Да, милые мои, давно оно прошло, то время, когда будущее было повторением настоящего и все перемены маячили где-то за далекими горизонтами. Голем прав, нет на свете никакого будущего, оно слилось с настоящим, и теперь не разберешь, где что.

Гадкие лебеди

Ну что же, значит, когда ты рубишь лес, больше всего достается тому самому суку, на котором ты сидишь…

Гадкие лебеди

И подчеркните, что не болота и трясины, а великолепные грязелечебницы; не прыгающие деревья, а продукт высокоразвитой науки; не туземцы, не дикари, а древняя цивилизация людей гордых, свободных, с высокими помыслами, скромных и могущественных. И никаких русалок! Никакого лилового тумана, никаких туманных намеков — простите меня за неудачный каламбур…

Улитка на склоне

«Вникает! – думал он со злостью. – Все ясно, как шоколад, – но вникает!»

Шесть спичек

Никто не считает, будто Странники стремятся причинить землянам зло. Это действительно чрезвычайно маловероятно. Другого мы боимся, другого! Мы боимся, что они начнут творить здесь добро, как ОНИ его понимают!

Волны гасят ветер

Выкапывал я истину, а выкопал кучу дерьма...

Пикник на обочине

«Лжешь учителю — солжешь кому угодно».

Полдень, XXII век

Румата крякнул от досады. - Вот несчастье!- сказал он.- И почему вы так много пьете? - Иногда бывает трудно удержаться, - грустно сказал брат Нанин.

Трудно быть богом

Есть только одна роскошь на свете — роскошь человеческого общения!

За миллиард лет до конца света

Если бог берется чистить нужник, пусть не думает, что у него будут чистые пальцы…

Трудно быть богом

Рабство их зиждилось на пассивности и невежестве, а пассивность и невежество вновь и вновь порождали рабство.

Трудно быть богом

Юра приподнялся на локте и сердито посмотрел на будильник. Будильник подождал немного и засвистел снова. Юра застонал и сел на койке. Нет, больше я по вечерам читать не буду, подумал он. Почему это вечером никогда не хочется спать, а утром испытываешь такие мучения?

Стажеры

Меня бесит вовсе не выбор Глухова. Какое я имею право беситься по поводу выбора, который делает человек, оставшийся один на один, без помощи, без надежды... Меня раздражает поведение Глухова п о с л е выбора. Повторяю: он стыдится своего выбора и поэтому - только поэтому! - старается соблазнить других в свою веру.

За миллиард лет до конца света

Ничего решительно невозможно было с ним сделать. Он не признавал компромиссов, поэтому договориться с ним было невозможно, он не признавал поражений, поэтому его невозможно было победить. Он был неуправляем, как космический катаклизм.

Жук в муравейнике

Ненависть - от природы, а любовь - от ума.

Хищные вещи века

Собирая постель и делая зарядку, я размышлял о том, что существует, вероятно, некоторый предел способности к удивлению. По-видимому, я далеко шагнул за этот предел. Я даже испытывал некоторое утомление. Я пытался представить себе что-нибудь такое, что могло бы меня сейчас поразить, но фантазии у меня не хватало. Это мне очень не нравилось, потому что я терпеть не могу людей, не способных удивляться. Правда, я был далек от психологии "подумаешь эка невидаль", скорее, мое состояние напоминало состояние Алисы в Стране Чудес: я был словно во сне и принимал и готов был принять любое чудо за должное, требующее более развернутой реакции, нежели простое разевание рта и хлопанье глазами.

Понедельник начинается в субботу

А там, где кончаются права, там начинаются обязанности...

Улитка на склоне

Как был шпаной, так шпаной и состарился...

Пикник на обочине

Дикий ты какой-то. Одно слово - русский.

Град обреченный

При этом он рассказывал свои сны и тут же толковал их по Фрейду, Мерлину и по девице Ленорман.

Понедельник начинается в субботу

Болото на Венере… Это представлялось межпланетникам абсурдным. Более абсурдным, чем пальмовые рощи на Луне или стада коров на голых пиках астероидов. Белесый туман вместо огненного неба и жидкий ил вместо сухого, как пламя, песка. Это ломало давно и прочно установившееся мнение и являлось само по себе открытием первостепенной важности. Но вместе с тем это невероятно усложняло положение, ибо было неожиданностью. А ведь ничто так не портит серьезное дело, как неожиданность.

Страна багровых туч