Проснувшись утром после беспокойного сна, Персиваль Эверетт обнаружил, что и его переводит Юля Полещук.
Про меня, наверное, скоро будут мемы делать как про Павла Дурова.

Роман "Джеймс" Персиваля Эверетта номинирован на Букеровскую премию

На этой неделе был объявлен длинный список Букеровской премии, в который вошел роман Персиваля Эверетта "Джеймс". Книгу для издательства Corpus переводит Юлия Полещук.

"Шедевр, который позволяет по-новому взглянуть на классику американской литературы". Chicago Tribune

"Джеймс" — блестящее остросюжетное переосмысление "Приключений Гекльберри Финна", рассказанное с точки зрения его спутника, темнокожего раба Джима.

1861 год, долина реки Миссисипи. Когда Джим узнает, что его собираются продать какому-то человеку в Новом Орлеане, навсегда разлучив с любимыми женой и дочерью, он решает спрятаться на расположенном неподалеку острове Джексон. В это же время Гек Финн инсценирует собственную смерть, чтобы сбежать от жестокого отца. Как известно всем читателям классического романа Марка Твена, так начинается одно из самых опасных и захватывающих путешествий в истории мировой литературы…

"Джеймс" — лучшая книга года по версии The New York Times Book Review, Esquire, W Magazine, Bustle и LitHub. Права на экранизацию романа купила компания Universal Pictures, продюсером картины станет Стивен Спилберг.

Также издательство Corpus купило права на другой роман Персиваля Эверетта "Erasure". В 2023 году вышла экранизация книги под названием "Американское чтиво". Фильм получил премию "Оскар" в номинации "Лучший адаптированный сценарий".

Вычитываю перед отправкой в типографию "Развод" Сьюзен Таубес (выйдет в сентябре в "Подписных изданиях") и в который раз поражаюсь, как по-разному читаешь книгу до, во время и после перевода.
До - примеряешься, слушаешь дыхание автора: споемся ли?
Во время - угрюм и сосредоточен, как хирург на операции. В зубах папироса, на усте крепкое словцо.
А после уже любуешься невозбранно - красивый текст, черт побери, нежный, нервный, искренний, тонкий.
Рекомендасьон.

Будь котов!

Я буду молчаливой галлюцинацией

Коротко обо мне: чтобы отдохнуть как следует, прошла 12 км.

https://www.podpisnie.ru/books/razvod-17/
Развод

Собственно, вот. "Подписные" открыли предзаказ.
Скопирую текст издательской аннотации (он классный):

"Софи мертва; она дрейфует в фантасмагорическом лимбе воспоминаний, вымыслов и снов. Ей многое надо успеть. Добраться в гробу из Парижа в Нью-Йорк, чтобы попасть на свои похороны. Добиться развода от Эзры Блайнда — блестящего ученого, раввина, обаятельного манипулятора, чей эгоизм по разрушительной силе сравним лишь с его либидо. Дописать книгу о своей семье и привести в порядок отношения с родителями, которые развелись давным-давно, до войны, до поездов смерти, еще когда жили в Будапеште, откладывая неизбежную иммиграцию. И наконец — понять, кто такая Софи Блайнд без мужа и академической карьеры, отцовского психоанализа и еврейских обрядов венгерской родни. Софи еще никогда не чувствовала себя такой свободной и живой.

Сьюзен Таубес (1928–1969) — венгеро-американская писательница, философ, религиовед. Ее экспериментальная проза, до недавних пор преданная забвению, была высоко оценена Сэмюэлом Беккетом и Сьюзен Сонтаг. «Развод» — исповедальный, едкий роман о парализующей мизогинии и призраках Холокоста — остался единственной ее книгой, изданной при жизни. Через неделю после публикации писательница утопилась в Атлантическом океане".

Чуть позже соберу мозг в ум и сама напишу, что я думаю об этой книге - а там есть что думать, там не только фантасмагория, любителям семейных саг тоже будет что почитать - а пока арбайтен.

И о "Разводе" Сьюзен Таубес.
Отношения с традицией иудаизма - не лейтмотив, но слышимый подголосок "Развода".
И главная героиня Софи, и ее муж Эзра (он раввин, но раввинистической деятельностью не занимается, читает лекции и пишет книги по философии - пошел по легкому пути, скажем мы - что ему та философия после толкований Торы!), от традиции не то чтобы отталкиваются, они, в общем, считают, что она не имеет к ним отношения. Они люди современные, передовые, а все эти скучные шабаты остались в довоенном Будапеште, в унылой бабкиной квартире, где не было ни капли радости, а был только долг.
При этом отношения Софи с мужем начинаются и продолжаются совершенно библейски: дай мне ребенка, а если нет, то я умираю. И, вынашивая и кормя, Софи чувствует себя абсолютно счастливой. Софи мечтала играть в театре и пишет статьи; о статьях и театре в ее книге - мельком, впроброс, о детях - много.
И Эзре, оказывается, отчего-то очень важно, что Софи не просто Софи, а внучка бывшего главного раввина Будапешта и правнучка реба Шимона из Нитры.
Я это к тому, что так упорно не замечать можно только что-то очень близкое, то, что стало тобой, впиталось в кожу и кровь.
Тот случай, когда читателю будет виднее.
(И эта глухая тоска по хейму - эта песнь любви Будапешту...)

Смотрела на ютьюбе ролик одного румынского блогера - трансляцию из Аушвица. Румынского экскурсовода ему там раздобыть не удалось, а вот итальянский был свободен.
Что вам сказать. Как же эти итальянцы коверкают лимба ноастра чя румына (шутка за триста). Хорошо еще, что блогер потом в кадр объяснял своими словами по-румынски. Но вообще любопытный опыт - слушать язык, который не знаешь и который близок тому, который знаешь, но все равно не настолько, чтобы было понятно и без перевода.

И еще смотрела лекцию про цдаку (благотворительность).
Раввин: "И вот, допустим, я дал неимущему денег, и он купит себе бутылку кефира и полбатона..."
Ну прелесть же, люблю.

Плюша: *давит ухо в гостиной*
Йода: *дрыхнет в спальне*
Сава: At last some me time, let's have some privacy. *уходит в маленькую комнату*
Коты: - Шоооо? Какое-такое прайвеси? Ацтавить волюнтаризьм! *приходят, обкладывают со всех сторон, сверлят взглядом*
Сава: *обреченно безмолвствует*
Когда ты интроверт на всю голову, даже коты ведут себя как сабаки.

Прелесть "Развода" еще и в стилистическом многоголосье. Фантасмагория первой части - "Бобок" Достоевского или, если угодно, эссе Мачадо, - сменяется тонной классической мемуарной прозой, потом опять приключения в лимбе и снова воспоминания. Чего эта книга не даст читателю, так это заскучать. Она как хорошая дорога: здесь гонишь 180 по прямой, а тут вдруг аккуратно ползешь по горному серпантину, любуясь видами.

Никакие цацки, шмотки, духи, шарфики и обувь - а я все это очень люблю, - не сравнятся с 22-томником Толстого, который даришь себе на грядущий ДР. Вот где трепет сердечный, вот где упоение. А что ставить некуда, так это решим.
Basket case, I know.

Логично

Телеграм сообщает, что сегодня поутру какие-то добрые люди из Киришей пытались взломать мой аккаунт. У меня так-то двухфакторная верификация, так что едва ли дело выгорело, но если я вдруг примусь со смайликами, ашыпками и казенными речевыми оборотами просить у вас денег - не давайте.
Я бы просила изящнее.

И про "Союз еврейских полисменов" Майкла Шейбона.
Кому понравится: тем, кто любит Ричарда Руссо, сумрачные фантазийные детективы и понимает идиш достаточно, чтобы отличить тухес от нахеса (впрочем, если даже не понимает, заглянет в словарик в конце книги).
Действие романа разворачивается на Аляске, в выдуманном еврейском местечке Ситка, которое вместе со всем тамошним биробиджаном вот-вот лишится автономии со всеми вытекающими. В третьеразрядной гостинице убивают никому не известного наркомана, который, как выясняется, сын местного знаменитого раввина-ультраортодокса и - но об этом шепотом - вроде как Машиах. Точнее, цадик ха-дор. Ну, в общем, как Ноа из "Акулы во дни спасателей" - исцелял, прорицал, раздавал благословения. За расследование берется детектив Мейер Ландсман, и все заверте.
Собственно, читать роман надо еще и ради великолепного перевода Елены Калявиной - прелесть что такое, апельсинчик, а не перевод.
Так что, идн и гойим, маст рид, 11 из 10 по версии Spinal Taps.

Жечь костры рябин, рвать на груди рубаху, жевать рукав