Возвращаясь к теме военных лазаретов и госпиталей империи🇷🇺🏥

Друг Пушкина, гусар Алексей Вульф, вспоминая о русско-турецкой войне 1828-1829 годов, оставил печальный исторический анекдот. Место действия — где-то в Закавказье.

Вчера отправлен был я в Бабадагу, чтобы сдать в лазарет 3-х человек гусар больных. Я поехал уже довольно поздно оттого, что не были готовы аттестаты для отправляемых; приехав в Бабадагу, я с трудом сдал больных. Дежурного лекаря не было, а фельдшер был так пьян, что, хотев его разбудить, я бросил его под кровать, под которой, вероятно, он остался до утра. Некому было осмотреть моих гусар и принять их, чтобы не мерзли они на дворе.

Напрасно я искал кого-нибудь, чтобы пожаловаться на эти беспорядки: кроме пьяных цирюльников и писарей не было никого. Наконец какой-то музыкант от имени канцелярии лазарета дал мне расписку в принятии больных — по какому праву, не знаю.

Вульф считал, что распоряжения по медицинской части были «самые недостаточные». Во-первых, мало было врачей — «все почти хирурги, тогда когда нужно было более медиков». Во-вторых «не было совершенно медикаментов».

Если исчислить всю потерю нашу людьми в оба года, то она найдется весьма значительною, несмотря на то, что война была вовсе не кровопролитна. Несчастные гибли не от меча неприятеля, а от незаботливости собственного правительства. Можно, наверное, положить, что из умерших мы потеряли только 1/10 убитыми и ранеными...

Небоевые потери были всегда бичом воюющих армий. Широко известно, как от болезней гибли тысячи и десятки тысяч солдат в экспедициях британского Королевского флота, как скашивали батальоны Наполеона холера и чума, лихорадка и малярия.

Хотя война была успешной для России и неудачной для Турции, войска обеих империй понесли жуткие потери. При этом организация санитарно-медицинского дела на Кавказе была устроена лучше — в сравнении с Дунайским театром, где свирепствовала даже чума. Кстати, известно, что лекари нередко объявляли чумой любые болезни, которые не могли излечить, чтобы снять с себя ответственность.

Вульф потом ворчал на тыл:

Чем более глядишь, тем более встречаешь на каждом шагу здесь злоупотреблений и беспорядков. — Как впереди армий, в голове колонн, видишь все, что есть лучшего, храбрейшего, — так сзади ее, в обозах, в магазинах, лазаретах и rip. собрано, кажется, все, что есть худшего в государстве.

В армии побывал и Владимир Даль, составитель известного словаря. Только как раз был он на Дунае. Там госпитали выглядели следующим образом:

Здание было так велико, что в него помещалось под конец 10 тыс. больных. Но как они помещались и в каком положении находились — другой вопрос… Несколько сот палат с кирпичными полами, без кроватей, разумеется, и, причем, красивенькими деревянными решетками вместо стеклянных окон (…) не дождавшись еще и чумы, половина врачей вымерла, фельдшеров не стало вовсе, то есть при всех нескольких тысячах больных не было буквально ни одного; аптекарь один на весь госпиталь. Между тем снежок порошил в окна и ветерок подувал.

На Кавказе лазареты и госпитали были рассчитаны лучше — был подвижной госпиталь на каждую 1000 человек (при 12 тысячах численности всего Кавказского корпуса). Несмотря на ОФИЦИАЛЬНО хорошую подготовку, русская армия столкнулась с эпидемиями чумы и холеры. Впрочем, катастрофы удалось избежать благодаря карантинам. Однако медперсонала не хватало, госпитали не получалось эффективно развернуть в полевых условиях.

При 10 тысячах боевых потерь русская армия-победительница тогда потеряла 120 тысяч офицеров и нижних чинов умершими от болезней — при осадах, из-за общей антисанитарии турецкого фронта. Как развивалась и укреплялась российская военная медицина — расскажем дальше.

#som_history #som_empire

О вреде рекламы и лечении домохозяек💊🇺🇸

Про то, как в США фармацевтические компании вовсю подсаживали американских домохозяек на транквилизаторы и стимуляторы, известно давно. А песня The Rolling Stones «Мамин маленький помощник» про валиум этот троп тихой наркоэпидемии в субурбиях закрепила в массовой культуре.

Страницы журналов 1950-х пестрили разномастными рекламами антипсихотиков, барбитуратов и снотворных, валиума и фенобарбитала.

Ежедневное употребление седативных препаратов подавалось как бытовое средство «для хорошего настроения и доброго нрава». Лечить с их помощью предполагалось такие недуги, как «истерики», «плохое настроение», «перепады настроения». Рекламщики, психиатры и фармацевты делили прибыли, а сотни тысяч американских женщин становились бытовыми наркоманками. Эмоциональным идеалом домохозяйки и матери считалась всегда радостная, улыбающаяся, никогда не устающая женщина.

Реклама была обращена как на мужскую аудиторию — о женщинах там говорится обычно в третьем лице; так и на женскую — в помощь устающим матерям. Выдержана она была в соответствии с половыми стереотипами эпохи. «Когда она оверреактит на любую ситуацию», «Эти истеричные женщины», «Война против женских нервов».

Предположительно, один из истоков повального приема современными американцами сильнодействующих препаратов бьет как раз со страниц старых журналов. Началось всё, впрочем, ещё в XIX веке — тогда нередко объявления о чудодейственных шарлатанских средствах соседствовали с рекомендованными уважаемыми врачами лауданумом и героином. Заказать лекарство (или любую другую бурду, за него выдаваемую) можно было по почте. Поколения невротизированных читателей привыкали справляться с чем угодно с помощью волшебных таблеток. И экономя на помощи квалифицированных врачей (которые, впрочем, нередко ошибались и могли назначить, например, лоботомию).

В Российской Империи в начале XX века ситуация с рекламой лекарств и медицинских услуг была немного иной, но об этом — в следующий раз.

❗️ДИСКЛЕЙМЕР: РЕДАКЦИЯ SONS OF MEDICINE НАПОМИНАЕТ О ВРЕДЕ НАРКОТИКОВ ЗДОРОВЬЮ И РИСКАХ САМОЛЕЧЕНИЯ БЕЗ КОНСУЛЬТАЦИИ С ВРАЧОМ. ВСЕ МАТЕРИАЛЫ ПРИВЕДЕНЫ ИСКЛЮЧИТЕЛЬНО В ОБРАЗОВАТЕЛЬНО-ПРОСВЕТИТЕЛЬСКИХ ЦЕЛЯХ И НЕ ЯВЛЯЮТСЯ РЕКЛАМОЙ ИЛИ ПРОПАГАНДОЙ.❗️

#som_history #som_pharmacy

Онегин в Пятигорске, грехи отцов и целебные средства от почечуя🌺

Как гласит сочинение Христиана Витта 1830-го года «О распознавании и лечении гемороя или почечуя и других в тесной связи с ним состоящих болезней», геморроидальная болезнь есть «плод дурного физического воспитания детей и превратной жизни взрослых».

Страдали от почечуя русские люди с древнейших времен. Геморрой был известен и древнеегипетским врачам, и древнегреческим. Гиппократ писал, что почечуй связан с частыми запорами, а страдают от него чаще любители острой еды и крепкого алкоголя.

Почечуй появился на страницах «Путешествий Онегина» — Пушкин описывал минеральные источники горы Машук в Пятигорске. Целебные воды считались одним из действенных средств против геморроидальных шишек и множества других недугов. Русские дворяне на курортах Кавказских минеральных вод, «бледный рой больных», теснились вокруг «ручьев волшебных»: кто стремился с помощью питья вод и ванн излечиться от боевых ран, кто-то – от венерических заболеваний, а кто-то – от почечуя.

Гоголь в письме к Жуковскому писал дружески:

«Будьте всегда здоровы и веселы, и да хранит вас бог от почечуев и от встреч с теми физиогномиями, на которые нужно плевать, — и да бегут они от вас, как ночь бежит от дня».

Чем же именно лечили геморрой 200-300 лет назад? Вот в журнале А.Т. Болотова «Экономический магазин» от 1782 года предлагалось использовать почечуйник или Ranunculus ficaria.

«Въ разсужденіи наружнаго употребленія, почитается она хорошимъ лѣкарствомъ отъ шишекъ, бываемыхъ отъ почечуя и опухолей и нарывовъ на задницѣ. Въ случаѣ остоновившагося теченія почечуйнаго, можно коренья сей травы употреблять въ прикладку порошкомъ пластыремъ или образомъ амулета».

Предлагалось использовать для лечения почечуйной болезни и корень растения – если его натолочь, смешав с печеным яблоком и щепоткой шафрана, то полученная смесь уменьшала опухоль и боль от «так называемой золотой жилы, почечуя».

Геморрой, как и многие другие недуги, в XVIII веке считался явлением бытового характера. В.А. Левшин во «Всеобщем и полном домоводстве» 1795 года рекомендовал использовать траву Scrophularia nodosa – норичник узловатый.

«Тизанъ изъ корней ея въ особливости полезенъ страждущимъ зобомъ и почечуемъ. Прикладка толченыхъ листовъ ея отмѣнно хороша къ приведенїю въ созрѣнїе нарывовъ, и къ размягченїю почечуйныхъ шишекъ».

К 1850 году почечуй был изучен весьма неплохо. Христиан Витт в четвертом издании своей брошюры отмечал, что «расположение к сей болезни удобно получается еще в детстве, взрослые приобретают ее и усиливают в себе образом жизни, во многом противным законам природы». От родителей же недуг «законным порядком переходит и на детей».

«Нельзя безъ нарушенія порядка въ животной экономіи, дѣтямъ давать мяса и прочей, съ перцемъ, горчицею, имбиремъ, корицею и другими пряностями пріуготовленной пищи; нельзя подчивать ихъ ни кофеемъ, ни шоколадомъ, мадерою, шампанскимъ и т. п. Пріобрѣтается дѣтьми и отроками геморой чрезъ непомѣрное ихъ сидѣніе за учебными столами и чрезъ тѣсную одежду».

До начала XX века геморрой лечили традиционными методами – компрессами из трав, ревеня, огуречной мякоти. Применялась гирудотерапия пиявками – их прикладывали к шишкам.

Литератор, переводчик русской поэзии на немецкий язык Фёдор Фидлер в середине XIX века рассказывал в дневнике о своем диалоге с одним знакомцем, который заявил ему при встрече:

«Удивительное дело: пессимистические умонастроения русских писателей коренятся по преимуществу — в испорченном желудке! Я тоже страдаю от геморроя, так что у меня бывают приступы, а по ночам — галлюцинации».

Фидлер рекомендовал ему лечиться франгулой – крушиной, а также перестать пить горькую минеральную воду из Венгрии от запоров и ожирения – Гуниади-Янос.

В 1918 году русский писатель Леонид Андреев тоже жаловался: «У меня от тяжелой работы (нынче ворочал бревна) и еще от чего-то, и еще от чего-то, болит живот, печень, дурацкий геморрой. Сейчас сижу <..> скрючившись».

Геморроидэктомию начали применять лишь в 1937 году в Лондоне.

#som_history #som_empire