На видео — формирование overlap-анастомоза в роботическом исполнении после резекции сигмовидной кишки.

На мой взгляд, это один из самых интересных вариантов реконструкции после левосторонних резекций толстой кишки. Благодаря линейному сшивающему аппарату удается сформировать широкий анастомоз, что обеспечивает хорошую проходимость и быстрое восстановление функции кишечника. У этого пациента самостоятельный стул появился уже на 2-е сутки после операции.

Техника достаточно универсальна и может применяться во многих клинических ситуациях. Особенно интересна она как возможная альтернатива циркулярным сшивающим аппаратам, в том числе при роботических вмешательствах, где дает хирургу больше свободы при формировании анастомоза. Сам анастомоз визуально достаточно эстетичен.

Конечно, пока рано делать окончательные выводы. Крупных рандомизированных исследований, позволяющих однозначно говорить о преимуществах overlap-анастомоза, пока нет — они находятся в процессе. Но уже сейчас накопленный опыт показывает, что при правильном выполнении эта методика является надежной, воспроизводимой и имеет большой потенциал для широкого применения.

Зачем нужна химиотерапия, если опухоль можно удалить?

Один из частых вопросов пациентов:
«ВЮ, если опухоль удалят во время операции, зачем мне еще химиотерапия?»

Дело в том, что хирург и химиотерапевт решают разные задачи.

🔹 Операция удаляет видимую опухоль вместе с окружающими тканями и регионарными лимфатическими узлами.

🔹 Химиотерапия действует системно — на опухолевые клетки, которые могут находиться за пределами зоны операции и пока не определяться ни на КТ, ни на МРТ.

Когда химиотерапию проводят до операции?

Такое лечение называется неоадъювантным. Его задача:

— уменьшить размеры опухоли;
— снизить ее местную распространенность;
— повысить вероятность радикального удаления;
— начать воздействие на возможные микрометастазы как можно раньше;
— оценить чувствительность опухоли к выбранной схеме лечения.

Такой подход часто применяется при местнораспространенных опухолях, в том числе при раке прямой кишки или поджелудочной железы. В отдельных ситуациях уменьшение опухоли позволяет выполнить менее травматичную операцию или повысить вероятность сохранения органа.

Зачем химиотерапия после операции?

Она называется адъювантной.

Даже если операция прошла успешно и опухоль удалена полностью, отдельные опухолевые клетки могли успеть попасть в кровоток или лимфатическую систему. Их невозможно увидеть во время операции или обнаружить обычными методами обследования.

Задача послеоперационной химиотерапии — уничтожить возможную микроскопическую остаточную болезнь и тем самым снизить риск рецидива и появления метастазов.

Важно понимать: назначение химиотерапии после операции не означает, что хирург «что-то оставил» или операция была выполнена плохо. Это дополнительный этап комплексного онкологического лечения.

При этом химиотерапия нужна далеко не каждому пациенту. Решение зависит от:
— типа и стадии опухоли;
— поражения лимфатических узлов;
— факторов риска по результатам гистологического исследования;
— молекулярно-генетических характеристик опухоли;
— общего состояния пациента;
— ответа на ранее проведенное лечение.

Поэтому вопрос должен звучать не «нужна ли химиотерапия вообще», а какую пользу она может принести конкретному пациенту и насколько эта польза превышает возможные риски.

Оптимальная последовательность лечения определяется на онкологическом консилиуме с участием хирурга, химиотерапевта, радиотерапевта, рентгенолога и морфолога.

Если вам или вашим близким нужна консультация и операция, вы можете написать мне на электронную почту: doc.struchkov@gmail.com
и мы попробуем разобраться в вашей проблеме и помочь 👨🏻‍⚕️

Начало мобилизации прямой кишки при тотальной мезоректумэктомии!

На видео мы видим тот самый holy plane, или «священный слой», описанный Биллом Хилдом. ✨ Это практически бессосудистая эмбриологическая плоскость между висцеральной фасцией мезоректума и париетальной фасцией таза. Именно точное следование в этом слое позволяет удалить мезоректум единым блоком, сохранить его фасциальную оболочку и минимизировать риск повреждения тазовых нервных структур.

В большинстве случаев начинаю мобилизацию с задней полуокружности — как лапароскопически, так и роботически. 🤖 При правильной работе мезоректум остается чистым, гладким и блестящим, а в операционном поле практически нет кровотечения.🩸

При узком мужском тазе дистальные этапы ТМЭ, особенно работа на уровне «кишечной шеи», технически удобнее выполнять на роботе.

Видео свежее, пациент оперирован на прошлой неделе 📹☺️

Очень крутая новость в роботической хирургии!

FDA одобрило OTTAVA™ — новую роботическую платформу от Johnson & Johnson. Это первый робот, в котором манипуляторы интегрированы прямо в операционный стол, а не располагаются вокруг пациента.

Давно слежу за развитием роботических технологий, и появление этой системы выглядит очень перспективным! Новая архитектура, больше свободного пространства в операционной, работа сразу в нескольких квадрантах брюшной полости — всё это очень удобно.

Конечно, говорить о революции пока рано. Любая новая платформа должна пройти проверку временем и клиническими исследованиями. Но конкуренция — всегда двигатель прогресса, а значит, в выигрыше в конечном итоге будут наши пациенты.

С интересом будем следить за первыми клиническими результатами и ждать появления первых данных по абдоминальной хирургии.

https://youtu.be/WgUZmfTjwcs?si=YIAQMbskmt7FlwNs

И вот опять я не надолго пропал😂 Почему? Кажется, ответ знают многие врачи.

Август. Половина коллег ушла в отпуск, а оставшаяся половина работает за всех сразу. Сейчас мы остались втроем на все отделение и немалое количество тяжелых пациентов, требующих постоянного контроля😣

Именно поэтому в последнее время я стал гораздо реже появляться здесь. Не потому, что закончились интересные случаи или темы для обсуждения. Просто работы стало настолько много, что к вечеру иногда уже не остаётся сил даже открыть Telegram.

И, как оказалось, это не просто субъективное ощущение.

В исследовании Rotenstein LS et al в JAMA Internal Medicine (2025) показано, что врачи, регулярно работающие в условиях неполностью укомплектованной команды (из-за отпусков, больничных или кадрового дефицита), имеют более чем в два раза более высокий риск эмоционального выгорания (OR 2,21). Кроме того, у них чаще возникает желание сократить клиническую нагрузку или вовсе сменить место работы.

Другая работа, Sinsky CA et al. опубликованная в JAMA Network Open (2024), показала ещё один любопытный факт: 70% врачей продолжают работать даже во время собственного отпуска — консультируют пациентов, отвечают на сообщения, занимаются документацией. При этом полноценное замещение обязанностей во время отпуска достоверно снижает риск выгорания.

Наверное, именно отпускной сезон лучше всего показывает, насколько важна сильная команда. Когда коллеги возвращаются отдохнувшими — выигрывают все: сами врачи, отделение и, самое главное, пациенты.

А я пока никак не могу вернуться в привычный режим, но постараюсь скоро снова начать делиться интересными клиническими случаями, хирургическими видео и новостями из мира онкологии и колоректальной хирургии.🤝

Всё-таки нужно вовремя оперировать камни в желчном пузыре…

Мужчина жил с камнями 15 лет и не очень понимал, зачем что-то с ними делать. Ничего же не беспокоит — значит, можно жить дальше.

Но однажды везение закончилось: камни мигрировали в общий желчный проток, перекрыли отток желчи — и пациент пожелтел.

Сначала ему установили дренаж в желчный пузырь. С ним он проходил 1,5 года, периодически его вырывая, после чего дренаж всегда устанавливали обратно 🤦🏻‍♂️

В итоге пациент всё-таки попал к нашим эндоскопистам. Они извлекли из общего желчного протока целую коллекцию камней. А дальше пациента передали мне — удалять желчный пузырь.

И вот такого желчного пузыря я давно не видел.

Всё намертво спаяно: двенадцатиперстная кишка, петля тонкой кишки, сальник, передняя брюшная стенка, печень. Нормальной анатомии практически не осталось. А внутри пузыря еще и гной…

Получилась очень непростая лапароскопическая холецистэктомия — прямо вспомнил времена работы в экстренной хирургии 😄

Но всё закончилось хорошо. Уже через пару часов пациент уже встал и побежал курить 😅

Мораль простая: не носите камни десятилетиями.
Потому что потом мучиться будете сами.
А еще и ваш хирург 😄

Вчерашний булыжник был из желчного пузыря 😄

Растили его очень бережно и долго — в итоге он занял практически весь желчный пузырь. А вот и фото с операции: весь пузырь заполнен камнем 🪨

Но ЖКБ — это не только красивые хирургические находки. Длительное камненосительство может закончиться:

🔹 острым холециститом;
🔹 выходом камня в желчный проток и желтухой - холедохолитиаз;
🔹 холангитом;
🔹 острым билиарным панкреатитом и панкреонекрозом;
🔹 перфорацией желчного пузыря и перитонитом;
🔹 свищами и даже кишечной непроходимостью.

Поэтому если камни уже дают симптомы — лучше решить вопрос планово, чем ждать, какое осложнение они выберут сами.

Как-то чаще на роботе выполняю левосторонние резекции толстой кишки или мезоректумэктомию — правый фланк вполне комфортно оперируется и лапароскопически. Но для примера — небольшое видео роботической правосторонней гемиколэктомии с интракорпоральным анастомозом 🤖

Пациентка 65 лет, опухоль печёночного угла ободочной кишки. Из особенностей — 8 курсов неоадъювантной химиотерапии.

А вот лимфодиссекция на роботе — отдельное удовольствие 👌

Стул — на 2-е сутки.
Домой — на 5-е.