Добрейшее!

Дорогие, мы с этой шкодиной черной пантерой, потратившей все деньги благотворительного фонда на сигареты и спа, обращаемся к вам с просьбой о проклятьях, ругательствах и прочих непристойностях в наш адрес, так как сегодня в 10:50 у нас экзамен, к которому мы, естественно, не готовились, а писали посты на чрезвычайно важные темы до часу ночи — пришло вдохновение, причина уважительная.

Спасибо.

Сегодня поговорим об истории создания сценария к одному из величайших фильмов, созданных когда-либо (если что, это тот редкий случай, когда я не преувеличиваю) – «Персона» Ингмара Бергмана.

Весной 1965 года Бергман переживал тяжелый период, почти экзистенциальный кризис: он начал сомневаться в роли искусства в целом и своего собственного творчества в частности.
В больнице, во время лечения от пневмонии, он завел блокнот (потом еще несколько) и с 12 апреля начал делать в него заметки сценария к будущему фильму.

Над этим сценарием он работал около двух месяцев, пока проходил лечение и в черновом варианте он изначально назывался «Кинематография», потом его, к счастью, заменили.

Интересно, что одним из ключевых источников вдохновения для него стала фотография Биби Андерссон и Лив Ульманн (фото 3), которую он дополнил комментарием «две горошины в стручке» или, по-нашему, «как две капли воды», и эта идея во многом легла в основу отношений между главными героинями, а потом уже задумка развилась в направлении того, что одна из героинь внезапно замолчала и начала размышлять о том, что хочет начать все с самого начала.

Самое главное, что процессе работы над сценарием Бергман впервые отказался от жестко фиксированного, полностью завершенного материала, поэтому это не традиционный сценарий в классическом значении этого слова и черновики показывают, что картина рождалась из отдельных образов, мыслей и визуальных ассоциаций, и, по сути, эти заметки представляют собой уникальное краткое изложение фильма.

К началу съемок, чисто технически, конечно, печатный сценарий был (фото 9), но исследователи отмечают, что если сравнить сценарий и готовый фильм, становится видно, что Бергман относился к тексту гораздо свободнее, чем раньше и чем вообще принято, так как многие образы, монтажные решения и даже смысловые связи между сценами окончательно сформировались уже во время съемок и монтажа, то есть он оставил пространство для дальнейшего развития материала, позволяя сценарию и визуальному языку картины меняться в процессе производства – магия.

Этому более свободному, скажем так, методу он продолжил следовать и в последующих своих работах.

К слову, сам Бергман позже говорил, что написал не сценарий, а партитуру, и «Персону» он называл переломным моментом в своей карьере, что единогласно подтверждают и исследователи его наследия, а в одном из интервью он так же говорил, что именно во время работы над «Персоной» он почувствовал, что впервые приблизился к тому языку кино, который искал всю жизнь.

Еще интересно то, что если с Биби Андерссон Бергман уже ранее работал, то с Лив Ульманн он еще не был знаком, а результатом их сотрудничества, как известно, стали двенадцать фильмов, совместная работа в театре и дочь.

А теперь, чтобы мы понимали ценность этих записей, чрезвычайно важным считаю отметить, что в 2007 году архив Ингмара Бергмана, в том числе и эти блокноты, был включен в международный реестр ЮНЕСКО «Память мира» — список документального наследия, который считается ценным для всего человечества, а в материалах ЮНЕСКО в качестве одного из ключевых изображений архива Бергмана используется именно рабочий блокнот к «Персоне» 1965 года.

Сегодня поговорим о Мако Нисимура, которая считается единственной женщиной — бывшим полноправным членом японской якудза.

Нисимура родилась 1966 году в строгой семье гос чиновников, и ее детство было непростым: она подвергалась жестокости со стороны отца-изверга, а в 14 лет он обрил ее налысо за то, что она обесцветила волосы. Не найдя в себе сил больше терпеть, она сбежала из дома, примкнула к уличной банде, сменила имя на Мако, что означает «дитя дьявола», а вскоре ненадолго оказалась в колонии для несовершеннолетних.

Переломным моментом стал 1986 год, когда 19-летняя Нисимура бросилась защищать беременную подругу, на которую напали пятеро мужчин. Подруга была спасена, а мужиков она отметелила в мясо бейсбольной битой (несмотря на свой рост около 152 см). Этот кейс привлек внимание членов якудза, и вскоре наша сегодняшняя героиня познакомилась с влиятельным главарем, прошла испытательный срок и в итоге прошла ритуал посвящения сакэдзуки, став полноправным членом якудза.

Следующие десятилетия Нисимура провела в криминальном мире, занимаясь вымогательством, контролем проституции (в том числе поиском девушек для вовлечения в эту деятельность), торговлей запрещенкой, участием в разборках и, по ее словам, за почти сорок лет ни разу не проиграла драку. Но однажды она провинилась и была вынуждена пройти через ритуал юбицумэ — самостоятельно отрезать фалангу мизинца. Потом, кстати, помогала с ним другим провинившимся, кому не хватало смелости самому отрезать себе палец.

Но жизнь в якудза имела тяжелые последствия: наркозависимость, неоднократные тюремные сроки, отчуждение от двух сыновей привели ее к глубокому кризису. Одновременно с этим и сама якудза начала терять влияние из-за экономического кризиса и ужесточения японского законодательства.

Нисимура завязала. Но ей оказалось сложно найти обычную работу — мизинец и татуировки многое говорили о ее прошлом. В итоге она ненадолго вернулась в якудза, но потом все же вышла.

Сегодня Нисимура скромно живет в крошечной квартире и работает в благотворительной организации Gojinkai, помогающей бывшим членам якудза, заключенным и людям с зависимостями вернуться к нормальной жизни.

Она раскаивается и открыто рассказывает о своем прошлом, считая это способом предостеречь других от преступного пути и помочь тем, кто пытается начать жизнь заново, а также написала книгу.

Это, наверное, пересказ процентов 10 материала из интереснейшей статьи, где рассказано про нашу героиню и якудза в целом.