⭕️ Строители Победы: история клуба завода «Серп и Молот»

В 1883 году Ю. Гужон заложил в Москве завод, который с 1922 года стал называться «Серп и Молот». А в 1933 году 30-летний архитектор И. Милинис для рабочих этого металлургического гиганта построил Дворец культуры.

С присущим молодости задором Милинис создал действительно прорывной памятник постконструктивизма — переходного стиля от конструктивизма к сталинскому ампиру. Клуб состоял из двух корпусов, театрального и клубно-спортивного, соединённых, по моде тех лет, приподнятым на столбах корпусом-переходом. Вместе с парадной лестницей комплекс был идеально вписан в местный ландшафт.

О судьбе объекта в годы войны рассказываем в нашей рубрике «Строители Победы», посвящённой 80-летию Победы в Великой Отечественной войне.
Клуб стал не только местом сплочения коллектива, но и частью героической истории металлургов, внёсших значительный вклад в Победу.

В написании материала нам помогал Сергей Васильевич Сопелев, историк, руководитель гражданско-патриотической секции Московского отделения
РВИО, лектор Российского общества «Знание».

@stroi_mos_ru

⭕️⭕️⭕️⭕️

Колонка Дарьи Беляковой, архитектора, основателя архитектурного бюро Arch(e)type и клуба A-House

Ранее я писала о домах культуры — аутентичном типе учреждений, зародившемся ещё в дореволюционной России и полноценно сформировавшемся в СССР. Однако сейчас мне бы хотелось отойти от разбора конкретных типологий и рассмотреть сюжет интеграции культурных пространств в многофункциональные жилые комплексы.

Если раньше культурные институции существовали отдельно — в виде ДК или музеев, — то сегодня архитектура всё чаще предлагает иной подход: интеграцию искусства в структуру жилых кварталов. И речь не только о ретейле на первых этажах, но и о полноценной инфраструктуре — галереях, фондах, театрах, паблик-арте.

Норман Фостер ещё в 2001 году говорил о важности такого смешения функций. Поэтому не случайно в Москве первые примеры появились на «Золотой миле»: близость главных художественных институтов повлияла на культурное наполнение жилых комплексов. На первом этаже Barkli Plaza находилась галерея «Наковальня», а на четвёртом и сегодня работает фонд In Artibus.

В Art Residence соседствуют квартиры и галерея JART, работающая с художниками напрямую. А в «Садовых кварталах» развиваются камерные пространства с интерьерным искусством. Ещё один пример — Opera House, где в неоклассическом корпусе расположился Центр оперного пения Вишневской. Более современный облик имеет Студия театрального искусства Сергея Женовача: эта площадка, расположенная в корпусе золототканой мануфактуры Алексеевых, спрятана от посторонних глаз за бизнес-центром «Фабрика Станиславского». За реконструкцию театра и офисов отвечало бюро John McAslan&Partners: им же принадлежит проект расположенного рядом ЖК «Одиннадцать Станиславского».

Интересный пример включения арт-пространства в жилой дом — проект «Маросейка 11». Этот камерный клубный дом находится в стенах Малороссийского подворья. Сам по себе этот памятник чрезвычайно сложный: на Маросейку он обращён ампирным фасадом, а внутри содержит фрагменты XVII века — архитектурный декор нарышкинского стиля и перекрытые коробовыми сводами палаты на первом этаже. В палатах сейчас находится новое пространство музея Анатолия Зверева — AZ Art.

Именно в таких проектах архитектура становится связующим звеном между историей и настоящим и создаёт важный культурный «слой».

@stroi_mos_ru

⭕️ Вот такой дом появится в Капотне

Новостройку из двух корпусов возведут по программе реновации. Первые этажи облицуют бетонной плиткой, а всё, что выше, — керамогранитными плитами в натуральных оттенках.

⭕️ Во дворе высадят берёзы, ели, кизильник и пузыреплодник (такой пышный кустарник с тёмно-красными листьями). Ну и куда же без детской и спортплощадок — они тут тоже обязательно будут.

⭕️ 1-й квартал Капотни, вл. 4

@stroi_mos_ru