Либо там 12 минут рассказывают про неудачную попытку запустить сериал и неудачную попытку перезапустить (что и правда своего рода феномен), либо я не знаю.

Никак?

Привет! На связи Лена. Я довольно много времени провожу на нишевых стримингах, ищу экспериментальное альтернативное телевидение и moving images архивы. У меня уже скопился внушительный список, а ещё появилось немного энергии, и я горю желанием делиться своими находками. Мы решили запустить рубрику #гдесмотретькино

Сегодня расскажу о стриминге dis.art, чей лозунг «Будущее обучения — гораздо важнее, чем будущее образования». Проект привлекает ведущих художников и мыслителей, чтобы расширить охват ключевых дискуссий, бурлящих в современном искусстве, культуре, активизме, философии и технологиях. Каждое видео предлагает что-то — решение, вопрос, способ задуматься о стремительной реальности. Многие материалы в открытом доступе, но также доступна опция подписки, открывающей доступ ко всем материалам.

Я начала с нескольких эпизодов потрясающего документального сериала Reading the Media, созданного коллективом радикальных медиакритиков Paper Tiger Television. В первом из выпусков подборки легендарная Донна Харуэй критикует журнал National Geographic за укрепление онтологических, расовых и гендерных предрассудков. Она вещает из райской техно-цветочной DIY-студии, где съёмочная команда ходит в леопардовых трусах. В подборке также есть эпизоды с Мартой Рослер, Ноамом Хомски, Флоринс Кеннеди и Мюрреем Букчиным!

Для тех, кто ждёт появления Махершалы Али в роли Блэйда хоть в каком-то виде и надеялся утешиться предстоящим релизом анимационного Marvel Zombies (24 сентября), сообщаю:

Махершалы Али там нет, Блэйда озвучил Тодд Уильямс.

Голлум из советского издания «Хоббита» сегодня принёс вам сериал, о существовании которого вы, скорее всего, даже не догадывались. В 2013 году на турецком телевидении попытались пересадить культовый Sopranos на местную почву — получилось шоу под названием Altındağlı.

Идея, казалось бы, сильная: взять классический сюжет про главу мафиозной семьи, слегка перемешать с антуражем турецких криминальных драм и выдать свою версию культового кабельного хита. Мафиозо Президент Экрем лавирует между семейными и криминальными интригами, его суровая мама Нериман устраивает хаос, а другой босс мафии, дядюшка Пайидар, подливает масла в огонь. В целом звучит нормально, но на деле — закрытие после двух серий, рейтинг 1.5 на IMDb и слава чуть ли не худшей адаптации западных проектов за всю историю турецкого сериалостроения.

На IMDb у Altındağlı всего две рецензии, и обе — максимально критичные. Первый зритель пишет, что это «худшая имитация Sopranos во всём мире», и категорически не советует тратить время на этот проект, называя его абсолютно бессмысленным, а второй вкратце характеризует сериал как «Sopranos после десяти инфарктов».

В общем, этим великолепием я сегодня с вами и делюсь — вторую серию можно найти тут (если вам вдруг не хватит первой). Сериал на турецком без субтитров, но чтобы оценить качество этого, кхм, проекта, они вам не понадобятся.

woke up this morning, got yourself kebab

Очевидно, что у крупнейших сайтов о кино многомиллионный трафик ежемесячно. А потому стало любопытно разобраться, как, кем и при каких обстоятельствах они были созданы.

В процессе написания материала выяснилось много неожиданного: что-то выросло из онлайн фан-базы Джеки Чана (sic!), а что-то трансформировалось в гигантскую платформу из сайта… про актрис с самыми красивыми глазами))

В общем, enjoy!

Посты, никак не связанные с кино, сериалами и стримингами, тут бывают примерно раз в пятилетку, так что могу себе позволить: у любимой Флоренс вышел новый сингл, а на Хэллоуин релизится аж целый альбом.

Жду европейский тур в 2026-м!

Оказывается, неснятый фильм Квентина Тарантино под названием The Movie Critic изначально задумывался как восьмиэпизодный мини-сериал и был полностью написан ещё в 2022 году.

В новом выпуске подкаста Church of Tarantino режиссёр рассказал, что собирался предложить готовый сценарий стриминговым платформам, но в процессе переосмыслил формат и решил попробовать адаптировать материал в полнометражный фильм.

По словам Тарантино, именно попытка превратить сериал в фильм — не из-за продюсерского давления, а по личному интересу — и стала поворотной точкой. Переписывание текста открыло новые возможности, но на этапе подготовки к съёмкам энтузиазм угас: история показалась ему вторичной и недостаточно свежей. В результате The Movie Critic был полностью заморожен, Тарантино отказался от проекта, а статус «десятого и последнего фильма» остался вакантным.

Отдельно Тарантино опроверг слухи о том, что The Movie Critic якобы трансформировался в The Adventures of Cliff Booth, над которым сейчас работает Дэвид Финчер. По его словам, это два независимых проекта: в «Критике» не было Клиффа Бута, несмотря на общий сеттинг с Once Upon a Time in Hollywood. Действие действительно происходило в Лос-Анджелесе, но уже в 1977 году, без каких-либо кроссоверов и прямых отсылок.

TCA Awards 2025 безоговорочно прошли под знаком The Pitt — медицинская драма HBO Max собрала сразу четыре награды, включая главную: «Программа года». Проект также получил признание как лучший драматический сериал, лучший дебют и приз за лучшую роль в драме для Ноа Уайли.

Это не то чтобы стало неожиданностью: The Pitt давно обсуждают как один из главных претендентов на «Эмми», а победа на TCA традиционно воспринимается как ранний индикатор будущих успехов в наградном сезоне. Что интереснее — так это абсолютное молчание жюри в адрес Severance, лидера по числу номинаций, оставшегося без единой победы.

В числе других лауреатов — The Studio (лучшая комедия), Adolescence (лучший мини-сериал или телефильм), Somebody Somewhere (Бриджет Эверетт за роль в комедийном жанре), а также Doctor Who (внезапно) как лучший семейный проект.

Из-за отмены летнего пресс-тура TCA вручение прошло нестандартным способом: список победителей объявили через серию коротких видео на YouTube. Это решение говорит о шатком положении организации в условиях продолжающегося кризиса индустрии — тем не менее, символическая значимость TCA Awards остаётся прежней, особенно в качестве барометра грядущего наградного сезона.

Планировал написать ещё один пост про The Pitt, а тут и трейлер второго сезона вышел.

Сезон вновь расскажет о 15-часовой смене в отделении неотложки, но теперь действие развернётся 4 июля — на фоне праздника и хаоса. Врачи будут бороться не только с перегрузкой и травмами, но и с последствиями отмены федерального финансирования: сокращения программы Medicaid, инициированные администрацией Трампа, напрямую затронули пациентов и клинику.

К слову, прежде чем стать одним из самых популярных медицинских сериалов за последние годы, The Pitt разрабатывался как непосредственное продолжение знаменитого ER («Скорая помощь»). Ноа Уайли был готов вернуться к образу доктора Джона Картера — не в виде камео, а в качестве центральной фигуры камерного драматического спин-оффа.

Идея родилась в период пандемии, когда Уайли начал получать десятки сообщений от медиков со всего мира, вдохновлённых его персонажем из ER. Эти обращения подтолкнули его к мысли, что именно Картер может снова стать голосом поколения — на этот раз не в обстановке рейтинговой теледрамы, а в более личном, чуть ли не исповедальном формате. Вместе с Джоном Уэллсом и Скоттом Джеммиллом — ветеранами ER — он начал разрабатывать проект, в котором взросление и выгорание врача стали бы главным фокусом.

Шоу должно было совмещать архивные кадры молодого Картера (ещё времён NBC) и современные сцены, создавая хронику жизни в экстренной медицине на протяжении трёх десятилетий. Формат был экспериментальным: сериал планировался как цикл эпизодов, каждый из которых раскрывал бы новую грань героя и его внутренней борьбы с системой и собой.

Проект зашёл далеко — обсуждались концепции, шли переговоры, писались черновики. Но запуск блокировала юридическая сторона: WB Television, Уэллс, Джеммилл и сам Уайли не смогли договориться с наследниками Майкла Крайтона, среди которых — его вдова Шерри Крайтон. Именно она контролирует авторские права на вселенную ER и, по данным Variety, не дала разрешения на использование имени, персонажей и сюжетных отсылок.

После того как идея прямого спин-оффа провалилась, Уайли и команда решили переосмыслить проект. Они отказались от Джона Картера, сменили сеттинг, структуру и визуальный стиль. Так родился The Pitt — сериал с новым персонажем, новым городом (Питтсбург вместо Чикаго), и полностью самостоятельным сюжетом. По словам Уайли, это был осознанный творческий шаг, а не попытка обойти юридические ограничения.

Однако конфликт разгорелся с новой силой, когда в августе 2024 года Шерри Крайтон подала в суд на Warner, Уэллса, Джеммилла и Уайли. В иске утверждалось, что The Pitt представляет собой «завуалированное продолжение ER» и было создано «с целью избежать признания прав Майкла Крайтона как автора». Ответчики отвергают обвинения, подчёркивая, что The Pitt — оригинальный проект, не имеющий юридической и сюжетной связи с ER.

Для Уайли это стало личной болью: «На тридцатую годовщину ER я чувствую себя менее всего готовым праздновать это достижение», — признавался он в интервью Variety. В его глазах The Pitt — не плагиат, а продолжение разговора, который он начал ещё в 90-х: о врачах, которых слушают только тогда, когда всё рушится.

Сейчас The Pitt, как я писал в предыдущем посте, уже получил статус «Программы года» по версии TCA Awards, а второй сезон является одним из самых ожидаемых продолжений. Но корни этого сериала и его успеха — в неслучившемся возвращении одного из самых известных проектов прошлого.

Добро пожаловать в киноиндустрию 2025.

Глянец смыт, осталась производственная реальность: убытки, расторжения, ИИ в титрах. Российский рынок где-то между перезапуском и анабиозом.

Единственное стабильное — желание все посчитать и на всем заработать.

Clapper — телеграм-канал без иллюзий. Мы не учим снимать «кино мечты». Мы показываем, кто, как и на ком зарабатывает.

Инсайды с питчингов, съемок, рекламных компаний и сделок. Кто запускается, кого вырезали с постера, какие тренды реально двигают деньги.

Если вы все еще верите в «волшебство кино», то вам туда, где выдают бейджи на Comic-Con.
Если понимаете, что это производство, рынок и модель — подписывайтесь.

Welcome to hell.

Critical Role открывает новую главу: четвёртая кампания, старт которой намечен на 2 октября, станет крупнейшим концептуальным сдвигом в истории шоу. Вместо привычного мира Экзандрии — новая вселенная под названием Араман, вместо Мэтта Мерсера за мастерской ширмой — Бреннан Ли Маллиган, один из самых уважаемых и харизматичных мастеров современного TTRPG-сообщества, автор Dimension 20 и преподаватель импровизации в колледже UCB.

Кампания впервые в истории Critical Role построена по принципу West Marches — формата, в котором партия делится на несколько самостоятельных групп игроков, пересекающихся внутри общего мира и сюжета. Такой подход делает акцент на исследование, свободный выбор направления истории и масштабную коллективную хронику. В данном случае кампания будет разделена на три параллельных стола с разными жанровыми акцентами:

Soldiers — военная и боевиковая линия, сфокусированная на конфликтах и физическом выживании
Schemers — история интриг, шпионажа и борьбы за влияние
Seekers — классическое высокое фэнтези с акцентом на мифологию, магию, древние силы и судьбу мира

Все три линии объединены общей вселенной и тематикой, а в стартовых четырёх сериях — увертюре — все 13 игроков пересекутся в одном нарративе, прежде чем разойтись по своим сюжетам.

Состав кампании — рекордный: к основателям Critical Role (Мэтт Мерсер, Лора Бейли, Эшли Джонсон, Лиам О’Брайен, Трэвис Уиллингем, Талесин Джафф, Мариша Рэй и Сэм Ригел) присоединяются шесть приглашённых участников:
Аабрия Айенгар — ведущая Exandria Unlimited и Dimension 20: Misfits and Magic, мастер с узнаваемым стилем и мощным актёрским диапазоном;
Робби Дэймонд — актёр озвучки и ветеран Exandria Unlimited, известный по ролям в Spider-Man, Persona 5 и Final Fantasy;
Луис Карасо — театральный актёр и постоянный участник Candela Obscura;
Уитни Мур — ведущая, актриса и автор, известная как участница D20: A Starstruck Odyssey;
Алекс Уорд — актёр озвучки и специалист по монстрам (в прямом смысле: играл существо в The Shape of Water и работал с Critical Role на Candela Obscura).

Кампания будет проходить по новым правилам D&D 2024 года, а также использовать элементы хоумбрю — оригинальных механик от студии Critical Role и Darrington Press, созданных под руководством Джереми Кроуфорда и Криса Перкинса.

Что касается сеттинга: Араман — это мир, переживший революцию против богов. Божественные силы были уничтожены, магия стала нестабильной, а посмертный мир остался без управления. На этом фоне назревает новая угроза — и новые герои должны понять, как жить в мире, где нет никого, кто бы указывал путь. Араман обещает стать не только технически самой амбициозной кампанией проекта, но и новым форматом коллективного нарратива, рассчитанным на погружённых фанатов и новичков одновременно.

Премьера состоится 2 октября на стриминге Beacon, Twitch и YouTube. VOD-версии будут выходить по понедельникам, подкасты — с разбивкой на две части. Подписчики Beacon также получат доступ к Critical Role: Cooldown — послесерийным эпизодам с закулисьем и реакциями игроков.

Также напомню, что первую кампанию, Legend of Vox Machina, адаптирует одноимённый анимационный сериал, четвёртый сезон которого стартует на Amazon в следующем году, а адаптация второй кампании, Mighty Nein, начнётся на стриминге 19 ноября.

Собрал тут небольшой экскурс для тех, кому интересно, что за зверь этот CinemaScore и зачем он нужен: на фото пример этого самого бюллетеня, который с 1979 года раздают зрителям — но только на старте премьерного уик-энда и только в нескольких десятках кинотеатров США. Заполняют его те, кто купил билет и досмотрел фильм до конца, а дальше агентство собирает оценки от A до F (аналогично американской школьной системе оценок) и продаёт данные студиям и прокатчикам.

На практике это, конечно, не про качество фильма и даже не про отзывы. CinemaScore фиксирует одно: насколько зритель получил то, что ожидал. Комедия оказалось предсказуемо смешной, боевик — зрелищным, а ромком — романтичным?Значит, будет A или около того. Любое отклонение — резкое падение вплоть до C и D. Ужасы и авторская драма чаще всего получают низкие баллы, потому что именно там режиссёры чаще ломают ожидания (и нередко низкий CinemaScore для студий вроде условных A24 — скорее комплимент).

Для чего CinemaScore действительно важен — так это для больших студийных релизов, где стоит задача удержать широкую аудиторию. Высокий CinemaScore с большой вероятностью укажет на стабильный сарафан, а значит — на хорошие сборы во вторую неделю и низкий дроп. Низкий скор для блокбастера или семейного фильма — повод для экстренного пересмотра маркетинга и лёгкой (или нет) паники среди студийных финансистов.

Но для всех остальных категорий кино, кроме блокбастеров и потенциальных крауд-плизеров, Cinemascore почти бесполезен. Хорроры не столь часто поднимаются выше B, хотя многие становятся культовыми. Артхаус, триллеры с неожиданными поворотами или радикальные эксперименты почти гарантированно получают C и D, но это не мешает им собирать верных фанатов или попадать в списки лучших фильмов года (привет mother! c рейтингом F, хоть это и экстремум).

Сегодня, конечно, влияние CinemaScore заметно ослабло. В 80–90‑е он действительно воспринимался как «термометр кассы» — особенно в глазах студий. Сейчас этот рейтинг — скорее часть ритуала: его до сих пор вставляют в трейлеры, указывают в отчётах, аккуратно добавляют в пресс-релизы. Но массовый зритель давно пролистывает эти буквы, особо не задумываясь, откуда они.

Для индустрии же это по-прежнему индикатор. Не вкуса, не качества, не креативного риска — а предсказуемости. CinemaScore нужен там, где решения принимаются не сердцем, а разумом и чековой книжкой, где важно не удивить, а подтвердить: да, продукт сработал так, как мы и рассчитывали.

Так что если вы (если вы в США) выходите с пятничного сеанса и вам протягивают зелёную карточку или фирменный планшет — значит, сейчас вас не просто спрашивают «понравилось или нет». Вас скорее просят заверить, что фильм был именно тем, за что вы заплатили — ни больше, ни меньше.

Лёгкий пятничный интерактив: кто угадает, что (формально) не так на этом постере, тот молодец.