Richard Lewis: I'm in Pain – это его первый сольник 1985 года, который показывал Showtime (без перевода)

За последние два года вышло уже много стендапа, где люди шутят о российской власти, о войне и в целом обо всем, что здесь происходит.

Правда, шутят обычно те, кто в эмиграции. Поначалу это было скорее как необходимость наконец-то сказать все, что думаешь, пошутить по горячим следам и не держать в себе. Со временем это как будто стало обязательной темой, на которую надо что-то написать – и сами комики уже стали замечать, что некоторые не прям стараются, а просто рассказывают средние шутки на актуальные вещи. Хорошо, что Кирилл Селегей недавно показал, насколько крутой стендап можно сделать в эмиграции.

В России, конечно, так не получится. Здесь что-то подобное говорить может себе позволить разве что Леонид Кулаков, но у него всё-таки есть пути отхода. Хорошие попытки на самом деле тоже есть. Сам я видел мало, но помню, что мне больше всего понравилось несколько шуток о начале войны и мобилизации, которые в конце 2022-го в своем монологе записал Андрей Сирин (раз, два, три).

Сейчас по вечерам почему-то пересматриваю Порараз Бирацца и практически после каждого выпуска ощущение, что по современным законам ребята нашутили бы себе на несколько сроков. Удивительно как быстро за последние годы почти исчезла возможность говорить ртом приколы о чем-то действительно актуальном – как раз в период, когда это больше всего нужно.

Когда-то канал 2х2 был полностью анимационным, что выглядело невиданным делом для России. Именно на 2х2 многие впервые увидели лучшие в мире мультики для взрослых. И, возможно, продолжали бы видеть, но слишком многое пошло не так.

В 2006 году 2х2 был невероятно бесполезным каналом, на котором показывали какие-то фильмы, шоу про моду и бесконечный магазин на диване. В том же году 2х2 купил холдинг «ПрофМедиа», владевший разными журналами, радиостанциями и кинотеатрами. Они сразу нацелились на молодую мужскую аудиторию и решили делать чисто анимационный канал. Новые владельцы потратили 7 миллионов долларов на 2000 часов самой разной иностранной анимации. В этой коллекции были и уже популярные в России мультики для взрослых типа «Бивис и Баттхед», «Симпсоны», «Гриффины», «Южный Парк», «Дарья», «Звездные бои насмерть» и «Футурама», которые до этого шли на MTV и Ren-TV.

Ren-TV, кстати, был первым российским каналом, который показал людям «Симпсонов», «Футураму», «Гриффинов» и «Южный парк» (до 2004-го). Правда, в середине нулевых на канале начали делать ребрендинг, поменяли руководство и программную сетку. Закупать права на новые сезоны взрослых мультиков на Ren-TV не собирались, поэтому 2х2 взял их себе. «Южный Парк» c 2005 года шел на MTV, отдавать они его не планировали, так что пришлось заключить специальное соглашение. Какие-то сериалы 2х2 пускал со старой озвучкой, для каких-то делал новую и привлекал для этого таких людей как Михаил Козырев и Дмитрий «Гоблин» Пучков (позднее участвовал и Леонид Парфёнов).

2х2 вышел в эфир 1 апреля 2007 года в Москве и Петербурге. Уже летом он стал суперпопулярным. Подростки и молодежь смотрели его больше, чем любые другие каналы. 2х2 подкупал своим оригинальным подходом. Британская студия Red Bee сделала им оформление, а креативные люди в редакции вдохновлялись Adult Swim и придумывали стильные анонсы, промо, вставки и интерактивы. На 2х2 не показывали новости, не делали программы с ведущими. Просто крутили лучшие мультики в мире. Утром, днем, вечером и ночью шли «Бивис и Баттхед», «Дарья», «Симпсоны», «Гриффины», «Южный Парк», «Футурама», «Звездные бои насмерть», отдельный блок Adult Swim и еще много всего. К осени 2007-го чересчур высокие рейтинги 2х2 подопустились. Сам канал при этом почти не зарабатывал – рекламодатели к нему только присматривались. Но главное, что у 2х2 появилась большая лояльная аудитория. И одновременно – немало противников, из-за которых канал очень скоро чуть не закрылся.

Чтобы нарваться на первую критику, 2х2 понадобилось всего несколько месяцев после запуска. В августе 2007-го Союз евангелистов выпустил заявление, в котором призывал остановить негодяев, развращающих сознание наших детей. По их мнению, «Бивис и Баттхед» формировал среди российских подростков «модель поведения выродков и отморозков». «Футурама» сплошь состояла из неприличных выражений. А «Южный парк» содержал пропаганду гомосексуализма и педофилии.

До этого самый известный случай, когда кому-то сильно не понравились взрослые американские мультики, был связан с Ren-TV. В июне 2002 года предприниматель и юрист Игорь Смыков подал в суд – он хотел, чтобы «Симпсонов» и «Гриффинов» признали пропагандой жестокости, насилия, национальной нетерпимости и всего такого. Сам Смыков был интересный мужчина: возглавлял движение «За социальную справедливость», баллотировался в мэры Москвы, и даже попал в Книгу рекордов Гиннеса как человек, дважды осужденный за одно и то же преступление (за взятку). В общем, у Игоря был 6-летний сын Костя, который насмотрелся «Симпсонов» с «Гриффинами» и начал называть мать жабой, спрашивать у отца про кокаин и совсем испортился. Смыков за этот кошмар потребовал возместить ему моральный ущерб в 50 тысяч рублей, а потом захотел все 300.

Возможно, это был один из самых развлекательных российских судебных процессов. Стороны в зале суда не только рассматривали заключения экспертов, но и несколько часов смотрели «Симпсонов» и «Гриффинов». По итогу в апреле 2005-го суд пришел к выводу, что если не вырывать фрагменты из контекста серий, то ничего невероятно плохого там нет.

Ситуация с 2х2 оказалась серьезнее. Особо активные религиозные деятели решили идти до конца и при помощи депутатов в марте 2008-го добились того, что канал получил первое предупреждение и вынужден был навсегда убрать Happy Tree Friends и «Приключения Большого Джеффа». 2х2 отреагировал на это решение с приколом. Например, вставками с «могильными плитами», на которых было написано: «Маленькие лесные друзья» и «Большой Джефф».

На этом обвинения не закончились. Дальше подключились протестанты, иудеи и мусульмане, которые требовали закрыть канал. Особенно им не понравилась серия «Южного парка» под названием «Рождественские песенки от мистера Говняшки», которая оскорбила всех верующих сразу. Басманная прокуратура признала ее экстремистской и сделала каналу предупреждение. В августе-сентябре 2008-го было проведено несколько экспертиз по 118 мультсериалам 2х2. Канал после этого на время снял с эфира 12 из них, потому что они якобы пропагандировали насилие, жестокость и порнографию.

В то же время 2х2 подал в прокуратуру иск об обжаловании ее действий. Поклонники канала тоже в стороне не остались и той осенью устроили несколько пикетов в Москве и Петербурге. Они собирали у метро подписи в поддержку канала, наряжались в костюмы героев мультиков и стояли с плакатами типа «2х2 – мы для взрослых», «Они хотят убить Кенни». Кого-то даже задержала милиция, а Ноггано и Купэ записали трек «2х2».

Главная сложность ситуации была в том, что в октябре у 2х2 истекал срок лицензии. И все эти события скорее говорили о том, что канал закроют, чем оставят в эфире. Как ни странно, 17 октября 2008-го Федеральная конкурсная комиссия по телерадиовещанию продлила лицензию 2х2 еще на пять лет, заявив, «что все каналы должны быть в равных условиях». А в следующем году Басманный суд наконец рассмотрел иск 2х2 и отменил предупреждение об экстремизме. Те конфликты в какой-то степени сыграли на пользу 2х2, потому что популярность канала выросла, а в 2009 году он появился и в регионах.

Вроде все вышло неплохо, но продление лицензии обязывало отредактировать сетку вещания, то есть показывать больше рекламы, добавить художественные фильмы и сериалы. И самое главное – ввести внутреннюю цензуру. В ближайшие годы на 2х2 начали жестко резать старые серии «Симпсонов», «Гриффинов», «Южного парка» и других. Сильно сокращали хронометраж некоторых серий, причем до такой степени, что терялся весь смысл сюжета. Например, эпизод «Южного парка» с Путиным.

В 2012 году все усугубилось, когда вышел закон «О защите детей от вредной информации». На 2х2 стали еще внимательнее относиться к своему контенту. Редакторы отсматривали все по 50 раз лишь бы не нарваться на проблемы. Под запрет попали сцены с нецензурными выражениями, курением, распитием алкоголя, приемом или упоминанием наркотиков, любые намеки на нетрадиционную ориентацию. 2х2 отключал звук в некоторых моментах, лепил цензурные плашки, убирал серии целиком, переносил показ на более позднее время. «Шоу Щекотки и Царапки» из «Симпсонов» исчезло полностью. Как оказалось, депутатам этого было мало, поэтому в мае 2013-го Елена Мизулина обвинила 2х2 в пропаганде гомосексуализма. Опять досталось «Южному парку». Роскомнадзор посмотрел несколько серий и снова вынес каналу предупреждение.

Есть мнение, что именно с тех пор 2х2 начал заметно меняться в худшую сторону. В 2014-м канал купил «Газпром-медиа», который через два года убрал 2х2 из общего эфира, заменив его на ТНТ4. 2х2 уехал на кабельное и активно занялся созданием собственных мультиков, но качество их высоким назвать было сложно, потому что «Газпром» особо денег на такую роскошь не выделял.

За последние годы 2х2 пережил большие перемены в эфирной сетке. Ее заполнили шоу разных блогеров с обзорами на всё подряд, какие-то спортивные и образовательные штуки, российские сериалы и мультики. На 2x2 больше нет блока Adult Swim, исчезают и лучшие взрослые мультсериалы, права на которые больше не купишь. Сейчас на 2х2 остался только «Южный парк», но скорее всего тоже ненадолго.

Программа 2х2 на 11 мая 2007-го

Вчера в чате майков Кирилла Сиэтлова начался очередной розыгрыш мест на воскресенье. Чтобы поучаствовать, нужно было вспомнить какое-нибудь значимое событие для российского стендапа и указать год, когда оно случилось. Было естественно много ответов, среди которых вспомнили и перевод второго концерта Эдди Мерфи, который когда-то сделал украинский писатель и переводчик Владимир Завгородний. Для многих комиков это важная штука, но в интервью и подкастах они никак не могут определиться, в каком году перевод этого концерта появился в сети. Пора бы разобраться.

Большинство впервые посмотрели Мерфи в vk – там самая ранняя дата загрузки (из тех, что сохранились) это май 2009 года, но залил это видео не автор перевода, а один из тех, кто его посмотрел. На рутрекере, где переводы стендапа начали выкладывать с лета 2007-го, второй сольник Мерфи в разных видах был как и в vk с мая 2009-го. Выкладывал тоже не Владимир Завгородний. Но ведь откуда-то он там появился.

Ответ простой. В одной из тех раздач на рутрекере есть ссылка на сайт Завгороднего – сейчас он уже не работает, но для этого и придумали архив интернета. Там самые ранние снэпшоты это апрель, май, июнь, июль 2008 года. На главной своего сайта Завгородний писал о себе и своих переводах. Рядом еще была ссылка на полный список переведённых вещей, например: «Четыре комнаты», «Американская история X» и «Слепая ярость».

В апреле, мае и начале июня Эдди Мерфи в этом списке не было, но если зайти в июль, то можно увидеть прямо отдельную страницу для этого перевода. На ней Завгородний рассказал, что читал в Википедии о самых матерных фильмах в истории и встретил там Eddie Murphy: Raw (223 фака). Ему стало интересно, он начал смотреть и так сильно смеялся, что жена попросила перевести для нее, чтобы тоже посмотреть. Произошло это все где-то в середине июня, когда Завгородний сделал перевод и потом загрузил его на iFolder (с цензурой и без).

Конечно, по этим ссылкам уже никуда не придёшь, но на ютубе есть одно подтверждение – там до сих пор есть небольшой кусок с переводом, который кто-то выложил 19 июня 2008 года.

Как-то раз комики Пэттон Освальт и Брайан Посен где-то зависали и решили сделать одну штуку – устроить небольшой тур, все это снять и слепить документальный фильм. У них был очевидный пример для подражания. За несколько лет до этого чёрные комики Стив Харви, Берни Мак, Ди Эл Хьюли и Седрик Энтертейнер вместе с режиссером Спайком Ли сняли док под названием The Original Kings of Comedy. Освальт и Посен намеренно хотели сделать что-то противоположное, без всего того пафоса и серьезности, которыми полны «оригинальные короли комедии». Им по душе было оставаться просто комиками. Поэтому свой фильм они в итоге назвали The Comedians of Comedy.

Вместе с Освальтом и Посеном участие в этой затее приняли Мария Бэмфорд и Зак Галифианакис. Их всех можно было отнести к альтернативе, которая на то время все еще продолжала развиваться и была далековато от мейнстрима. Все четверо давно занимались стендапом, снимались в каких-то ситкомах и фильмах, а Мария еще и озвучивала персонажей «Котопса». Освальт вспоминал, что на тот момент ему никак не удавалось достучаться до аудитории комедийных клубов. Люди видели его по телевизору в сериале «Король Квинса» и ждали на шоу чего-то такого же семейного, а он хотел шутить о других вещах. Освальт тогда узнал, что Дэвид Кросс ездит по стране и выступает на маленьких площадках, где обычно дают концерты музыканты. Он захотел попробовать что-то подобное, попробовать найти свою аудиторию среди тех, кто просто придет на стендап, а не на имена.

Снимать фильм взялся их знакомый начинающий режиссер Майкл Блиден, для которого это был чуть ли не первый проект. Для такого дела в любом случае нужны были деньги, поэтому Блиден с Пэттоном и Заком сначала съездили выступить в несколько небольших городов, сделали из этого пилот и понесли его на встречу с Тедом Сарандосом из компании по прокату DVD-дисков под названием Netflix. Они тогда как раз впервые задумались над созданием собственного контента и были в поисках. Сарандос как большой поклонник комедии согласился на эту сырую идею со стендап-туром и договорился, чтобы на нее выделили какие-то деньги. Так вышло, что в 2005 году The Comedians of Comedy стал самым первым оригинальным проектом Netflix, за несколько лет до появления стриминга и своих шоу.

Как и положено фильму о стендап-туре в нем есть отрывки выступлений, переездов из города в город, ночёвок в отелях, походов на радио и в магазины комиксов. Все это было бы скучновато, если бы Освальт, Посен, Бэмфорд и Галифианакис не были каждый по-своему смешными. К тому же, у съемочной группы получилось создать такую атмосферу, чтобы все в кадре чувствовали себя свободно и были открыты для любых приколов. Больше всех, конечно, постарался Галифианакис: в какой-то момент он показывает Марии на ноутбуке свою почту от мужиков-фанатов, которые присылают ему голые фотки; в другой раз он дает псевдо-интервью с критикой физической комедии и несколько раз очень специально падает со стула, а мимо проходят Освальт и Посен, раздетые догола; и, конечно, его незабываемое выступление в образе комика из 1778 года.

А это весь The Comedians of Comedy без перевода для англичан

Сегодня закончился стендап-фест вк. Ходил все три дня. В основном шлялись туда-сюда с ребятами из Красноярска. Было весело. Посмотрели человек 200-300. Если хотите узнать как примерно шло, то почитайте канал «Не, ну это в бест» – единственный канал, который передал настоящий дух фестиваля.

Вспомнил, что во время феста в номере отеля мы делали воображаемый подкаст, который назывался «Почему ты не ебнул Москву?» (в переводе – «почему у тебя не получилось в Москве?»).

Некоторые из нас пробовали сюда переезжать и выступать, но у большинства не вышло. Со стороны казалось, всего-то нужно хорошо выступать, но на деле конечно сложнее. Если у тебя тут есть какие-то знакомства, то первое время вполне можно получить немало времени на сцене. Если приезжаешь никем, то сталкиваешься с тем, что нужно будет платить за выступления (либо водить гостей, если откуда-то есть) – а если ты до этого так никогда не делал, то придётся себя заставить. Мне повезло, я побывал в обоих состояниях: сначала мне помогали, потом я сам себе пытался помочь. В итоге все равно не получилось, потому что помимо стараться «хорошо выступать» есть более важный фактор – коммуникабельность.

Как я понял, коммуникабельность в стендапе – это быть достаточно приятным человеком, как можно чаще светиться на мероприятиях, чтобы тебя запомнили (даже можно не выступать, просто тусоваться там), уметь делать смол-ток, в меру настойчиво интересоваться как и где выступить, показывать свою адекватность или хотя бы притворяться адекватным. В общем нужно не стесняться заёбывать людей, которые организуют и выступают. Но только если у тебя есть приятность, потому что когда заёбывает неприятный человек, то это неприятно. Самый рабочий вариант, конечно, это если ты одновременно и коммуникабельный, и выступаешь обычно хорошо/круто. Тогда проблемы с выступлениями решатся относительно скоро, а дальше уже другой уровень.

Получается есть три способа ебнуть Москву: плохо уметь заёбывать, но очень хорошо выступать; мастерски заёбывать и средне выступать; круто заёбывать и разъебывать. Больше шансов понятно у вторых и третьих. Причем по ощущениям вторых в Москве гораздо больше, но это нормально. Иначе кто бы тогда начинал разговоры в гримерках.

Идея сериала Breaking Bad родилась из обычной шутки. В 2004 году уже опытный сценарист Винс Гиллиган пару лет сидел без постоянной работы. От того же страдал и его давний друг по киношколе и тоже сценарист Том Шнауц. Как-то раз они разговаривали по телефону и Том вспомнил, что однажды читал в The New York Times статью про мужика, который варил мет в подвале своего дома. Они начали шутить и разгонять, что им стоит заняться тем же, но для надежности лучше использовать трейлер. Очень скоро после того разговора Гиллиган понял, что это хорошая идея для сценария.

До Breaking Bad Винс Гиллиган работал сценаристом больше 15 лет и писал в основном комедийные вещи. Несколько его сценариев так и не дошли до съемок, но пару штук все-таки дошли: «Почище напалма» (1993) с Деннисом Куэйдом и «Вот такие пироги» (1998) с Дрю Бэрримор. В 1995 году Гиллиган попал в команду сценаристов сериала «Секретные материалы» и поначалу очень волновался, что у него не получится делать мрачные напряженные вещи, но зря. За семь лет Гиллиган написал сценарии для 29 серий и со временем стал одним из продюсеров сериала. Работа над «Секретными материалами» научила его не только писать драму, но и находить в ней место для комедии. Некоторые сценарии Гиллигана превратились в одни из самых смешных серий в истории «Секретных материалов».

Когда Breaking Bad только начинался, Винс Гиллиган был убежден, что история учителя химии, который становится наркоторговцем (и заодно умирает от рака), не может обойтись без юмора. Он отлично помнил, как в конце 1990-х канал Fox предложил создателям «Секретных материалов» сделать еще один сай-фай проект. Те согласились и придумали сериал «Тысячелетие», который продержался три сезона. Гиллиган над ним не работал, но близко наблюдал за тем, как его делали. По мнению Винса, главной ошибкой и причиной закрытия было полное отсутствие юмора. Это был хороший, но слишком серьезный сериал. Гиллиган считал, что если в Breaking Bad не будет юмора, то его тоже закроют. Поэтому ему и сценаристам обязательно нужно было найти баланс между драмой и комедией, иначе получится либо полный мрак, либо ситком про мет. Для этого нужны были не только хорошие авторы, но и подходящие актеры.

В роли Уолтера Уайта Гиллиган с самого начала видел только Брайана Крэнстона. Впервые они вместе поработали на тех же «Секретных материалах». Крэнстон получил роль отрицательного дядьки, который в конце должен был вызвать у зрителей сочувствие. Брайан с этим идеально справился. Гиллиган тогда подумал, что хотел бы когда-нибудь поработать с ним еще, а через несколько лет увидел Крэнстона по телевизору в ситкоме «Малкольм в центре внимания». Винс в тот момент еще раз убедился в крутости Крэнстона, которому отлично удаются как драматические, так и комедийные роли.

Руководители канала AMC, купившие права на Breaking Bad, явно этого не знали, поэтому сначала были не рады кандидатуре Крэнстона. Для них он был именно комедийным актером. Их можно было понять. Несмотря на то, что за свою длинную карьеру Брайан эпизодически появлялся в разных проектах, лучше всего у него получалось в комедии. В юные годы он даже пробовал заниматься стендапом. А в 1990-е запомнился по небольшой роли в «Сайнфелде». Он там играл дантиста Тима Уотли и во время съемок одной из серий очень рассмешил Джерри.

В ситкоме «Малкольм в центре внимания», который шел шесть сезонов, комедийный талант Крэнстона раскрылся по полной (особенно в физической комедии). Брайан играл школьного учителя средних лет по имени Хэл Уилкерсон, который подчиняется своей властной жене, воспитывает пятерых сыновей и боится всего на свете. Некоторые и вовсе видят параллели между «Малкольмом» и Breaking Bad. Это тоже история о жизни семьи среднего класса в пригороде и о разочарованиях этой жизни, в первую очередь со стороны мужчины. Просто «Малкольм» рассматривает все это с комедийной стороны, а Breaking Bad с драматической. Благодаря «Малкольму в центре внимания» у истории Уолтера Уайта даже есть альтернативная концовка. А еще, и там, и там Крэнстон ходит в коротких трусах.

В жизни Брайан Крэнстон гораздо ближе к Хэлу, чем к Уолтеру. Он очень любит пошутить, постоянно на приколе. Анна Ганн, игравшая Скайлер, говорила, что никогда не видела, чтобы мужчина так веселился, засовывая себе фрукты в штаны. Герой Уолтера Уайта его полная противоположность. Крэнстон объяснял, что Уолт никогда не пытался быть смешным и никогда не считал себя смешным. Юмор в его действиях и поведении возникал потому, что Уолт переносил свои старые привычки и образ мышления в новую криминальную жизнь, и это неизбежно приводило к неловкости, ошибкам и смешным ситуациям.

Трансформация Уолтера Уайта наверняка получилась бы другой, если бы рядом не было Джесси Пинкмана. Сам сериал был бы другим, ведь Гиллиган хотел убить Джесси еще в первом сезоне. Крэнстон потом все время стебал Пола по этому поводу. Он обычно читал сценарий раньше Аарона, подходил к нему во время съемок и говорил что-то вроде: «Дружище, это было славное приключение. В следующей серии ты уйдешь как чемпион».

Но потом Винс увидел, что между Крэнстоном и Аароном Полом появилась химия и потенциал для юмора. Они прекрасно выглядели в совместных сценах, особенно в комедийных. Это была классическая история, когда два непохожих друг на друга персонажа по каким-то причинам оказываются вместе и из этого получается юмор. Решение Гиллигана по Джесси Пинкману можно еще объяснить тем, что Винс был поклонником физической комедии и слэпстика (комедии потасовок). Особенно The Three Stooges.

Винс, очевидно, понимал, что визуальная комедия лучше всего раскрывается в дуэтах или трио, поэтому в Breaking Bad есть не только главная пара из Уолта и Джесси, но и второстепенные, которые тоже добавляют юмора: Кьюби и Хьюэлл или Баджер и Скинни Пит. Интересно, что первые трое профессионально занимались или занимаются комедией. Выбор в пользу комиков Гиллиган объяснял так: «Если ты можешь играть комедию, то ты сможешь сыграть и драму. В обратную сторону это необязательно работает».

С каждым сезоном юмора в Breaking Bad становилось все меньше. Гиллиган говорил, что это естественный процесс, ведь сериал постепенно мрачнел. Это стало одной из основных причин, почему в Breaking Bad появился и остался до самого конца персонаж Сола Гудмана в исполнении Боба Оденкёрка. Сола придумал сценарист и один из продюсеров Питер Гулд. Он писал его специально под Оденкёрка, который не проходил прослушиваний, а просто получил предложение и в итоге согласился. В автобиографии Боб предполагал, что в Breaking Bad его взяли по двум причинам: за роль агента Стиви Гранта в сериале «Шоу Ларри Сандерса», который чем-то был похож на Сола Гудмана – тоже много говорил и ставил свои интересы выше чужих; и за скетчком Mr Show, который Оденкёрк делал в 1990-е вместе с Дэвидом Кроссом. Как оказалось, Винс Гиллиган и Питер Гулд были большими поклонниками этого шоу.

Играть Сола Гудмана – это был совершенно новый опыт для Оденкёрка. Он впервые оказался в таком большом проекте. Впервые не участвовал в написании сценария. И впервые должен был разговаривать не так, как привык говорить. Причем много говорить. У Сола Гудмана были целые страницы текста, который нужно было не только запомнить, но и хорошо подать. Оденкёрк считал, что мало кто захочет так долго слушать одного персонажа, поэтому научился делать это интересно и динамично. Изначально Сол Гудман был плоским второстепенным героем, который постоянно болтает и носит яркие костюмы. Но Боб Оденкёрк вдохнул в него жизнь, сделал его по-настоящему интересным, и прежде всего смешным.

Сол Гудман вообще был главным источником юмора в поздних сезонах Breaking Bad – энергия, легкость в общении с опасными людьми, остроумные фразы, шутки. Сол в исполнении Оденкёрка был так хорош, что на съемках время от времени начали шутить, что про него можно сделать отдельный сериал. Как и в случае с шуткой про мет в трейлере, которую Винс Гиллиган услышал от друга, эта шутка тоже в итоге превратилась в отличную идею для сценария.

по-прежнему интересный подкаст

На днях вышел новый фильм Тима Бёртона «Битлджус Битлджус». Это продолжение старого фильма Тима Бёртона «Битлджус» (1988). В главной роли там снова Майкл Китон, который через 36 лет (ему будет 108) наверняка сыграет и в третьей части. Оригинальный «Битлджус», кстати, давно признанная комедийная штука. В старом сборнике интервью с Тимом Бёртоном есть небольшая история о том, как этот фильм появился.

В тот период Бёртон уже стал кассовым режиссером (после успеха «Большого приключения Пи-Ви»), немного взялся за «Бэтмена» и параллельно получал кучу предложений снять какую-нибудь стандартную голливудскую комедию. Он упорно отказывался от таких фильмов до тех пор пока ему не передали сценарий «Битлджуса». Тот явно выделялся на фоне остальных, потому что «в нем не было четкого сюжета и логики, скорее это все походило на поток сознания. Вероятно, это был самый аморфный сценарий в истории кино. Но у его автора Майкла Макдауэлла было хорошее, извращенное и мрачноватое чувство юмора, и мне это понравилось».

Бёртон с Макдауэллом и продюсером Ларри Уилсоном потом очень долго дорабатывали этот сценарий. Так долго, что в процессе бывало так, что они начинали сомневаться во всем. Пришлось даже пригласить «сценарного доктора» Уоррена Скарена, лишь бы все совсем не развалилось. При этом Бёртон говорил, что по ходу съемок они все равно добавили еще немало новых вещей: «По большей части я просто ходил в гости к Майклу Китону, и мы вдвоем придумывали шутки. У Майкла отменное чувство юмора. Он мог предложить: "Может, нарастим ему зубы?", и вот у него уже вставные зубы, а голос совершенно поменялся. Это было настоящее творчество».

Многие изначально не горели желанием сниматься в «Битлджусе», потому что не понимали, что из этого вообще выйдет. У фильма был не самый привлекательный сценарий и режиссер всего с одним успешным проектом. Люди действительно рисковали, соглашаясь на участие в этой затее. Бёртон еще объяснял, что «Битлджус» – это «фильм образов и ощущений, а их нельзя по-настоящему описать, пока не окажешься на площадке».

В отличие от первого фильма Бёртона, здесь у него был неплохой бюджет (13 миллионов). Поэтому он мог нанять художника, которого хотел, и вообще фантазировать на полную. Обычно Бёртон делал какие-то наброски, вместе со всеми смотрел, что получается, и потом они уже накидывали туда шутки. Как например с комнатой ожидания в загробную жизнь, которую они попытались изобразить «как в дешевой фантастике; не облака на прекрасном небе, а офис налоговой». Спецэффекты Бёртон с командой тоже целенаправленно делали дешевыми. Там был и грим, и анимация, и куклы, но они потратили на это всего один миллион. Бёртон хотел, чтобы спецэффекты «соответствовали тону сценария и его ранним фильмам».

«Битлджус» окончательно оформился в период пробных показов. Зрителям гораздо больше зашла версия фильма с мрачной музыкой и песнями Гарри Белафонте (их сам Бёртон подобрал), чем без всего этого. Примерно так же было и с концовкой фильма. Они сняли несколько штук, а зрители в итоге выбрали, какая лучше. Единственной вещью, которая провалила тесты на людях, было название. В Warner Bros. твердо хотели его поменять. Одним из вариантов было «Домашние привидения»: «Я был на очередной встрече, где они сказали: «"Битлджус" не подходит, а "Домашние привидения" очень даже здорово!». Я в шутку сказал: «Может назовем "Испуганы до смерти?"». И они действительно приняли этот вариант к рассмотрению, заставив меня тем самым пообещать выпрыгнуть в окно».

«Битлджус» неожиданно круто прокатился по кинотеатрам и собрал 73 миллиона. Бёртон был очень рад, что зрителям понравился фильм, который сделан не так, как было принято в Голливуде. А знаменитый кинокритик The New Yorker Полин Кейл написала: «Тим Бёртон пытается показать что-то нелогичное, абсурдное и просто безумное. И хотя многие эти попытки не связаны, их достаточно, чтобы превратить этот пестрый, нестройный фильм в комедийную классику».