Второй выпуск низкобюджетного комедийного шоу о комедии.

Несколько раз попадалось мнение, что советские сатирики и юмористы – это тоже стендап. Судя по тому, что читал об американском стендапе, все зависит от того, как посмотреть. В США, например, так и не решили, кого считать первым стендап-комиком, но критерии отбора были простые: если человек выступал на сцене один и рассказывал шутки, то он был стендап-комиком. В таком случае Райкин, Жванецкий, Петросян и так далее – все стендап-комики.

Есть и другой взгляд. В середине 1950-х в американском стендапе появились Ленни Брюс, Морт Сол и Джонатан Уинтерс, которые, как говорится, перевернули игру. Клиф Нестерофф в своей книге The Comedians объяснял, что до этого американские комики шутили, допустим, о каком-то воображаемом парне или о теще, которой у них никогда не было, и в целом выходили на сцену в образе: «Стендап не был личным, потому что мало комиков писали себе сами. Комедийный автор мог продать один и тот же материал на общие темы куче людей». Новое поколение конца 1950-х – начала 1960-х говорило со сцены уже от своего лица, рассказывало о своей жизни и смотрело на мир со своей точки зрения.

При таком подходе на советской и постсоветской эстраде остается очень мало примеров. Больше всех годится разве что Михаил Задорнов, и еще несколько редких выступлений: выпуски «Вокруг смеха», где Андрей Миронов вспоминал о рояле, который в детстве стоял у них дома, а Ролан Быков рассуждал о детстве в общем; или Рина Зелёная на юбилее Московского театра сатиры.

В прошлогодней книге про «Офис» ее автор Энди Грин упоминал об одном расхожем заблуждении по поводу того, что большая часть сериала построена на импровизации. Создатели и исполнители ролей разом подтвердили, что это не так. Импровизация во время съемок занимала не больше 10%, а все остальное было по сценарию (даже та серия, когда Майкл ходил на курсы импрова).

Чаще всех импровизации отдавался Стив Карелл. Все-таки это основа его карьеры. Начинал он в импров-труппе при университете Денисона. После переезда в Чикаго прошел курсы знаменитого импров-театра The Second City, попал в их основной состав и позднее сам начал там преподавать (в одной из групп встретил будущую жену Нэнси Уоллс). Уже на тв импров пригодился ему в The Daily Show, где он был одним из корреспондентов, и собственно в «Офисе».

Вообще, судя по воспоминаниям из книги, у многих актеров в сериале был какой-то опыт в импровизации, чем они время от времени и пользовались. Иначе некоторые сцены просто бы не появились – например, когда Майкл поцеловал Оскара.

На AllStandUp сейчас переводят (для донов) новое шоу с Биллом Бёрром – Immoral Compass. Идея принадлежит Тайлеру Фальбо, который до этого снимал с друзьями всякие чернушные короткометражки. Однажды их увидел Бёрр, и ему понравилось: «Меня поразила оригинальность, содержание и исполнение в целом. Это одно из самых простых шоу, которые я видел».

Всего в первом сезоне 10 эпизодов по 5-7 минут, каждый на какую-то серьезную тему: чувство вины, секреты, отношения, лицемерие и так далее. Между смешными черными скетчами, Билл Бёрр в образе побитого жизнью мужика сидит в гараже и выдает монолог. В одном интервью Бёрр рассказывал, что его персонаж основан на тех прямолинейных ребятах его возраста, которые в молодые годы угорали по металу или гранжу, ходили на «Монстры рока», хотели себе тачку с откидным верхом, а сейчас живут одни и все еще верят, что можно начать сначала, но не знают как: «Он из тех парней, у которых спрашиваешь "как сам?", а он загоняет тебя в угол и наказывает историей всей своей жизни».

Нашел в глобальной сети оригинал, но без субтитров:

Пробовал найти какую-то общую книгу об истории британского стендапа, чтобы узнать как там у них все начиналось и развивалось. Но пока нашлись только отдельные отрывки в разных книгах. Один из таких попался в Getting The Joke Оливера Дабла.

Он писал, что если американский стендап начинался в водевилях, то британский родился в мюзик-холлах. В середине XIX века они выросли из тех представлений, которые устраивались в тавернах, куда работяги приходили отдохнуть. Мюзик-холлы быстро стали популярны, начали открываться по всей Англии и со временем уже походили не на таверны, а на театры. Выступали там в основном певцы с веселыми или серьезными песнями (родители Чарли Чаплина, например). К началу XX века туда еще добавили оркестр, танцоров, чревовещателей, канатоходцев, жонглеров и фокусников. И называли это все уже не мюзик-холлом, а варьете. Певцы там остались, но некоторые еще до этого стали превращаться в комиков. Поначалу они вставляли между песнями какие-то смешные комментарии, но постепенно разговорная часть занимала все больше времени, пока не перешла чисто в комедийное выступление.

В США 1920-х водевиль медленно помирал. Подобное тогда происходило и с британским варьете. Возможно, истории американской и британской комедии получились бы более схожими, если б жизнь варьете не продлили почти на 30 лет. Убить его получилось только у телевидения в конце 1950-х. Комики после этого перебрались в рабочие клубы, которые в 1960-70-е попали в тренды. Их открывали повсюду, чтобы проводить разные шоу прежде всего с участием музыкантов.

Клубные британские комики тех лет отличались от своих варьетешных предшественников. Они не использовали какие-то коронные фразы, не выступали в образах, не пели и даже не танцевали, вместо этого просто рассказывая довольно банальные шутки. Возможно, лучше всех описал их в своей книге Стюарт Ли: «Они высмеивали пакистанцев, гомосексуалистов и тещ. Их обжигающая струя мочи регулярно заливала дом моего детства через трубопровод передачи The Comedians на ITV, в которой энергично поданные странные шутки уровня пивнушек и расовая ненависть перемежалась джазовыми мелодиями Кенни Болла и Shep’s Banjo Boys. И хоть эти ребята и были верхушкой айсберга, слегка видимой над поверхностью всей индустрии легких развлечений, каким-то образом эти уебки все равно умудрялись составлять большинство живых стендап-выступлений в Британии того времени».