Хочу обратиться к руководству военного комиссариата Западного и Прикубанского округов. Речь о человеке, которого я знаю по службе в Ингушетии. После выхода на пенсию по выслуге лет, он в июне прошлого года заключил контракт с Минобороны через пункт отбора по контракту в Краснодаре. Воевал в штурмовом подразделении на Сумском направлении. В октябре последний раз вышел на связь с командиром, сообщил о ранении и запросил эвакуацию, после чего связь с ним прервалась. Признан пропавшим без вести. Согласно закону, пока он находится в этом статусе, его довольствие должно перечисляться жене. Но по какой-то причине этого до сих пор не произошло.

Сложно понять, почему произошел сбой в системе, но факт такой: его жена и трое малолетних детей остались без средств к существованию. Я понимаю, что сотрудникам военкоматов сейчас головы некогда поднять. Но за каждой такой ситуацией все же нужно видеть людей и стараться оперативно решить их проблемы. Семье удается выживать только благодаря бывшим сослуживцам мужа, которые перечисляют ей, кто сколько может. Мне кажется, за три месяца можно было бы уже разобраться в вопросе и решить его.

Всех, кто знал Серегу "Дизеля" по службе в Ингушетии, приглашаю присоединиться к помощи его семье. Перевод можно сделать по номеру телефона на карту жены +79667661430 (Надежда Викторовна К.). Перевод нужно делать на Т-Банк. С ними договорились, что не будут блокировать. Если кто из подписчиков присоединится, буду признателен. Но в первую очередь прошу военный комиссариат связаться с его женой по этому номеру телефона и решить вопрос с выплатами. Установочные данные здесь не указываю, так как человек служил в антитеррористическом подразделении, и пока статус "пропал без вести", раскрывать его личность публично не могу. Уважаемые сотрудники военокомата, разберитесь с этим вопросом, пожалуйста.

Павел Скороходов неоднократно выезжал в служебные командировки в Северо-Кавказский регион, участвовал в сложных оперативно-боевых мероприятиях и специальных операциях по пресечению актов терроризма, в том числе и в специальной операции по освобождению заложников в школе №1 г. Беслан.

В марте 2013 года при проведении специальной операции в дагестанском поселке Семендер был ранен, но после лечения вернулся в строй.

Указом Президента Российской Федерации за мужество и отвагу, проявленные при исполнении воинского долга, подполковник Кайтуков А.С. и подполковник Скороходов П.А. награждены орденом Мужества (посмертно).

Взято у Gene Green

Сегодня день образования подразделения отмечает тверской СОБР "Волк"!

Фото Спецназ-ПРО, фотограф Вадим Ефремов

Тверской СОБР в самом начале боевого пути. Из архива читателя

Дорогие друзья, как вы знаете, у нас на канале периодически публикуются реальные рассказы о происходящем во время спецоперации. Мы публикуем очередной рассказ нашего "вертикального друга". Ниже предисловие от нашего товарища:

"Здравствуйте, уважаемые читатели. Нынешний пост пора было давно написать, да еще приурочить к конкретной дате. Но дел всегда хватает, а работа не способствует писательскому делу".

#РассказыСВО

Последний полет

Летать вечно не может никто, поэтому в жизни каждого летчика наступает его последний полет. Он может произойти по-разному. Кто-то последний раз в жизни берет в руки штурвал и совершает последнюю посадку, прекрасно зная об этом. А кто-то уходит в полет, не подозревая, что вернуться ему уже не суждено.

Конкретно эта история очень личная для меня, так как описываемых людей я знал лично. Я с ними довольно долгое время совместно работал и рисковал жизнью, вместе жили под одной крышей, вместе радовались и грустили, вместе бывали за столом. А потому эмоции мои были заметно ярче.

17 сентября 2022 года. Буквально неделя как я вернулся с месячного отпуска на СВО и уже вовсю был в струе, успев поучаствовать в несколько заметных событиях в жизни нашей вертолетной группировки. В этот день я выполнял задачи ПСО для вылетов штурмовой авиации. Обычный осенний день, солнечный и теплый. Шел к концу второй вылет, никаких неожиданностей не было. Спокойствие и умиротворение. Около Волновахи нам на встречных курсах попалась вторая группа, которая летела на удар. Расходясь левыми бортами, я сказал в эфир:

- Легкой работы, мужики!
- Спасибо, и вам спокойствия на вылетах! - ответствовали мне.

С чувством исполненного долга мы продолжили полет. Вот пересекли границу с Россией, несколько минут, перепрыгнуть лиман, и перед нами лежит родная полоса. Мягкая посадка, привычными движениями обесточили вертолет. Под стихающий вой двигателей достаю из кармана телефон и включаю его. За месяцы работы выработалась привычка - перед запуском двигателей выключать телефон, а после выключения двигателей включать. Стоило телефону включиться и сразу же входящий звонок от командира звена.

ПРОДОЛЖЕНИЕ

НАЧАЛО

- Слушаю, - отвечаю на вызов.
- Саныча сбили. Пока неясно. Готовьтесь быстро к повторному, возможно пойдешь ты.

В голове сразу же мысли сбились в тугой клубок. Информация не хотела укладываться в голове. Мы же только что видели их группу, все нормально было. Мужики с опытом огромным, воюют на СВО с апреля. В том районе мы были буквально перед ними - там тишина и никакой активности. Да и куда там мне идти? С ними на "восьмерке", пожалуй, самый опытный экипаж. Уж если они не заберут, то мне там и ловить нечего. К борту подошел командир моей "крыши":

- Что за суета там?
- Да вот, сказали, что Саныча сбили. Нам надо к повторному быстро готовиться, возможно пойдем забирать.
- Понял, пойду, техников потороплю. Если вдруг чего поменяется - набери.
- Хорошо.

Быстро заправив вертолет и выполнив контрольные осмотры, мы доложили командованию, что готовы к вылету. В ответ поступила команда ожидать. Что ж, ждем. Но долго скучать не пришлось, буквально минут через 20 поступила команда - запускайтесь, третий вылет по плану, по вашей задаче. Что ж, по плану так по плану. В этот момент я подумал - значит, мужиков забрали и все нормально.

Варианта, что экипаж погиб, в моем мышлении не существовало априори. Подсознательно для меня они были бессмертными. Можно сказать, богами Олимпа, сошедшими к простым смертным для помощи в правом деле. Ну, вот как-то такое впечатление у меня сложилось, после длительной работы с этим экипажем.

Спокойно запустившись, наша пара взлетела в расчетное время и взяла курс на район работы. Мы уже почти перелетели лиман, когда на встречном курсе показалась пара вертолетов. Это возвращалась та самая группа. Осознание, что в группе не хватает одного "соосного", отдавалась морозом по коже. Парни возвращались в полном молчании. Дальнейший полет проходил обыденно. Доложив о занятии зоны, тут же поступили указания через "антенну":

- Примите координаты.
- Готовы принять.

Быстро продиктовав широту и долготу, "антенна" уточнила:

- После своей задачи нужно будет сходить на эту точку, забрать экипаж 521-го.
- Понял вас, сделаем!

Через минуту в эфире появились "Грачи":

- На подходе.
- Привет крылатым, готовы к работе! - обозначил я себя в эфире.
- Винтам привет, вас приняли!

ПРОДОЛЖЕНИЕ

НАЧАЛО

Еще буквально пара минут и мимо нас пронеслась пара "крылатых", откидываясь "тепловушками":

- Работу закончили, спасибо за прикрытия!
- Вас поняли, удачи! - ответил я им.
- Шмель, я 829-й, "крылатые" работу закончили, выдвигаюсь по координатам!
- Понял вас, 829-й. Ветряк передает, посадка не раньше 17:00.
- Информацию принял.

Прикинув расстояние до точки и запас времени, понимаю, что мы и так прилетаем в район точки плюс-минус в это время. Заняв курс и установив скорость, сам же мысленно уже представляю как заберем мужиков и отвезем на базовый аэродром. Я по-прежнему даже на секунду не мог подумать, что их уже нет в живых. Я пребывал в уверенности, что экипаж катапультировался, а экипаж ПСО не смог их сразу забрать из-за огневого противодействия противника. И теперь они выбрались в более-менее спокойное место, откуда их можно забрать.
Выйдя по времени на точку, я сделал вираж, чтобы осмотреться. Признаков того, что нас встречают, нет.

- Это точно то место? - спрашиваю штурмана.
- Однозначно. Вон, перекресток на восточной окраине села - это центр по координатам.
- Да? Ну ладно. Экипаж, садимся.
- 638-й, я на посадку, - подсказал я крыше.
- Принял тебя, ветерок штилевой.

Аккуратно зайдя вдоль лесопосадки у дороги, приземляемся прям точно по координатам. Вокруг пустота и тишина. Ни наших бойцов, ни вражеских, ни местных, ни экипажа. Даже птиц - и тех нет. Просто пустота. В кабину заглянул командир группы спасателей:

- Ну что?
- Не знаю. По координатам - тут. По времени тоже все четко.
- Ладно, с парнями выглянем, посмотрим.

Наблюдая полное отсутствие активности вокруг, я все же решил уточнить:

- 638-й, там Шмеля спросите, где встречающие. А то тут просто пустота.
- Понял. Шмель, 829-й спрашивает, что там с встречающими, а то тут пустота.

Ответа я не слышал, но "крыша" мне подсказала:

- Пока взлетай и южнее в зону ожидания отходим.
- Понял.

Вернув спасателей на борт, мы взлетели. "Крыша" тут же пристроилась за мной.

- Шмель, 829-й взлет произвел.
- Шмель, 638-му! - ответил Шмель.
- А кто вообще встречать нас должен? Машина там, или люди?
- 638-й, не знаю. Мне сказали, что будут тела...

После этих слов внутри все оборвалось. Нет больше парней. Не будет больше подколок и шуток. Не будет больше совместных вылетов. Вот только утром на КП виделись, общались и радовались жизни. А теперь все. Путь окончен. В состоянии полной отрешенности я успел сделать два виража, когда на третьем заметил подъезжающую к тому перекрестку машину с красным крестом во весь борт.

- 638-й, это к нам, наверно, сажусь.
- Понял, 829-й.

Без всяких раздумий сходу выполняю посадку. Грузовик останавливается в десяти метрах от нас. Да, без сомнений, это они. Я обернулся к командиру спасателей:

- Встречайте, пора забирать парней.

Он летал в гарнитуре, а потому все переговоры слышал. Без слов он кивнул мне головой и вышел из вертолета. Монотонно гудели двигатели, над головой мелькали лопасти, а время тянулось бесконечно. Я сидел в кабине, не в силах отпустить ручку управления, и смотрел, как из чрева "кунга" аккуратно вытаскивают носилки, с лежащим на них черным мешком. Потом вторые. Следом вытащили кресло. Парни аккуратно занесли носилки и поставили их на пол в грузовой кабине, следом закинули кресло. При этом попросили меня подойти к медику, который их привез. Выходя из кабины, я бросил взгляд на кресло - несколько помятое, со следами крови. Верить в это абсолютно не хотелось. На негнущихся ногах я дошел до медика:

- Парни сказали, что вы их знали. Нужен номер их части, звания и фамилия с именем, - обратился ко мне медик, перекрикивая шум двигателей и винтов.

Я выдал ему необходимую информацию, а заодно оставил номер телефона для связи. На случай если что-то еще понадобится.

ПРОДОЛЖЕНИЕ

НАЧАЛО

- Как вообще? - задал я ему вопрос.
- Взрывом из кабины выкинуло. Нашли почти прямо у останков борта. Один в кресле был, другой без. Переломанные, - без лишних слов ответил мне медик.
- Понял. Удачи вам, до свидания!

Возвращаясь в кабину, я подошел к носилкам и по очереди подержался за них, как бы прощаясь с парнями. Трогать самих парней мне не хватило духу. Заняв место в кабине, я доложил крыше:

- 638-й, я взлетаю, пристраивайся!
- Понял.

Аккуратно отделив вертолет от земли, плавно набираю скорость и высоту. Я старался лететь максимально аккуратно. Так аккуратно, как ни разу в жизни на тот момент не возил живых.

- Давай АСО, - сказал я штурману.

Он все понял и без слов нажал кнопку отстрела, сделав несколько залпов тепловыми ловушками. Это был скромный салют от нашего экипажа погибшим Героям. На нашу долю выпало сопроводить парней в их последний полет.

- Шмель, я 829-й, взлет произвел. Экипаж 521-го на борту, - тяжело сказал я. - Идем домой.
- 829-й, вас понял. Ветряк подсказал, вам на Дорожный, "крыша" с "ленточки" может домой.
- Понял, "крышу" домой, мне на Дорожный.

Дальше полет проходил в абсолютной тишине. Штурман, видя мое отрешенное состояние, взял у меня управление. А я сидел в полной потери связи с реальностью. Круг за кругом я гонял в голове одни и те же мрачные мысли, осознавая зыбкость существования человека. Я понимал, что произошедшее не сон, но поверить все равно еще не мог. Все так же настойчиво в мозгу всплывала мысль - это все "глюки", ты переутомился, все это неправда. В какой-то момент вообще было желание выскочить в кабину и открыть мешки, чтобы убедиться - не они. Что мы забрали каких-то чужих, а наши где-то там, может раненые, но живые. Тишину разорвал голос "крыши" в эфире:

- Шмель, группой "река". 829-й, попрощайтесь с парнями за нас. Ждем вас с полета!

Оказывается, уже прошло 30 минут, мы уже летим над Россией. Более-менее я очухался к посадке в Ростове. Немного в чувство привело общение с руководителем полетов.

- 829-й, вам посадка на магистральной, напротив КДП, - дал мне указание РП.
- Понял вас.

Колеса мягко коснулись бетона, облегченно вздохнули двигатели, будто до этого тащили на себе неподъемный груз. Медленно к винту приближалась машина скорой помощи.

- Пойду, помогу, - сказал мне бортовой техник и вышел из кабины.

Я видел, как носилки вынесли из вертолета и поставили на бетон под винтом, ожидая, когда откроют машину. Каждый из спасателей по очереди подошел к носилкам, сняв шлем, и попрощался. А после санитары подхватили носилки и аккуратно поставили их в машину. Захлопнулись двери. Вот и все. Конец. А по щеке текла слеза.

ПРОДОЛЖЕНИЕ