За те долгие годы, что проводится «Панчлайн», про него сняли вроде всего два документальных фильма. И то это скорее блоги.

В первом несколько коротких серий о фестивале 2018-го: роаст баттл, видео, где есть Долгополов, женский стендап, Фрикмашина, что-то из концертов Бухарова и Малого, и еще роаст баттл.

Про «Панчлайн»-2019 снимал Валера Покотилов (кажется, он был на прожарке фестиваля в субботу). Фильм называется «Фестиваль безумцев». Там почти 40 минут, интервью с Чапаряном, немного стендапа и много сомнительных приколов.

О «Панчлайне» этого года тоже, скорее всего, будет документалка. Это мне рассказали и, возможно, это инсайд, а если об этом и так все знают, то значит аутсайд. В общем, если вы были на фесте и к вам подходил человек с камерой, а вы показывали фак в объектив, то есть шанс засветиться.

В одном из последних выпусков подкаста Бухарова к нему приходил Халитов. Главной темой был «Панчлайн», в том числе квиз, который состоялся в третий день. Помимо того, как прошел сам квиз, они обсуждали идею проводить его не только в рамках фестиваля.

Наверняка подобная мысль существовала и раньше, но пока никто не организовал это на постоянной основе. Кажется, если бы Клуб попробовал делать квиз хотя бы раз в месяц-два, то интерес бы возник (самореклама: если что, мог бы помочь с составлением вопросов).

Иначе комики так и не поймут, что очень важно: различать всех участников «Открытого микрофона», чтобы по скрину из эфира определить, какой это сезон; помнить, как звучат заставки всех юмористических шоу в истории; знать, как изначально назывался канал Labelcom; и разбираться в разрезах глаз азиатских комиков, чтобы по картинке глаз сказать, кто это (только с этими знаниями можно было победить в этом году).

Три года назад на Vulture была статья о лучших в истории авторских группах комедийных шоу. В список попали разные лейтнайты, скетчкомы («Монти Пайтон», Key & Peel), сериалы («Симпсоны», «Офис», «Сообщество») и так далее. Всего отобрали 35 шоу, почему-то без «СашиТани».

Расположили их все в хронологическом порядке, и первым поставили Your Show of Shows, которое выходило на NBC с 1950-го по 1954 год. Это было комедийное варьере со скетчами и пародиями. Продюсировал его Макс Либман, в 1940-е делавший подобное шоу, только вживую – оно проходило в Тамименте, курорте в горах Поконо, который считался «прогрессивной версией Катскиллс». Поработать там успели почти все будущие авторы Your Show of Shows: Мэл Толкин, Люсиль Каллен, Нил и Дэнни Саймоны.

Первая попытка перенести этот формат в телевизор не удалась. Admiral Broadway Revue спонсировал производитель бытовой техники The Admiral. Продюсером был все тот же Либман, главными актерами – Сид Сизар и Имоджен Кока, а сценарий писали Мэл Толкин, Люсиль Каллен и Мэл Брукс, которого туда устроил Сизар. Хотя официально Либман так и не нанял Брукса, потому что считал его несмешным нахлебником. Так что Сизар платил тому из своего кармана – лучше Брукса ему никто не писал. Admiral Broadway Revue продержалось четыре месяца, когда Сизар захотел уйти. Не справился со своей востребованностью: параллельно снимался в фильмах, выступал в ночных клубах и был участником пары судебных дел.

Идея попробовать еще раз принадлежала уже Пэту Уиверу, который занимался на NBC созданием новых программ. Он искал, чем заполнить субботний вечер. Your Show of Shows отдали полтора часа прямого эфира. Вместе с Либманом за него взялся уже сложившийся состав авторов (добавился Карл Райнер) и актеров. В идеале на написание сценария у них было шесть дней, но на деле он должен был быть готов уже в среду, потому что ротатор очень долго печатал копии. Из-за таких стрессовых ограничений по времени Сизар начал выпивать, а авторы без конца писали, создавая жесткую конкуренцию между собой: «Меня было не остановить. Я продолжал, пока моя шутка или скетч не попадет в шоу, – вспоминал Брукс. – Меня не волновало, если чей-то материал придется из него убрать. Мы были словно выводок щенков, все кричали и дрались за маленькую титьку». Это был оправданный подход, потому что авторы Your Show of Shows зарабатывали больше всех в индустрии. Брукс так и не смог к этому привыкнуть: «Когда я стал постоянным автором, мне платили 205 долларов в неделю, и я испугался. Автор! Я не автор. У меня почерк ужасный. Потом я уже получал 1000 в неделю, и у меня началась паника. Это было невозможно. Мне казалось, что я ворую и меня поймают. На следующий год зарплата поднялась до 2500 и, наконец, до 5000 за шоу, и я сошел с ума. Психологические проблемы, которые тогда начались, потом привели к проблемам в организме. Навскидку: низкий сахар и гипотериоз».

Your Show of Shows выходило пять сезонов. Закрыли его в июне 1954-го, когда Сизар и Кока решили, что им пора разойтись и делать собственные проекты. С Сизаром остался почти весь штат авторов, в котором потом успел немного поработать молодой Вуди Аллен.

Со временем авторский состав Your Show of Shows приобрел легендарный статус. Именно тот период стал основой для фильма «Мой лучший год» и пьесы Нила Саймона «Смех на 23-м этаже», а также вдохновил Карла Райнера на создание «Шоу Дика Ван Дайка».

На канале, посвященном Сиду Сизару, есть много чего, что они написали за те годы.

Сделал безбюджетное шоу о комедии.

https://youtu.be/HgBA_eeTBm4

В Миннеаполисе есть комедийный клуб, который называется Acme. Его в 1991-м открыл Луис Ли. За 15 лет до этого он переехал с семьей из Гонконга. Учился в миннесотском универе, работал в ресторане, где дорос до управляющего, а потом на пару с приятелем руководил местным комедийным клубом, который закрылся из-за разногласий между ними. После этого Ли решил открыть свой клуб. Это была не самая перспективная затея, потому что по всей стране комедийные клубы, наоборот, закрывались, но он смог пережить этот период и Acme теперь считается одним из лучших в США.

Году в 2014-м Ли захотел устроить комедийный тур по Азии от имени своего клуба и заодно все это снять. Поехать согласились три комика, которые в ранние годы выступали в Acme и уже чего-то добились, – Том Сегура, Чэд Дэниэлс и Пит Ли. Режиссером стал Джей Элвис Вайнштейн, тоже в юности начинавший заниматься стендапом в Миннеаполисе, а потом работавший сценаристом и продюсером в Лос-Анджелесе. План был простой: шесть шоу за неделю, по два в Гонконге и Сингапуре, одно – в Макао.

Фильм получился даже не столько о трех американских комиках в Азии, сколько об азиатском стендапе, который появился не так давно и находился на уровне американского конца 1970-х – начала 1980-х. Луис Ли объяснял, что тогда в США было много клубов и комиков, но не было качества, многие в индустрии ценили только деньги. Своим опытом он делился с Джейми Гонгом. В 2007-м тот открыл в Гонконге первый полноценный комедийный клуб в Азии – TakeOut Comedy. До этого он проделал такое в нью-йоркском Чайна-тауне, где родился и вырос. Там же пробовал выступать в конце 1980-х – начале 1990-х, потом завязал, через несколько лет развязал и начал организовывать. Благодаря Гонгу появился и первый комедийный клуб в Сингапуре. Его основал Умар Рана из Пакистана, который учился в США, после чего вернулся домой, позднее переехал в Сингапур и попал на курсы стендапа того самого Гонга.

Выступают в Гонконге и Сингапуре в основном экспаты со всего мира, поэтому самая популярная тема это расовые и национальные различия. Гонг рассказывал, что китайских комиков там мало. Обычно они приходят, выступают, у них не получается и они бросают, потому что в китайской культуре не принято, чтобы не получалось. Из тех редких китайцев, которые не бросили, запомнился один
с шуткой о том, как он посмотрел «Мстителей» и подумал, что если бы был супергерой «Капитан Китай», то одной из его суперспособностей было бы метание пиратских DVD.

Весь фильм не особо динамичный и по ощущениям немного затянут, но скучным бы его не назвал, хотя бы из-за приколов Тома Сегуры. На первом шоу в Гонконге он нашел в зале двух пуэрториканцев и пару минут разговаривал с ними на испанском, чтобы показать китайцам, как он себя чувствует среди них. А уже в Макао Сегура выступал первым и начал с открывающих шуток Дэниэлса и Пита Ли.

На русский это все вроде не переводили, поэтому могу скинуть с английскими сабами, которые под конец немного отстают.

На днях, наконец-то, появился трейлер сериала про 15-летнего комика. Официально будет называться «Пингвины моей мамы». Хотя изначально планировалось «Быть комиком» – возможно, решили, что сейчас не лучшее время быть комиком. Выйдет 6 октября.

На Новый год по главным каналам уже 25 лет подряд идут комедии Леонида Гайдая. И показывают всегда только те, которые он снял в 1960-70-е. Хотя у него были и другие. Первая вышла еще в 1958-м, и чуть не стоила ему карьеры.

Она называлась «Жених с того света». Сценарий к ней написали Владимир Дыховичный и Морис Слободской, известные тогда драматурги и авторы разных других вещей для театра и не только. Основой для сценария стала их пьеса «Воскресенье в понедельник», которую они сочинили в 1954 году. Это была сатира на советскую бюрократию: начальника одного учреждения по ошибке похоронили, он принялся доказывать, что жив, но столкнулся с сопротивлением справок и протоколов.

Гайдаю к тому времени было 34, он снял пока только один фильм (драму «Долгий путь») в соавторстве с еще одним молодым режиссером. Как раз после этого Михаил Ромм, у которого на «Мосфильме» была своя мастерская, посоветовал Гайдаю попробовать себя в комедии и доверил ему сценарий «Жениха с того света». Вместе с этим в распоряжении у него оказался крутой каст (Плятт, Вицин, Филиппов, Зелёная, Моргунов, Раневская) и весенне-летние Кисловодск с Пятигорском, так что снималось все с удовольствием. Уже тогда Гайдай пробовал вставлять какие-то свои гэги, которые лучше всего проявятся в его следующих фильмах.

Готово все было в октябре 1957-го. Тогда же прошел первый показ на «Мосфильме» – все были в восторге. И директор киностудии Иван Пырьев, и Михаил Ромм. Оба понимали, что такого в стране еще не снимали. Да и время было подходящее – «оттепель» же. А потом фильм посмотрел министр культуры (не самый культурный) Николай Михайлов, который счел такое кино слишком острым. Показывать его людям он запретил. В наказание у Ромма забрали мастерскую, а Гайдаю грозил уход из профессии, и даже из партии.

Фильм спас Пырьев. Он собрал на «Мосфильме» пресс-конференцию для журналистов, критиков и писателей-сатириков. Спросил у них, нужна ли стране эксцентрическая комедия сама по себе, и запер в зале, пока не напишут, что нужна. Они и написали. Это сработало. В оригинале «Жениха» выпускать, конечно, было нельзя, поэтому пришлось что-то переснимать, переозвучивать, вырезать – от полутора часов осталось 47 минут. Прокат был максимально скромный.

Пырьев как мог сохранил не только фильм Гайдая, но и его карьеру в кино. Он посоветовал ему снять историко-революционный, «правильный» фильм («Трижды воскресший»). Гайдай нехотя снял, но очень тяжело переносил всю эту ситуацию: сначала туберкулез легких, потом еще и язва открылась. Повлияло это и на его поведение – с тех пор он стал более закрытым и малообщительным человеком.

Перезагрузиться и отойти Гайдай смог только когда уехал с женой домой к родителям в Иркутск. Там он и написал сценарий своей первой знаменитой короткометражки «Пес Барбос и необычный кросс», которую уже по традиции показывают днем 31 декабря.

У Пита Холмса помимо его полуавтобиографического сериала, есть ещё целых три спешла. Второй из них четыре года назад переводила «Посткомедия» (а третий есть на «Амедиатеке»).

Сам Холмс вместе со своей комедией чем-то напомнил Майка Бирбиглию и Гари Галмана – тоже как-то умеет создавать добрую атмосферу и рассказывает о личном с прикольными шутками.

Не помню, чтобы девчонки-комики делали влоги. Наверно, потому что уже не 2016-й. Но Таня Березовская делает, еще и не в Москве.

Comedy Central под его нынешним названием запустился 1 июня 1991-го, но сам канал к тому времени существовал уже около двух лет и вполне мог закрыться, потому что был очень далек от успеха.

Изначально идея сделать чисто комедийный кабельный канал принадлежала Арту Беллу. Он не был комиком и вообще к индустрии отношения не имел. В конце 1970-х отучился на экономиста, три года работал в консалтинговой фирме, потом понял, что это не его и пошел в бизнес-школу, чтобы дальше устроиться на телевидение или в кинопроизводство. В тот период ему и пришла идея канала, где комедия будет идти 24/7. Это был 1982 год, на кабельном уже появились ESPN, MTV и CNN.

После бизнес-школы Арт три года пробыл финансовым консультантом на CBS, а затем попал на HBO в отдел бизнес-развития. Там ему довелось поработать над созданием канала Festival, чистой версии HBO без мата и секса. Арт и его коллеги ездили по стране и узнавали у людей, что им нравится смотреть и что бы они хотели видеть по телевизору – частым ответом была комедия. Шел уже 1987 год и Арт, наконец-то, решился пойти к Бриджет Портер, главной по новым программам на HBO, и рассказать о своей задумке. Она выслушала, но быстро нашла аргументы против – комедии на ТВ и так много, топ-комики не согласятся сниматься на кабельном канале, а без них ничего не получится. Арт понимал, что она права, но с идеей не расстался. В стране тогда был бум стендапа, работало около 300 комедийных клубов. Комик Ричард Белзер в статье Rolling Stone называл стендап новым рок-н-роллом.

После того, как Festival так и не запустился (оказалось, что канал без секса и мата мало кто будет смотреть), Арт прикидывал, что делать дальше, и собирался обратиться в другие компании – например, в Viacom, которая владела MTV и Nickelodeon. Как-то раз после одного собрания к нему в кабинет заглянул начальник его начальника Ларри Карлсон, и спросил, над чем он сейчас работает. Арт признался, что у него только идея комедийного канала. Ларри попросил распечатать то, что есть, и повел его к Майклу Фуксу, президенту HBO. Арт выложил тому все, что надумал за эти годы. Фукс одобрил и дал ему два месяца на подготовку демо-записи того, как приблизительно канал будет выглядеть. В помощь ему отрядили специалистов по продажам, комедийным программам и внешнему виду HBO (реклама и прочие вставки). Рабочим названием канала стало The Comedy Channel.

Наверное, главным, что убедило Фукса согласиться, стало предложение Арта заполнять сетку вещания по примеру раннего MTV – там начинали с показа клипов, а потом уже пришли к собственным программам. Арт хотел сделать примерно то же самое: показывать смешные двухминутные куски из комедийных фильмов, сериалов и шоу, параллельно рекламируя студию, которая это снимала, и местный магазин видеопроката, где эти фильмы можно было взять. Спустя два месяца состоялась успешная презентация, после которой Фукс поручил запустить канал до конца года. А через два дня после официального объявления появилась новость, что 1 апреля 1990-го Viacom откроет свой комедийный канал, который будет назваться Ha! – на нем планировалось показывать старые ситкомы.

Следующие месяцы ушли на создание нескольких своих шоу. Арт же занимался только тем, что искал и делал двухминутные отрывки из фильмов, сериалов, шоу, стендапа и рекламы. У него были помощники, которых прозвали клиптоманьяками. К тому времени согласие всех студий и профсоюзов уже было получено, но за полтора месяца до запуска The Comedy Channel стало известно, что Гильдия режиссеров передумала (по слухам, это была инициатива Вуди Аллена). Почти все, что насобирал Арт с помощниками, теперь использовать было нельзя. Оставалось только взять куски из тех фильмов, права на показ которых были у самого HBO, но этого все равно было мало, чтобы заполнить эфир и не повторять одно и то же.

1 ноября 1989-го канал всё-таки начал вещание. Первым «клипом» в эфире стал отрывок из фильма «А теперь нечто совсем другое» (сборник лучших скетчей «Монти Пайтона» из первых двух сезонов их «Летающего цирка»).

Весь ближайший год с The Comedy Channel было связано мало чего хорошего. Почти сразу они столкнулись с критикой: непрофессиональные ведущие, сырые шоу, частые повторы смешных отрывков. Кабельные операторы не спешили включать канал в свои пакеты, рекламодатели не покупали эфирное время, отвечая, что лучше подождут запуска Ha! и выберут, кто лучше. Ещё один удар пришел, когда их новые конкуренты выиграли в борьбе за права на показ старых сезонов Saturday Night Live. С этого началась война между каналами, в которой были и личные мотивы. Viacom руководил Фрэнк Бионди, который в 1970-80-е работал с Фуксом на HBO, пока они поссорились.

The Comedy Channel не оправдывал ожидания, у него была очень маленькая аудитория и низкие рейтинги, сам Фукс в одном интервью оценил канал на 2-3 из 10. Пошли слухи о закрытии. В то, что нужно продолжать, больше всех верил Арт Белл. Он предложил делать упор на стендап (дешево и много), ориентироваться на молодежь и продолжать раскручивать те два их шоу, которые действительно зашли. Одним из них было Short Attention Span Theater, в котором ведущие занимались тем же, чем и виджеи на MTV – что-то говорили между клипами. Вели это Патти Росборо и пока ещё малоизвестный комик Джон Стюарт. Другим проектом был Mystery Science Theater 3000, который со временем стал культовым. Сначала это шоу шло на одном миннеапольском канале, пока его авторы не узнали о запуске The Comedy Channel, куда и отправили свои записи. Суть MST3K была такая: по сценарию уборщика Джоэла Робинсона похищают двое сумасшедших ученых и держат на космической станции «Спутник любви»; там они пытают его тем, что заставляют смотреть дерьмовый sci-fi и хорроры 1950-60-х; чтобы не сойти с ума, Джоэл собирает из подручных материалов нескольких роботов (Tom Servo, Crow T. Robot и Gypsy), с которыми смотрит и комментирует эти фильмы. Все это делали комики Джоэл Ходжсон, Джей Элвис Вайнштейн и Трэйс Боулью.

К Рождеству 1990-го война каналов закончилась. Никто не победил – Viacom и HBO объявили о слиянии The Comedy Channel и Ha!. Бионди и Фукс хоть уже и не дружили, но продолжали играть в теннис, где обо всем и договорились. Руководство нового канала почти полностью поменяли (Арт остался заниматься новыми программами). Название канала тоже пришлось изменить. Ради этого даже привлекли опытных людей с MTV. Правда, их лучшими предложениями стали BIG и Acme, но по ходу презентации у них ещё проскочила фраза «comedy central», которую потом на всякий случай взяли в качестве одного из пяти вариантов названий. Никто всерьез не рассчитывал, что в соцопросе Comedy Central победит с огромным отрывом, но под этим названием канал с тех пор и существует.

В прошлом году у Арта Белла вышла книга, где он подробно рассказал обо всем этом и не только.

Не так давно на ютубе попался канал Кэти Мирс. Она живёт в Нью-Йорке, уже больше десяти лет изучает комедию, пишет о ней, берет интервью, бывает на подкастах, и в целом полностью погружена в это все. Канал она завела четыре года назад, и хотя видео там появляются не прям регулярно, но за это время у нее накопилось много всего по истории и теории комедии.

Документальный фильм от оператора «Канапе Пацана». Можно везти на Beat Film.

В 2009 году «Монти Пайтону» исполнилось 40 лет. По этому случаю тогда вышла 6-серийная документалка, в которой «пайтоны» (Джон Клиз, Терри Джонс, Эрик Айдл, Майкл Пэйлин, Терри Гиллиам и архивный Грэм Чепмен) вспоминали о своем пути. В первой серии они рассказывали не только о том, как все начиналось, но и о тех комедийных вещах, которыми они вдохновлялись.

The Goon Show

Как объяснял Эрик Айдл, «мы были последним поколением, которое выросло на радио». Телевидение тогда еще формировалось, поэтому радио было по-прежнему в топе. Одной из самых популярных британских программ 1950-х была Goon Show. Создавали его Спайк Миллиган, Харри Секомб, Питер Селлерс и Майкл Бентин. Все четверо служили во время Второй мировой, и там же начали участвовать во всяких музыкальных и комедийных представлениях, которые устраивались для солдат. После войны они продолжали искать себя на сцене и радио как авторы и исполнители, а по воскресеньям собирались в пабе Джимми Графтона, который еще подрабатывал сценаристом. Он и подкинул Миллигану и остальным идею делать свое шоу на радио. Графтон даже выделил им комнату над пабом, где они собирались и записывали на винил свои первые попытки.

Одна из записей как-то попала к продюсеру BBC Пэту Диксону. Ему понравилось и он убедил канал дать этим парням шанс. В феврале 1951-го они сделали пилот, а с мая начался первый сезон. Название Goon Show, как говорил Миллиган (главный автор), было отсылкой к Элис Гун, персонажу мультиков про моряка Попая.

К своему классическому формату они пришли в 3-4 сезоне: выпуск около получаса, три связанных скетча и музыкальные номера между ними. Goon Show стало большим откровением для своего времени. Они делали абсурдный юмор, нарушали традиционный подход к комедии, созданию самих радиошоу, и высмеивали разные моменты британской жизни – политику, образование, шоу-бизнес, кино, литературу. Джон Клиз вспоминал, что через два дня после выхода нового выпуска, его повторяли еще раз, и он лежал в кровати, прижав приемник к одному уху, а подушку к другому, пытаясь разобрать то, что не понял два дня назад.

Beyond the Fringe

«Самый знаковый момент в моей жизни случился, когда в 1962 году я был в Лондоне, и мы пошли на Beyond the Fringe», – признавался Айдл. Beyond the Fringe называлось комедийное ревю Питера Кука, Алана Беннетта, Джонатана Миллера и Дадли Мура. У всех четверых до этого был богатый опыт игры на сцене в составе универских объединений Кембриджа и Оксфорда – Footlights и The Oxford Revue (там же начинали и «пайтоны»). Оксбриджские студенты периодически выступали на эдинбургском фестивале, но в 1960 году его арт-директор Роберт Понсонби задумал сделать целое комедийное ревю с их участием. Его помощник Джон Бассетт, выпускник Оксфорда, посоветовал Дадли Мура, с которым они вместе играли джаз. Мур в свою очередь порекомендовал Алана Беннетта, за несколько лет до этого уже засветившегося в Эдинбурге. Потом Бассетт вспомнил про Джонатана Миллера, а тот подтянул Питера Кука.

Писал все как раз Кук. На то время он еще учился в Кембридже, но уже был автором в вест-эндском ревю Кеннета Уильямса. Beyond the Fringe он собрал преимущественно из прошлых своих университетских работ, но и нового тоже добавил. Дебют состоялся на международном эдинбургском фестивале (там их два – Fringe и просто международный фестиваль). В течение следующего года их шоу стало британской сенсацией. Его потом еще возили на Бродвей.

Beyond the Fringe опережало время благодаря своему сюрреализму и стебу над правительством, королевской властью, полицией. Как-то раз Кук пародировал премьер-министра Гарольда Макмиллана, когда тот был в зале, а в какой-то момент вообще начал импровизировать в образе Макмиллана. Считается, что именно с Beyond the Fringe и начался бум сатиры в Британии.

The Bonzo Dog Doo-Dah Band

Во второй половине 1960-х будущие «пайтоны» во всю писали и снимались в разных тв-программах. Четверым из них тогда случилось поработать с экспериментальной группой The Bonzo Dog Doo-Dah Band. Это произошло на детском шоу Do Not Adjust Your Set (1967-69). Сценарием и его исполнением там занимались Эрик Айдл, Терри Джонс и Майкл Пэйлин, а Терри Гиллиам отвечал за анимацию. The Bonzo Dog каждую неделю играли у них музыку между скетчами, а иногда и сами участвовали. Они отрывались, как могли – использовали стиральную доску, пылесос, писали нереально абсурдные песни (с 45-й секунды). Как признавался Айдл, The Bonzo Dog Doo-Dah Band очень повлияли на «Монти Пайтон», показав им, что можно раздвинуть границы еще дальше и делать очень странные вещи.

Q5

Когда «Монти Пайтон» (правда, этого названия еще не было) собрались делать свой «Летающий цирк», на BBC уже несколько месяцев шло скетч-шоу Q5, автором которого был все тот же Спайк Миллиган. Он в своем стиле ломал привычные устои, в его скетчах персонажи выходили из образов, комментировали происходящее. Терри Гиллиам вспоминал, что в то время они как раз пытались определиться с форматом, а когда увидели Q5, то поняли, что именно такие вещи они и хотят делать.

После первого сезона шоу Миллигана его продюсер и режиссер Иан Макнотон ушел работать как раз к «пайтонам». У самого Миллигана отношение к «Летающему цирку» было разным: в один день он мог похвалить их за то, что они держат марку, а в другой – назвать засранцами, которые все содрали у него. Хотя для Миллигана это было нормально, потому что почти всю жизнь у него было биполярное расстройство.

Только в последние месяцы появилось ощущение, что между выступлениями в московских стендап-клубах и в остальных заведениях есть большая разница. Во всякие бары и кафе люди ходят поесть, попить и поговорить. А комики там обычно выглядят как не самые желанные гости, которые будто просят «ой, извините, а можно мы тут в уголке свои шутки проверим?»

В стендап-клубах, казалось, все наоборот. Там хозяева уже комики и люди приходят в гости к ним, чтобы послушать и не вести себя как в сериале «Пингвины моей мамы». Даже когда очень мало зрителей, в клубах выступать комфортнее.

Не всегда, правда, эта теория подтверждается. Вчера на ночном микрофоне в Клубе было человек шесть зрителей (потом четыре, и три), в том числе двое парней за передним столом. Они очень увлеченно ели, а на моем выступлении дошли до гренок, которые почему-то громко хрустят (даже соседнее караоке было не слышно). И это была самая смешная часть выступления. Вроде ничего страшного, бывает и хуже, но где-то на четвертой минуте вдруг захотелось поскорее уйти со сцены, ехать домой в пустом ночном автобусе под дрим-поп и опять думать, зачем нужен этот стендап.