Почему ОАЭ перестали отправлять студентов в Британию — и при чём тут Европа, исламизм и будущее Ближнего Востока? На первый взгляд новость выглядит частной – ОАЭ отменяют государственные стипендии для студентов, поступающих в британские университеты — из-за рисков радикализации и экстремизма (Financial Times).
Но на самом деле это не про образование. И даже не про Британию.
Это — про идеологическую войну внутри суннитского мира и провал европейской модели «мягкой интеграции». Давайте разберёмся!
ОАЭ и Саудовская Аравия: «мы это уже проходили»
Для элит стран Персидского Залива политический ислам — не предмет дискуссий. Это экзистенциальная угроза государству.
• «Братья-мусульмане» в ОАЭ и КСА официально признаны террористической организацией.
• Любая форма исламизма без насилия рассматривается как нулевая стадия радикализации.
• Университеты, НКО, «просветительские платформы» — это не нейтральные пространства, а инкубаторы элит.
Логика простая и жёсткая: «Если мы платим за образование, мы платим и за мировоззрение».
Почему именно британские университеты? Потому что именно Британия десятилетиями была:
• убежищем для исламистских интеллектуалов;
• площадкой для «умеренного политического ислама»;
• центром работы с мусульманскими диаспорами под флагом прав меньшинств и антиколониализма.
В Лондоне это называют:
— академической свободой
— плюрализмом
— diversity
В Абу-Даби это называют иначе:
— идеологической небрежностью.
Европа и её эмигрантский парадокс
Европа сегодня боится сказать вслух простую вещь: радикализация начинается не с автомата Калашникова, а с лекции, кружка, дискуссионного клуба и «правильной» интерпретации идентичности. В результате:
• исламизм легализуется как «гражданская активность»;
• университеты становятся центрами идеологического воспроизводства;
• государства теряют контроль над социализацией мигрантов.
Для стран Ближнего Востока это выглядит как инструкция по саморазрушению, а не модель для подражания.
Важно понять главное: ОАЭ не наказывают Британию. Они защищают свои будущие элиты. Один радикализованный выпускник:
• это десятилетия проблем,
• подрыв лояльности,
• экспорт нестабильности внутрь государства.
Более широкая картина...
Мы наблюдаем:
• не спор о ценностях,
• а разрыв между двумя моделями государства.
Европейская модель:
— пусть говорят,
— потом разберёмся.
Модель Залива:
— сначала фильтр,
— потом образование,
— потом доверие.
Сирия, Ливия, Тунис уже показали, чем заканчивается вера в «умеренный исламизм». ОАЭ и КСА сделали выводы. Европа — пока нет.
Эта новость — не про Британию. И не про студентов. Это сигнал: идеологический суверенитет важнее академической подготовки.
Восток — дело тонкое. Особенно когда речь идет об идеологии.

Певец любви к жизни
К 150-летию Джека Лондона

1. В день 12 января 1876 года в Сан-Франциско на свет появился Джон Гриффит Чейни. Впоследствии он станет всемирно известным под именем Джек Лондон. Писатель, журналист, общественный деятель. Впрочем, на пути к заветной цели ему придется перепробовать множество различных профессий, начиная от разносчика газет и уборщика в пивных до «устричного пирата».
2. Джек Лондон прожил короткую (всего 40 лет), но яркую жизнь. После смерти писателя некоторые литературные критики станут говорить о нем, как о наследнике «натуралистической традиции» великого Эмиля Золя (1840-1902). И на то были серьезные основания. Джек Лондон, говоря языком этнографов или социологов, был прекрасным «полевиком», знавшим изнанку жизни моряков и пиратов, рабочих и служащих, безработных и представителей криминалитета. Когда-то один мой коллега, многие годы занимавшийся боксом, сказал, что увлекся этим видом спорта после того, как прочел повесть «Игра». С его точки зрения, никто так точно (и сочно) не описал суть боксерского поединка, как Джек Лондон.
3. В СССР этот писатель был одним из культовых. Он занимал второе место после Ганса-Христиана Андерсена (1805-1875) среди иностранных авторов по количеству переизданий. В 1918—1986 гг. общий тираж книг Лондона составил более 77 млн. экземпляров! Этому есть свои объяснения. Кто из нас, советских школьников не читал в предисловиях к книгам Джека Лондона про особый пиетет самого Владимира Ильича к повести «Любовь к жизни»? Конечно же, в официальном литературоведении акцент делался на симпатиях писателя к левым идеям, его членстве в Социалистической рабочей и Социалистической партиях США.
4. Но симпатии миллионов читателей завоевал не плакатный «пламенный революционер», а писатель с честной позицией и блестящим стилем. Впрочем, Лондон и никогда и не был ходячим плакатом. Искренний защитник «униженных и оскорбленных», он в то же время стал одним из самых высокооплачиваемых писателей своего времени. Во многих справочниках и статьях можно даже встретить утверждение о Лондоне, как о «писателе-миллионере». Конечно, он никогда не следовал «принципам партийности» в литературе. Своими учителями он считал Роберта Луиса Стивенсона (1850-1894) и Редьярда Киплинга (1865-1936). В рассказах, повестях и романах Лондона нетрудно обнаружить влияние идей популярных на рубеже XIX-XX вв. Фридриха Ницше (1844-1900), Герберта Спенсера (1820-1903) или Томаса Карлейля (1795-1881). Герой-бунтарь, покоритель природы, способный преодолевать тяготы, ставить на кон и выиграть собственную жизнь, не зависящий от моды и сиюминутных суждений «толпы». Впрочем, у Лондона даже в самом его «ницшеанском романе» «Мартин Идеи» сила никогда не превращается в самоцель, она подчинена достижению совершенства, свободы и справедливости. «Падающего толкни» - явно не лондоновская система ценностей. Не будучи шовинистом, Лондон в то же время не раз проявлял свой искренний американский патриотизм и понимание мотивов правительства своей страны. Так было, например, в ходе Мексиканской революции 1910-1917 гг. Эх, не зря именно в Мексике появился афоризм: «Too far from God, too close to the USA».
5. Конечно, Джек Лондон известен прежде всего, своими «северными сюжетами» (Клондайк, «Золотая лихорадка). Но было бы большим упрощенчеством называть его лишь автором приключенческих произведений. До конца еще не исследована и не оценена его антиутопия «Железная пята». Между тем, сегодня, когда Америка пытается снова сделать себя «великой», это произведение Лондона выглядит прямо как актуальное социально-политическое эссе. Впрочем, не Америкой единой. «Железная пята» дает богатую пищу для размышлений и вне американского контекста. Были у писателя и фантастические произведения, поднимающие вопросы научной этики.
6. Словом, Джека Лондона нужно читать и открывать заново. Не только для того, чтобы освежить приятные эпизоды собственных отрочества-юности, но и задуматься над сложными головоломками современности.

Перспективы развития транспортной артерии Китай – Центральная Азия

В статье Бердимырата Гулова, Игоря Рыжова и Игоря Шамина из ННГУ анализируются перспективы железнодорожного проекта «Китай–Кыргызстан–Узбекистан», который долго оставался предметом обсуждений между КНР, Кыргызстаном и Узбекистаном. Проект неоднократно откладывался из-за разногласий сторон и ограниченной заинтересованности Китая, однако рост экономических интересов КНР в ЦА сподвиг к пересмотру его роли в новых геополитических условиях.

После обретения независимости государства Центральной Азии столкнулись с объективными транспортно-логистическими ограничениями.

ЦА остается одним из наименее интегрированных в глобальную систему перевозок, а затраты на импорт и экспорт здесь одни из самых высоких. Стоимость доставки одного контейнера из Центральной Азии в китайский Шанхай в 5 раз превышает аналогичные расходы при перевозке из Польши или Турции.

Отсутствие выхода к морю и низкий уровень экономического развития усиливают зависимость стран региона от сухопутной инфраструктуры как основного инструмента выхода на международные рынки.

Ключевым транзитным узлом для Китая стал Казахстан, чья железнодорожная сеть превратилась в «транспортные ворота» КНР в Центральную Азию, Россию и ЕС. Между КНР и Казахстаном функционируют два железнодорожных перехода с пропускной способностью 28 млн тонн грузов в год; строительство третьего увеличит ее до 48 млн тонн.

Также через Казахстан проходят Северная, Южная и Среднеазиатская магистрали, а также коридоры «Север–Юг» и «Транскаспийский». Однако зависимость от казахстанского транзита не полностью соответствует стратегическим задачам инициативы «Один пояс, один путь».

В этой логике Китай еще в 1997 г. предложил проект железной дороги ККУ, ориентированный на соединение западных регионов КНР с Кыргызстаном и Узбекистаном. Реализация проекта позволила бы ускорить развитие западных провинций Китая, снизить социальную напряженность, сократить транспортные издержки и избежать формирования «казахской монополии» в транспортной системе региона, что стало особенно актуально после событий в Казахстане в январе 2022 г.

Задержки в реализации ККУ объяснялись осторожностью Китая в отношении нестабильных стран региона, разногласиями по маршруту и нерешенными территориальными спорами между Кыргызстаном и Узбекистаном. В конце 2010-х – начале 2020-х годов эти препятствия были в значительной степени устранены, а политическая нестабильность в Казахстане в 2022 г. подтолкнула Пекин к активизации альтернативных маршрутов.

Для Кыргызстана проект ККУ означает привлечение инвестиций, улучшение транспортной связанности и выход к рынкам Китая, Центральной Азии и Персидского залива. Для Узбекистана — прямой доступ к КНР в обход Казахстана и потенциальный статус регионального распределительного центра.

В целом реализация ККУ усиливает экономическое присутствие Китая в ЦА, позволяя вытеснить других экономических игроков-конкурентов из региона — Россию, Турцию и Иран.

#РиНГЕ #ИМЭМО #Китай #ЦентральнаяАзия