С помощью ИИ врачи удалили опухоль у 48-летнего пациента, одновременно отслеживая движения хирургических инструментов и определяя наиболее опасные участки.

При этом искусственный интеллект не управлял ходом операции и не принимал решений за врачей. Система в реальном времени анализировала происходящее: следила за перемещением инструментов и оценивала риск их соприкосновения с тканями.

Особенно важно это было из-за расположения опухоли. В этой области мозга гипофиз, кровеносные сосуды и нервы, отвечающие за зрение, находятся очень близко друг к другу. Как объяснили в NHNN, даже ошибка в несколько миллиметров может привести к тяжёлым последствиям — вплоть до слепоты, инсульта или смерти. Подсказки ИИ помогали хирургам видеть наиболее уязвимые зоны и избегать их.

💬 сделать краткое саммари;
💬 найти, что сказал конкретный спикер;
💬 найти упоминание своего имени;
💬 уточнить дедлайн и тд

Один из основных способов обмана — вишинг с использованием ИИ. Злоумышленники звонят от имени классного руководителя и просят перевести деньги, сообщить персональные данные или назвать код из СМС якобы для входа в электронный дневник.

Для создания копии голоса мошенникам достаточно нескольких десятков секунд записи речи человека. Распознать подделку можно по неестественным паузам, монотонной интонации, ошибкам в произношении, отсутствию звуков дыхания и несоответствующему ситуации фоновому шуму.

В молодости Толстой вёл довольно разгульный образ жизни: балы, вино, женщины и карты. Однажды он проиграл деньги, вырученные за продажу части родного имения. Позже начал вести дневник и постоянно пытался себя исправить. Одну из записей можно было бы принять за признание человека, который совсем недоволен собой: «Живу скотски.»
Толстой сильно зависел от чужого мнения: «До самого последнего времени я не мог отделаться от заботы о мнении людском». А в 25 лет уже с тревогой записывал: «Без месяца 25 лет, а ещё ничего».
Тем временем он становится известным писателем, воюет на Кавказе, участвует в обороне Севастополя и оказывается в центре литературной жизни Петербурга. Но даже собственным успехам не всегда рад. После «Семейного счастья» Толстой написал: «Оказалось такая постыдная гадость, что я, кажется, больше никогда не буду писать.»
С личной жизнью было не менее противоречиво. До Софьи Берс Толстой успел увлечься множеством женщин. Наконец решил: «Если и женюсь, то на одной из сестёр Берз». Перед свадьбой он показал будущей жене свои дневники, а во время объяснения заявил: «Ваша молодость и потребность счастья слишком живо напоминают мне мою старость. И невозможно счастье.»
Софья стала важнейшим человеком в его литературной работе. Она переписывала рукописи «Войны и мира» по семь-восемь раз, часто ночью. Тургенев после знакомства с романом сказал: «Ничего лучше у нас никогда не было написано никем».

Но литературный успех не принёс Толстому внутреннего спокойствия. Он переживал тяжёлый духовный кризис, размышлял о смерти и прятал шнурки и ружья, чтобы не покончить с собой. Позже его взгляды всё сильнее расходились с официальной церковью, государством и привычным представлением о собственности.
Толстой даже отказался от идеи получить Нобелевскую премию: «Очень прошу вас постараться сделать так... Чтобы мне не присуждали этой премии.» А когда премию в очередной раз получил другой человек, написал: «Это избавило меня от большого затруднения. Распорядиться этими деньгами, которые, как и всякие деньги, могут приносить только зло»

При этом Толстой вовсе не был человеком, который просто отвергал всё современное. Он сам объяснял свои взгляды так: «Я глубоко верующий, но восстаю против Церкви с её искажением истинной религии. То же и относительно науки». Он выступал против смертной казни, помогал голодающим, интересовался разными религиями и переписывался с людьми со всего мира.

А в последние годы жизни противоречия достигли предела. Толстой хотел уйти от собственности и привычной жизни, а Софья переживала за детей и семью. В октябре 1910 года 82-летний писатель наконец действительно ушёл из дома. Через несколько дней он оказался на станции Астапово, где тяжело заболел.

Перед смертью Толстой уже не узнавал жену. Его последние слова перед смертью звучали так: «Истина, я люблю Бога, как они».

Наверное, именно в этом и заключается одна из самых любопытных сторон Толстого: человек, которого весь мир считал великим, сам всю жизнь был занят поиском ответа на гораздо более простой вопрос - как же всё-таки правильно жить?