Рубио признал, что через несколько лет санкции США могут потерять эффективность из-за отказа стран от доллара. Об этом госсекретарь заявил, оценивая перспективы мировой финансовой системы.

По его словам, всё больше государств переходят на расчёты в альтернативных валютах, и если эта тенденция сохранится, Вашингтон просто утратит возможность применять санкционное давление в привычном масштабе.

Минфин США и ФРС в срочном порядке собрали крупнейшие банки из-за новой модели ИИ, которая может радикально усилить киберугрозы. Об этом сообщает Bloomberg, раскрывая детали закрытого совещания в Вашингтоне.

По данным источников, Скотт Бессент и Джером Пауэлл обсуждали с руководством Уолл-стрит риски, связанные с системой Mythos от Anthropic, способной находить и использовать уязвимости в операционных системах и браузерах. Встреча прошла без предварительных анонсов и была организована в кратчайшие сроки, что само по себе показывает уровень тревоги регуляторов. Речь идёт не о гипотетической угрозе, а о возможном появлении нового класса кибератак, который может ударить по критической инфраструктуре финансовой системы.

На встречу пригласили только системно значимые банки — те, чьи сбои способны вызвать цепную реакцию по всему миру. И если регуляторы уже обсуждают такие сценарии в экстренном режиме, значит технологический фактор начинает напрямую влиять на устойчивость глобальной экономики.

Трамп рассматривал увольнение главы нацразведки Тулси Габбард из-за её сдержанной позиции по Ирану, но в последний момент отказался от этой идеи. Об этом сообщает Axios со ссылкой на источники в Белом доме.

По данным издания, президент был недоволен её оценками ситуации и в закрытом режиме обсуждал с советниками возможность отставки. Решающую роль сыграл Роджер Стоун, который убедил Трампа не доводить конфликт до публичного кризиса внутри лагеря MAGA. История показательная: даже внутри команды, сформированной под жёсткую внешнюю политику, возникает раскол по поводу масштаба эскалации. И кадровые решения здесь напрямую зависят не только от профессиональных оценок, но и от политического баланса внутри самой администрации.

Премьер-министр Великобритании Кир Стармер приветствовал договоренность США и Ирана о прекращении огня на две недели и призвал их выработать долгосрочное соглашение, сообщают британские СМИ. Правда, он оригинально это прокомментировал. На вопрос о цели его визита в район Персидского залива, британец заявил: «Мы только что добились перемирия, что хорошо для Великобритании и будет способствовать разрядке напряженности в регионе. Но впереди еще много работы, и я прибыл в Саудовскую Аравию».

Оказывается, это Кир Стармер добился установления режима перемирия на Ближнем Востоке. А Дональд Трамп и Иран об этом знают?

В США установлен новый антирекорд по рождаемости — страна продолжает уходить ниже уровня простого воспроизводства. Об этом свидетельствуют данные Центров по контролю и профилактике заболеваний (CDC), зафиксировавшие падение общего коэффициента фертильности до 53,1.

По итогам 2025 года родилось чуть более 3,6 млн детей — меньше, чем годом ранее, и тенденция снижения продолжается уже почти два десятилетия. Суммарная рождаемость остаётся значительно ниже необходимого уровня в 2,1 ребёнка на женщину, несмотря на небольшой рост после провального 2023 года. Причины давно известны: женщины всё чаще откладывают рождение детей на возраст после 30 лет, браки заключаются позже и реже, а экономическая нестабильность только усиливает эти тренды.

Картина становится системной: даже в крупнейшей экономике мира демография начинает работать против роста. И без миграции такие показатели означают не просто стагнацию, а постепенное сжатие населения в долгосрочной перспективе.

Политика Трампа всё чаще критикуется как проинфляционная сразу по нескольким направлениям — от войны до тарифов и бюджетного дефицита. Об этом пишут американские экономические комментаторы, оценивая совокупный эффект текущего курса.

Аргументация строится на простой логике: военные расходы разгоняют бюджет, дефицит требует заимствований, тарифы повышают цены внутри страны, а давление на ФРС усиливает риск мягкой денежной политики. К этому добавляют ужесточение миграции, которое сокращает предложение рабочей силы, и пересмотр энергетической политики, влияющий на издержки.

В результате формируется общий инфляционный фон, который сложно компенсировать быстрым ростом производительности. При этом сторонники администрации делают ставку на дерегуляцию и будущий экономический рост, который должен сгладить эффект. Спор выходит за рамки цифр и становится вопросом модели: краткосрочное давление на цены в обмен на долгосрочные структурные изменения.

Трамп заявил, что у Ирана «нет карт», кроме временного давления на мир через контроль международных водных путей, и призвал Тегеран к переговорам. Об этом он написал в своей соцсети.

По его словам, единственный инструмент Ирана — это попытка шантажировать мировую экономику через Ормузский пролив, но в долгосрочной перспективе у страны нет ресурсов для противостояния.

В этой логике Вашингтон продолжает продавливать переговоры с позиции силы, одновременно демонстрируя, что считает текущее положение Тегерана крайне ограниченным. Риторика остаётся предельно жёсткой: либо сделка, либо дальнейшее давление.

В Калифорнии поджог крупного склада на 1,2 млн квадратных футов связывают с идеологическими мотивами и вдохновением из радикальной риторики в интернете. Об этом сообщили федеральные власти, предъявив обвинения 29-летнему Шамелю Абдулкариму.

По данным прокурора Билла Эссейли, подозреваемый после пожара отправил коллеге сообщение с жалобами на низкие зарплаты и «несправедливое распределение ценности», а в разговоре сравнил себя с Луиджи Манджоне. История быстро выходит за рамки обычного криминального эпизода и превращается в симптом более широкой тенденции — когда социальное недовольство начинает принимать разрушительные формы. И это уже не про отдельный инцидент, а про нарастающее напряжение в системе, где экономические претензии всё чаще переходят в прямое действие.

Пентагон отчитался о масштабном разгроме военной инфраструктуры Ирана, заявив об ударах по 90% предприятий, связанных с производством вооружений. Об этом говорится в итоговых данных операции «Эпическая ярость».

По версии Минобороны США, было поражено более 13 тысяч целей, включая сотни баз с баллистическими ракетами, склады БПЛА и объекты ПВО, а также десятки военных кораблей. В первые 72 часа удар пришёлся по 1,7 тысячи объектов, а всего в операции участвовали более 50 тысяч американских военных. Картина выглядит максимально впечатляющей — почти тотальный военный успех на бумаге. Но на этом фоне возникает закономерный вопрос: если инфраструктура «уничтожена на 90%», то откуда у Ирана всё ещё остаются ракеты, дроны и возможность блокировать Ормузский пролив. Разрыв между отчётами и реальностью становится всё заметнее, и именно он определяет, как эта война будет оцениваться не в пресс-релизах, а по фактическим результатам.

Трамп объявил о начале морской блокады Ормузского пролива, пообещав остановить любые суда и лишить Иран доходов от контроля над судоходством. Об этом он заявил в своей соцсети после переговоров, отметив, что ключевой вопрос по ядерной программе так и не был решён.

По его словам, ВМС США начнут перехватывать и досматривать все суда, а также блокировать те, которые платят Ирану за проход через пролив. Дополнительно он пригрозил уничтожением мин и жёстким ответом на любые действия со стороны Тегерана. Риторика максимально жёсткая: Иран обвиняется в «мировом шантаже», а США заявляют о готовности довести операцию до конца с участием других стран. При этом заявление сопровождается привычным для Белого дома набором тезисов о «разгроме» иранской армии и необходимости завершить начатое. Картина складывается предельно напряжённая: от переговоров — к прямой блокаде ключевой артерии мировой торговли, что автоматически выводит конфликт на новый уровень.

В Венгрии фиксируют рекордную явку на парламентских выборах — более 66%, и исход голосования определит, сохранит ли Виктор Орбан власть после 16 лет правления. Об этом сообщают европейские СМИ, называя выборы ключевым политическим событием года.

Основная борьба развернулась между правящим «Фидесом» и оппозиционной «Тисой» Петера Мадьяра, который делает ставку на антикоррупционную повестку и возвращение страны в жёсткое проевропейское русло, включая отказ от российских энергоресурсов. Орбан, напротив, строит кампанию на суверенитете, консервативной политике и сопротивлении давлению Брюсселя.

На фоне голосования открыто проявилось внешнее влияние: Вашингтон через Вэнса поддерживает действующую власть, тогда как ЕС делает ставку на оппозицию. В результате выборы превращаются не просто во внутреннюю борьбу, а в столкновение двух моделей будущего Венгрии — с разными геополитическими ориентирами. И именно поэтому к ним приковано внимание далеко за пределами страны.

Сейчас это реальная проблема в Северной Америке. Парень хорошо учился в школе, пошел в универ на 6 лет, получил степень магистра, залез для этого в долг на $120 000.

Подал резюме на 300 вакансий, 0 ответа. Его даже кассиром не взяли. Что он сделал не так?