Я начал заниматься в Матцентре в 4 классе. До этого я занимался в кружке Фрактал для начальной школы и там услышал о Матцентре. Я занимался в кружке у Сергея Евгеньевича Рукшина и Дмитрия Васильевича Максимова. Матцентр — это единственный кружок в Санкт-Петербурге, в котором преподают математику для школьников так хорошо. Выпускники Матцентра часто остаются преподавать в младших параллелях, передавая знания следующему поколению. Например, я и другие ребята с факультета МКН СПбГУ тоже ведём кружок у детей.

В Матцентре магистральная идея — учить школьников математике путём в первую очередь решения задач. Я до сих пор, когда что-то изучаю, пытаюсь сам всё доказывать: детская привычка. Нас много учили анализу, и это повлияло, разумеется, на моё восприятие математики: чем бы я ни занимался, я на всё смотрю как аналитик. Неравенства, асимптотика, эпсилон, дельта, — вот это.

С Сергеем Евгеньевичем Рукшиным я занимался подготовкой к олимпиадам, а потом мы с ним и Димой Максимовым вели кружок. В течение этих шести лет вряд ли кто с ним больше общался и больше спорил, чем я. 

Конечно, Влиусер (всеми любимый и уважаемый Сергей Евгеньевич Рукшин) — человек с уникальным сочетанием талантов. Доводилось слышать от его коллег, что главное его достижение — не то, что среди его учеников бесчисленные чемпионы и лауреаты того-другого (с этим согласен), а то, что он создал профессию. А с этим я уже не вполне согласен: создал — да, и это единицам вообще удаётся, — да; но это не главное. В конце концов, все мастера этой профессии — люди одарённые, трудолюбивые, они нашли бы себя в любом случае. Он создал гораздо больше — целую экологическую систему с — как выражается коллега Канель-Белов — философской подпоркой. Без неё точно многое было бы иначе. Не знаю и что было бы с математикой в нашем университете. Но в городе, где лучше всего в мире учат математике школьников — мы просто не имеем права не иметь классного математического факультета.