Как практикующий юрист могу сказать, что в «обычном» банкротстве, такие заявления уместны, особенно, когда налицо заинтересованность сторон, однако когда речь идёт о финансовых пирамидах, с тысячами потерпевших, попытки уравнять с кредиторами тех, кому посчастливилось не оказаться в числе потерпевших, выглядит, не то чтобы аморально, но странно. Это примерно так же, как при пожаре - сгорело 10 домов, а один остался нетронутым огнём и пожарные его тоже подожгли, чтоб вся улица оказалась в одинаковом положении.
В своих возражениях я указала на нормы права, недопускащие возврат исполненного и конечно же арбитражный суд отказал в удовлетворении требований Семочкина А.Е., только думаю что судебным актом суда первой инстанции дело не завершится и конкурсный управляющий продолжит попытки увеличения кредиторской задолженности, вопреки интересам должника.

Аналогичной практикой поделился член Совета Олег Галин:
В моей юридической практике был похожий, как у Зульфии Гайсиной, но более абсурдный, с точки зрения морали и разума случай. Ко мне обратился клиент, который получил от Австрии компенсацию морального вреда в размере 1 млн долларов за гибель его семьи в авиакатастрофе над Баденским озером. Эти деньги были переведены Австрией на его счёт в одном из банков РБ. В один из дней, клиент снял эти деньги со своего счета полностью на личные нужды, и закрыл счёт. Через 15 дней со дня снятия денег клиентом, у банка отозвали лицензию, а затем ввели процедуру банкротства банка. Так вот, конкурсный управляющий обратился в арбитраж с иском к клиенту, снявшему свои личные деньги, которые не были арестованы или обременены, и потребовал признать незаконным снятие денег и закрытие счета. Конкурсный аргументировал, что эти деньги являются конкурсной массой и должны быть возвращены в банк для расчёта перед кредиторами. Арбитраж встал на сторону конкурсного. Отбить решение арбитража у меня получилось только в третьей инстанции. Скажете юридическая коллизия? Нет. К большому сожалению - сложившаяся практика.