За что и почему я люблю хорроры. Что-то вроде манифеста и ответа на постоянный вопрос, что влечет меня в этом жанре:

- главное. насилие в фильмах ужасов не имеет ничего общего с настоящим насилием. это важно понять. еще раз — НАСИЛИЕ В КИНО НЕ ИМЕЕТ РОВНО НИЧЕГО ОБЩЕГО С НАСИЛИЕМ В ЖИЗНИ. поверьте, я видел насилие в жизни и испытывал его, я видел мертвых и убитых, я видел кровь на асфальте и рваные раны перед носом, так вот — НИЧЕГО общего не имеет настоящая кровь с кровью бутафорской

- таким образом насилие в кино — это идеальное канализирование негативных эмоций в принципе, ужасы производят на меня целебный, умиротворяющий эффект. это лучший сброс стресса, идеальный способ сбросить все "туда" вместо того, чтобы сбросить все сюда
а сбрасывать у меня есть чего
как любой гиперчувствительный человек, а к тому же выросший вне тепличных условий, буквально на улице, дравшийся там до крови, получавший травмы, знающий, что такое травмпункт не раз, я знаю, что такое насилие и моя нервная система требует встрясок. хоррор — самый безобидный из них. это канализирование травм

- жанр хоррора максимально эстетский жанр. можно долго рассуждать о близости хоррора к изобразительному и даже современному искусству, о том, что хоррор выражает самые тонкие визуальные тренды эпохи, делая это в очень концентрированном виде, но говоря проще, хорроры — самый красивый жанр.

- жанр хоррора, не удивляйтесь, самый КИНЕМАТОГРАФИЧНЫЙ жанр, это чистое кино. потому что чистое кино говорит без слов, чистое кино говорит цветами, атмосферой, кадрированием, светом, композицией, тишиной, то есть БЕЗ СЛОВ, без экшена даже, чистое кино как фантастической красоты озеро, как музыка, оно работает с вами ритмом, монтажом, нагнетанием, и ни один жанр так мощно не умеет работать этими инструментами, как хоррор. ну разве что авторское кино, как гипертрофированное кино. задумайтесь о том, как работают ужасы, и поймете, что никакие боевики и комедии так не умеют. они все вам расскажут словами и пистолетами. ужасы делают это тоньше. они работают с вашим подсознанием, с вашим рептильным мозгом

- Или вот еще жанр слэшера. Жанр для эстетов, любителей видеть на экране не эрзац, а истинное кино, работающее строго визуальными методами, ритмом, атмосферой, цветом, светом, напряжением! Главными инструментами кинематографа. Исконными. И работает при этом слэшер всегда с нашими базовыми инстинктами, нашими базовыми страхами. Слэшер появился до появления кино.
Ведь что такое слэшер? Это материализация и визуализация в чистом виде идеи смерти. Идеи тленности бытия. В слэшере всегда эротика, секс, юность, здоровье, красота, молодость — и тут же, рядом, нечто уродливое, таинственное, запретное и грязное — приходит все это убить. Рецепт у слэшеров один, но это базовый закон бытия, главный. Прекрасной жизни угрожает смерть, на красивое и высокое покушается низкое. Это главный закон и свойство бытия. Любовь и насилие, чистота и грязь, молодость и старость. И маньяки в слэшерах конечно не конкретные какие-то маньяки и убийцы, которые ходят по сериалам, все эти дурацкие фишеры и чикатилы. Нет. В слэшере убийца не маньяк, он стихия, он демон, он — инфернальное непознаваемое зло, которое невозможно убить. Поэтому Джейсона невозможно убить. Зло здесь больше, чем зло.

И мы смотрим слэшеры потому что они о главном. Они работают с нашей базой. А еще слэшеры смотрят поистине чуткие к кино люди, которые любят в кино кино, эстетику, в том числе экспрессионистскую эстетику смерти. Игры в смерть, точнее. Ведь смерть в слэшерах ненастоящая, она только символ, метафора. Сила, которая всех всегда убивает, которую невозможно остановить, это не про реальное насилие, это символ стихии смерти. Вот поэтому слэшеры это кино для интеллектуалов, для людей, глубоко понимающих культуру. Именем товарища Джейсона Вурхиза. Да пребудут с нами слэшеры.