Лет 10-12 назад, когда я ещё только учился искать в интернете фильмы с голыми людьми, на одном сайте мне попалось что-то из 1970-х в одноголосой озвучке. Какой-то захолустный городок, парень работает в автосервисе, где к нему пристает одна из посетительниц с большой грудью. Потом он приезжает домой, где уже его жена с большой грудью требует секса. Они ссорятся, соседи вызывают полицию. Местный коп все улаживает, и через какое-то время она его соблазняет, но у него не получается. Она над этим смеется, коп ее убивает и собирается повесить это на ее парня. Тот сбегает, и дальше весь фильм в разных местах встречает похожих жаждущих женщин, пока не находит ту самую. На том сайте были и другие фильмы с теми же персонажами – женщины с большой грудью, которые всегда хотят и доминируют над обычными ребятами, и мужчины, которые силой пытаются заполучить этих женщин с большой грудью, но неудачно. Режиссером, сценаристом, оператором, продюсером и монтажером этих картин с клевыми названиями типа «Супермегеры» или «Долина ультрамегер» был Расс Майер.

Конечно, он не сразу к этому пришел. Майер был отличным фотографом во время войны (есть история, как во Франции он впервые побывал в борделе, куда его привел Эрнест Хемингуэй). После возвращения Расс со временем нашел работу на съемочных площадках разных шоу, сериалов и в запустившемся Playboy. В 1950-е законодательство не одобряло обнаженные тела на экранах, но некоторые мастера находили способы – например, снимали документальные фильмы в экзотических местах, где люди ходят без ничего. Майер на эту территорию зашел к концу десятилетия, когда за 24 тысячи (в прокате собрал больше 1,5 миллиона) сделал «Аморального Мистера Тиза». О продавце, который случайно получает способность видеть всех женщин голыми. Успех фильма привел к появлению целого жанра nudie-cuties, где наготу обычно показывали в рамках комичных ситуаций. У Майера тут же возникло много подражателей. Сам он скоро устал от подобных работ и пришел к некоему черно-белому «южно-готическому нуару», куда вплетались голые сцены. Это были одни из самых серьезных его вещей, вдохновленных итальянским неореализмом. Лучшей считается Faster, Pussycat! Kill! Kill! (1965), со временем ставшая феминистской классикой.

Супервлиятельный кинокритик Роджер Эберт писал, что у Майера женщины всегда были протагонистами, которые двигают сюжет. С самого начала и почти без исключения он показывал только ситуации, в которых женщины подчиняли мужчин своей воле. В конце 1960-х Майер и Эберт подружились и написали три сценария для его фильмов, самым знаковым из которых стал «За пределами долины кукол» (его они делали для 20th Century Fox, которые после успеха «Беспечного ездока» от Columbia Pictures тоже захотели свой низкобюджетный хит). Параллельно Эберт наблюдал за тем, как Майер работает. Однажды он даже заволновался, что Расс слишком серьезно объясняет актерам мотивацию их героев – это ведь комедия. Майер на это ответил, что «актеры всегда несмешные, когда думают, что смешные».

Как бывший фотограф, он всегда дотошно работал с каждым кадром. «Майер монтировал в стиле перевозбужденного 17-летнего подростка с синдромом дефицита внимания и до извращения одержимого Сергея Эйзенштейна». В его фильмах постоянно было много экшена, секса, насилия, комичных образов и «диалогов, будто взятых из другой вселенной» (и больших грудей, конечно). Они хорошо собирали в прокате, хоть и шли обычно в грайндхаусах, где показывали дешёвые и бесцензурные фильмы. При этом Майер не раз побывал в судах из-за своих смелых проектов, но не бросил и продолжал пробовать отодвигать границы, что повлияло не только на количество секса в малобюджетных фильмах, но и на то, что мейнстрим тоже стал постепенно раздеваться.

Сначала показалось, что Марк говорит не о Трампе

У меня редко когда получалось что-то разогнать или добить на сцене, чтобы это осталось в материале. Чаще всего импровизация/интерактив не уходили дальше одноразовых приколов.

В последнее время медленно читаю Даниэля Канемана – о двух системах мышления, которые есть в голове. Там он, например, пишет про лёгкость и напряжение: «Разные причины легкости или напряжения действуют в обе стороны. В состоянии когнитивной легкости вы, вероятно, находитесь в хорошем настроении, вам нравится то, что вы видите, вы верите тому, что слышите, доверяете своим предчувствиям и оцениваете ситуацию как комфортную и знакомую. Вдобавок вы, скорее всего, рассуждаете небрежно и поверхностно. Ощущая напряжение, вы, вероятно, будете бдительны и склонны к подозрениям, вложите больше сил в свое занятие, будете чувствовать себя не так комфортно и делать меньше ошибок, но при этом вы будете меньше обычного использовать интуицию и творческие способности».

Подумал, что это похоже на состояния во время выступления. В идеале, кажется, ловить что-то между: если быть чисто в первом, то в голову быстрее придут добивки типа «долбоеб нахуй». А во втором, напротив, придумается что-то умнее, но вряд ли смешнее. Возможно, это и есть один из секретов хороших разгонов на сцене. Или нет.

Краткая история российского стендапа: на пути в телевизор (2010-12)

До 2010 года стендап в чистом виде нигде в России не существовал. На тв если кто-то и выступал с монологами, то только в юмористических шоу, где доминировали миниатюры (Comedy Club, «Смех без правил», «Убойная лига»). Примерно то же было и вживую: в Москве имелось несколько объединений, но все они смешивали монологи с миниатюрами, песнями и чем-нибудь еще. Попробовать объяснить, почему именно в 2010-м это стало меняться, можно несколькими причинами. Костя Пушкин в «Сидауне» и «Авторитете мысли» утверждал, что свою роль в том, что стендап отделился от остальных форм, сыграло время – «медведевская оттепель», когда возникла некая свобода, а стендап оказался одним из ее проявлений. Тогда же наметились перемены и в культурной жизни. Эл Гусейнов во «Вписке» говорил, что к началу 2010-х гламурная клубная жизнь начала угасать, а ее место постепенно стал занимать вечерний отдых в барах, так необходимых для стендапа. Наконец, как раз к 2010 году на ТНТ закрылись все юмористические проекты для молодых комиков и те какое-то время думали, что делать дальше. Часть из них занялась стендапом, который вдруг получил целый набор медийных людей, чего прежде не было.

Осенью того же года Вова Бухаров и Эл, уже имевшие опыт живых и тв-выступлений, а также какой-то организации мероприятий, решили запустить «Stand-Up Проект». Они позвали к себе Евгения Отставнова («Медведь» Машечкин), а тот подтянул Павла Виноградова (вел «Убойной ночи»). Виноградов приходил на место ведущего, но Вова и Эл планировали, что вести будет не только он, а разные известные личности – в первую очередь их хорошие знакомые/друзья Таир Мамедов и Александр Незлобин. Первая вечеринка прошла 17 октября в Radio City, в здании гостиницы «Пекин», на Большой Садовой 5. Через пару мероприятий выяснилось, что из Виноградова ведущий не очень. Бухаров на подкасте «Стендап Среды» вспоминал, что они собирались его поменять, но Отставнов не хотел говорить Виноградову неприятные вещи, из-за чего случился конфликт. Зимой 2010/11 «Stand-Up Проект» раскололся. Из него выделился «Stand-Up Вечер», куда ушли собственно Отставнов, Виноградов, а еще Костя Пушкин и Эд Мацаберидзе.

Оба проекта продолжали жить параллельно, примерно каждые две недели устраивая вечера в Radio City, концертном зале «Москва», клубах «Марсель» и «Ленинград». С осени 2010 по весну 2012-го ведущими в «Stand-Up Проекте» успели побывать: Незлобин (чаще всех), Таир, Игорь «Элвис» Меерсон, Александр Шаляпин, Руслан Белый, Денис Косяков, Павел Воля (1 апреля 2012), Антон Борисов и Дмитрий Романов. Почти все они регулярно выступали как в «Проекте», так и в «Вечере», где как минимум раз засветились Николай Куликов, Ирина Мягкова, Илья Соболев, Слава Комиссаренко, Виталий Коломиец, Константин Маласаев, Карен Арутюнов и Роман Третьяков.

Из тех, кто начинал без медийного бэкграунда и в итоге пробился, больше всех выделялся Виктор Комаров. Первый раз он выступил в апреле 2010-го и с тех пор старался не пропускать ни одного мероприятия по всей Москве, прослыв самым работоспособным комиком. Уже в мае 2011-го Комаров впервые собрал сольный концерт, отмечая, что это «будет совершенно новый материал. Я имею ввиду — новый для зрителя, который не ездит за мной каждую неделю в Comedy Cafe в Алтуфьево в пятницу, затем в Comedy Cafe Реутов, в субботу снова приезжает посмотреть на меня в Алтуфьево, а в воскресенье посещает «Stand-Up Проект» или «Вечер» в Radio City на метро Маяковская».

В октябре 2011-го «Stand-Up Проект» разбавил платные вечеринки (можно было получить до 4000, а в «Stand-Up Вечере», по словам Комиссаренко, до 7000) открытыми микрофонами – скорее всего, первыми в Москве. Если ты никого не знал и хотел выступить, можно было записаться, просто позвонив по указанному в афише телефону. На тех майках начинали или продолжали такие люди как Кирилл Сиэтлов, Алексей Квашонкин, Саша Малой, Егор Кукса, Марат Секаев, Кирилл Ланской, Михаил Бухряков и другие. К сожалению, «Проект» (он же сейчас Стендап Клуб) все видео с вечеринок и открытых микрофонов удалил, поэтому остались только фотоотчеты. Зато от «Вечера» сохранился канал на ютубе, где есть несколько выступлений с первых мероприятий.

Главной целью обоих проектов было попадание в телевизор. Это позднее признавал и Виноградов у Пределина, и Бухаров. Реальные движения в эту сторону начались в 2012 году. Летом Борисов, Меерсон и Незлобин (продюсировала их собственная компания «Ne Production») организовали в Петербурге съемки пилота шоу, которое назвали «Квартирником». По рассказам, это все проходило в какой-то большой и шикарной старой квартире, в домашней атмосфере, с бэкстейджем из посиделок с чаем и бутербродами, и тому подобное. Пилот этот они понесли на ТНТ. Там попросили внести правки, что ребята вроде как сделали, но до запуска они так и не добрались. Очевидно, потому что примерно тогда же Вячеслав Дусмухаметов тоже собрался делать проект со стендапом. В его распоряжении были все ресурсы, нужны были только комики. По легенде, в августе-сентябре он переманил всех подходящих к себе и дал им контракты. А с 21 сентября у них начались регулярные вечеринки и бесконечная работа над материалом. Так «Stand-Up Проект» вместе с Борисовым, Меерсоном и Незлобиным остались без лучших комиков. Разумеется, это был сильный удар, но отступать они не стали. Тогда было мнение, что те, кто сделает проект на тв первым, тот и займет эту нишу. Поэтому они пошли на СТС. Собрали всех оставшихся в Москве комиков (тогда постоянно выступало человек 20) и второпях начали делать новое шоу, которое потом назвали «Центральным микрофоном».

Долгое время считалось, что именно Дусмухаметов был автором идеи того, что стало Stand Up’ом на ТНТ. Тем человеком, который разрушил планы «Stand-Up Проекта» и всех причастных. Это правда лишь отчасти. В мае прошлого года Руслан Белый на подкасте у Бухарова рассказал, что примерно за несколько месяцев до летних событий 2012 года он спрашивал у Вовы и Эла, почему они не идут со своим проектом в телевизор: «Я точно помню, что я вам говорил «делайте». Вы типа такие – что-то сказали. И я такой думаю: "Окей". Я выдержал гроссмейстерскую паузу в полгода, потому что я подумал: "Ну, если вы за полгода не сделали, то я имею право попробовать что-то такое тоже сделать. И я пошел со своей идеей к казаху. Мы помню напились в тот вечер невероятно"». Дусмухаметов идею одобрил. После они подключили к делу Юлю Ахмедову (она тогда ещё не выступала), и какое-то время ходили по мероприятиям, чтобы посмотреть и пообщаться с теми, кто мог бы им подойти. Подошли Комиссаренко, Романов, Комаров и Шаляпин.

«Центральный микрофон», как известно, хоть и вышел раньше, но по разным причинам провалился. А Stand Up на ТНТ за счет более грамотного подхода успешно запустился осенью 2013 года и создал конвейер, который работает до сих пор.

Если вы не читали «Библию комедии» Джуди Картер, то вот краткое содержание.

Не думал, что из миллиарда сериалов этого года хотя бы в одном попадется персонаж Ричарда Прайора. Первый раз такое было в I'm Dying Up Here в 2017-м, но там ожидаемо, всё-таки сериал про стендап начала 1970-х. Сейчас поинтереснее – Прайор появился в Winning Time, сериале про то, как в сезоне 1979/80 родилась династия «Лос-Анджелес Лейкерс», которая тогда взяла свое первое из пяти чемпионств.

В I'm Dying Up Here Прайору (был в паре серий) чуть за 30, он уже много раз выступал в разных вечерних шоу, снимался в фильмах, выпустил несколько альбомов и был близок к настоящему прорыву как комик. В Winning Time Прайор это суперзвезда (зашёл на тусовку в шестой серии) – три подряд «Грэмми» за лучший комедийный альбом, попытка сделать свое шоу (хоть и неудачная), крутой спешл 1979-го, плюс он уже на пути к тому, чтобы поджечь себя под кокаином. В I'm Dying Up Here играл Брэндон Форд Грин, малоизвестный парень с длинным списком эпизодических ролей в разных сериалах. В Winning Time на месте Прайора был Майк Эппс, вполне узнаваемый актер и комик с пятью спешлами (три на нетфликсе). Интересно, что он и до этого был связан с образом Ричарда Прайора. Несколько лет назад Эппс мог получить главную роль в биографическом фильме о Прайоре, но что-то не срослось, а в 2016-м сыграл его в «Нине» (про Нину Симоне).

Вживую Прайора я не встречал (а вы?), но видел его спешлы и отрывки The Richard Pryor Show. Форд Грин с Эппсом очевидно старались, но как-то не очень на него похожи. Когда смотришь на Прайора, по его лицу видно, что он пережил много дерьма, а по лицу Форд Грина и Эппса видно только, что они пережили грим.

Такой спешл хороший, и шутки прикольные, и темы разные, и плотно все, и подача совсем не напрягает (в предыдущем сольнике было немного). Не зря уже в списках лучших за этот год. Даже 37 секунд вырезал показать.