Индийские СМИ очень сдержанно комментируют выступление Лаврова на "Райсине", в основном упирая на поддержку Россией постоянного членства Индии в СБ ООН и не акцентируя внимание на очередных нападках на ИТР. Пользователи соцсетей реагируют более откровенно, многие интересуются, точно ли к ним приехал глава МИД России, а не Китая?

по поводу подписанной накануне торговой сделки США и Китая вспоминается бессмертная фраза Фоша: "Это не мир, это перемирие на 20 лет". А в данном случае, скорее всего, и того меньше.

Могу только репостнуть с благодарностью и лучшими рекомендациями. Все перечисленные каналы с удовольствием читаю и сам.

Мы любим читать наших авторов не только на страницах журнала «Профиль», но и в их собственных Telegram-каналах. Поэтому сделали для вас подборку топ-5 лучших:

Россия в глобальной политике – формально канал одноименного журнала, а фактически – авторский канал его главного редактора и нашего большого друга Федора Лукьянова. Много эксклюзивных комментариев, позволяющих понять, что же творится в мире.

Special Lassi – авторский канал Алексея Куприянова, посвященный Южной Азии. Особенно хороши заметки об Индии, впрочем, тем, кто регулярно читает «Профиль» и так известно, на чем Куприянов специализируется.

Китай.80-е – авторский канал Ивана Зуенко, регулярно рассказывающего на страницах «Профиля» об истории, политике и культуре КНР. Читать стоит хотя бы ради интереснейших постов о китайском кинематографе.

Совет по внешней и оборонной политике – здесь перепечатываются все статьи и интервью членов СВОПа, а среди них – сразу несколько постоянных авторов «Профиля» и заместитель главного редактора журнала.

Ватфор – канал о политике и международной безопасности, ведется коллективом авторов. Некоторые уже отметились публикациями в «Профиле». Надеемся, что сотрудничество будет развиваться.

Bonus:

Записки редактора – личный канал заместителя главного редактора «Профиля» Артема Кобзева, посвященный журналистике и русскому языку.

Вообще ничего удивительного. Когда автор этого канала писал диссертацию на материалах Национального архива Индии, в листе выдачи многих материалов значилась единственная фамилия - Леонида Митрохина.

Начал читать книгу Уильяма Далримпла "The Last Mughal" о Бахадур Шахе II и сипайском восстании. Произведение примечательно тем, что Далримпл использует так называемые Mutiny papers - корпус документов, захваченных англичанами после падения Дели и пленения Бахадур Шаха. Список документов крайне обширен и включает в себя материалы по совершенно разным вопросам - от протоколов совещаний одного из лидеров восставших Бахт-Хана с могольскими принцами до челобитной делийских проституток тому же Бахт-Хану со слёзной мольбой заставить своих солдат заплатить хотя бы часть накопившегося огромного долга.

В предисловии Далримпл с удивлением отмечает, что он похоже является вторым человеком, который с 1857 года работал с Mutiny Papers - первым был архивный служащий, который в 1921 году составил опись документов. Вместе с тем, бумаги лежат в Национальном архиве в Дели и затребовать их может любой желающий. Та же самая ситуация с подшивкой урдуязычной газеты, которая издавалась в Дели во время восстания (её издатель Маулави Мухаммад Бакир изначально сочувствовал сипаям, затем попытался переметнуться на сторону анличан, но всё равно был расстрелян после взятия Дели в сентябре 1857 года). Далримпл иронично замечает, что за вторую половину XX века были написаны сотни работ по "переосмыслению роли сипайского восстания в контексте антиколониальной проблематики", но никто из индийских или европейских исследователей не удосужился дойти до архива и ознакомиться с важнейшими документами восставших.

Админ знаком с положительными и отрицательными чертами индийской историографии, поэтому верит, что описываемая ситуация вполне реальна. Сам админ несколько дней провел в Делийском муниципальном архиве, изучая интереснейшие документы по адаптации беженцев из Пакистана в индийской столице. Админ был единственным посетителем архива - кроме него в здании был один архивный работник и сторож, сидевший на первом этаже и кормивший пшеном индюка.

Работа в индийском архиве имеет ту особенность, что половина заказанных вами дел обязательно будет находиться на загадочной "инвентаризации", а про половину от оставшегося количества архивный работник честно скажет, что найти он этого не смог. Но даже после выдачи вам на руки пыльных папок сюрпризы не заканчиваются - номера в архивной описи очень часто проставлены неправильно, поэтому на руки вы можете получить что угодно. Впрочем, это иногда может обернуться и к лучшему - однажды админ в очередной раз понял, что ему принесли вовсе не то, что он заказывал. Админ было хотел пойти скандалить и требовать справедливости, но тут обнаружил, что выданные ему по ошибке три огромные папки - это отчёты делийской полиции о наблюдении за "подрывными политическими силами" за 1948-1950 гг. Надо ли говорить, что эти документы тоже никто и никогда не исследовал?

Несколько специфическое изображение, конечно, но видно, как уважают индийские военные моряки адмирала Горшкова.

В воспоминаниях Ранджита Рая о Горшкове есть любопытная подробность о пребывании С.Г. в Индии. Так как Ранджит говорил по-русски, контр-адмирал Кармаркар назначил его флаг-офицером при высоком госте. В обязанности Рая входило, кроме всего прочего, при встрече с индийскими адмиралами давать Горшкову о них необходимую информацию, в том числе и о том, употребляют ли они алкоголь. Всего существовало три кодовых фразы: "Eta Admiral Pyot", "Eta Admiral Kharasho Pyot" и "Eta Admiral Nye Pyot".

Дело в том, что командиры всех индийских кораблей были проинструктированы наилучшим образом, и русскому адмиралу, поднявшемуся на борт для встречи с индийским коллегой, в обязательном порядке предлагали графин с водкой и стопки. Соответственно, в случае, если eta admiral nye pyot, Горшков просил принести стакан фруктового сока и водку не пил; если адмирал пил, то дело ограничивалось одной взаимной стопкой, а если kharasho pyot, то тремя.

Такие они, будни морской дипломатии.

Где-где, а в Индии брексит восприняли с восторгом. Выход Британии из ЕС означает, что в ближайшее время англичане, стремясь найти новых торговых партнеров, переключатся на Индию. Она уже включена в программу GREAT Ready to Trade и рассматривается Британией наряду с Австралией, Бразилией, Канадой, КНР, Японией, Мексикой, Сингапуром, ЮАР, Южной Кореей, Турцией, ОАЭ и США как глобальный партнер в постбрекситном будущем. Да и предыдущие обещания Джонсона расширить и углубить торговые отношения с Индией и в целом превратить отношения Лондона и Нью-Дели в truly special relations вселяют оптимизм в индийские сердца.

В Индии стартовала кардинальная реформа МИД. В основном техническая, никакой радикальной смены целей типа установления контактов с марсианами, дипотношений с пингвинами или военного союза с Китаем нет, но все задачи разделят на рутинные и стратегические и замкнут их на разные структуры внутри министерства, чтобы выдача виз и проведение очередных фестивалей не мешали полету стратегической мысли. Подробнее вот: https://timesofindia.indiatimes.com/india/mea-starts-its-biggest-internal-rejig-in-50-years/articleshow/73783309.cms

В этой связи интересна, пожалуй, смена руководства ряда направлений, в частности, перевод на Индо-Пацифику Нины Малхотры, до того сидевшей на африканском направлении. Автор канала с ней ни разу не встречался и знает ее исключительно по газетной шумихе 2010 года, когда ее домработница Шанти Гурунг, привезенная из Индии в Нью-Йорк, выбрала свободу и выдвинула против дипломата кучу обвинений, потребовав с нее полтора миллиона долларов в качестве компенсации. В 2012 году, когда Нина Малхотра уже давно вернулась в Нью-Дели, американский суд вынес решение в пользу домработницы, но дальше за этой историей я уже не следил. Не знаю, кто там прав и кто виноват - дипломат профессия особая, и суд в самых демократических странах нередко служит одним из инструментов давления на нежелательных дипсотрудников.

левые паблики тем временем тоже среагировали на выход Британии из ЕС

По телеграму распространяется история о том, что "лидер Восточного Бенгала призвал провести референдум" в Индии по поправкам в закон о гражданстве. Имеется в виду главный министр _Западной_ Бенгалии Мамата Банерджи, а Восточная Бенгалия - это, на секунду, Бангладеш

О важности знания иностранных языков.

В декабре 2012 года президентом Мальдив стал Вахид. Для оценки ситуации на Мальдивы спешно вылетел британский дипломат из Коломбо, который ещё до встречи с новым президентом ради полноты картины провел встречи с рядом членов мальдивской Демократической партии. Разговор шёл на английском, и собеседники дипломата именовали нового президента не иначе как Багхи Вахид. Именно так - по имени и фамилии, - дипломат и планировал к нему обратиться при встрече, но перед самым приёмом все же решил проконсультироваться с кем-то из местных и выяснил, что нового президента зовут на самом деле Мохамед Вахид Хассан Маник, а Багхи означает "предатель".

я бы не стал делать каких-то капитальных выводов из победы "Аам Аадми парти" на выборах в Нью-Дели, и уж тем более предполагать, что Кеджривал станет в обозримом будущем альтернативой Моди, а ААП - третьей силой в индийской политике после ИНК и БДП. ААП уже дважды пыталась выйти на общенациональный уровень, но разгромно проиграла оба раза - в 2014 получила четыре места, а в 2019 одно. Пока ей удалось закрепиться в статусе оппозиции только в проИНКовском Пенджабе (кроме Дели, конечно), где она отобрала голоса у других оппозиционных партий. Кеджривал - талантливый и харизматичный политик, но это сугубо делийский феномен, своего рода индийский Лужков, который вряд ли сможет конкурировать с не менее харизматичным Моди.

к сожалению, не могу процитировать сообщения сразу из двух каналов коллег (https://t.me/indiaanalytics и https://t.me/india_tv2020, подписывайтесь, кто еще не), указывающих на запрос на третью силу в Индии, но сама по себе тема очень интересная. Третья сила в индийской политике успешно выступала дважды: на рубеже 80-90-х (Национальный фронт) и в 1996-98 (Объединенный фронт). В первый раз это стало результатом долговременного кризиса правившего долгие годы ИНК, и показательно, что Национальный фронт выиграл в том числе благодаря поддержке как справа - со стороны еще слабой БДП, - так и слева, со стороны Левого фронта. Объединенный фронт же пришел к власти на краткое время из-за того, что одержавшая победу на выборах БДП была слишком слаба, чтобы сформировать парламентское большинство.

Сейчас мы не видим ничего похожего. БДП, хотя и проигрывает отдельные штаты, второй раз подряд одерживает победу на общенациональных выборах, причем улучшает свое положение; популярность Моди остается высокой, никаких признаков упадка пока не видно, электоральная база не сужается. Более того, наблюдается тренд на упадок региональных партий, и победа ААП на выборах - это исключение, а не правило, равно как и успех All India Trinamool Congress и Telangana Rashtra Samithi . Эти партии сильны на региональном уровне, но когда они попытались все вместе сформировать Федеральный фронт на выборах 2019 г., то потерпели сокрушительное поражение, уступив даже слабому Конгрессу и сталинской Dravida Munnetra Kazhagam.

Кеджривал выиграл в Дели главным образом потому, что не противопоставлял себя БДП и ИНК и позиционировал себя как региональный политик, не пытаясь выступать против Моди. Одним из его лозунгов стало "Поддерживаешь БДП или Конгресс - все равно голосуй за метлу! (символ ААП)" Так как Кеджривал действительно отличный сити-менеджер, то в его победе мало кто сомневался даже среди сторонников БДП. Но национальные выборы - совсем другое дело, там необходимо иметь мощную базу в разных штатах или опираться на союзные влиятельные региональные партии; первого у ААП нет, вторые в упадке. Сам по себе запрос на альтернативу Моди не обеспечит его оппоненту победы, как показывает пример Рахула Ганди; нужно иметь еще мощную базу по всей стране либо сильных союзников, понятную программу и харизматичного и умелого лидера. У ИНК проблемы с последним, у ААП - с первым. Но для смены партийного лидера достаточно порой пары часов, а электоральная база выстраивается годами и десятилетиями. Я бы предположил скорее, что ИНК так или иначе справится со внутренним кризисом, либо найдя харизматика внутри партии, либо поддержав какого-нибудь мощного союзного политика, хотя бы того же Кеджривала, чем то, что Кеджривал сформирует вокруг себя третью силу. Ведь запрос на альтернативу, как верно заметили коллеги, действительно существует; другой вопрос - сумеет ли эта альтернатива, даже если она появится, победить Моди и БДП.

Не совсем ясно, что имелось в виду коллегой под пророссийским вектором индийской внешней политики и его нынешней сменой в пользу США. Как никогда уместно напомнить сакральный принцип индийской дипломатии: "у Индии проиндийская внешняя политика". И все же уже достаточно давно Россия потеряла место главного приоритета политики Индии.

Ну, а если сравнивать отношения Индии со странами по визитам лидеров, то в последние 20 лет, после пятидневного (!) визита Клинтона в марте 2000, поездки американских президентов традиционно отличались красочностью и шумихой в СМИ на околополитические темы. В этом смысле в ажиотаже вокруг приезда Трампа нет ничего особенного.

Визиты же российских лидеров, хотя количественно их было больше, имели более деловой характер и менее широкую географию.

По поводу влиятельности индийской диаспоры в США хотелось бы отдельно вспомнить историю с санкционным вейвером из-за закупок С-400, когда внезапно обнаружилось, что вся огромная индийская диаспора никак не может повлиять на внешнеполитические решения администрации президента США, а этнические индийцы в американских органах власти оказались патриотами новой Родины и руководствовались исключительно американскими, а не индийскими интересами. Вейвер в итоге был введен после долгих обсуждений и только благодаря тому, что Госдеп и Пентагон сумели найти рациональные аргументы в пользу того, что дружественная и готовая прикупить еще американского оружия Индия в настоящих условиях куда важнее США, чем наказанная и обиженная Индия.