Напоминаю. 😔
Чистку проведу раньше..скорее всего этим вечером. Я не всем буду анмью писать, тк разделил по папкам тех, кто отметился, и кто нет.

Прошу не пугаться. Сейчас будет переоформа.

Помещение, в которое Цзун Цзю попал, напоминало пыльный музей чучел. На стенах, под слоем седой пыли, в потемневших от времени рамках висели ряды засушенных бабочек. Каждая – произведение искусства, застывшее в последнем мгновении, словно вечность в одном взмахе крыльев.

Цзун Цзю, облокотившись на бархатный диван из чёрного дерева, рассматривал одну из них. Бабочка с крыльями цвета закатного неба казалась до невозможного хрупкой. Он осторожно коснулся её крыла кончиком пальца – холод.

Тень метнулась рядом, и тяжёлая голова опустилась на его плечо.

– Знаешь..они так красивы, когда уже мертвы, – бесстрастно проговорил Цзун Цзю. – В них есть что-то хрупкое..некая элегантность конечности.

Мефистофель зарылся лицом в белые волосы мага, вдыхая аромат сандала и свежей мяты. Его взгляд, тёмно-золотой и пристальный, скользил по длинным пальцам Цзун Цзю, сжимающим хрупкое крыло. Он облизнулся, ощущая, как внутри нарастает нетерпеливое желание.

– Ах, мой милый маленький маг, ты читаешь мои мысли, – пробормотал дьявол, его голос стал низким и тягучим, словно патока. – Я тоже люблю хрупкость. Она так легко ломается..так легко поддаётся контролю.

Мефистофель прижался щекой к шее мага, его дыхание обжигало кожу. Аромат пыльной старины, тлеющих трав и чего-то ещё, сладкого и дурманящего, заполнил лёгкие.

– Эта коллекция – мои самые ценные души, – Мефистофель выдержал паузу, наслаждаясь нарастающим напряжением. – Пойманные в момент пика страха и отчаяния. Чувствуешь этот аромат? Это запах..абсолютной власти.

Цзун Цзю не изменился в лице. Его глаза оставались холодными и проницательными, будто рассматривали не Дьявола, а сложную математическую задачу.

– Запах навоза? – его голос был ровным и бесстрастным, – Не знал, что у тебя такие..фетиши.

Резким, отточенным движением Цзун Цзю сломал бабочку пополам. Хрупкое тельце хрустнуло, и крылья рассыпались пылью. Мефистофель вздрогнул, не от боли, а от внезапности. Он отпрянул, словно его обожгло, но выражение его лица тут же вернулось к привычному презрительному спокойствию. Однако в глубине его золотых глаз мелькнуло что-то похожее на..досаду.

– Слишком много пафоса, – Цзун Цзю отстранился от дивана, двигаясь с хищной грацией. – И слишком мало пользы. Если хочешь впечатлить меня, покажи, как заставить этих бабочек летать вновь.

Оставив Мефистофеля в душной тишине, окружённого мёртвыми трофеями, Цзун Цзю ушёл, оставив после себя лишь тонкий аромат свежести, дурманящий голову созданию тьмы. Дьявол остался наедине со сломанной бабочкой и ощущением, что его контроль над ситуацией дал трещину.

И виной тому был этот маленький, невозмутимый маг.

АU: модерн жаньвани и новелла о том, как маленький беловолосый хитрый маг не замечает намёков глупого дьявола.

« Все ушли, и Дьявол остался одиноким демоном. Но если кто-то должен быть рядом с ним, то это только он. Маленький Маг — единственный, кто нужен Дьяволу.
Прежде чем он успел договорить, холодный поцелуй прервал слова Мага.
В то же мгновение лестница и высокая платформа с оглушительным грохотом рассыпались на осколки. Мир вокруг превратился в звёздное небо, расстилающееся под чёрным занавесом. Миллионы фрагментов реальности кружились и падали, отражая свет звёзд и озаряя всё вокруг.
В этом рушащемся мире двое целовались, обнимали друг друга, падая вместе среди осколков тьмы и света, словно влюблённая пара, отдающая свои жизни ради любви под звёздным небом.
Дьявол смеялся. Его грудь тяжело вздымалась от смеха, переполненного радостью и счастьем.
Он знал: если хочешь удержать кого-то, нужно сначала отпустить, но если этот кто-то вернётся, он останется с тобой навсегда.
Дьявол поймал свою розу.
И он выиграл! »



Чу Ваньнин, вздохнув, отложил новую книгу. Аромат свежей типографской краски смешивался с тонким запахом старого дерева, исходящим от полки, на которой она лежала. Сняв очки, он устало потёр переносицу, оставляя на коже едва заметные следы усталости. Рядом сидел Мо Жань, с любопытством наблюдая за ним. Его взгляд был полон мягкой, но настойчивой нежности.

– Учитель, – голос Мо Жаня был подобен шелку, гладкий и чарующе мягкий, – что скажешь? Как тебе новелла? Я ведь столько уговаривал тебя прочесть..

Чу Ваньнин коротко кивнул, скрывая лёгкую улыбку за непроницаемым выражением лица.

– Неплохо, – прозвучало сухо, но интонация выдала едва уловимое одобрение. – Интересный сюжет, захватывающая романтическая линия..динамичная, пожалуй.

Мо Жань, не дожидаясь дальнейших комментариев, привлёк Чу Ваньнина ближе, его прикосновение было лёгким, но уверенным. В его глазах плясали озорные искорки, переливаясь предвкушением.

– Учитель, – прошептал Мо Жань, прижимаясь ближе, его дыхание коснулось кожи Чу Ваньнина, вызывая лёгкий трепет, – а что, если мы..повторим сцену бала? – голос стал немного глубже, приобретая интригующий оттенок, – Представь: огромный зал, приглушенный свет, мы в одинаковых костюмах..падающие игральные карты, словно звёзды, сверкающие в танце… и восхитительная корона, которую я надену тебе в конце. Наш собственный, волнующий танец.

Чу Ваньнин, несколько мгновений назад погруженный в мир вымышленных героев, медленно возвращался в реальность, наслаждаясь близостью Мо Жаня. Уголки его губ тронула едва заметная улыбка, скрывающая под собой усталость и нечто ещё – скрытое волнение.

– Хорошо, – согласился Чу Ваньнин, его голос был тихим, но в нём не было и тени отрицания. – Но никаких игральных карт, разве что..наши личные карты. И никаких зрителей. Только мы. Просто..наш вечер.

Мо Жань мягко сжал его руку, словно подтверждая соглашение. После чего он поднялся, взяв с полки бутылку старого вина с темно-красной, бархатной этикеткой.

– Тогда к нашему вечеру добавим немного вина, – Мо Жань улыбнулся, его глаза сверкнули озорством. – И ещё одну важную деталь.


Мо Жань ненадолго отошёл, возвратившись с изящной шкатулкой. Из неё он извлёк небольшую, элегантную коробочку. Чу Ваньнин, даже не глядя, понял, что внутри. Внутри, на бархатной подушечке, лежала алая роза, точно такая же, какую Дьявол подарил Цзун Цзю в казино, при первой встрече. Её лепестки переливались в свете настольной лампы, словно живые.

– Для тебя, Учитель, – Мо Жань подал ему розу, его взгляд был полон нежности и любви. – Мой собственный, нерушимый мир.

Чу Ваньнин взял розу, чувствуя тепло Мо Жаня, передающееся сквозь тонкие пальцы. Он знал, что Мо Жань понимает его лучше всех. Понимает его молчание, его усталость, его тайные мечты. Именно поэтому он останется с ним навсегда, в их собственном мире, где будут только их любовь, их история, их алая роза, их личные карты дьявола и мага.

Пусть вымышленная новелла закончилась, их собственная история только начинается.

итоги месяца..? быстро же..

ты в отношᴇниях? – нᴇт.
хочᴇшь отношᴇний? – .
тᴇҕᴇ нᴘᴀвится кто-то? – дᴀ.
ты лʏчшᴀя или хʏдшᴀя вᴇᴘсия сᴇҕя? – лʏчшᴀя.
счᴀстлив? – 79%
хочᴇшь что-то/кого-то вᴇᴘнʏть? – дᴀ.
познᴀкомились с кᴇм-то? – дᴀ.
хочᴇшь измᴇнить что-то в сᴇҕᴇ? – дᴀ.
пьᴇшь/кʏᴘишь? – нᴇт.
ᴇсть ҕлизкиᴇ дᴘʏзья? – дᴀ.
внᴇшность – 10/10
хᴀᴘᴀктᴇᴘ – 5/10
ᴀгᴘᴇссия – 6/10
жᴇлᴀниᴇ оҕщᴀться с людьми – 4/10
состояниᴇ – 7/10
люҕовь к окᴘʏжᴀющим – 5/10
ʏстᴀлось – 3/10
моᴘᴀльноᴇ состояниᴇ – 9/10
физичᴇскоᴇ состояниᴇ – 5/10
ᴀпᴀтия – 5/10
сᴀмооцᴇнкᴀ – 10/10
сᴀмоконтᴘоль – 7/10
ᴘᴀзочᴀᴘовᴀниᴇ – 2/10
вдохновᴇниᴇ – 7/10
дисциплинᴀ – 8/10
оптимизм – 6/10
новыᴇ знᴀкомствᴀ – 2/10


оцᴇнкᴀ мᴇсяцᴀ одним словом – ха-ха, голова трава.

Иии так! новая рубрика, встречаем.

А вы знали, что...

...осьминоги имеют три сердца? Два сердца перекачивают кровь через жабры, а третье сердце перекачивает кровь к органам. Когда осьминог плавает, это третье сердце перестает биться, поэтому они предпочитают ползать, а не плавать на большие расстояния.

« — гдᴇ-то тᴀм впᴇᴘᴇди стоялᴀ толпᴀ экзᴀмᴇнʏющихся, и полыхᴀл пожᴀᴘ. »

*
позᴀди них стоялᴀ ʏкᴘытᴀя в тʏмᴀнᴇ хижинᴀ. . .

ᴀ двоᴇ мʏжчин цᴇловᴀлись под вой сиᴘᴇн.