Пробовал найти какую-то общую книгу об истории британского стендапа, чтобы узнать как там у них все начиналось и развивалось. Но пока нашлись только отдельные отрывки в разных книгах. Один из таких попался в Getting The Joke Оливера Дабла.

Он писал, что если американский стендап начинался в водевилях, то британский родился в мюзик-холлах. В середине XIX века они выросли из тех представлений, которые устраивались в тавернах, куда работяги приходили отдохнуть. Мюзик-холлы быстро стали популярны, начали открываться по всей Англии и со временем уже походили не на таверны, а на театры. Выступали там в основном певцы с веселыми или серьезными песнями (родители Чарли Чаплина, например). К началу XX века туда еще добавили оркестр, танцоров, чревовещателей, канатоходцев, жонглеров и фокусников. И называли это все уже не мюзик-холлом, а варьете. Певцы там остались, но некоторые еще до этого стали превращаться в комиков. Поначалу они вставляли между песнями какие-то смешные комментарии, но постепенно разговорная часть занимала все больше времени, пока не перешла чисто в комедийное выступление.

В США 1920-х водевиль медленно помирал. Подобное тогда происходило и с британским варьете. Возможно, истории американской и британской комедии получились бы более схожими, если б жизнь варьете не продлили почти на 30 лет. Убить его получилось только у телевидения в конце 1950-х. Комики после этого перебрались в рабочие клубы, которые в 1960-70-е попали в тренды. Их открывали повсюду, чтобы проводить разные шоу прежде всего с участием музыкантов.

Клубные британские комики тех лет отличались от своих варьетешных предшественников. Они не использовали какие-то коронные фразы, не выступали в образах, не пели и даже не танцевали, вместо этого просто рассказывая довольно банальные шутки. Возможно, лучше всех описал их в своей книге Стюарт Ли: «Они высмеивали пакистанцев, гомосексуалистов и тещ. Их обжигающая струя мочи регулярно заливала дом моего детства через трубопровод передачи The Comedians на ITV, в которой энергично поданные странные шутки уровня пивнушек и расовая ненависть перемежалась джазовыми мелодиями Кенни Болла и Shep’s Banjo Boys. И хоть эти ребята и были верхушкой айсберга, слегка видимой над поверхностью всей индустрии легких развлечений, каким-то образом эти уебки все равно умудрялись составлять большинство живых стендап-выступлений в Британии того времени».

В тиктоке иногда попадаются разные иностранные комики. Например, Драгош Кристиан из Румынии, который живет в Берлине, выступает по всей Европе (даже как-то Гаффигана разогревал). Он в основном выкладывает свои интерактивы с залом, в котором постоянно встречаются люди со всего мира. https://vm.tiktok.com/ZSekdMeQv/

Еще понравился Расселл Хикс – британский комик, для которого импровизация это вообще основа его комедии. Он в профиле так и подписал: только работа с залом, потому что не могу запомнить то, что написал. https://vm.tiktok.com/ZSekJCqBh/

Ну и немного пародий на российских комиков: https://vm.tiktok.com/ZSekJXbds/

Позавчера увидел в сторис Данила Жильцова отрывок из «Конана», когда в июне 2011-го там выступали со стендапом Рори Сковел и Джон Дор, одновременно. Оказалось, что за этим есть маленькая история.

Лейтнайт Конана О'Брайена тогда выходил только первый год. После неудачной попытки стать преемником Джея Лено и вести Tonight Show Конана позвали на TBS и дали полный контроль. Он начал делать что-то непохожее на другие лейтнайты. Стендапа это тоже коснулось. Комиками в «Конане» занимался Джей Пи Бак. Он старался подбирать как раз таких людей, которые бы запоминались чем-то необычным, как и хотел О'Брайен. Первым комиком, который в ноябре 2010-го появился в «Конане», был тот самый Джон Дор, и это было весьма «необычно».

Следующим летом Бак позвал Дора еще раз. Пока они готовились, Бак вспомнил, что два года назад на фестивале Just For Laughs в Монреале видел, как Дор с Энди Киндлером и Реджи Уоттсом одновременно выступали на сцене. И Бак захотел попробовать такое у Конана. В партнеры Дора он пригласил Рори Сковела. Ради разнообразия Бак предложил, чтобы в середине выступления один из них вызвал зрителя из зала, а второй исполнил песню на гитаре. Чтобы сильно не перебивать друг друга, Дор и Сковел решили, что сначала Джон будет говорить погромче, а Рори – потише, а потом наоборот. Кроме них троих, в эту затею мало кто верил, но все получилось круто. Конан идеально их объявил, извинившись за то, что они договорились сразу с двумя комиками, а Дор и Сковел прекрасно все исполнили.

На следующий год у Дора снова было выступление у Конана, для которого они с Баком и Сковелом придумали уже новый прикол.

Кажется, очень давно не смотрел французских комедий. В детстве нравились и, возможно, как-то повлияли на чувство юмора – например, «Пришельцы», «Такси» и особенно «Астерикс и Обеликс», причем вторая часть с Клеопатрой. Там весь фильм был наполнен всякими шутками, каламбурами, гэгами и культурными отсылками. Посмотрел еще раз и собрал несколько моментов, которые веселили в 10 лет, и которые тогда совсем не понимал.

Советская кровать с сеткой, вентилятор Delta и колонка, из которой тихо играет Padla Bear Outfit. Возможно, скоро так будут описывать место, где можно комфортно умереть от передозировки, но пока что это стендап-клуб «После комедии». Ходил туда два дня подряд – сначала на обычный майк, потом немного выступил на концерте, который делал Михаил Бухряков (даже собрали по 300 рублей). Еще непонятно, долго ли этот клуб протянет, но ради интереса хотя бы раз побывать стоит.

Насколько понял, выступают там в основном те, кому просто больше негде (и не надо платить или водить гостей). Это чем-то напомнило одну историю, в мае выходившую на Vulture – про нескольких комиков, которые в Лос-Анджелесе начала 1990-х стали делать свои мероприятия просто потому, что не подходили таким комедийным клубам как Improv, Comedy Store и Laugh Factory, и заодно приложили руку к зарождению американской альтернативы.

Главным инициатором в их тусовке была Джанин Гарофало, а вместе с ней Боб Оденкерк, Маргарет Чо, Колин Куинн, Дэвид Кросс, Кэти Гриффин, Дэйна Гулд и другие. Все они были жертвами огромной популярности комедии 1980-х: «Стендап-бум потакал аудитории, которая ждала комика определенного типа, они хотели только этого и ничего больше. Так что многим из нас в тех клубах были не рады», – объяснял Оденкерк. Та же Гарофало рассказывала, что никогда особо не умела писать шутки: «Я стояла на сцене и просто говорила и говорила, надеясь, что люди найдут в этом что-то смешное». Кэти Гриффин вспоминала, как жестко не зашла на просмотре в «Импрове», после чего какой-то местный комик сказал ей, что она должна вызывать смех каждые 7 секунд.

Поэтому им и пришлось искать место для себя. Этим местом стал лофт в книжном магазине Big & Tall Books, где было несколько столов и стульев человек на 20-30. Первый раз они провели там 9 августа 1991-го. Ни зрители, ни комики ни за что не платили. Рекламой были просто слухи, а лайнап собирали из тех, кто был неподалеку и хотел выступить. Гулд вспоминал, что как раз тогда для них стало нормой выходить на сцену с блокнотом, потому что ты не запоминал то, что написал несколько часов назад.

Пока клубные комики обкатывали свои шутки о еде в самолетах, Гарофало и ее друзья экспериментировали с формой и в целом делали то, что казалось им смешным. Куинн говорил, что кое-что из этого было их реакцией на выдроченную комедию начала 90-х. Комики в Big & Tall Books часто увлекались сторителлингом, просто рассказывая о том, что происходит у них в жизни. Причем одно и тоже приносить запрещалось – да, был риск обосраться, но там это было не страшно, потому что зрители понимали, что человек старается быть честным, открытым и оригинальным. Оденкерк рассказывал, что там тебе прощали все, а выступления были как будто демо-записи, далекие от совершенства.

Продолжалось это все чуть больше года. К осени 1992-го этот славный период, когда они вместе выступали, выпивали, спали и жили плавно закончился. Многие устроились писать или сниматься в шоу Бена Стиллера и постепенно начали строить свои карьеры.

«Красный чат Поморов» – это место, в которое хотят попасть десятки, а может и сотни московских комиков. Просто ради открытых микрофонов, где всегда есть зрители, хорошие ведущие и опытные комики.

Спустя месяц после переезда в июле 2020-го мне повезло там повыступать (16 раз). Конечно, не потому, что добавили в чат, а благодаря одному давнему товарищу по красноярскому стендап-клубу. Нет надобности называть его имя, ведь все и так знают руководителя «Стендап Сибири», финалиста четвертого сезона «Открытого микрофона» и участника шоу «Вместо новостей» на 7 канале. Он в «красном чате» был, и почти каждый день скидывал мне оттуда анонсы, а я записывался у ведущих.

Понятно, что это было нечестно, поэтому я всегда очень старался не засрать выступление. В целом получалось, по крайней мере, такие остались воспоминания, которые мозг уже отредактировал в лучшую сторону. За те два с лишним месяца выступлений там побывал в «Капоне», «Джи-Джи Гриль», Punch&Judy, в Харатсе на Красносельской и в «Бездельниках». Правда, постепенно все закончилось. Думаю, даже не из-за того, что в Москве ввели ограничения второй волны и микрофонов стало меньше. Главная причина, кажется, была в том, что за то время, что ходил на те майки, я так и не начал там ни с кем общаться. Каждый раз приходил и жутко стеснялся не то что заговорить, а просто поздороваться с теми опытными и медийными комиками. Так что очень скоро я оказался там, где и должен был быть сразу после переезда – выступать в «Мотыге», ездить в Химки и ходить на платные микрофоны за 300 рублей. Не зря Пит Холмс в своем сериале говорил, что знакомства в стендапе важнее всего.

Следующей возможности выступить на поморовских микрофонах пришлось ждать больше года. Сегодня попал в «Джи-Джи». Теперь уже легально (благодаря своему несчастному эфиру в «Открытом»). На этот раз со всеми поздоровался и даже нормально пообщался. Кажется, стал меньше стесняться.

У Вуди Вудпекера недавно был день рождения. Впервые он появился на экране в одной из серий «Энди Панды» 25 ноября 1940 года. Вуди сразу хорошо зашел и уже в следующем году получил свой сериал.

Идея сделать мультик про дятля принадлежала жене Уолтера Ланца, чья студия уже несколько лет работала с Universal. В том же 1940-м Уолтер и Грэйс проводили медовый месяц на озере Джун в Калифорнии. Каждую ночь их будил местный дятел, а когда случился дождь, они поняли, что в крыше теперь есть дырки. Уолтер уже хотел этого дятла пристрелить, но Грэйс вместо этого предложила создать про него мультик.

Ранний Вуди отличался от того, кем стал потом. В первой половине 1940-х он казался немного сумасшедшим, когда приходил к психотерапевту, угонял военный самолет, брал микрозайм и сливал бензин с полицейской машины. С годами разные художники, сценаристы и режиссеры сделали Вуди более привлекательным и психологически устойчивым.

До 1950 года его успели поозвучивать пять человек, пока Ланц не устроил анонимное прослушивание. Грэйс тоже хотела в нем поучаствовать, но Уолтер ей отказал под предлогом, что Вуди это мужской персонаж. Хотя Грэйс это не остановило, она сделала запись и отправила на студию. Уолтер этого не знал и так вышло, что выбрал именно ее голос. Поначалу Грэйс не хотела, чтобы ее имя указывали в титрах – боялась, людям не понравится, что Вуди озвучивает женщина, но со временем этот страх прошел. Следующие 40 лет Вуди Вудпекер говорил именно ее голосом.

Третий пилот все еще экспериментального шоу «Правило трех».

https://youtu.be/Cj2_nHGm3XI

(если вдруг у вас есть желание и возможность поддержать канал, то вот patreon – там всего один уровень, называется «Молодой Коклюшкин», стоит 1$ в месяц; или еще есть карта сберегательного банка 4279 3806 2108 5325).

В анонсе к последнему видео на канале, наверное, стоило сказать, что там целых две минуты посвящено попыткам вспомнить первых российских стендап-комиков конца 2000-х. Правда, одно имя так и не было упомянуто. Сегодня этот человек несправедливо забыт и, по сути, вычеркнут из истории российской комедии. Однако совсем недавно простые люди, знавшие и видевшие его на сцене, решили это исправить и сохранить память о нем.

«Человек на Луне», кажется, был одним из первых фильмов о комике, который мне попался еще до того, как начал выступать. Про то, что о нем есть документалка, узнал уже позднее, и очень долго откладывал. Конечно, не стоило.

В самом начале фильма Джим Керри вспоминает момент, когда уже получил роль Энди Кауфмана, – он сидел на берегу океана в Малибу и думал, что бы сделал Энди, как бы он себя повел. Джим подумал, что Энди попытался бы связаться с людьми телепатически, и решил в ближайшие дни общаться со всеми именно так, через Энди, который словно явился к нему и сказал: «Присядь. Я сам сделаю этот фильм».

В первые дни съемок люди, мягко говоря, недоумевали, что Джим просит называть себя Энди и ведет себя как Энди в кадре и за кадром. Дэнни де Вито, который снимался с Кауфманом в сериале «Такси», говорит в камеру, что именно таким Энди и был. Когда Джим перевоплощался в Тони Клифтона, одного из главных образов Энди Кауфмана, концентрация кринжа на съемках повышалась в разы. Большую часть этого бэкстейджа снимала Линн Маргулис, документалистка и последняя девушка Кауфмана. Помогал ей Боб Змуда, давний друг Кауфмана, с которым они и придумывали свои приколы для выступлений.

В съемках «Человека на Луне» участвовал и рестлер Джерри Лоулер. В свое время Энди выходил с ним на ринг, когда решил заняться рестлингом. Джим в образе Энди постоянно стебал Лоулера на площадке и в итоге спровоцировал реальную потасовку, после которой Джима увезли в больницу (примерно то же самое было у Лоулера с Энди). Только тогда он задумался, не далеко ли зашел. Эти закадровые записи со съемок фильма хранились у Джима Керри около 20 лет. Он рассказал, что Universal не хотела их обнародовать, чтобы люди не сочли его мудаком.

Параллельно в документалке показывают пути Кауфмана и Керри (оба кстати, родились 17 января). С самого детства Джим старался походить на отца, который всегда умел рассмешить людей вокруг. Джим вспоминает, что примерно тогда же видел Кауфмана по телевизору и был под впечатлением от его оригинальности. Когда Керри сам начал выступать, у него не было шуток, он просто делал пародии, веселил людей как мог, и постоянно думал, чего они хотят на самом деле. И однажды понял: они просто хотят не беспокоиться о своих проблемах, на время забыть о них, и Джим стал для публики таким беззаботным парнем.

Керри рассказывал, что после завершения съемок «Человека на Луне», ему было очень сложно вернуться к самому себе, своей жизни, потому что ему так понравилось быть Энди, так понравилось быть в отпуске от Джима Керри.

На выходных Paramount Comedy начал показывать документальный сериал «Stand Up Истории». В трейлере обещали рассказать историю российского стендапа, но сделать это решили не в хронологическом порядке, а по отдельным темам, которые раскрываются через приглашенных комиков.

В первой серии все внимание было у Егора Свирского и Незлобина. Один молодой и амбициозный, который недавно переехал в Москву (видимо, снимали год назад), другой – опытный и успешный, который пробует себя в США. Второй эпизод про девчонок-комиков и про то, с чем они сталкиваются в стендапе, – там в главных ролях Ира Приходько, Вера Котельникова и Ника Тарасевич. А третья серия (называется «Чем больнее, тем смешнее») получилась пока самой печальной: Денис Чужой и Коля Андреев рассуждали о депрессии, психотерапевт (и бывший комик) Сергей Дегтярев раскладывал все с профессиональной точки зрения, а создатели сериала заодно съездили к Мунхоеву и посвятили несколько минут Шаляпину.

Между этими интервью Илья Овечкин за кадром объясняет непосвященным зрителям какие-то вещи о стендапе: начинающему/переехавшему комику надо попасть в чаты, чтобы выступать; даже медийные комики ходят на открытые микрофоны; раньше женского стендапа в России почти не было, а сейчас есть.

Всегда нравились сольники, в которых люди делают центральной темой свои психологические проблемы – расстройство личности, депрессию, сложности отношений с миром – и пытаются в этом разобраться. Свой прошлый спешл Дрю Майкл записывал без зрителей, поэтому смотрелось скорее интересно, чем смешно. В этот раз зрители были, и все получилось круто.

В американском шоу-бизнесе есть четыре самые престижные награды – «Оскар», «Эмми», «Грэмми» и «Тони». Все вместе их получалось собрать только у 16 человек. Трое были из мира комедии, и пока последней среди них остается Вупи Голдберг.

В 2002-м она получила «Эмми» как ведущая и голос документалки про Хэтти Макдэниел, и «Тони» за продюсирование мюзикла Thoroughly Modern Millie. В 1991-м ей дали «Оскар» за роль Оды Мэй в «Приведении». А первой ее наградой стал «Грэмми»-1986 как автору лучшего комедийного альбома. За 12 лет до этого она бросила школу и переехала из Нью-Йорка в Калифорнию с годовалой дочерью, где работала на всяких дерьмовых работах – официанткой, кассиром в банке, санитаркой в морге, и даже на стройке. Она с детства так или иначе появлялась на театральной сцене, поэтому продолжала заниматься этим в местных театрах и импровизационных труппах Сан-Диего и Беркли. Хотя ее не везде брали – однажды сказали, что зрители будут не в восторге, если увидят ее на сцене вместе с белым парнем.

Примерно тогда же зародилось ее The Spook Show – моно-спектакль, в котором она выступала в нескольких образах. Со временем слухи об оригинальности и крутости ее представлений стали расходиться, и в начале 1984-го Вупи пригласили выступить в Нью-Йорке. Она дала там несколько шоу подряд, причем каждое следующее чем-то отличалось от предыдущего – Вупи обращалась к публике и по-всякому импровизировала. Постепенно разговоры об этом вышли из театрального андеграунда, и о The Spook Show стали писать газеты, называвшие Вупи Голдберг «не просто стендап-комиком, а современным сатириком и актрисой со своеобразным отношением к жизни и публичным выступлениям». Для своих нью-йоркских шоу она выбрала четыре образа: опытного наркомана, девчонку-серфингистку, женщину-инвалида и семилетнюю девочку. Каждый персонаж рассказывал свою историю, местами смешную или грустную, но всегда с каким-то посылом.

В Нью-Йорке на The Spook Show стали ходить и знаменитости. Одним из таких оказался Майк Николс, уже не звезда комедийного дуэта с Элейн Мэй, а театральный режиссер. Он никогда не был известен своей сентиментальностью, но когда впервые увидел шоу Вупи, его это так впечатлило, что он после завершения пошел к ней за кулисы, обнял и просто не смог сдержать слез, назвав ее «настоящим артистом». Именно Николс больше всего сделал, чтобы The Spook Show попало на бродвейскую сцену. Оно шло там с октября 1984 по март 1985-го. Запись одного из них потом и превратилась в лучший комедийный альбом года. А HBO еще успел все это снять.

В начале 2000-х «33 квадратных метра» были у нас дома одной из тех редких вещей, которые могли объединить семью перед телевизором. Потом такое удавалось разве что «Бедной Насте» и «Фактору страха» с Джо Роганом.

«33 квадратных метра» вообще считаются одним из первых российских ситкомов, причем вполне оригинальным. Создавали его, как известно, Михаил Шац, Татьяна Лазарева, Сергей Белоголовцев, Андрей Бочаров, Павел Кабанов и не только. Для них тогда это был уже не первый проект на тв. В 1994-95 продюсер Александр Акопов собрал пару десятков бывших квнщиков, чтобы сделать российский аналог Saturday Night Live, которую он несколько лет назад увидел в США. Передачу назвали «Раз в неделю». Бочаров рассказывал, что ничего похожего на SNL у них не получалось, поэтому они начали делать по-своему и к пятому выпуску что-то нащупали. Акопов тогда был занят в президентской кампании Ельцина, но когда вернулся и увидел, что «Раз в неделю» совсем не SNL, то взялся все менять. Ребята, наоборот, не захотели и ушли на ТВ-6, которым руководил Иван Демидов.

Белоголовцев в одном интервью говорил, что они пришли к Демидову с желанием делать большое часовое шоу: «Чтобы спешл гест стар! Чтобы, сука, слоны и верблюды! Чтобы голые телки! Spandau Ballet! Фридрихштадтпаласт!». Демидов согласился, но попозже, и подкинул им другую идею, тоже навеянную американским тв: брать куски шоу Super Sport Follies (подборка спортивных курьезов) и придумывать к ним веселые подводки. Как и с попыткой сделать российский SNL, у них опять получилось что-то свое. Вместо простых подводок к сюжетам они стали писать какие-то смешные скетчи и создавать персонажей. Постепенно идея Демидова оказалась не нужна, потому что они придумали собственную оригинальную передачу «Назло рекордам».

В том же 1996-м у них родилась и «О.С.П.-студия». Ее содержание уже не ограничивалось только спортом. Шац вспоминал, что главным мотором для них были пародии на все вокруг – знаменитостей, российское телевидение и кино (например, на «Брата» и «Брата-2» – «Сестра-3»). Среди кучи коротких рубрик, которые они постоянно придумывали, появились и «33 квадратных метра». Дефектная семья Звездуновых так понравилась зрителям, что в 1998-м из них вышел полноценный сериал. Лазарева рассказывала, что они несколько раз пытались делать все в студии при живой аудитории, как в американских ситкомах, но в итоге все-таки остались с закадровым смехом. И продолжили снимать дачные серии в Подмосковье, а квартирные – дома у Шаца.

«О.С.П.-студия» тогда переживала пик своей популярности. Пока не случился дефолт. После него ТВ-6 стало платить оспшникам уже не деньгами, а эфирным временем. Они использовали его для рекламы своих концертов в Театре Эстрады, зарабатывали с них и снимали на это новые выпуски. Продержались они так до 2001-го, потом ушли на РТР (уже без Бочарова), а дальше на СТС.

В достриминговые времена комики обычно делали свои спешлы при помощи и для тв-каналов вроде HBO и Showtime. Независимые сольники могли себе позволить только уж совсем успешные люди типа Ричарда Прайора или Луи Си Кея. Одной из тех, кто поставил под сомнение оба этих варианта, была Маргарет Чо, которая в 2001 году выпустила концерт I'm the One That I Want.

На то время она, конечно, не была ноунеймом. В 1994-м ее признали лучшей женщиной-комиком по версии American Comedy Awards, она снялась в HBO Comedy Half-Hour, и еще получила главную роль в сериале All-American Girl. Правда, именно этот сериал очень скоро жестко ее и подкосил. Ей там не давали участвовать в написании, продюсеры давили на нее из-за лишнего веса, и в целом низкие рейтинги с самого начала привели к закрытию после первого сезона. Вынужденная диета подкинула Маргарет проблемы с почками, примерно тогда же к ней пришли алкоголь, наркотики и мысли о суициде. Ей понадобилось немало времени, чтобы выбраться, все это переварить и сделать частью своего сольника.

В интервью Vulture Маргарет рассказывала, что вдохновлялась спешлами Прайора, который снимал их как фильмы, свободные от строгого хронометража и цензуры. Вместе с этим ей очень нравился пример певицы Ани Дифранко, которая в 19 создала собственный лейбл. Для съемок своего шоу зимой 1999-го Маргарет выбрала Warfield Theatre в родном Сан-Франциско – в юные годы она ходила туда на всякие музыкальные концерты. Весь процесс создания и распространения она оплатила личными средствами. Поскольку Маргарет не связывалась с телевидением, I'm the One That I Want прокатывали в кино, и довольно успешно. Релизы на DVD и VHS потом тоже удались – Маргарет предполагала, что на это наверняка повлияло ее участие в одной из серий «Секса в большом городе» в июне 2001-го.

Целевая аудитория Маргарет Чо явно не из большинства, потому что ее основные темы это ЛГБТ, расизм по отношению к азиатам, абьюз и харассмент – все, что сопровождало большую часть ее жизни. Это одна из двух главных причин, почему этот концерт выделяется. 20 лет назад Маргарет показала не только пример DIY в комедии, но и пример того, что комики могут чего-то добиться даже если у них не получилось родиться белыми гетеросексуальными мужчинами.