что стоило 2,5% от общего количества. Письмо против спецоперации подписало 8 человек из 40, то есть 20%.

Вроде бы цифры большие, но дьявол кроется как всегда в деталях. Налицо, что ПГАС просто-напросто не работает, при том, что финансовые затраты чудовищные - в месяц на оплату 40 активистов уходит чуть больше 340 тысяч рублей. Просто вдумайтесь в это - 340 тысяч в месяц за практически нулевой выхлоп и отрицательную лояльность 1/5 студентов. А сколько ещё факультетов/институтов, университетов и так далее…

Так что еще раз убеждаюсь, что эти деньги лучше перенаправить на проекты, а политику из университета убрать: я не поддерживаю подписание ни одной из этих бумаг в рамках университета - политические взгляды надо высказывать за стенами.

Не хочу показаться занудой, но когда в одном посте пишут об ужесточении режима, а потом о социальном капитале, как несущим исключительно пользу, мне сразу приходят на ум троцкисты, которых кровавый сталин отправил в ворк энд Трэвел на Колыму, только за то, что они были троцкисты. Простите)

https://t.me/dmitry_borunov/344

Случайно снес комментарии в двух постах выше, поэтому, если есть что написать, пишите в этот пост)))

Валерий Фальков на встрече с ректорами российских вузов заявил о том, что нужно организовать на высоком уровне воспитательную работу

Возникает резонный вопрос: а есть ли в университетах такие кадры, которые могут этим заняться? У нас широко распространены ответственные по работе с молодежью двух типов: "политруки", у которых нет никаких противоречий, но при этом топорные методы работы (типа выстраивания во двориках университетов в виде букв), и "массовики-затейники", которые за движуху и активность, но при этом без всякой продуктивности. Первые обычно вызывают обратный эффект своей работой, а вторые - просто отторжение у здравомыслящих людей (ну, кроме КВНщиков разве, если они еще остались)

Я вижу в этом посте крик души у уважаемого министра - вроде бы и надо что-то сделать со студентами, а некем, нет ресурсов.

Так может пора уже признать, что гиперцентрализация и унификация наносит вред, в том числе и государственным интересам?